Ледяной капкан

− Да, Зара мне уже об этом рассказывала. Как думаешь, им никакой опасности на дороге не угрожает? − спросила Даша.

− Опасность всегда есть. Времена сейчас голодные, люди за кусок хлеба убить готовы. Лихих людей по дорогам много бродит. Смотри, даже мы в остроге вроде хороший запас к зиме создали, и то не так сытно едим, как в том году. Бабка Авдотья — молодец, рачительная хозяйка. Не даст людям от голода загнуться, − ответил Буслай.

− Вон, Никифору радость — давно он в Ладогу порывался, − сказала Даша.

− Ты мне лучше расскажи, что там у Алёны с Пересветом — что-то продвигается? А то дружинник молчит, как воды в рот набрал. Говорит, сам ничего не знает, − поинтересовался Буслай.

− Да вроде Алёна уже стала дожимать Никифора. Думаю, скоро сдастся ремесленник. Мы тоже за Аленушку переживаем — хорошая девушка, добрый, кроткая. Дай Бог ей счастья, − ответила Даша.

− Может, сейчас съездит в Ладогу, развеется, в делах порядок наведёт да на радостях даст согласие молодым, − сказал Буслай и крепко обнял жену.

− Дай-то Бог. Хотелось бы в это верить. Подожди, кажется, Акинфей кричит, − сказала девушка и пошла в избу. Акинфей действительно проснулся и громко плакал.

− Что случилось? − спросил воевода.

− Наверно, проголодался. Сейчас покормлю грудью — и успокоится, − сказала Даша и пошла кормить Акинфея.

На дворе уже полностью стемнело, снег валил большими пушистыми хлопьями. Ветви деревьев были заснежены, и всё вокруг выглядело как-то сказочно. Все жители уже давно разошлись по своим избам. Даже неугомонная бабка Авдотья успела закончить свои нескончаемые дела. У ещё не потухшего костра сидел только один дед Митрич. Он заворожённо смотрел на пламя костра и палкой шевелил угли. «Благодать-то какая, что помирать не хочется», — мелькнуло в голове деда.

Северная дорога

Отряд Мальтийца почти сутки находился у Северной дороги. Вальтер привёл его к большой поляне, где когда-то они потерпели поражение от дружинников Буслая. Место для засады было очень удобное: поляна хорошо просматривалась из густого ельника, который начинался прямо от обочины дороги. За прошедшие сутки обозов и караванов практически не было — из Ладоги в Новгород проследовало всего двое саней и прошло несколько человек крестьян. Мальтиец запретил разводить огонь, чтобы не обнаруживать своего местонахождения. У самой дороги он выставил пост из двух крестоносцев. В последний момент вместе с Марком попросился идти Стив. Они увиделись в лагере, обрадовались встрече, но толком поговорить не смогли, поэтому Стив решил идти с ним на Северную дорогу. Они выбрали место у поваленных ураганом берёз, где-то в ста метрах от дороги. Для ночлега пришлось нарубить еловых веток, чтобы теплее было спать. Также воины взяли с собой тёплые походные одеяла и пледы.

− Ну что, Стив, как думаешь, долго мы ещё просидим у этой дороги? − спросил Марк.

− Не знаю. Но вон, Амос говорит, что дьяк сказал: уважаемые люди сообщили ему, что этот обоз точно пойдёт, потому что какой-то ремесленник очень хочет попасть в город. С начала осени он там не был, а у него там хозяйство, дела какие-то, − ответил Стив.

− Ладно, будем ждать. Ну а ты расскажи, чем занимался с фон Борком всё время, которое мы не виделись? − спросил Мальтиец.

− Жили в Мариенбурге, охотились, обучал я фон Борка ратному искусству, ещё он пиры роскошные в своём замке закатывал. А потом магистр призвал его в Дерпт для выполнения святой миссии. И вот с того года мы в этих краях обосновались, − ответил Стив.

− А ты что скажешь, Вальтер? − поинтересовался Мальтиец.

− А что говорить? Мы служим ордену и нашей святой вере. Магистр поставил перед нами цель, мы стремимся её достигнуть. Но мой хозяин носит в своей душе личный интерес к этой земле — больно много ему вреда причинили местные люди, − ответил он.

− У меня тоже есть интерес на этой земле: я пришёл мстить за своего кузена Ричарда Манфреда, − услышав разговор, вставил Манфред.

− А разве то, что вы делаете, — это не месть? − спросил Мальтиец.

− Нет, тут речь о другом. Северный острог у всех сидит как кость в горле. Гедемин и сэр Манфред мечтают его захватить и разрушить. Командир у них — Буслай, великий воин. И силой, и разумом хорош. И убийство Ричарда Манфреда — его рук дело, одолел он его в поединке, − ответил Стив.

− Не знаю, как Ричард мог уступить какому-то новгородскому выскочке. Ричард неоднократно побеждал на турнирах, и на ристалище ему не было равных, − сказал Роберт.

− Он так же, как и вы, сэр Манфред, недооценил Буслая, за что и поплатился жизнью. Я видел этот поединок собственными глазами. Мне приходилось и скрещивать с ним мечи. Это великий воин. А в народе на этой земле про него легенды ходят. Говорят, он победил самого Ягра, − сказал Стив.

− Ягр?! − воскликнул Мальтиец.

− Да, Ягр — великий Ягр. Так доложу вам: он сейчас плечом к плечу с этим Буслаем дерётся, стало быть, друзьями они стали. Буслай взял его к себе в дружину, − ответил Стив.

− Да, Ягр — великий воин. А про Буслая я в своих землях что-то не слышал, − сказал Мальтиец.

− Смею вас уверить, скоро вы с ним познакомитесь ближе, − сказал Стив рыцарям.

− Ну что ж, если то, что рассказываешь ты про этого Буслая, — правда, то думаю, это достойный противник. Хотел бы я встретиться с ним в поединке, − задумчиво сказал Мальтиец.

− Недавно нам пришлось встретиться с ним и его людьми — он действительно неплох. Смерть Винтера — его рук дело, − сказал Манфред. Он много слышал о Мальтийце и о его мастерстве бойца, поэтому в этот момент в его голове мелькнула мысль: «Может быть, этот Мальтиец действительно сможет одолеть Буслая».

− Ладно, давайте перекусим. Гийом, что там у нас из еды? − спросил Марк.

− Сейчас всё разложу. Через две минуты всё будет готово, − ответил он.

− Перекусите и смените дозор. Стив, отбери для этого людей, − распорядился Мальтиец.

С рассветом отряд под командой Сидора уже собрался к отправке в Ладогу. Из женщин вышли провожать только Пелагея и Настя. Вместо Калаша место на санях занял гусляр Зозуля.

− Спирька, ты это… береги себя. Я тебя ждать буду. Поцеловать тебя хочу на дорогу, да стесняюсь — люди смотрят. Но ты считай, что я тебя поцеловала, − сказала Настя и крепко сжала ему руку.

− Не переживай за меня, я обязательно вернусь к тебе. Тем более вон Митрич вышел нас провожать — мне этот дед удачу приносит. Митрич! Тебе сегодня ночью апостол Андрей не снился? − улыбаясь, с юношеским задором, спросил Спирька.

− Нет, сегодня апостол не снился, но на душе моей тревожно. Ночью Авдотья храпела сильно, а это не к добру, − ответил Митрич.

− Ох, Митрич, услышит тебя бабка Авдотья — последние кудри твои выдернет, − улыбнувшись, сказал Дар.

− Господи, Дар, обними меня-то, а с Митричем, когда приедешь обратно, тогда поговоришь, − сказала Пелагея. Дар нежно обнял жену.

− Не переживай, мы там долго задерживаться не будем, − сказал он.

− Береги себя. Я скучать буду, − сказала женщина. Он взял лицо Пелагеи в свои руки и страстно поцеловал.

− Всё, отправляться пора, − сказал он. − Не провожай до ворот — примета плохая.

− Давай, Спирька, хватит прощаться, выходим. Митрофан, открывай ворота, − крикнул Сидор.

Обоз состоял из одних саней, на которые бабка Авдотья со Степанидой положили разделанную тушу кабанчика, бочку мёда и полпуда солёного сала. Спирька и Пимен ехали на конях, а Сидор с четырьмя дружинниками шли сзади саней. Дар держал за узду лошадь, запряжённую в сани, а Зозуля и Никифор ехали на санях. До поворота дороги шли молча, потом им дорогу перебежал белый лось — тот самый, которого Спирька вместе с Архипом не раз встречал в Сосновом лесу.

− Белый лось! − воскликнул Спирька.

− Что это было? − в крайнем удивлении спросил Зозуля.

− Это белый лось. Мы, когда с Архипом ходили, видели его. Архип говорит, что это святое животное и никогда не пытался на него охотиться. Этот лось Архипа тоже знает и не боится, − ответил Спирька.

− Испугал он нас, чёрт его побери, − выругался Сидор.

− Зря ты ругаешься на это животное — вот Бог услышит и накажет, − сказал Спирька.

− Да Богу нет никакого дела до этого лося. Ты как ребёнок, Спиридон, − сказал Сидор. Спирька отпустил поводья и вырвался на три корпуса вперёд.

− Обиделся, − улыбнувшись, сказал Сидор.

− А может, Архип-то правду говорит? Охотник врать не любит, − сказал Зозуля.

− И ты в ту же степь, − ухмыльнулся Сидор.

− Ты как хочешь, а я не буду Бога гневить. Хватит об этом. Давай поговорим о чём-нибудь другом, − предложил Зозуля.

− Давай, − вздохнув, согласился Сидор.

− Как у вас ещё сил хватает о чём-либо говорить? Вон сколько снегу намело — идти-то трудно, − сказал с саней Никифор.

− Трудновато, но мы особо никуда не торопимся. Если до вечера не успеем, на постоялом дворе у опушки переночуем. Хозяин, думаю, рад нам будет — народу-то сейчас немного к нему жалует. Сколько идём, а ещё никто навстречу нам не попадался. И вчера мимо острога всего двое саней проехало да несколько путников прошло. Смутное время — обозы и караваны не идут в Новгород и Ладогу. Смотри, дорога совсем не укатана, − сказал Сидор.

− Мы люди военные, нам не привыкать, − сказал один из дружинников.

− Военные не военные, а ходу прибавьте, а то не дай Бог снег снова повалит — вообще в лесу заночуем. А очень не хотелось бы, − поторопил Дар.

− И как люди лихие зимой в лесах живут? − задумавшись, спросил Зозуля.

− Так и живут. Кто шалаши делает, ельником обкладывает, чтобы мягче и теплее было, а кто вообще землянки роет. Только землянки нужно рыть летом либо по осени, − ответил Спирька.

− А ты откуда знаешь? − спросил Зозуля.

− Я много чего знаю. Это ты, Зозуля, всё больше в остроге сидишь да песенки играешь, а я сначала с Архипом все леса местные облазил, а потом и с дружиной побегал. Так что оттуда все мои знания, − ответил Спирька.

− Буслай сказал, что ты в последней схватке троих уложил. Правда это? − спросил Зозуля.

− Говорит — значит, правда. Чего парня мучаешь? − упрекнул Зозулю Дар.

− Ничего я его не мучаю, просто интересно, как там всё было, − ответил гусляр.

− Было всё просто. Они напали, мы победили — вот и весь сказ, − сказал Спирька.

Дальше, около получаса, ехали молча. Все были поглощены своими думами. Спирька думал о Насте, об их будущем. Дар только сегодня узнал, что Пелагея носит под сердцем его дитя, и очень обрадовался, поэтому все его мысли были только об этом. Никифор был в предвкушении приезда в Ладогу. Его голову терзали многие мысли: о том, как он придёт к Амосу и выскажет ему всё, что о нём думает; о том, в каком состоянии находятся его дела. Уезжая, он оставил там двух подмастерьев, которые на него работали. Сейчас Никифор достиг уже такого уровня, что хотел расширить своё дело, чтобы на него работало больше людей — эти мысли терзали его уже очень давно. Сидор не думал ни о чём, он напевал себе под нос какую-то песенку. А Пимен оторвался от всех метров на пятьдесят и просто любовался зимним лесом. А лес действительно был красивым. Было тепло, и всю ночь валил снег, поэтому все ветви были густо облеплены снегом. Лес казался каким-то сказочным. Так же поражала абсолютная тишина.

− Тихо-то как! − нарушил тишину Зозуля.

− Мы же в лесу, − сказал Никифор.

− Всё равно приятно. Вот живём вроде не в городе, в остроге людей немного, но шума там хватает. То Митрич со своими вопросами да советами пристаёт, то бабка Авдотья на весь острог орёт, то дети малые пищат. А здесь просто отдыхаешь, так сказать, жизнью наслаждаешься, − с широкой улыбкой сказал Зозуля.

− Так ты в лес чаще ходи, например с Архипом на охоту — тогда будешь жизнью каждый Божий день наслаждаться, − сказал Спирька.

− Какой из меня охотник? Неспособный я к этому делу, а людей смешить не хочу, − сказал Зозуля.

− Ну, сети-то Калаш научил тебя ставить, так и Архип охотничьему делу обучит, − сказал Спирька.

− Одно дело — рыбу ловить, а охота — это совсем другое. Охотником родиться надо, − сказал Зозуля.

− Может, ты и прав, − сказал Спирька.

− Куда Пимен-то ускакал? − не унимался Зозуля.

− Наверно, устал от твоей болтовни, − ответил Сидор.

− Когда разговариваешь, дорога короче кажется, − сказал Зозуля.

− Тебе надо было Митрича с собой брать — он твоим ушам отдохнуть бы не дал, − сказал Дар.

− Это уж точно — Митрич свой шанс высказаться не упустил бы, − поддержал Спиридон.

Мальтиец сменил дозор на дороге и предложил перекусить своим людям. Его предложение приняли с большим удовольствием. Гийом расстелил большое полотенце прямо на снегу и выложил на него сало, хлеб, сыр и вяленое мясо. Все с аппетитом принялись есть.

− Вот что я думаю: если они пойдут сегодня, то около нас должны появиться где-то к полудню. Поэтому в это время нужно дежурить у дороги всем, − рассудил Вальтер.

− Логично. Что-то мы раньше об этом не подумали, − сказал Мальтиец.

− Просто вы не представляете себе расстояние отсюда до острога, поэтому и не подумали об этом, − сказал Вальтер.

− Сейчас доедим и пойдём к дороге, − сказал Мальтиец и проглотил кусок мяса.

− Поскорее бы, а то надоело есть холодную пищу. Хорошо, что ещё тепло относительно, а то закоченели бы тут, − недовольным голосом сказал Манфред и нехотя положил в рот кусок сала.

− Потерпи немного, я уверен, скоро всё это кончится, − попытался успокоить его Марк.

Когда перекус закончился, Мальтиец дал команду всем переместиться к дороге.

Тем временем обоз подходил уже к большой поляне. Пимен ехал всё так же впереди отряда, а дружинники, наоборот, растянулись — видимо, сказывалась усталость.

− Давай, подтянитесь! Чего растянулись? − строго сказал им Сидор.

− Говорил вам: не болтайте, а берегите силы, − сказал Дар.

− Может, немного передохнём? − предложил один из дружинников.

− На большой поляне передохнём. Там и лошадям сена дадим, и сами перекусим. Совсем недолго осталось, − успокоил всех Сидор.

− Стойте! Что-то мне не нравится это место. Глядите, вон там, вдалеке, птицы взлетели. Возможно, кто-то их спугнул, − сказал Спиридон и насторожился.

− Да брось ты, Спирька. Птицы как птицы — положено им летать. А может, какой-нибудь караван навстречу нам идёт, − предположил Зозуля.

− Может, конечно, и так, но осторожность никогда не помешает, − ответил Спирька.

− Это да, − вздохнув, сказал Зозуля.

− А вон и поляна. Мне казалось, что до неё ещё где-то около получаса езды, − удивлённо сказал Сидор.

− Ты просто зимой здесь не был. Так бывает: летом одна картина, а зимой — совершенно другая. Если ты в лес часто ходить будешь, быстро привыкнешь ориентироваться, − сказал Спирька.

− Молодец ты, Спиридон. Да и Буслай тебя хвалит — видит в тебе прок, − сказал Дар.

В этот момент раздались громкие крики, и из леса выскочили вооружённые люди. Одновременно Пимен рухнул с коня, поражённый стрелой в самое горло.

− Разбойники! − закричал Дар, который первым увидел упавшего с коня Пимена.

Дружинники и Дар выхватили оружие. Никифор был человек не робкого десятка и схватил подвернувшиеся под руку вилы. Зозуля был трусоват, а к ратному делу совсем не способен, но, глядя на остальных, схватил топор. Дружинники подбежали вперёд и выставили копья. Картина складывалась следующая: десять человек атаковали девять человек Сидора (из которых было шесть дружинников, Дар, Зозуля и ремесленник Никифор). Пимен был убит выстрелом из лука. Спирька, единственный из всех, был на коне. Он не растерялся и смело направил Ветра на врагов. Его атаковали сразу два крестоносца и Вальтер. Манфред со своим воином встретил на пути Дара, Сидор вышел против Мальтийца, Стив, Гийом и Меченый столкнулись с четырьмя дружинниками Сидора, Зозулей и Никифором.

Спирька с высоты коня начал с большой частотой опускать саблю на головы врагов. Через мгновение один воин упал с прорубленной шеей. Спирька продолжил бой с Вальтером и вторым крестоносцем.

Дар, как мы раньше рассказывали, был очень неплохим бойцом. Он отлично владел мечом, что почти сразу поняли Манфред и его слуга. Ловко отбив удар Манфреда, он ударом кулака в лицо отбросил от себя рыцаря и сразу набросился на его слугу. Круговым движением меча он выбил у противника меч из рук и, развернувшись, нанёс рубящий удар. Меч пробил кольчугу и глубоко вошёл в тело противника. Тот опустился на землю. Дар вторым колющим ударом проткнул ему горло. В этот момент к нему снова подбежал Манфред. Между ними начался поединок. Манфред был отличным бойцом, но очень самолюбив и не всегда способен критически оценить противника. Поэтому на первом этапе схватки он пропустил колющий удар, который пробил кольчугу, но только немного задел бок рыцаря. Пропустив удар, он стал значительно осторожнее.

Сидор почти сразу понял, что перед ним искусный боец. Мы знаем, что и сам дружинник обладал многими отличными боевыми качествами: ловкостью, владением оружием, выносливостью, но класс Мальтийца оказался значительно выше. Сидор нанёс два удара топором, от которых Мальтиец легко уклонился. Третий удар он парировал сразу двумя своими мечами, сложенными крест-накрест. Когда удар пришёлся между мечей, он сжал ими топор и резко дёрнул вправо. Топор вылетел из рук Сидора. Он не успел даже понять, что произошло, потому что через мгновение оба меча воткнулись в его грудь. Удары были настолько резкими и сильными, что мечи пронзили его тело насквозь. Сидор умер мгновенно. Мальтиец осмотрелся и побежал на помощь Меченому, Стиву и Гийому. Но те успешно справлялись со своей задачей. Один дружинник уже пал от руки Гийома.

Зозуля вскочил на сани и как мог отбивался своим топором, но опытный Меченый после вялых попыток Зозули рубящим ударом сбоку разрубил ему колено. Гусляр упал на сани и закричал от боли, а Меченый быстро перехватил меч в обе руки и ударом сверху воткнул его в грудь Зозули.

− Вот и всё, − прохрипел тот и испустил дух.

В этот момент с другой стороны саней Никифор пытался вилами уколоть Меченого. Легендарный Стив взял на себя двух дружинников. У обоих были копья, поэтому они пытались не подпустить Стива к себе. Но оруженосец пошёл на хитрость: он резко ушёл в сторону от тычка копья воина, который стоял от него справа, и оба дружинника оказались на одной линии. Первый мешал своим телом второму нанести удар. Тут Стив коротким колющим ударом поразил в бок дружинника. Тот вскрикнул и рухнул — меч пробил селезёнку бойца. В этот момент подбежал и Мальтиец. Они одновременно вонзили мечи в другого дружинника.

Спирька, увидев, что отряд дружинников быстро редеет, спрыгнул с коня на сани и оттуда атаковал Меченого. Это дало возможность Никифору перевести дух и снова забежать за сани. Но в этот момент на Спирьку снова побежали Вальтер и один из крестоносцев. Юноше пришлось отступить. Крестоносец, поняв это как трусость, усилил натиск, но Спирька, как учил его Буслай, молниеносно отскочил в сторону и в то же мгновение воткнул свою саблю ему в шею. Тот выронил меч и схватился за горло, из которого кровь хлестала сильными струями.

В этот момент Меченый ранил в грудь Никифора. Но ремесленник не опустил оружие и отступал спиной к телеге. Гийом разделался со своим дружинником без осложнений. На Дара уже нападало несколько человек, но он не сдавался. Дар понимал, что через минуту будет мёртв, поэтому, собрав в кулак всю волю, кинулся на противника в надежде хоть кого-нибудь забрать с собой. Но сразу три меча воткнулись в его грудь. Он упал на спину.

− Пелагея, − прохрипел он. Это было последнее слово в его жизни.

Тем временем опытный Вальтер, отбив удар Спирьки, разрубил ему плечо, а Меченый нанёс второе ранение Никифору — в бедро. Тот опустился на колени. И в этот момент из-за саней показался Амос и подошёл к Никифору.

− Амос?! − удивлённо воскликнул Никифор.

− А что тебя удивляет? Это я. Сам Марк Мальтиец пришёл тебя убивать, − ответил купец.

− Почему ты здесь? Почему ты тогда бежал и бросил Алёну? − гневно спросил Никифор. Амос брезгливо посмотрел в глаза ремесленника.

− Убей его, Меченый, − сказал он и отошёл в сторону.

− Иуда! − крикнул Никифор. В этот момент его горло пронзил длинный меч Меченого.

Раненый Спирька, видя, что остался один среди врагов, пересилив боль, изловчился и ударом ноги в подбородок отбросил Вальтера от себя. Благо, рядом крутился его верный конь Ветер. Юноша, недолго думая, вскочил на него и пришпорил. Ветер вихрем рванул с места.

− Мальчишку держите! − писклявым голосом прокричал Амос. В этот момент в спину Спирьки вонзилась стрела. Он вскрикнул и опустился на гриву Ветра. Скакун что есть сил скакал в сторону острога.

− Всё, ему конец. Я попал в него, − сказал Гийом.

− Хороший выстрел, − похвалил его Мальтиец.

− Он точно умер? Они должны все быть мертвы, − взволнованно сказал Амос.

− Не переживай, − успокоил его Вальтер.

Люди Мальтийца скинули трупы к опушке на край поляны, забрали оружие и погрузили его на сани.

− О! Тут у них мясо, сало и, по-моему, бочка мёда, − приоткрыв покрывало, сказал Манфред.

− Хорошо, нам сейчас это не помешает. Гийом, возьми лошадь — вон она бегает, − распорядился Мальтиец.

− Славная была драка, − процедил Меченый.

− Какие у нас потери? − спросил Мальтиец.

− Два кнехта и мой слуга, − ответил Манфред.

− Не сдались, до последнего бились. Они достойны уважения, − сказал Марк.

− Я же говорю — непокорный народ, − сказал Вальтер.

− Но мы его покорим, − вставил своё слово Манфред. Мальтиец с иронией улыбнулся.

− Ладно, хватит болтать, нужно возвращаться, − сказал Мальтиец и махнул рукой, давая понять, чтобы все следовали за ним.

Северный острог

В Северном остроге день проходил обыденно. Все занимались своими привычными делами. Бабка Авдотья, как всегда, хлопотала на кухне и не давала покоя своим главным помощницам — Пелагее и Степаниде. Мирон что-то ковал в своей кузне, Фирс ремонтировал печь в одной из изб, мужики убирали двор, а Калаш лечил больную ногу. Недавно вернулись Архип и Агапит — они ходили проверять ловушки. Поход выдался удачным: в ловушки попались три лисы и около десятка соболей. Бездельничали только дружинники, так как в этот день мимо острога не прошло ни одного каравана. Только Митрофан стоял в охранении на стене. Ему тоже было скучно: он стоял, облокотившись на бревно, и глядел, как мужики гребут снег.

Это невесёлое занятие прервало громкое лошадиное ржание. Митрофан от неожиданности вздрогнул и обернулся. У ворот острога стоял Ветер и копытом бил снег. На нём лежало тело Спирьки с воткнутой в спину стрелой. Митрофан поспешил открыть ворота. Ветер, крутя головой, вошёл внутрь.

− Митрич, срочно зови Буслая и Зару! − крикнул он проходившему мимо деду. Тот быстро побежал выполнять распоряжение. Через минуту во дворе было уже несколько дружинников и Зара. Суета у ворот возбудила интерес жителей острога. Спирьку Буслай и Пересвет аккуратно сняли с коня и положили на землю. Зара быстро начала осматривать юношу.

− Он ещё жив! − громко, возбуждённым голосом сказала она. − Быстро ко мне в избу!

Ерёма и Нектарий аккуратно подняли Спирьку и понесли в избу Зары. В этот момент подбежала Настя, которая находилась на кухне и помогала бабке Авдотье.

− Что с ним?! − испуганно вскрикнула девушка.

− Жив он, нужна срочная помощь, − ответил Буслай. Девушка не выдержала, кинулась на грудь воеводы и разрыдалась.

− Успокойся, всё будет хорошо. Ты же знаешь, какая Зара умелица, − попытался успокоить девушку Буслай и обнял её. Алёна и Пелагея ничего не поняли и стояли в недоумении.

− Зара, как только он сможет говорить, немедленно позови нас, − сказал Ягр.

− Хорошо, − ответила ведунья и пошла за Ерёмой и Нектарием.

− Ягр, отец Евлампий, собирайте совет, − скомандовал воевода и пошёл за Зарой.

Зара сразу распорядилась положить юношу на стол и снять с него одежду. Нектарий разорвал одежду на юноше. Спирька был без сознания. Юношу положили на живот, и ведунья аккуратно стала вынимать стрелу из его спины. От боли он пришёл в сознание и застонал.

− Всё, идите, вашей помощи мне больше не потребуется, − сказала Зара. Ерёма и Нектарий пошли к выходу.

− Ну что, Зара, как он? − спросил Буслай.

− Пока трудно что-то сказать. Могу одно: крови он потерял очень много. Видишь, помимо стрелы, у него ещё рубленая рана плеча. Ты иди, Буслай, я сейчас всё обработаю и дам ему поддерживающие микстуры. Как только можно будет с ним поговорить, обязательно позову, − сказала женщина.

− Хорошо, − сказал воевода, взял стрелу и пошёл в большой дом.

В большом доме все уже собрались и ждали только Буслая. Помимо дружинников, пригласили и Архипа. Когда вошёл воевода, все посмотрели на него и с нетерпением стали ждать, что он скажет. Буслай прошёл к столу и сел на своё место.