Титул феникса. Последняя битва.

Собираясь с духом, я глубоко дышала. Затем зажала во рту край рубашки и ударила. Я едва смогла заглушить рев, который рвался наружу. В глазах мелькали зеленые звездочки, боль острой волной прокатилась по всему телу. Но, как я и ожидала, рана начала быстро срастаться. Я осторожно встала и поковыляла в сторону домов, волоча за собой ногу.

Деревня Кильт представляла собой четыре двухэтажных узких деревянных дома, похожих на мельницы, только без лопастей. На каждом из них висел огромный крест. Я надеялась спрятаться там, набраться сил и дать отпор. Двери домов открылись, оттуда вышли люди. Я опешила от их вида: серые до пола одеяния, костлявые руки, бледные лица и черные круги под глазами.

— Бладгромы уже на подходе, нужно прятаться, — бормотала я, размахивая руками.

Люди не уходили. Они выглядели, как трупы, шаркали ногами и медленно приближались. Я услышала твердые шаги и агрессивный рык. Когда я обернулась, то увидела множество бладгромов, которые заполоняли деревню. Несмотря на боль в ноге, я подошла ближе к людям, закрыла их собой и выставила руки в стороны.

Надеюсь, мне хватит сил, чтобы защитить их.

Удар по голове свалил меня на землю. Сквозь туманную пелену я видела приближающихся ко мне монстров, после чего последовал еще один удар. Я отключилась.

Глава пятнадцатая

Ривен

Черного большого дракона звали Шах, он помог вытащить Анта на поверхность и рассказал, как они оказались здесь. Когда Феррит создал гаргулий, им пришлось сражаться с ними и нести потери. Несмотря на превосходство в размерах, противник брал количеством. Шах — первый созданный Антарией дракон, посему он не мог улететь и сражался до последнего ее вздоха. Когда она погибла, борьба стала для них бессмысленной, и, чтобы не погубить весь свой род, он привел стаю на Керский остров. Здесь он нашел Анта, вторгся в его сознание и в память об Антарии пообещал охранять тело. Всю стаю дракон погрузил под землю в долгий сон, чтобы не рисковать ими, пока жив Феррит. Шах знал, что когда-нибудь этот день настанет и полубога смогут пробудить. Поэтому ждал и прятался в надежде, что Феррита все же убьют и драконы перестанут бояться за свою жизнь.

Я слушал и не понимал, как такие огромные и могущественные существа могут дрожать перед крохотным человечком, пусть даже и с некоторыми сильными способностями. Они ведь самые настоящие драконы, черт побери!

Шах заверил меня, что этот тощий полубог сильнее, чем кажется: с помощью тумана он заманивал драконов в ловушку, а затем благодаря звуковому удару проникал внутрь организма и лопал сосуды, заставляя умирать в муках. Поэтому на все мои просьбы помочь в войне дракон отвечал отрицательно.

Ант хоть и очнулся, но выглядел так, словно через пару секунд умрет от разрыва сердца. Он молчал, глядел на нас пустыми глазами и едва поднимал конечности. Либо ему нужно больше крови, либо времени. Вариант с тем, что он нам не поможет и все это зря, я старался не рассматривать. Мы соорудили носилки, донесли этого дряхлого деда до лодок, а после поплыли к кораблю, который к нам прислали из Форретии.

Альдахар с соккирами по-прежнему не трогали нас и оставались настроены дружелюбно. Они почувствовали Анта и издали радостный писк. Когда мы поднялись на корабль, я заметил, что пигментных пятен на голове старика стало значительно меньше. В его отрешенном взгляде появились проблески осознания. Он уже мог сидеть и держать в руке кружку. Я радовался за него так же, как за родных братьев и сестру Кенаи, когда они делали успехи в развитии.

— Я вижу, что ты каким-то образом восстанавливаешься. Могу ли я помочь с этим? — спросил я громко и отчетливо, чтобы Ант точно понял меня.

Я сидел на корточках перед ним и всматривался в покрытые пеленой белесые глаза. Бог смотрел вперед, выше моей головы. Мне думалось, что он слеп, однако, когда мы вели его по палубе, он хорошо ориентировался в пространстве и шагал туда, куда ему говорили.

В одну секунду лицо Анта наклонилось, он схватил меня за руку. Я ощутил тяжесть в груди и нарастающую боль, словно каждый мой орган, каждый сосуд, мышца, вены были опутаны тонкими нитями, за которые он тянул. Чтобы не закричать, я крепко стиснул зубы и зажмурился. Когда я попытался воззвать к своей волчьей сущности, то испугался, не получив ответа. В моменте я даже решил, что не смогу обратиться. Однако, только Ант отпустил меня, как это чувство прошло.

Я открыл глаза и увидел перед собой не дряхлую мумию, а мужчину лет пятидесяти с растрепанными темными волосами до плеч. Его выразительные глаза овальной формы с легким прищуром оказались зеленого цвета. Узкие подсохшие губы с глубокой ямочкой сверху растянулись в едва заметной улыбке.

— Что это было? — удивленно спросил я.

Вокруг нас столпились ребята, завороженно подглядывая.

— А этот Ант, ничего такой, — прошептала за спиной Кираз.

Ответом ей послужил гневный выдох, судя по всему, Кадока.

Ант огляделся, затем снова посмотрел на меня.

— Ты предложил помощь, я ей воспользовался, — он по отцовски похлопал меня по плечу, — спасибо.

Я все еще недоуменно пялился на него, видимо поэтому он добавил:

— Я взял из тебя немного божественной энергии. Не переживай, в этом деле я ювелир. Этого хватило для того, чтобы я больше не был похож на сухофрукт.

Он засмеялся, и морщины в уголках его глаз собрались в кучу.

Я попросил расступиться, чтобы не пугать гостя, и кратко изложил ему всю историю, которая произошла после его смерти. Нечего томить.

Лицо Анта приобрело задумчивый вид. Надеюсь, он сожалел о том, что его ребенок вырос таким монстром, а не гордился им. Если второе, то мы определенно пропали.

— Вы хотите, чтобы я дрался с собственным сыном? — с тяжестью в голосе спросил Ант.

— Мы надеялись, что он увидит тебя, воспылает родственными чувствами и вы уйдете в закат, но, если смотреть правде в глаза, то, возможно, придется драться, — ответил Кенаи.

— Хорошо, я готов, — слишком уж быстро согласился Бог.

Маврос стоял за его спиной, и мы с сомнение переглянулись. Неужели он и правда согласен? Я прогнал всех зевак и предложил Анту отдохнуть в каюте, на что он с усмешкой ответил, что уже отдохнул на много лет вперед.

— Почему твоя жена не смогла оживить тебя? — поинтересовался я, когда мы подошли к носу корабля.

Ант сжал руками край фальшборта, закрыл глаза и втянул носом морской воздух. Он с наслаждением выдохнул и повернулся ко мне.

— В теле бога сила активируется только в двадцать один год. До этого момента ее количество ничтожно мало. Когда моя жена влила в меня кровь детей, то добавила мне энергии лишь на то, чтобы я мог исчезнуть и обезопасить ее. — Он потер переносицу. — Я не хотел, чтобы она жила на этом острове из-за меня, как отшельник, целых двадцать с лишним лет. Поэтому заставил ее поверить в то, что я пропал, испарился, канул в небытие. Она должна была стать свободной. — Ант зачесал волосы назад в попытке привести их в порядок. — Любимая нажила себе врагов в этом мире, поэтому я потратил крохи сил, чтобы Керский остров выглядел со стороны как жуткое место, на которое не осмелится ступить чужак. На тот случай, если бы она все же захотела остаться. — Ант немного помолчал. — И при всем своем новом пугающем размере, существа, населявшие это место, никогда бы не напали на моих детей или жену.

Я понимающе кивнул ему. Думаю, что на его месте поступил бы также.

— В конечном счете она уплыла, — произнес я.

— Да. Дети подросли и стали возмущаться, что устали от жизни на необитаемом острове. Феррит соорудил лодку, и они уплыли. Долгое время я ничего не слышал о них, пока не появился Альдахар, а затем Шах с драконами. Они-то и поведали, что сотворили мои дети.

Глаза Анта наполнились слезами. Он вздернул подбородок, чтобы не дать им пролиться.

— Вот поэтому-то боги и не могут жить среди людей. Их ослепляет жажда власти и превосходства.

Он закрыл лицо руками и тихо всхлипнул.

— Ты не виноват в этом, — я похлопал его по плечу в попытке подбодрить. — Уверен, будь ты рядом, то смог бы совладать с их силой и эмоциями.

Когда он открыл лицо, я увидел, что морщины исчезли и выглядеть он стал лет на десять моложе. Надеюсь, в конечном счете у нас на руках не окажется божественный ребенок.

К вечеру мы добрались до Сэлостэйры. На подходе ко дворцу я увидел на ступенях стаю превращенных ликанов и несколько вооруженных мечами бойцов. Руна находилась во главе всей этой оравы и с грозным лицом кричала о готовности к бою. Когда мы вышли на площадь, то смогли увидеть всю картину. На том месте, где был нарисован ритуальный круг, стояло три гаргульи; судя по размерам, это пара с ребенком.

«Полковник, что происходит?» — ментально спросил я у Руны, пока мы подходили ближе.

Она вскинула брови и обернулась. Удивление сменилось облегчением, плечи опустились, и Руна выдохнула.

«Они требуют короля. Зачем — не говорят», — ответила она и снова вернула пронзительный взгляд на каменных чудовищ.

Я не стал доставать меч: подумал, что, если бы они хотели напасть, то давно бы уже сделали это. В сопровождении Мавроса и Кенаи я подошел достаточно близко к самому большому, впереди стоящему монстру. Хотя их с трудом можно было различить, мне все же показалось, что он похож на того, на котором прилетала Кассия. Раз уж мы можем ментально общаться с драконами, я предположил, что и здесь трудностей не возникнет.

— Что вам нужно? — я вскинул голову и спросил, глядя монстру в глаза.

«Кассия шантажировала меня, угрожала семье, поэтому я выполнял все ее прихоти. Но Ванесса спасла нас и освободила всех гаргулий из заточения в Кровавых холмах».

Я боялся услышать продолжение.

«Где она?»

«На пути сюда в меня выстрелили сетью, которая сковала крылья. Мы с Ванессой рухнули на землю. Она вместе с моей семьей пыталась разрезать веревки до прихода бладгромов, но не успела. Поэтому велела уходить. Нам пришлось. Я боялся за сына. За такое ему бы непременно сделали больно. Кассия не прощает».

Его слова эхом отдавались в груди: «Кассия не прощает».

— Ты знаешь о планах Феррита?

Я сжал кулаки, подавил рык и постарался мыслить трезво. Мне нельзя было сорваться прилюдно, я король.

«Они собираются выдвигаться на Трэиндор. Предполагаю, что через день или два», — с тяжестью в голосе ответила гаргулья.

— Нам необходимо вывезти людей из Трэиндора, — твердо заявил я. — Руна! — Полковник спустилась с лестницы, подошла ко мне и вытянулась как струна. — Отправь пару ликанов, чтобы они сообщили Мериде и Питу о готовности к нападению и предложили убежище для мирных жителей. Также пошлите в Совпост повозку и заберите всех, кто там остался. — Я устало потер виски. — Объявить всем о готовности к войне.

«Я хочу помочь спасти Ванессу, вернуть ей долг», — снова вмешался в мысли гаргулья. — «Но я не могу рисковать семьей. Мне нужно их спрятать».

— Отправляйтесь на Керский остров, скажите дракону по имени Шах, что вы от Анта, — предложил бог, и я понял, что все это время монстр разговаривал со всеми присутствующими.

Гаргулья представился Бруно, поблагодарил Анта и вместе с семьей взлетел, обещая вернуться.

Руна направилась отдавать приказы. Я оглядел всех, кто приплыл со мной с острова, и по их бледным лицам с темными кругами под глазами понял, что нужен отдых. Во дворце гостями сразу же занялась служанка Вэлма: она показала Кираз, Кадоку, Йену и Анту, где они могут отдохнуть и помыться.

Я едва доволок себя до комнаты и в одежде завалился на постель.

Что Кассия может сделать с Ванессой за то, что она отпустила гаргулий? Ее нечем убить, однако чем больше я узнаю о матери моей жены, тем больше убеждаюсь в том, что она может придумать наказание хуже смерти.

Взять Анта и прямо сейчас броситься к Кровавым холмам? А если после такого длительного иссушения он не в силах противостоять Ферриту? Да и, по легенде, он не особо-то и контролирует свои молнии, за что в царстве Энсейт его отселили в лесную глухомань.

Может, направить все силы в Трэиндор? Там дать бой бладгромам, а Ант пусть занимается Ферритом. А что, если Бруно соврал и на самом деле они первым делом придут сюда? Все же мы ближе.

Голова трещала от всевозможных вариантов, но я никак не мог найти верный.

Стук в дверь отвлек от размышлений. Я не хотел шевелиться, поэтому, не вставая разрешил войти.

— Извинит, сэр, — тревожный голос Хэнрига заставил вырваться из самобичевания и сесть, — у меня для вас плохие новости. — Он сцепил на животе руки и опустил взгляд в пол.

— Ну же! — не выдержал я.

— На свадьбе пропал кинжал, — начал он, и я недовольно изогнул бровь. Какое мне дело до кинжала? — Тот самый, которым Феррит убил Антарию

Я не мог поверить в услышанное.

— Какого черта этот кинжал делал на церемонии? — я свирепо процедил сквозь зубы.

— Мы использовали его на всех мероприятиях: на свадьбах, на ритуальных превращениях, на коронации. Об этом знали лишь старейшины. Мы думали, что, если он будет находиться у всех на виду, то никто и не догадается, что это тот самый кинжал.

— Твою мать! Ты представляешь, что вы наделали?

Я вскочил с кровати и швырнул стоящий, в нескольких от меня сантиметрах, стул в стену рядом со старейшиной.

— Теперь у них есть возможность убить Ванессу!

От злости я принялся разносить комнату, выгнал Хэнрига. Голова пульсировала от тяжести, глаза накрывала черная пелена.

Мне нужно спасти ее.

Я остановился, уткнулся лбом и ладонями в стену и постарался выровнять дыхание.

Как я могу называть себя достойным ее, если бросил на произвол судьбы? Бросил одну справляться со всеми монстрами.

Я ударил кулаком в стену. Еще раз и еще, пока капли крови не окрасили подо мной пол.

Если с ней что-нибудь случится, я не прощу себе этого.

Я пришел в себя, переоделся и сел за письменный стол. Мне необходимо было оставить указания для Мавроса. Пусть готовятся к войне, пусть Хэнриг займется восстановлением Анта и проверит работу его способностей. Я оставил записку на кровати, зная, что когда обнаружат мою пропажу, первым делом обыщут комнату. После этого я направился к брату. Из вежливости я постучал и сразу же ворвался к нему. Кенаи стоял у окна и всматривался в сумеречное небо. Ему тоже не спалось.

— Мне нужна твоя помощь, — тихо произнес я.

— Я готов, — решительно согласился он, хотя даже не знал, на что.

Он посмотрел на меня; в темноте комнаты его глаза светились голубым. Не знаю, как, но он понял. Понял, что я прошу его о безумии.

— Тогда выдвигаемся.

Глава шестнадцатая

Ванесса

Плеск воды в лицо вернул меня в сознание.

— Какая же ты дрянь!

Кассия схватила меня за волосы, помотала вперед-назад и стукнула затылком о стену.

— Мы пустили тебя в свой дом, кормили, одевали, и вот как ты отплатила! Выпустила всех гаргулий.

Она истерично вышагивала передо мной, размахивала руками и издавала подобие гортанного истеричного крика. В нескольких шагах от нее неподвижно стоял Дроган. Его руки были сложены на груди, а взгляд направлен на меня.

Я вытерла мокрое лицо и поднялась на ноги.

— Я убью тебя!

Кассия подбежала и с размаху дала мне пощечину. Я прикусила изнутри щеку и почувствовала вкус крови. Все еще в каком-то полусознательном состоянии я молча наблюдала за истерикой матери. Бегло я огляделась и поняла, что мы находимся в одной из темниц. Я могла бы с легкостью убить их двоих, но чувствовала, что силы во мне маловато. Нужно приберечь остатки до восстановления. Может, они оживили Феррита, и он высосал часть из меня, пока я не могла это контролировать? Я опустила взгляд на правую руку, увидела разорванный рукав рубашки, испачканный кровью. Видимо, оживили…

— Мне теперь верхом на бладгромах передвигаться что-ли? Эти идиоты сожрали всех лошадей! — все еще вопила Кассия. — Зачем я послушала Феррита, надо было сразу бросить тебя здесь.

— Дорогая, не нервничай, эта грязь того не стоит, — наконец заговорил Дроган, — мы уже придумали ей наказание, так что пойдем, отдохнем, а после поглядим на то, как она с ним справится.

Они вышли, с хрустом захлопнули решетку, отчего я вздрогнула. Голова трещала. Затылок, куда пришлось несколько ударов, от которых я вырубилась, вроде и исцелился, но по ощущениям немного пульсировал. Мне до жути хотелось пить. Меня мутило. Я услышала, как в правом углу что-то капает с потолка. Медленно я подошла туда и раскрыла рот. От брезгливой принцессы уже давно ничего не осталось, а всеядной королеве было плевать, откуда эта вода.

Немного смочив горло, я уселась на пол.

Кто меня вырубил? Неужели жители деревни. Перед глазами мелькали смутные воспоминания. Тощие, голодные, бледные люди едва передвигали свои кости. Повсюду висели кресты. И тут в памяти всплыл разговор с Ривеном. Я спрашивала у него, живут ли в деревне Кильт люди. Мне казалось, что нет, ведь она находится в паре шагов от Кровавых холмов. Кто в здравом уме согласится на такое соседство? Однако он ответил, что там живут пропащие — так называют тех, кто верит всего в одного бога. Они заключили с бладгромами какой-то договор.

— Хм…

Что же такого они могут предложить кровавым монстрам? И тут меня осенило. Они бледные не от голода, а от того, что их используют как бесконечный источник крови. Бладгромы питаются ими, а взамен не убивают. Сомнительно.

Так, значит, эти люди меня и вырубили. Печально, что в такое время мы не в силах сплотиться и противостоять врагу все вместе.

Я прижала колени к груди и ожидала наказания, которое приготовила мне мать. У решетки я услышала шорох, затем щелчок открытия замка. Неужели они так скоро пришли за мной?

— Эй, может, поспешишь? — произнес знакомый женский голос.

Когда я выглянула из-за угла, то увидела маму Ривена. Я была удивлена, но знала, что действовать нужно быстро. Только я шагнула наружу, как она схватила меня за руку и потянула за собой. Мы двигались в сторону горячего источника, куда спрыгивали бладгромы. Она отпустила меня, но сразу же вытянула руку, чтобы остановить. После чего осмотрела пещеру, отверстие вверху и подозвала к себе.

— Слушай внимательно, — торопливо начала она и резко взяла меня за плечи, — тебе нужно нырнуть и проплыть под водой прямо пару метров — там будет воздушный карман. Наберешь воздуха и поплывешь на свет: там источник стекает в море Стэилл, поэтому нужно будет успеть ухватиться за выступы в стене и выбраться наружу, на внешнюю часть скал.

Я глядела на нее округлившимися глазами и не знала, как бы так помягче сказать.

— Ты меня поняла?

Она встряхнула меня.

— Я не умею плавать, — виновато прошептала я.

— Черт! — выругалась женщина, схватила меня за запястье и потащила в другую сторону.

Мы прошли темницы и выглянули в зал, где проходили бои. Там на рядах рассаживались бладгромы, видно, ожидая представления. Словно тени, мы проскользнули мимо входа и протиснулись в узкую щель в стене.

Я слепо верила этой женщине и надеялась, что она сбежит вместе со мной. Жив ли ее муж? Мне хотелось вернуть Ривену обоих родителей.

В темном пространстве, куда мы вышли, находилась витиеватая лестница, ведущая наверх. Так вот как сюда спускались Феррит, Кассия и Дроган. Перепрыгивая через ступеньки, мы быстро оказались в точно таком же пространстве, как и внизу, только здесь я заметила несколько выходов, расположенных по кругу. Мама Ривена дернула меня в тот, что находился слева. Мы бежали по прямой, не останавливаясь. Туннель оказался достаточно широким, чтобы двигаться рядом, а не друг за другом. Когда я увидела лунный свет в конце, то обрадовалась и ускорила темп.

Я ощутила свежий ветерок, прохладу осени и свободу. Рядом мычали коровы. Вот и то место, которое я искала. Я потянулась к луне и понемногу стала восполнять от нее свои силы. Вокруг стоял каменный забор метра два высотой. Издалека бы точно никто не понял, что отсюда можно попасть в крепость. Часть коров мирно жевала траву, искоса поглядывая на нас, другая часть спала под хлипким деревянным навесом. Там же в углу кудахтали курицы. Я обернулась к маме Ривена: она стояла у выхода. В ее налитых кровью глазах ощущалась печаль. Глядя на не нее, я видела не монстра в маске, а тот образ, что нарисовал Роджер.

— Нужно бежать, пока они не поняли, что я пропала, — теперь уже я схватила ее за руку, — давайте, скорее, Ривен будет рад узнать, что вы живы.

Я потянула ее, но не смогла сдвинуть с места.

— Я не иду, — хрипло прошептала она, — и хочу, чтобы ты обещала не рассказывать ему обо мне.

— Но почему?

Она хмыкнула, словно это и так должно быть понятно.

— Посмотри на меня: я чудовище, неспособное контролировать голод. Я не хочу, чтобы он знал меня такой. Уж пусть лучше думает, что я умерла. — Она тяжело выдохнула. — Хотя так оно и есть.

— Я прожила здесь столько дней, и никто не пытался меня съесть, значит, вы можете сопротивляться, — возразила я.

— Под угрозой смерти можем, и то, если не находимся с человеком постоянно в длительном близком контакте. И уж тем более, если он не истекает кровью. А как это сделать в королевстве, полном людей? Я не хочу каждый раз переживать, что причиню боль собственному сыну, тебе или вашему ребенку.

— Мы придумаем, как вас вылечить, — с надеждой воскликнула я.

— Это невозможно. Уходи и дай слово, что не расскажешь ему.

Я сглотнула ком в горле и кивнула.

Она не двигалась, пока я не дошла до небольшого квадратного отверстия в стене, через которое не выберется животное, но сможет пролезть человек. Когда я обернулась, чтобы попрощаться, то увидела, как по ее щекам бегут слезы. Вперемешку с кровью они стали розового цвета.

— Спасибо, — беззвучно произнесла я только губами.

Она улыбнулась. Я уже собиралась отворачиваться, как ее лицо изменилось, словно она к чему-то прислушивается.

— Уходи! — прорычала она.

И в это мгновение из ее груди вырвался красный туман, который вырвал ей сердце. Оно отлетело к моим ногам, и на секунду мне показалось, что оно все еще бьется. Я подняла взгляд и увидела Феррита. С самодовольной гримасой он переступил тело и направился ко мне. Я резко выскользнула в отверстие в стене и побежала. Перед собой я видела лес, а где-то вдалеке слева — крохотные огоньки защитного поста Дрэта.

Необходимо добежать до деревьев, тогда я смогу затеряться в них.

Меня нагоняла красная пелена, что тонким слоем стелилась по земле. Она постепенно стягивалась к моим ногам, пока не оплела их, точно веревка. Я рухнула лицом о землю.

— Урод… — прошипела я, выплевывая изо рта кусочки травы.

Ну уж нет, на этот раз так легко я ему не сдамся. Сила немного восстановилась. Но этого все равно мало, чтобы одолеть его. Я прижала ладони к земле и воззвала к божественной энергии. Как только дверь открылась, в нее ворвалась буря. Резкий поток волной хлынул в мое тело, а трава вокруг моментально иссушалась метр за метром.

У меня нет выбора, успокаивала я себя.

Сзади послышались шаги: Феррит был уже близко. Поэтому, как только я восполнила необходимый запас, то резко развернулась и выкрикнула в него. От мощного удара он полетел назад, но благодаря густой завесе тумана смог аккуратно приземлиться на ноги. Оковы на моих ногах растворились, и я поднялась. Крепко сжав кулаки, я зашагала в сторону Феррита. До леса оставалось метров пятьдесят, но убежать я не успею. Слишком долго я оттягивала неизбежное. Мы должны сразиться.

Он игриво улыбнулся и направился ко мне. Его глаза сверкали фиолетовым, а за спиной поднимался такого же цвета туман. Он мог менять его окраску, на какую пожелает.

— Хочешь драться? — со смехом прыснул он.

— Ты мне больше нравишься высохшим, — съязвила я, проигнорировав его вопрос, — удовлетворишь меня этим?

Он остановился, наклонил голову вбок, как бы изучая меня, а затем приподнял руку и поманил пальцем к себе.

Я побежала на него. Но Феррит лишь стоял и скучающе улыбался. В нескольких метрах от цели я выкрикнула, вложив в удар остаток сил. Полубог вскинул ладонь вперед, и моя прозрачная волна прошла сквозь него. Этот гад даже не пошатнулся.

Остановившись как вкопанная, я широко распахнула глаза и удивленно таращилась на него.

— Хочешь наконец узнать, зачем ты мне? — Феррит подошел ближе, провел рукой по моим волосам, затем по плечу и начал, словно хищник, двигаться вокруг меня. — Было бы грустно завоевать континент, на котором не останется ни единого зеленого клочка, правда же? — он кружил, как акула, готовая в любой момент напасть. — Когда я узнал о твоей силе, то понял, что этого можно избежать, ведь ты мой собственный ходячий запас энергии.

— Ты же сам показал мне, как остановить любую попытку высосать из меня силы. Будешь вечно держать меня без сознания и носить с собой? — я все еще не понимала, к чему он клонит, и находилась в шоке.