Рубиновая роса. Книга II

Сир Архан в это время, так же отбыл с проверкой готовности своих магов. Он ещё раз пообщался с Родериком Скайбриджем, объяснив тому и строго настрого предупредив, что его подопечные вступят в бой только в крайнем случаи. Верховным магом Флавии было принято решение, что студиозы академии магии, будут выступать только в качестве резервуаров с силой, давая энергетическую подпитку боевым магам Империи. И только в самом крайнем, когда совсем уже не останется другого выхода, случай, вступят в бой.

- Ну что ж. - Сигвин поправил меч с рукоятью инкрустированной драгоценными камнями. Подгорный король посмотрел на князя перворождённых и императора людей. Повелитель Хрустального трона сам, в отсутствии Горного пика решил вести свой хирд в бой. - Желаю нам скорой победы.

- И пусть боги и наши мечи покарают врага. - Ответил на пожелание гнома, Эль'Меделин.

- Удачи нам друзья. - Прощаясь с командующими войск союзников, что бы вернуться к своим, сказал Эрик.

В это же самое время Консул Императорского конвента, барон Бертран фон Грегор огласил указ Императора о переходе страны на военное положение. По всей Империи людьми «серого» стали производиться аресты агентов Тинора.

Короли и герцоги чьи государства вошли в Империю, отрядили своих рыцарей и сержантов как того требовала вассальная клятва.

Холодный ветер гнал по небу серые облака.

Флавийская Империя вступила в войну.

ГЛАВА 3

Почти каждое утро на траве лежал иней. Солнце, застывшее в небе, с каждым днём всё больше становилось просто ярким шаром, оно уже совсем обленилось и перестало давать достаточно тепла.

С тех пор как охотник впервые после своего исцеления вышел из юрты шамана, прошло несколько дней. Юртовище изменилось. Оно опустело, стало не таким шумным. Гоблины ушли. Почти все. Целой осталась только стоянка амакана. Воины остальных родов, разобрав свои временные жилища, вернулись обратно в родную лесотундру. Теперь, кое-где на огромном поле юртовища, виднелись только юрты шаманов, которым предстояло решить нелёгкий вопрос - как их народу жить дальше? Тысячи лет истории, их веры, образа жизни, вдруг, в один день, изменились. Изменились из-за одного человека. Человека! Победившего грозную богиню болот. Богиню гоблинов Эрту. Свет от батэ сарыктан озарял озеро богини зеленокожего народа все эти дни, какие Колд пролежал, едва живой, удерживаемый только заклятиями шамана, в его юрте. Молодой ученик амакана, в тот день прибежал в юртовище, весь мокрый, в грязи, в местами порванной о кусты одежде, и поднял настоящий переполох. Взахлёб, то заикаясь, то срываясь на крик, вытирая, размазывая рукавом по лицу текущие слёзы, юный шаман рассказал то, чему стали свидетелями его собственные глаза. То чего просто не могло случиться. Он рассказал, замершим, стоящим с открытыми ртами, кто в испуге, кто в неверии, гоблинам о битве на болотах богини. Они не могли поверить, не хотели, но свет цветка, бьющий в небо и ласкающий своим розовато-лунным светом округу, говорил - да, это правда!

После того как самые почитаемые шаманы лесотундры, всё же набравшись смелости отправились на болота, к освещённому батэ сарыктан озеру и вернулись назад, в юртовище начался настоящий кошмар. Паника и страх охватили сердца воинов зеленокожего народа. Когда дедушка Хека услышал возле своей юрты множество голосов, он вышел наружу. Перед входом в его юрту толпилось множество гоблинов. Здесь были почти все рода, а перед своими ногами, на сухой давно затоптанной траве старый шаман увидел, сложенные вещи Колда и его двух шантар-шаудэкэ оставленных в качестве выкупа роду эркант-ватэ, и смотрящую перед собой мертвыми, пустыми глазами, отрезанную и исходящую кровью голову, вождя.

Колд не спеша совершенно бесцельно брёл по-пустому юртовищу. Он не обращал никакого внимания на то, как встречавшие его гоблины, кто замирал на месте, боясь пошевелиться, кто убегал, в страхе побросав свои вещи, кто бухался на колени и начинал что-то бормотать, уткнувшись лицом в мокрую землю. Для тех немногочисленных воинов зеленокожего народа оставшихся со своими шаманами, да и для самих амаканов, сейчас по месту их лагеря шёл бог.

Охотник был погружен в свои мысли. Колд думал о том, что же его привело вновь на Иберию. Он ещё раз вспомнил и прокрутил в голове весь разговор с богом междумирья. Теперь он знал, что странный бог с одним «я» на две разные сущности, сделал так, что он, получил свободу выбора, что тот путь, ослепительно белый туннель, вывел его дух обратно на Иберию, потому что так хотел сам Колд. Он не осознавал этого, когда шёл по пути озаряемый со всех сторон ярким светом, но это был его выбор. Вернуться назад. К друзьям, к Нольду, Эрику, к маленькому непоседе, к оставленному в клетке тинорскому солдату, к войне Империи медведя. К его войне и к его пути.

Колд опустился на землю, прислонившись к стволу деверева росшего на излюбленном холме амакана. Теперь, всё хорошенько взвесив, передумав множество мыслей, он понял, что хотел сказать тогда на лугу бог.

- «Конечно я человек. Кто же ещё?» - Он пожал плечами и сам себе улыбнулся. Охотник был уверен, что только будучи человеком, он смог вернуться вновь на Иберию. Теперь он знал, в каком месте с ним говорил бог, и что это был за туннель света. Колд был уверен, что бог не обманул его, и он действительно был божественной сущностью, готовой пройдя туннель стать, родиться богом. В любом из миров, в котором бы пожелал. Но то малое, та четверть века, что он прожил человеком, охотником, помощником деревенского кузнеца, прочно изменило его сознание. И именно он, разум, закалённый в бренном, человеческом теле, его человеческие чувства, помыслы и желания, вывели проложенной им же тропой к своему, знакомому, привычному телу, его истинное «я» сотворённое из «рубиновой росы» богом-хранителем междумирья.

Охотник совершенно не жалел, что выбрал именно этот путь. Он не хотел, считал, что ещё не был готов, взвалить на себя груз, обещанный аватарой Демиурга. - «Нет, ещё не время». - В который раз, убеждённо подумал Колд. И хотя то состояние, в котором он оказался на том лугу, и манило, будоражило кровь, охотник знал, что ему просто не хватит ни опыта, ни знаний, что бы быть богом. Колд несколько раз пытался сотворить волшбу. И пришёл к выводу, что и сейчас и в те разы, когда он бился с тварью в мире камня или с богиней болот Эртой, он управлял магией скорее интуитивно. На том уровне сознания, которое, словно инстинкты животного, было изначально заложено в его сущность, в его истинное «я».

- Мне надо многому научиться. - В слух произнёс он, после того как чудом отскочил, защищаясь от своего же заклятья и едва из-за этого не обгорев. Волшебство не удалось. Всё пошло не так. Колд попытался, действуя так, как подсказывало ему вдохновенье, сотворить стену пламени, в итоге обжигая руку и слегка опалив волосы. - «Надо бы поаккуратней. - Он усмехнулся. - Не хотелось бы приготовить жаркое из самого себя. Кто оценит столь редкое блюдо?»

- Чем занят? - Оторвал его от раздумий подошедший проныра. - Эй, а что у тебя с волосами? - Гоблин наклонился, что бы рассмотреть опаленную прядь охотника.

- Да, так… костёр разводил.

- У-у. - Понимающе протянул Хек.

Гоблин присел рядом с Колдом. Они молча смотрели вдаль. Говорить не хотелось. Каждый был погружён в свои мысли. Да и последние редкие, тёплые лучи солнца, так приятно ласкали лицо, изредка проглядывая из-за густых облаков, что хотелось полностью насладиться этим моментом, не отвлекаясь, не разговаривая, и даже не думая. Просто ощущая всю ласку, нежных ладоней солнечного света.

- Колд? - Начал разговор Хек, когда очередная тучка спрятала солнце.

Охотник знал, о чём пойдёт речь. Но самому затевать этот разговор не хотелось.

- Что? - Спросил он.

Гоблин ещё какое-то время помолчал. - Э-э, ты ведь уйдёшь? - Наконец спросил он.

Колд мысленно улыбнулся, чувствуя интонацию, и все те чувства, что сейчас прозвучали в вопросе маленького зеленокожего непоседы.

- Да, дружище. Наверное, скоро.

Гоблин кивнул и ещё немного помолчав, спросил - Куда ты пойдёшь?

- Не знаю. - Пожав плечами, - «Наверное, перенял у Нольда.» - честно ответил Колд. Охотник сам много раз задумывался над этим вопросом. Он не знал, куда идти дальше? Что делать? Он хотел вернуться к Эрику. Сильно хотел вновь попасть на Зиал, повидать отца. Как-то разыскать, любимую, но, как и где он пока не представлял. Очень хотелось повидаться с сиром Арханом и Ирданом Коваром. Колд был уверен, что последний вполне способен обучить его управляться с Силой. Но и расставаться с Хеком, Нольдом, старым амаканом, тоже не очень то и хотелось.

- Лим совсем поправился. - Что бы поддержать разговор и, не зная, что бы сказать ещё, произнёс Хек.

Колд просто кивнул. Он как-то сам заходил в юрту, где выхаживали тинорского солдата. Увидев вошедшего, тинорец вскочил со шкур, хотя было видно, что ему было тяжело, и попытался отблагодарить спасителя, сильно сжав руку охотника и что-то быстро говоря на своём чудном языке, которого Колд совершено, не понимал.

- Пойдём что ли. - Поднявшись, предложил Хек. - Я собственно за тобой и шёл. Нольд звал. Говорит, мясо на углях будет. По-ихнему, по гномьи.

- Ну, тогда идём. - Улыбнувшись, встал Колд. Последнее время он ощущал хороший аппетит и сейчас был не прочь отведать стряпни друга.

- А! Вовремя. - Заметив подошедших, воскликнул гном. Подгорный воин в последние дни сильно переменился. Он стал более весел и меньше налегал юм. Сейчас же, Горный Пик распластался на корточках на земле и, изогнувшись, дул на угли, пытаясь их раздуть под насаженным на деревянный вертел капающим и шкварчащим мясом. - Уже почти готово. - Вытерев со лба пот тыльной стороной ладони, выдохнул он.

Блюдо получилось простым, но вкусным. Проявился поварской талант гнома. Обжаренные куски мяса сочились капающим на пальцы жиром, а в нос ударял приятный запах костра. На пир, как уже сложилось в традицию, были приглашены, кроме друзей гнома, также Тонгэ и старый шаман. По кругу шёл бурдюк с юмом. Тихо потрескивал костёр.

- Значит уходишь. - Не то спросил, не то констатировал амакан.

- Да.

Шаман задумчиво покивал головой. - Куда?

- Вернусь в Империю. Ведь скоро война.

- Точно. - Жуя мясо, поддержал охотника Нольд. - Если ничего не напутали, вот-вот грянет. Там наше место.

Шаман снова кивнул.

- Э-э… дедушка? - Робко начал Хке.

Старый шаман положил руку на плечо внука. - Мы это уже обсуждали, молодой Хекарчэ. И я сказал - нет.

Хек сразу сник, и Колду даже показалось, что кончики ушей гоблина тоже слегка опустились. Охотник мысленно улыбнулся. Он уже знал, что молодой непоседа, пытался уговорить деда отпустить того с ним. Но старый шаман был непреклонен. И хоть охотнику и жаль было расставаться с непоседой, он понимал, что амакану тот нужен в их лесотундре. И что этого неуклюжего, непоседливого сорванца ждёт великое будущее, уготовленное старым, мудрым шаманом.

Говорили не о чём. Колд вновь погрузился в раздумья о своей дальнейшей судьбе. - «Сколько всего нужно узнать? Сделать?» - Краем уха охотник ловил обрывки фраз, громогласный смех Нольда, медленную речь Тонгэ, которую переводил амакан.

- …и клянусь ледяной водой чёрного озера, что лесотундра ещё нескоро успокоиться!

- Что? - Колд будто проснулся. Эти слова только что сказанные старым амаканом, вывели охотника из задумчивости.

- Ты о чём? - Удивлённо спросил шаман.

- Что ты сказал про ледяноё озеро?

- А… клянусь ледяной водой чёрного озера. - Сложив руки на животе, повторил амакан. - Это такая присказка. Досталась мне ещё от моего деда. А тому в свою очередь от его. Давняя история. - Гоблин замолчал, видимо что-то вспомнив, но заметив с каким интересом смотрит на него человек, понял что того это заинтересовало и продолжил. - У нас в роду, все шаманами были. И я, и отец мой, и дед… - Амакан потрепал Хека по голове. - Очень давно, кажется, это был прапрадед моего деда. - Шаман задумался, вспоминая, но, видимо не вспомнив продолжил. - Набрёл он как-то на озеро одно. Как вышел к нему, сказать не мог. Странно конечно, великий шаман был. Мне до него далеко. - Гоблин печально улыбнулся. А Колд заметил, как недоверчиво воспринял слова деда Хек, считающий только его самым великим амаканом лесотундры. - Так вот, сказывал он потом, что озеро было то, чёрное совсем…

- Вода чёрная была? - Перебил шамана Нольд.

- Да нет, - гоблин усмехнулся - вода самая обычная. Я так думаю, то ли глубокое очень. Толь жизни в нём нет. От того и чёрное.

- А-а. - Понимающе кивнул гном.

- Ну, так вот. Странное оно было, мёртвое. Вода в нём была обычная, но стоило ему опустить в неё руку, как обожгло её тут же. Холодом обожгло. До костей. А льда на поверхности нет. Да и природа вокруг чудила, говорил. Вышел то он к той воде по лету. А на берегу озера снежком траву припорошило…

Гоблин всё говорил, тихо, протяжно, глядя на угли костра. А Колд, словно гипнозом от слов шамана, погружался в воспоминания, в свой сон. Остров и одинокое дерево, сбрасывающее последнюю листву, устилая землю плотным осенним ковром, прелых листьев…

- …с тех пор мы так и говорим. А к озеру тому больше пути не было.

- «Курдзаргал… стылое озеро». Это оно.

- Что? Ты о чём? - Амакан непонимающе посмотрел на Колда.

- Озеро. - Охотник встряхнул головой, прогоняя остатки сна-воспоминания. Он встал, не в силах больше сидеть, и ощущая накатывающую волну предчувствия, которому уже научился доверять. - Это оно. Стылое озеро!

Все сидящие у костра с недоумением смотрели на вставшего с места и какого-то возбуждённого Колда.

- Погоди, объясни толком. О чём толкуешь? - Гном развёл руками.

Оглядев друзей, охотник снова уселся. Собравшись с мыслями, он сказал. - Нольд, ты помнишь, там, в горах ты сказал, что я сам пойму, когда надо будет уйти. Что будет знак.

Горный Пик кивнул.

- Так вот. Сейчас почти тоже самое. Я знаю, что мне нужно к этому озеру. Скажите, - Колд отвернулся от нахмурившегося и задумчивого гнома, посмотрев на старого гоблина. - Вы знаете, как к нему добраться?

Амакан поджал губы. - Я знаю лишь примерное место. Кроме моего предка там никто никогда не был.

- Что ж, - Вся кровь Колда бурлила уверенностью выбора пути - я найду. Где это?

Дедушка Хека внимательно посмотрел на человека. - Ночью я покажу звезду. Идти надо на неё. Если не собьешься, выйдешь к реке Хура. Найдёшь изгиб, где река вдоль самой себя потечёт. Если на тот берег встать, да и на звезду посмотреть, то идти на юг. Дня два думаю. А вот как там искать, не ведаю.

Запоминая слова старого шамана, охотник кивнул. Рядом о чём-то переговаривался Тонгэ и Хек.

- Э-э, послушай Колд. - Мельком бросив взгляд на деда начал непоседа. - Я тут с Тонгэ поговорил… ну, в общем, он проводит тебя к Хуре.

Услышав своё имя, зеленокожий воин глядя на человека кивнул.

- Спасибо. Но…

- Вот и отлично! - Перебил охотника вскочивший гном. - Значит, нам не так скучно идти станет. - Нольд подмигнул прыснувшему смехом Хеку, показывая на недоумённо смотрящего человека. - А ты думал, я тебя одного отпущу? Вместе пойдём. Пропадёте без меня ведь. - Добавил он, уже бурча себе под нос и отправляясь собирать вещи.

Старый шаман глядя в огонь костра молча улыбнулся.

***

Тёмный бельд мерил шагами аскетичную комнату своего скромного жилища. Альдери'Берхаде тяжело вздохнул, опускаясь в своё излюбленное, и единственное в комнате, плетёное кресло. Мерно раскачиваясь, верховный колдун-жрец тихонько барабанил пальцами по подлокотникам. Бельд думал.

- «Корабли ушли». - Альдери'Берхаде лично провожал и напутствовал молитвой уплывающую на континент армию. Тёмные шли на кораблях людей. Собственных судов у бельдов не было. Их скалистый остров не изобиловал лесами. Дерево на Тагире ценилось как золото.

Жрец вспомнил свой разговор с Альдери'Реваркаахам. К его небольшому разочарованию, тёмный эльф, работающий в Тиноре, так же не знал для чего Аватара приказал нападать на обозы людей, идущие через земли недомерков. Не вызывало сомнение лишь одно, все три отряда были уничтожены.

- «Хорошо, что «летучие» на побережье действуют, как и должно». - Удовлетворённо отметил колдун. По их докладам верховный жрец знал, какой страх те посеяли на берегу империи. - «Хм». - Вновь задумался маг, обдумывая просьбу «союзников» из Тинора отправить один такой отряд в Астарг. Устранить сильно мешающего компании, главу разведки медведей. - «Опасное задание». - Альдери'Берхаде прекратив раскачиваться, встал с кресла. - «Опасное и сложное. Всё-таки столица…» - Колдун не питал иллюзий на счёт волшебников Флавии. Тем более где-где, а уж в центре империи, были собраны самые сильные маги людей. - «Хотя конечно…» - Тёмный, прикинул, что сейчас почти все человеческие маги должны быть на передовой. Встречать удар Тинора. - «Попробовать можно». - Принял решение он. - «Но, на этот раз сведём возможные потери к минимуму. Только один отряд».

Альдери'Берхаде подошел к невысокому каменному столику, на котором покоился кованный железный ларец. Подняв крышку, колдун вынул агатовый шар размером с крупное яблоко. Близнец шара, который он отдал вновь отбывшему на континент Альдери'Реваркааху. Колдун больше не желал оставаться в неведении, а этот идеально отполированный, голубой минерал носил на себе заклятье «дальней речи». Верховный жрец уселся, скрещивая ноги на тростниковую циновку, и вытянув перед собой руку с шаром сосредоточился. Едва камень «дальней речи» стал теплеть, он разорвал контакт.

- Довольно. - Колдун уже узнал, то, что хотел - заклятие работает. В противном случае шар бы оставался холодным. А выходить на полный контакт ни смысла, ни нужды не было. Такая связь отнимает много сил.

Вновь убрав шар в ларец, и закрыв крышку, жрец заново принялся обдумывать доставленную его протеже информацию.

- «Значит в мёртвой пустыне - город? Что ж. Допустим. Хм». - Он задумался. Ни один трактат, ни одна книга не упоминали о том, что эльфы когда-то жили в центре континента. А тут такое. Целый город. Да не простой. Не чета нынешним, человеческим. Великий город! - «И мёртвый». - С грустью подумал бельд. - «Реваркаах говорил, что у него белые стены и высокие шпили…» - Мечтательно, рисуя себе картину великолепного города эльфов, протянул он.

Верховный жрец представил, как он идёт по улицам этого города. - «Обязательно надо там побывать. И кто знает, может восстановим его? - Он усмехнулся. - Благо рабов будет в избытке».

Последняя мысль вернула Альдери'Берхаде к реальности. Он был мудрым и опытным правителем и отдавал себе отчёт, в том, что для тех Сил кои начали войну на континенте руками его народа, бельды всего лишь инструмент. Но всё же он нисколько не жалел о том дне, когда его предки впервые воззвали к тайной книге их Господина. Она давала власть, давала силу, знания. Древняя магия демонов, та её часть, которая была подвластна скромным, по сравнению с создателями, возможностям тёмных эльфов Тагира, была поистине грозным оружием. По сравнению с волшебством прочих народов Иберии.

Колдун часто задумывался, а для чего ему такая сила? Любил ли он власть? Да, был ответ, любил. Как и все князья ветви Альдери, ещё со времён жизни на Лиэле. И магия демонов сделала его Верховным жрецом, лучшим среди всех Тёмных Тагира. Но при этом Альдери'Берхаде знал, и эта мысль его и забавляла и тешила самолюбие и заставляла гордиться собой, больше всего он желал, что бы его народ вернулся на поверхность. И сила магии Господина могла в этом помочь.

- Не подведи мой народ, Повелитель. Прошу, не подведи. - Глядя перед собой, но мыслями вновь шагая по найденному Реваркаахом городу, тихо прошептал он.

***

Было решено ударить по врагу сообща. Эльфы Лиэля и подгорные воины Хрустального трона. Бок о бок. Как в старые «добрые» времена. Гномий хирд встанет по центру и будет мощным закованным в металл кулаком. Эль'Меделин не мог поспорить, но гномы действительно были самой грозной боевой силой в щитовом пехотном бою. Владыка светлых эльфов Суриона, отъехал немного в сторону, посылая своего скакуна на небольшой холм. Высадившаяся армия перворожденных, сверкающей цепью, окутанная трепещущими на ветру, на длинных пиках знамёнами, и штандартами ветвей закреплённых за спиной всадников, продвигалась в глубь империи медведей. Князь-маг, в окружении личной гвардии, своих капитанов, смотрел с холма на, рекой текущее по тракту войско. Эль'Меделин посмотрел вдаль, туда, где в конце армии, вслед за эльфийской конницей, шли пешие лучники. Тоже - гордость Лиэля. Непревзойденные стрелки. Длинные луки перворождённых посылали стрелы, туда, куда не могли стрелки других армий. А сами стрелы пробивали доспехи не хуже арбалетных болтов.

- Карту. - Не оборачиваясь, бросил Князь. Один из капитанов тут же протянул свёрнутую карту империи.

Эль'Меделин внимательным взглядом проследил путь, которым должно проследовать его войско, до места встречи с хирдом Сигвина. Князь мысленно усмехнулся, вспоминая как он с небольшим отрядом ещё недавно пробирался в этих местах тайком. Теперь же эльфы шли с гордостью, ощущая себя освободителями, а его князья искренне верили, что именно перворожденные станут костяком альянса в этой войне. Пресветлый Князь вытянул руку. Высоко в небе появилась чёрная точка. Она росла и, делая большие круги, опускалась ниже и ниже. Через какое-то время на руку правителя дуумвирата опустился сокол.

- Что ты видел? - Заглядывая в немигающие глаза птицы, и гладя по её голове пальцем, спросил Князь.

Раздалось довольное клёкотание. Птице была приятна ласка хозяина. Эль'Меделин был одним из немногих светлых эльфов, кто мог общаться, сливаясь разумом с птицами и зверьми. Глава дома Эль, предпочитал соколов.

Шевельнув рукой, эльф отпустил птицу, тут же скрывшуюся в сине неба. Ещё раз, бросив взгляд на карту, он передал ту обратно капитану.

Лошади эльфов были умны и хорошо обучены и конь Эль'Меделина услышав тихо сказанное слово хозяина медленно разгоняясь, спустился с холма, взяв путь к голове колонны эльфийской армии.

***

- Ещё двое, Ваша милость.

- Живы? - Не отрываясь от просмотра бумаг, сухо поинтересовался барон фон Грегор.

- Нет, Ваша милость. - Виновато доложил капитан личной охраны консула Императорского конвента.

Глава безопасности Флавийской Империи дочитал документ до конца и только после этого посмотрел на капитана стоящего возле его стола.

- «Многовато, что уж тут». - Подумал барон. Он не испытывал страха за свою жизнь. А то, что к тем, пойманным ранее четырём убийцам, посланным по его душу прибавились ещё двое, говорило только о том, что он хорошо делает своё дело, и что Тинор сильно прижала его служба.

- Ваша милость? - Заговорил капитан, следя одними глазами за вставшим из-за стола бароном.

- Да?

- Позвольте увеличить охрану. В этот раз ребята едва успели.

Генерал тайной службы задумчиво рассматривал стены своего кабинета. У барона была тяжёлая судьба. Он родился в семье простого рыбака. Волею судьбы попал в город. Скитался. Был уличным воришкой. Пока удача в лице графа Фалькона не улыбнулась ему. Случилось так, что граф, в то время глава разведки Флавии, приметил паренька уже дважды бежавшего из-под ареста. Второй свой арест Бертран получил как раз за кражу из дома Фалькона. Граф предложил будущему барону работу и лично присматривал за его успехами. С тех пор прошло много лет, и из простолюдина, сына рыбака, вырос один из лучших генералов разведки Империи.

Покушения на его жизнь льстили фон Грегору. Он жил только работой и не без основания гордился собой. Поэтому он осознавал, что если покушение удастся, Империя многое потеряет.

- Хорошо.

Капитан, с облегчением кивая, вздохнул.

- И вот ещё. - Барон немного помолчал. - Если есть свободные люди, усильте охрану вот по этому списку. - Генерал глазами указал на лежащий на его столе лист.