Рубиновая роса. Книга II

- «Это он!» - У неё не возникло никаких сомнений. Девушка точно знала, что она видит перед собой бога. Бога, которому служит маг. Бога, который захотел, что бы её нашли и пленили. Бога, которого она боялась.

- Значит, тебя зовут Аэлина. - Бог шёл полукругом, с любопытством разглядывая девушку с готовым выпрыгнуть из груди сердцем. - Не волнуйся. Сейчас тебе ничего не грозит.

Лин верила, что в словах высокого бога, с медно-красной кожей, витыми, прижатыми к голове рогами и внушающего ужас большими, трёхгранными молочно-белыми когтями была правда. Облик бога, по мнению девушки, был страшен и красив. Пропорции его тела. Витые жгуты рельефных мышц, словно светились изнутри. Откуда-то пришло понимание, что этот свет - Сила, сущность бога, которая не могла целиком уместиться в плоти существа. Бог остановился напротив неё и посмотрел в её глаза. Лучнице стало хорошо видно, как аура божества трепещет и переливается красно-золотистой рябью, словно воздух над раскалённой солнцем дорогой.

Сатор, она вспомнила его имя, подошел ближе и легонько кончиками когтей немного приподнял её подбородок.

- Да, это ты. - Удовлетворённо сказал он.

- Я? - Сама не осознавая как, вымолвила она.

- Ты. - Кивнул бог. - Я искал тебя столько веков. Тысячи лет.

- Веков… лет?! - Лина плохо понимала, о чём говорило божество.

Бог кивнул. - Не тебя, человек. Ту, которая внутри тебя. Её!

Аэлина нашла в себе силы посмотреть в сторону, проследив взглядом кивок головы бога. Сатор Орр’Кронит Сау-Катор указывал на светящийся адамант в центре зала. На ту, что покоилась в стенах этого сосуда. На спящую волшебным сном женщину.

***

Ирвин Вартан следил за происходящим, словно со стороны, будто его и не было в этом, не имеющим краёв зале.

- «Господин!» - Видя, как его Повелитель вышел из тьмы, прошептал он. Тут же отмечая, что и девушка тоже узнала бога. Сознанием оттеснённым Господином на задний план, он мог спокойно наблюдать за происходящим и понимал, что лучница узнала бога из-за того что его рука лежит сейчас на её плече, там, в другом мире, в замке Белой башни. А все три их сознания прибывают в едином поле, где-то в одном из домов Сатора. В том месте, которое он уже видел, когда Повелитель проходил через врата в храм Кимт'уза.

Ирвин Вартан слушал их разговор. В те моменты, когда бог или девушка смотрели на кристалл, ему казалось, что сердце начинало биться чаще. Маг не хотел себе признаваться, он скорее даже не думал об этом, но так случалось каждый раз, когда взгляд одного из них смотрел на женщину в адаманте.

- «Что это значит?!» - Удивился он вместе с Лин, когда бог указал на кристалл. - «Что значит её?»

Возможно, Бог услышал, что думает маг, а может он просто решил рассказать лучнице, в чём дело? Ещё раз, посмотрев на адамант Сатор произнёс - Очень давно была битва… - когда бог говорил в сознании человека и Мага проносились образы-воспоминания. Картины той страшной битвы, которую видел Господин Ирвина. Они видели как два огромных войска, стоявшие друг напротив друга, теряясь вдали своими флангами, сошлись впервые. Как всевозможные создания и твари рвали друг друга на части. Как звенело железо, и текла кровь, готовая залить собой континенты. Они смотрели как магия била магию. Как целые лиги воинств превращались в кровавые ошмётки, как плавилась земля, и рушились горы. Это было страшно. - Появился Заслон. - Продолжал говорить Сатор. Бог медленно расхаживал возле адаманта и его аура, точно плащ на ветру или пламя костра, трепетала и колыхалась, протянувшись на несколько ладоней вслед богу-демону. - Он воспользовался Силой многих существ в своём воинстве. Одним из них был, вернее, была, - поправился он, ещё раз посмотрев на кристалл - она. И это то, что он не учёл. Это то, что разрушит Заслон. В последний миг я успел схватить её, но поняв, что происходит, она отделила один из своих контуров, малую часть, крупицу, и послала прочь. Он остался на той стороне Заслона. Я искал его очень долго, пока не узнал, что возможно, часть её сути возвратилась на один из миров междумирья - Каарму. - Маг заметил, как снова вздрогнула Лин. - Этот аккраахим имела женское начало и носителем её сути могла быть только женщина. Одна из твоих далёких предков. - Сатор посмотрел на молчавшую девушку и продолжил - Мои слуги стали её искать. Они создали орган способный помочь в поисках - инквизицию. - Ирвин Вартан заметил, как девушка вздрогнула вновь. - Частичка аккраахима не могла умереть и каждая девушка твоего рода передавала её в наследство потомству. Есть приметы, как можно отличить такого носителя от простых людей и инквизиция начала «охоту на ведьм». Это развязывало руки. А суть в том, - Бог наконец остановился, и пристально посмотрел в глаза Аэлины - что она - он кивнул на кристалл - и та её часть, что сидит в тебе - связанны. Это мост, протянувшийся через Заслон. И это тот ключ, который я так долго искал!

Ирвин Вартан поражённый услышанным не меньше самой девушки обдумывал слова Повелителя.

- Ирвин. - Пророкотал в его сознании голос бога.

- Да, Господин. - Тут же отозвался Маг.

- Время пришло. Теперь ты поступишь так…

ГЛАВА 4

- Троллья печёнка! - Вскричал, едва не упав, зацепившись сапогом о торчавшую из земли корягу, прикрытую травой, гном. Что бы сохранить равновесие Нольд пробежал пару шагов. Оглянувшись на корягу, подгорный воин недобро нахмурился и, поправив закинутую за спину секиру, поспешил догонять Колда.

Обернувшись на ругань гнома, молодой охотник улыбнулся и стараясь не обращать внимание на идущего перед Нольдом тинорца, продолжил путь.

Освобождённый гоблинами пленный солдат королевства, догнал отряд, когда человек и его друг уже полдня шли за указывающим путь Тонгэ. Догнавший их отряд воин запыхался. За его плечами болтался плотно набитый мешок. Лим, за несколько метров перешёл на шаг, и тяжело дыша, молча встал перед Колдом.

Подгорный воин хотел было уже отправить незваного попутчика назад, и грозно сведя брови, почти сделал шаг, но был остановлен тихо сказанным словом друга - Оставь.

Внимательно посмотрев на Колда, Нольд пожал плечами и, дождавшись, когда тинорский воин пристроится за уже развернувшимся охотником, пошёл следом. - «Кто его знает, - думал гном - что у него на уме? Присмотрю пока».

Горный Пик сразу, едва друг оправился от полученных ран и стал выходить из юрты, заметил, как тот переменился. Охотник старался уединиться, и целый день мог просидеть на полюбившемся ему пригорке шамана. Человек стал более задумчивым. Он подолгу молчал, а если и говорил, то односложно, и в основном, когда к нему обращались. Как думал гном - «Словно не хочет тратить время». А ещё Нольд видел, когда его взгляд встречался с глазами охотника, что тот стал старше. Не возрастом, нет. Пройдя множество битв, воин Хрустального Трона знал, что так взрослеют, побывав в войне или испытав тяжёлый урок судьбы. Нольд видел как вот также, молодые, горячие гномы, возвращались совершенно другими после своего первого боя. Во взгляде друга, гном видел нечто, что заставляло отводить взор. В глазах человека появилась сила. Словно за те несколько дней, что он пролежал в юрте амакана - прожил множество лет. Учась, становясь мудрей и старше. А в остальном Колд оставался всё тем же молодым парнем, к которому уже успел так привязаться подгорный воин…

Гоблин остановился. Показывая рукой на темнеющее небо, Тонгэ предложил устраиваться на ночёвку.

Колд оглядел выбранное зеленокожим воином место и, соглашаясь, кивнул. Ночами было уже очень холодно и без костра к утру можно было совсем замёрзнуть. Поэтому прежде чем улечься, они собрали достаточное, чтобы дотянуть до рассвета, количество дров.

Лим, Тонгэ и гном предусмотрительно отошли подальше и с безопасного, по их мнению расстояния стали наблюдать за ежевечерней, ставшей уже ритуальной, попыткой Колда развести огонь, как когда-то это проделывал эльф.

Первые разы у человека всегда получалось немного не так. Нет, огонь был. Но не получалось костра. Гном усмехнулся, вспоминая, как на их первой ночевке, охотник, пытаясь зажечь пламя, попросту разметал, разлетевшиеся в стороны поленья создав нечто похожее на шар огня, который ударил в сложенные дрова с чудовищной силой. Сам «юный волшебник» не пострадал, зато Нольд от неожиданности плюхнулся мягким местом на сухую, твёрдую кочку, а тинорец сильно получил отлетевшей деревяшкой по голове. - «Так его. - Усмехнулся тогда гном. - Никто тебя с нами и не звал».

Зато на следующий вечер все были осторожны. Да и взрыв, учиненный охотником, был не в пример меньше. А вскоре и вовсе молодой кузнец, или как теперь в шутку его величал Нольд - «господин маг», наловчился, и теперь созданное им пламя вспыхивало, не пошевелив не единой веточки.

Огонь мерно потрескивал, облизывая тонкие ветки костра. Всё небо было усеяно яркими сверкающими звёздами. Перекусив, подогретым на огне вяленым мясом, все лежали на толстых шкурах, подложив под них срезанные с деревьев длинные жерди и накидав сухой травы.

В дорогу к озеру амакана, вышли можно сказать налегке. Колд оставил на хранение Хеку подарок Сигвина, из доспехов надев только свою кольчугу, поверх которой накинул тёплое, полученное в горах одеяние. Нольд, сначала колебался, будучи Горным Пиком и привыкший стоять в хирде в тяжёлой броне, оставлять доспех здесь. Но видимо вспомнив, чего ему стоило идти через болота - так же, как и друг облачился в кольчугу и тёплую одежду. Однако помимо своего оружия, прихватив так же пару полюбившихся ему метательных топоров гоблинов. Тонгэ в поход отправился точно так же, каким его увидели друзья в первый раз. У тинорца был только маленький, где-то раздобытый им нож.

Гном лежал рядом с Колдом. Чуть в стороне и правее человека устроился воин лесотундры. А немного выделяясь, чуть дальше других устроил лежанку тинорский солдат.

Что-то тихо напевал Тонгэ. Гоблин любил каждый раз, когда они засыпали, глядя на звёзды напевать себе под нос какие-то песни, на непонятном остальным языке. Песни были тягучие и погружали в задумчивость. А для гнома так и вовсе служили отличной колыбельной.

- О чём думаешь? - Повернувшись на бок, спросил у Колда подгорный воин.

Охотник, разглядывая узоры созвездий, не переставая наслаждаться созерцанием, ответил - Даже и не знаю. Такого в голове понамешано…

- Понимаю. - Что бы поддержать друга ответил гном. Хотя конечно он мог попытаться представить, что должен был испытывать сейчас парень переживший такое…

- Скажи. - Вдруг повернув к нему голову, спросил Колд - А что чувствуешь ты? - И без перехода добавил - Он ведь ушел?

Гном сглотнул. Он понял, о чём спросил друг, и конечно был уверен, что это был не столько вопрос…

- Сложно сказать. - Повернувшись к звездам, ответил Нольд. - Ты знаешь, сначала вроде обрадовался, а после… - гном какое то время лежал молча - пусто как-то стало. - Он боялся признаться даже себе, что радость из-за того что бог оставил его в покое сразу ушла. А осталась тоска и пустота. А ещё ему стало обидно, что он больше не избранный. И где-то в глубине души поселилась детская зависть, что теперь Голосом Гор может стать кто-то другой.

Снова полежав молча и слушая голос Тонгэ, Колд спросил снова - Как думаешь, война ещё не началась?

Продолжая лежать, гном пожал плечами. - Не должна ещё. Я так думаю что месяц - пол, ещё есть. А там кто знает? Дело такое. - Гном посмотрел на охотника, который снова задумавшись о своем, разглядывал в небе ночные огоньки.

- «Тонгэ - уснул. - Оторвавшись от своих мыслей и посмотрев вокруг, заметил Колд. - Да и Нольд давно храпит уже». - Охотник бросил взгляд на лежащего в стороне от них тинорца. - «Делает вид что спит». - Сам себе улыбнулся он. Молодой барон совсем не боялся засыпать, оставляя воина королевства без присмотра, он был уверен, что Лим теперь скорее умрёт, чем навредит ему. Он это понял ещё в тот раз, когда тинорец нагнал их отряд. Колд посмотрел тогда в глаза воину и прочел, что тот не уйдет. Даже если бы гном прогнал его, воин всё равно, шёл бы позади отряда. Один.

- «Я тебя понимаю». - Колду было понятно нежелание Лима оставаться в юртовище. Теперь он был больше чем уверен, у воина Тинора появилась стойкая ненависть к зеленокожему народу. А ещё Колд видел благодарность на лице солдата за своё спасение. Благодарность и желание отплатить тем же. Вот и сейчас, Лим лежал тихо. Но охотник был уверен - воин не спит, караулит.

Ещё Колд чувствовал, что за ними с приличного расстояние наблюдает дух этой поляны. Охотник заметил его, когда глядя на звёзды, нашёл и потянулся своей Силой к тоненькому, текущему в небе над ним ручейку магии междумирья. Он отпустил магию ручья. С неохотой. Ему было приятно чувствовать его прохладу, растекающуюся по астральному телу и наполняющего энергией. Но Колд хорошо помнил те опыты с поджиганием костра, и поэтому опасался творить любую волшбу. Хотя хотелось ужасно. Работать с Силой, плести заклятья - всё это захватывало молодого охотника. То, что он испытал, общаясь с Богом, испытал, познав свою суть - завораживало и пленило. Он знал, что теперь, в этом теле скрыта только часть его истинной сути. Только то, что допускал Закон. Другие, не доступные человеку контуры его сущности остались, связанные с ним незримыми нитями, в других пластах бытия. Но они ждут, когда он, отказавшийся от рождения богом, что бы снова стать человеком, вернётся к ним. Призовёт их. Сольётся с ними.

- «Как же мне нужен учитель». - Вновь вспомнив о Ирдане Коваре, подумал Колд. Охотник чувствовал себя ребенком, который знает кем, вырастит и какая судьба его ожидает, но не знающим что с этим делать. И не уверенно делающем, пытаясь научиться ходить, первые шаги.

Колд постарался вспомнить все, что смог увидеть разум и после Источника Бравиля и когда он был в своей истинной сути. Молодой барон стал вспоминать, как другие - сир Архан, Эрик, его друг князь земляники Эвиль'Лизарель - его первый учитель, да и он сам, когда не думая как, творили волшебство. Хорошенько всё обдумав и ещё раз, проиграв как всё было, Колд решил, что с завтрашнего дня, начнёт сам потихоньку пробовать плести магические узоры и творить волшбу.

Закрывая глаза, охотник напоследок послал затаившемуся духу поляны, маленький, ласковый шарик тепла своей энергии. Колд засыпая, улыбнулся, чувствуя, как довольно сморщилась рожица духа. Успокоившийся согра, тоже поспешил спать в устроенный им где-то под кочками дом.

С самого утра светило яркое солнце. Охотник проснулся в отличном расположении духа.

- Эй, вставайте, сони! - Бодрым голосом закричал он.

- Ну, чего так орать то? - Гном тяжёло поднялся со шкуры. - Мне такая пирушка снилась… - пожаловался он. Хотя такое настроение Колда он уже давно не видел и посему обрадовался сам. - Тонгэ, а Тонгэ, идём что ли? А то нашему магичеству неймётся…

Молодой барон посмотрел на гнома и что-то ответившего ему гоблина. Колду нравилось наблюдать, как это двое, совершенно не понимая друг друга, умудрялись как-то разговаривать. И что самое удивительное понимали, что говорит каждый. Хоть и через раз конечно.

Хорошее настроение продлилось до середины дня. А потом зарядил дождь. Косые струи, то набирали силу - хлестая водяной плетью, то затихали - безвольно и нехотя падая на головы путников.

- Чтоб ему пусто было! - Гном проклинал ливень. С громким хлюпаньем переставляя ногами. - Мало того что идёшь весь мокрый, что твоя курица. Так ещё и спать надо будет! А где тут ляжешь?

Охотник был полностью согласен с другом. Вот уже несколько часов идущий ливень, не оставлял никакой надежды найти сухую полянку для ночевки.

- «Что ж, - подумал Колд - пора держать слово»… - Он решил, что этот дождь ни чем не хуже любой другой причины начать осваивать магическое искусство на практике.

Горный Пик, что-то бормотавший себе под нос, насторожился. Гном с недоумением покрутил головой, смотря по сторонам. - «Вроде капает». - Нольд ясно видел, как струи дождя льются из серых туч вниз. Вытянув в сторону руку, подгорный воин покрутил ладонью. - Что за троллье дерьмо? Эй! Впереди!

Услышав окрик, зеленокожий воин остановился и, обернувшись, посмотрел на идущего последним гнома. Он, ещё не понимая, что стало причиной крика, вдруг тоже стал с недоумением смотреть на небо, и вытягивать перед собой руку.

Вокруг отряда шёл дождь. Ливень как раз снова начал усиливаться. Вот только на их четыре головы капли больше не падали.

- А-а! Твои проделки? - Наконец-то заметив, с каким сосредоточением на лице остановился и молча смотрит перед собой Колд.

Охотник не ответил, просто едва кивнув гному. Молодой барон боялся, что если отвлечётся, то нити, которые он сплел, создавая над головами отряда щит, разойдутся.

- Ну… - гном немного растерялся и через миг тут же воскликнул - Так это другое дело! Теперь и жить можно! Тонгэ, дружище - веди!

Что-то по-своему протараторив и с опаской поглядывая то на небо, то на человека сотворившего такое, гоблинский воин продолжил путь. Лим, как всегда промолчал. Хотя по его лицу можно было прочесть, что воина королевства поразила сотворённая Колдом магия.

- Что ж, ты магичество, раньше то такое не удумал? - Укоризненно, но при этом, довольно щурясь, спросил гном.

Друзья остановились на ночлег, выбрав ровную полянку, окружённую деревьями небольшой рощи, которые теперь попадались на каждом шагу. И Нольд и гоблин и Лим с интересом, и опять же на всякий случай, отойдя подольше, наблюдали, как охотник сперва начертил палкой большой круг, затем вписал в него круг поменьше. А потом, постояв в раздумьях и явно что-то припоминая, принялся рисовать между двумя окружностями какие-то символы и закорючки.

- Вроде так. - Закончив работу, охотник отошёл к друзьям.

- И что это? - Скептически рассматривая художества друга, полюбопытствовал Нольд.

- Заночуем здесь. - Пояснил Колд. Охотник всё ещё оставался, сосредоточен, и с каким-то затаённым ожиданием смотрел на дело своих рук.

- А-а, понятно. - С самым серьёзным видом гном кивнул. - Так оно конечно красивее будет.

- Хотэн! Хотэн тангот руэ. - Присевший на корточки гоблин показал рукой на круг Колда, явно что-то увидев.

- А ведь и в правду… - Гном наклонившись пониже, тоже всмотрелся в круг. От земли, в том месте, что было заключено в фигуру охотника, шёл пар. Сначала струйки пара были едва заметны. Затем земля стала парить вовсю. А когда некоторые стебли травы начали то тут, то там, вспыхивать угольками, Колд разорвал круг.

Гном довольно потянулся, и уже не опасаясь как раньше, присел к костру. Отряд сушил одежду, основательно вымокшую после этого перехода. Радовало одно, что посреди этой размокшей от непрекращающегося дождя земли, появился совершенно сухой островок. Да и само пламя костра, поначалу беспокоившее спутников барона своим происхождением, теперь явно стало для них другом.

Нольд посмотрел на уставшее, но довольное лицо Колда. Охотник был доволен собой и сейчас с любопытством разглядывал голубое, бьющее высоко в небо пламя костра. Костра сотворённого им посредине сухого островка. Костра, которому были не нужны никакие дрова. Его пламя горело, казалось из ни чего. Его бутон зарождался в какой-то ладони от земли, а лепестки расцветали в рост человека.

- Ваше магичество, а ваше магичество?

Колд оторвавшись от костра, улыбнувшись, взглянул на гнома.

- Может и в бурдюк что, наколдовать можно? - Подгорный воин приподнял окончившийся накануне бурдюк с юмом.

Охотник снова улыбнулся - Увы. - Он заметил, как в своём мешке завозился тинорец, и только реакция воина позволила Нольду поймать брошенную солдатом королевства долблёнку.

- Эй! - Хмуро вскричал гном, крутя в руге деревянную флягу Лима. - Постой, постой… - Недовольное лицо Нольда разгладилось. Его ноздри раздулись, когда тот сначала с опаской, а потом с восхищённым неверием, унюхал знакомый запах. - Не может быть! - Горный Пик потряс флягу и сделал маленький глоток. Почмокав, пробуя напиток на вкус, гном обвёл собравшихся у огня взглядом. - Медовое вино?!

Лим довольно улыбнулся.

- Ай да тинорец! - Нольд сделал глоток побольше.

Колду было приятно, что отношение гнома к воину королевства немного оттаяло.

- Колд, дружище, ты не обижайся, но волшебник из Лима получше твоего будет.

Колд оглядел друзей. Все уже спали. Он высушил поляну и зажёг пламя, пользуясь только своими собственными силами. А засыпая, решил зачерпнуть немного магии междумирья, так как чувствовал, что свои резервы он уже исчерпал. Найдя поток Силы, который протекал примерно в двух лигах от их стоянки, охотник проложил новое русло, отделяя от основного потока тоненький ручеёк. И поступая так, как думал что правильно, подвёл его к пламени.

- «Надеюсь, до утра хватит». - Подумал Колд, наблюдая как, вначале вспыхнув чуть сильнее, пламя его костра затрепетало, подпитываясь магией астрала. Пролежав какое-то время и глядя в огонь, охотник закрыл глаза.

Утро выдалось солнечное. Нольд уже вовсю напевал какой-то боевой гимн подгорного царства, а Лим что-то подогревал в огне охотника, надев на длинную палку, когда Колд проснулся.

Уже несколько дней, с тех пор, когда он решил, что станет заниматься магией сам, ему вновь начали сниться сны. Он видел странные, красочные картины других миров. Наблюдал, откуда-то со стороны за кровавыми битвами странных, свирепых зверей. Видел великанов, державших на плечах небо, и карликов бьющихся с могучим волшебником, поливающим их рубиново-сиреневыми сгустками плазмы… Охотник как бы парил над показанными ему образами. Он знал, что всё увиденное им - реально. Колд был уверен, что это те контуры его сознания, что растворились в прочих слоях бытия - видят и запоминают. Он был уверен, что с каждым днём, с каждым новым сном, его разум будет набираться опыта и знаний. - «Как жаль, - думал кузнец - что это только картинки». - Охотник видел во сне, что делают чародеи иных миров, но он не знал как? Кроме тех редких случаев, когда их действия сопровождались объяснениями. Как в тот раз, когда он смотрел, на похожее, на человека существо, барон знал, что их называют - сиены, которое обучало учеников, подробно рассказывая как нужно вызывать ветер, обуздывая воздушных элементалий.

- Проснулся? Хорошо. Вон, тинорец уже завтрак разогрел. - Гном кивнул на сидящего у костра Лима.

- А где Тонгэ? - Охотник только отошёл от сна. Колд не просто просыпался - его сознание как бы перетекало из одной реальности в другую. И поэтому он не сразу заметил отсутствие гоблина.

- Наш зеленокожий проводник, решил поохотиться. А то знаешь ли запасов в мешках уже нет почти. Поберечь бы надо.

Они уже доели разогретое воином королевства мясо, когда из-за деревьев, оглядываясь, выбежал Тонгэ. Почувствовав опасность гном вскочил, подымая секиру. Тинорец поднял заострённую накануне палку, сделав из неё простое копьё.

- Что там, Тонгэ? - Колд перевёл взгляд с гоблина на деревья.

За время прибывания в юртовище, да и за тот путь, что друзья проделали в сопровождении Тонгэ, они более-менее стали понимать язык народа лесотундры. Частично узнав слова, частично по жестам и нарисованной гоблином на земле карте, они поняли, что впереди лежит какая-то дорога. И вышедший к ней гоблин заметил отряд орков.

- Сколько их? - Нольд нахмурился. Ему как Горному Пику, не раз в своей жизни приходилась отражать отряды оркской орды. И посмотрев на Колда, гном добавил - Наверное, мы вышли на дорогу, по которой они доходят до наших гор. - Предположил он.

- Сколько, Тонгэ? - Охотник показал растопыренную ладонь и, загнув несколько пальцев, указал рукой за плечо гоблина.

- Хиштак? - Зеленокожий воин задумался. Он приподнял обе своих руки и показал все пальцы на них. Затем Тонгэ дотронулся сначала до одного дерева, затем до другого, а потом обвёл широким жестом всю рощу.

Гном и человек переглянулись.