Опал памяти. Свои

— Опять ты их жалеешь, — сказал капитан Берд. — Кто там дальше?

Малышка разошлась. Толчки здоровенными когтистыми лапами сменялись резкими ударами крыльев и сбивали кадетов с ног. Не успел Петр Новак вскрикнуть, как его отбросило в стену. Пришла очередь Айи. Она попятилась к выходу, но капитан схватил ее за форму и жестко выволок вперед. Страх запульсировал в пальцах рук, и Айя зажмурилась. Что-то толкнуло ее слева. Она пролетела пару метров — удар пришелся на бедро и руку.

— Слабаки! — крикнул Берд.

Последней была Виталина Фей. Она встряхнула короткими волосами, оглядела измученных сокурсников, сняла шестиугольные очки и аккуратно положила их на пол. Ее маленькое тело затряслось. Капитан Берд отвернулся, глядя на свои грязные ногти. Малышка медленно направилась в сторону жертвы, низко наклонила голову, капая на пол густой пузыристой слюной и нагнетая воздух кожаными крыльями.

Вдруг на лице Виталины проступила решимость. Она глубоко вдохнула, рванула к фарджеру и закричала изо всех сил:

— Ты очень плохо себя ведешь, Малышка!

Фарджер широко раскрыл пасть и красно-фиолетовое пламя окутало Виталину. Прорвавшись сквозь, кадетка запрыгнула Малышке на морду, и повисла на ней, держась руками за ноздри, а ногами между нижними зубами.

— Приятно тебе? — Фей сильно дернула ее за чувствительный нос. — Как не стыдно?! Мы пришли поиграть с тобой! Это просто не-веж-ли-во! А ну извинись!

Фарджер ревел, мотал мордой из стороны в сторону. Виталина крепко держалась, глубже вцепляясь в мягкую плоть. Малышка пустила в ход когти, пытаясь сорвать назойливую липучку, но Фей утробно зарычала и с размаху укусила ее за левую ноздрю. Та взревела, оторвала кадетку от израненного носа и подбросила высоко вверх. Спустя несколько мгновений Виталина упала на каменный пол. Вопль эхом разошелся по залу.

— Да чтоб вас! — капитан бросился к Виталине, но Малышка преградила ему путь, обнажив зубастую пасть в полуметре от его лица.

Берд потрясенно отступил назад. Малышка развернулась и, осторожно переставляя лапы, подошла к стонущей Виталине. Та сжалась в комок, держась за тонкую лодыжку. Малышка опустилась на пол, положила огромную голову рядом, закрыла все четыре глаза и протяжно завыла в унисон.

— Ты все-таки извиняешься? — засмеялась Виталина сквозь слезы, касаясь свободной рукой толстой чешуи Малышки.

— Можешь гордиться собой, — проговорил Берд, внимательно глядя на Виталину. — Ты установила связь.

Глава 8. Браслет Эмита

2 день Империала 511 года от начала Святого Правления.

— Все! Посмотрите на кадета Эрхарта. Сейчас он покажет, как нужно управлять чоки, — сказала капитан Асперс, стоя в центре тренировочной площадки анималов.

Кадеты Бирюзы стянулись к Эмиту, сидящему верхом. Глаза Эрхарта были закрыты, вокруг головы животного сияла сине-зеленая печать ментального подчинения.

— Вперед! — приказала капитан.

Чоки направился к ней, и она снова скомандовала:

— Стой, — остановился. — Поклон на одно, — склонился вперед и встал на колено. — Поклон на два, — опустился на оба.

— Отлично, Эрхарт. Уверенный второй уровень, — капитан развернулась к кадетам, продолжая объяснять основы владения акцентом.

Чоки Эмита медленно поднимался, когда печать замерцала, точно вот-вот потухнет. Эрхарт мгновенно развеял контроль, ловко спрыгнул вниз, отбился от группы и тихо застонал.

Руку жег фамильный браслет: каждая бусина горела огнем, будто плавила кожу. Боль расходилась по всему телу, отдавала в глаза и зубы. Но видимых следов не было. Прикрыв веки, Эмит незаметно оттянул браслет подальше от запястья. Жжение ослабло.

— Возьми себя в руки, ты — Эрхарт, а не безродный слабак, — тихо сказал он, глубоко вдохнул и медленно отпустил бусины. Боль вернулась.

— Эмит? — послышалось сзади.

Он обернулся и увидел приближающуюся Азуми.

— Ты в порядке?

— Да, — сдавленно ответил Эмит.

— Твоя печать была… странная.

— Я просто завершил практику немного раньше, чем следовало.

Азуми посмотрела в сторону и проговорила:

— Наши судьбы связаны слишком тесно. Мы не можем позволить себе такую роскошь, как обман, так что если…

— Не бойся, скоро все решится, — прервал Эмит, взял Азуми за плечи и коснулся ее лба своим. — Сегодня назначат Янтарей, я подчиню фарджера, мы поженимся, а дальше — только величие.

— Надеюсь, — сказала она и отвернулась.

— Ты не уверена?

— Не говори глупостей. Но когда я вспоминаю судьбу Ицуми…

Эмит мягко взял ее за подбородок и развернул лицом к себе.

— Ты — не твоя сестра, а я — не Эрик Эрхарт. У нас все будет по-другому.

— Пообещай, — Азуми схватила Эмита за запястье, плотно придавив браслет к коже.

Он дернулся, затем подался к ней и прижался всем телом:

— Обещаю, мы почти у цели, верь мне.

— Хорошо, Эрхарт, я тебе верю.

Азуми ушла к остальным, Эмит сел на траву в тени большого дерева. В глазах потемнело. Каждый удар сердца отдавался так, словно кто-то бил в колокол над самым ухом.

— Будь достоин своей судьбы, — заговорил он. — Просто возьми эту высоту. С высоты все кажется маленьким.

Скоро боль немного стихла. Эмит открыл глаза и вяло оглядел сокурсников.

Ближе всех тренировалась девушка с короткими голубыми волосами. Она творила печати и громко ругалась после каждой неудачной попытки. У нее был тот же чоки, что и у него самого в начале практики. Эмит усмехнулся. Уже девять провалов, а она так и не догадалась, что жест неправильный. Бездарность.

Вдруг девушка обернулась и всмотрелась в зелень дерева, а спустя мгновение помахала рукой и крикнула:

— Привет! Я — Нану Дэви!

Эмит не откликнулся. Она продолжила вглядываться:

— Не прячься, я вижу, что ты там! Эй! Подойди ко мне! Всего на минутку.

Эмит затаился, отползая глубже в тень.

— Пожалуйста! Я тебя знаю, ты — Эрхарт. Мне правда нужна помощь, мы же в одной группе, ну!

Он фыркнул, неохотно встал и медленно направился в ее сторону. Нану рванула навстречу бодрым, уверенным шагом.

— Что я делаю не так? Чоки не слушается!

— Понятия не имею, — сухо ответил он. — Покажи.

Нану подбежала к животному и попыталась сотворить печать. Никакого эффекта.

— Твой жест неверный, — сказал Эмит и уверенно выполнил движения. — Правильно вот так.

Нану повторила — безрезультатно.

— И Круг Сердца слишком большой, — он смерил ее строгим взглядом и добавил: — даже для первого уровня.

Нану помрачнела.

— И я заметил, что ты не проговариваешь магические слова. Это вообще нелепость. Говори вслух, иначе никогда не получится. Тебе и без того нужно тренироваться больше других. Все твои попытки закончились неудачей — ты абсолютно бездарна.

Нану сникла и уставилась в землю, но вдруг подняла на Эмита глаза и прищурилась:

— Все мои попытки? Сколько же ты их видел?

— Нисколько, — Эмит посмотрел в сторону.

Нану расхохоталась.

— Ты следил за мной!

— Да что ты несешь? — он отпрянул.

— И все видел! — она с силой ткнула пальцем в сторону дерева. — Пока сидел там! А потом изобразил, будто нет.

Эмит замялся, бросил на нее недовольный взгляд, но промолчал. Нану успокоилась, снова подошла к чоки и сделала новую попытку сотворить печать — неудачно. Хмыкнула, ласково погладила животное по желто-оранжевой шее и спросила:

— Ты знал, что это чоки сына командующего?

— Какого из?

— Нашего. Вольфрама. На стойле так и написано. Наездник — Ени Вольфрам, — она оглядела брелок на седле. — Зовут Бур.

— У него собственный чоки? — Эмит схватился за монетку. — Ясно тогда, почему он плохо подчиняется другим.

Нану Дэви снова рассмеялась. Эмит резко взглянул на нее и бросил:

— Заканчивай на сегодня. Лучше уже не получится. Тебя он точно не будет слушаться.

— Но у меня же ничего не вышло, — улыбка сползла с лица Нану.

— И не выйдет.

Дэви отвела взгляд, затем снова посмотрела на Эмита, словно решаясь на что-то опасное, и спросила:

— Потренируешь меня?

— Сейчас будут назначать команды и лейтенантов, мало времени, — отмахнулся он.

— Не сейчас, потом! Совсем немного, умоляю, Эмит! Я отплачу. Проси, что угодно. Могу стоять за тебя в очереди в столовой, носить твою сумку с книгами или хочешь, следи за мной, если тебе это нравится, — по лицу Эмита пробежала судорога возмущения. — Шучу, шучу, не злись.

— Я сказал — нет, — он развернулся и бросил из-за плеча. — Мое время слишком ценно, чтобы тратить его на такое пустое дело.

***

Лейтенант Вайс подошел к Залу Преданности и покосился на дверь. Новые кадеты. Сколько в этот раз будет команд? Десять? Больше? Еще старшие курсы. И все документы по Бирюзе. И Дженна просила…

— Лем! — послышалось слева.

Лейтенант Вайс обернулся. Из зеленого сияния печати перемещения вышла высокая, стройная женщина в черной форме. Большие глаза, пухлые губы, длинные зеленые волосы. Сразу за ней появилась другая: низенькая, в больших треугольных очках вершиной вниз, с ярким одуванчиком из синих волос.

— Лейтенант Кичи, — Лем кивнул первой и выпрямился.

Она подошла вплотную, пальцы вцепились в его локоть.

— Лейтенант Кичи? Это еще что?

— Извини, Кристина, — он усмехнулся, — забыл твое имя.

Она стукнула его по плечу.

— Да ладно тебе, — Лем потер пострадавшее место и улыбнулся. — Это просто шутка. Слишком давно не виделись.

Кристина опустила взгляд. Вторая женщина встала напротив них. Она что-то держала в руках, но прикрывала предмет ладонями.

— Привет, Роза.

— Привет, Лем, а мы хотели показать тебе кое-что…

— Много в этом году анималов, — перебила Кристина, — еще больше, чем в прошлом. Ты наверняка рад.

— Почему я должен быть рад? — Лем свел брови к носу.

— Нет? Ты же ради этого ушел из лаборатории, — она хитро взглянула на него.

Лем замялся.

— У меня тут… — начала Роза.

— …мементус — наша последняя разработка, — вклинилась Кристина и добавила, глядя в сторону: — Но тебе это, конечно, неинтересно. Куда там, когда есть горы бумаг у Асперс.

Он отстранился и сказал:

— Для тебя она капитан Асперс.

— А для тебя уже нет? — Кристина прищурилась.

Лем замер и уставился на нее.

— Я сейчас покажу, — сбивчиво заговорила Роза, бросая на лейтенантов робкие взгляды, и протянула ему мементус. Лем взял не глядя, продолжая пристально смотреть на Кристину.

— Да ладно тебе, — она поджала губы, — это просто шутка.

— Нет, не просто. О чем ты?

Кристина помолчала пару мгновений и проговорила:

— Наши с Розой капитаны помнят, что мы ученые, и дают нам работать, а твоей карьере конец. Из-за нее.

— Просто возьми мементус вот здесь и смотри на линзу, — пролепетала Роза. — Тут нужны и Изумруд, и Аметист, так что, я начну, а ты…

Лем сник и оторвался от Кристины.

— Да, сейчас, — тихо ответил он и оглядел прибор.

Взгляд лейтенанта Кичи смягчился, она робко подошла, осторожно обняла Лема и шепнула на ухо:

— Прости, я перегнула.

— Ничего.

— Просто…

— Что?

— Возвращайся в лабораторию.

— Зачем? — он снова посмотрел на нее.

— Чтобы, — тихо начала она, — поработать вместе, как раньше. Подумай о переводе, ладно? У тебя же хорошо получалось, с другим капитаном ты бы…

— Хватит, Кристина, — оборвал Лем, — оставь это.

Она замолчала и нахмурилась. Роза уже пристроилась рядом и произнесла:

— Изумруд. Мементус. Активация.

Прибор засветился зеленым. По экватору проступила небольшая печать и вылезла за периметр ярким кольцом. Затвор с щелчком закрылся и снова открылся.

— Теперь ты, — проговорила Роза.

Лем применил магию Аметиста, и яркий свет, слой за слоем, воссоздал в воздухе лист бумаги: на нем точно запечатлелись трое лейтенантов. Он взял зависшую в воздухе картинку и осмотрел.

— Мементо, — Кристина взялась за другой край изображения, — давай сделаем получше, а то ты какой-то грустный.

— Мне хватит одного, я спешу, — Лем протянул Розе мементус.

— Нет! — Кристина зажала прибор в его ладони. — Мы пока не придумали, как размножить одинаковые мементо, поэтому нужно еще два: для меня и тебя, — она вырвала из руки Лема готовую картинку и пихнула Розе.

Мементус сработал снова. Лем взял второе изображение. Роза уже творила печать в третий раз, как вдруг между Кристиной и Лемом влетел в прыжке невысокий мужчина в лейтенантской форме. Лем потерял равновесие и едва не сшиб Розу. Печать на мементусе потухла, затвор щелкнул. Нарушитель спокойствия уже приземлился и широко улыбался. Короткие оранжевые волосы. Яркий, внимательный взгляд. Уши и пальцы облеплены украшениями.

— И что там вышло? — он выхватил у Лема мементус и сотворил печать Аметиста. Изображение начало проявляться.

— Летано! — воскликнула Кристина.

— Ну и рожа, Вайс! Что с тобой? — рассмеялся новоприбывший. — Это потому что ты облажался с дозорными? Слышал, слышал.

Лем покачал головой и обернулся на дверь в Зал Преданности.

— Ах ты джайхово отродье! — Кристина отобрала у Летано готовое мементо и оглядела. — Все испортил!

— Почему испортил? Живенько вышло.

— Последний был для меня! — Кристина швырнула в него листок. — А теперь на нем ты!

Летано поймал мементо и застыл, не отрывая от нее глаз. Затем опустил взгляд, посмотрел на изображение и хмуро проговорил:

— Ну, как-нибудь переживешь, — быстро свернул картинку вдвое и сунул в карман брюк.

— Возьми мой, — Лем протянул Кристине мементо. — Я пойду.

— Но… — начала она.

— Пока.

— Лем, подожди… — Кристина нахмурила брови, глядя ему в спину.

Лейтенант Вайс коротко махнул, не оборачиваясь.

***

Эмит присматривался к сокурсникам, которые уже заполнили Зал Преданности. Каждый раз его взгляд упирался в Нану. Она замечала его внимание и тоже глядела в упор. Эмит рассчитывал вынудить ее отвернуться, но Нану не поддавалась, и зрительный контакт затягивался.

— Что она тебе сделала? — спросила Азуми.

— Попыталась меня использовать, — ответил Эмит и отвел глаза. — Как и все простолюдины.

Азуми взяла Эмита под руку, оглядела величественную статую Фольго Рубера в полный рост, расположенную в центре зала, — генерал водрузил ногу на голову поверженного джайха — и продолжила:

— Тогда не смотри на нее так внимательно. Может решить, что задела тебя, — она бросила на Нану короткий безразличный взгляд. — Это обратная сторона нашего положения. Не трать время. Есть новости поинтереснее. Кадетка Фей из Янтарей получила связь.

— Уже?

— Никто не ожидал. Она попала в лазарет, но ничего серьезного. Ее фарджер довольно крупный, так что, возможно, для нас все решится уже сейчас. Ты сильный — вас наверняка поставят вместе.

В Зал вошел лейтенант Вайс. За ним еще трое — две женщины и мужчина. Военные подошли к группе из нескольких человек с такими же погонами.

— Сейчас начнется, — сказал Эмит.

Азуми кивнула.

Высокая женщина с зелеными волосами взяла слово, представилась лейтенантом Кичи и быстро объяснила, что кадетов заранее определили в тройки и осталось лишь озвучить состав.

— Хаоюй Ли — Гранат, — отчетливо произнесла она. — Виталина Фей — Янтарь…

Эмит напрягся в ожидании своего имени.

— Нану Дэви — Бирюза. Вы идете ко мне! — закончила лейтенант.

Эрхарт напряг челюсть, наблюдая, как Нану семенит к лейтенанту.

— Она же бездарность, — процедил он. — Почему?

— Ничего, Эмит, — Азуми сжала его руку. — Фарджеров еще много.

— Но больше никто не получил связь.

— Постарайся наладить отношения с Янтарем из своей команды, — она взглянула в толпу, — или надави.

***

Айя поддерживала Петра Новака, опершегося на ее плечо. После тренировки в подземелье он постанывал, словно беспомощное животное.

— Виталина вчера говорила, что хочет попасть к лейтенанту Кичи, — начал Петр.

Айя взглянула на женщину, зачитывающую списки. Петр потер больную ногу.

— Сказала, что лейтенант — это важно, — продолжил он. — А учитывая, что нам не повезло с капитаном — особенно, — Петр улыбнулся.

— Сильно болит? — спросила Айя.

— Порядочно, а у тебя?

Айя кивнула.

— Кэтти Макки — Гранат, Петр Новак — Янтарь, Азуми Сато — Бирюза.

Айя проводила раненого к лейтенанту Злоте, которая увела его к остальным. Затем вернулась на место и огляделась: слева стояла Чени Чоп вместе с Робином Тейлором. Айя шагнула к ней, но остановилась. Уговор есть уговор. Нельзя выдать их знакомство. Чей она лейтенант? Композитов? К ней никак не попасть.

К Чени подошла ее новая команда. В одну линию выстроились трое: улыбчивый Юрий Рой с короткими седыми волосами; невысокий кадет с розовыми кудрями и скучающим выражением лица — Константин Зейн; и долговязый Зарто Гривас с темно-синими локонами до плеч. Айя присмотрелась к последнему. Это же он вчера был с Холли во время конфликта с Ени.

— Лейтенант Чоп, у меня Империал! Как у вас! — выпалил Рой. — Я много слышал о ваших ранних успехах. Гарантирую — я все их превзойду.

— Вот это заявка! А если не выйдет? — Чени скрестила руки на груди.

— Сделаю, что угодно, — Рой понизил голос. — Если играть, то с высокими ставками.

— Идет! — согласилась Чени. — У меня как раз есть кое-что особенное. Проиграешь, опробую на тебе один эликсирчик… — Чени провела рукой по лысой голове.

— Сони Уми — Лазурит, Оззи Гучич — Сердолик, Холли Спирит — Хризолит. Вы идете к лейтенанту Летано.

Оззи рванул навстречу Сони и Холли, огибая плотины из групп кадетов, и, достигнув заветного берега, обнял обеих сокомандниц. Холли поймала его за руку и больно вывернула кисть, заставив Оззи согнуться пополам.

— Так, — продолжила Кристина, — теперь к лейтенанту Вайсу: Ени Вольфрам — Гранат, Эмит Эрхарт — Бирюза и Янтарь… Айяла Ригель!

Айя бросила короткий взгляд на Ени, он на нее. Затем посмотрела на Холли — та отвернулась. Айя простонала. Это просто тотальное невезение.

Натянув безразличное лицо, Ени вышел в центр помещения, и лейтенант указала ему на Лема Вайса. Следом подошел Эмит Эрхарт и Айя. Вот и все: Гранат, Бирюза и Янтарь. Теперь они команда. На ближайшие три года. Слабая надежда помириться с Холли была раздавлена весом двух слов: Ени Вольфрам. [См. Приложение Д. Военная иерархия академии Рурта]

— Подождите там, — лейтенант указал на пустые лавки вдоль стен. — Разберусь с другими командами и подойду.

Кадеты двинулись в указанную сторону. Айя и Эмит сели рядом, а Ени остался стоять у стены, скрестив руки и ноги. Глаза закрыты, лоб напряжен.

Айя разглядывала Эмита. Как ровно сидит, будто палка вместо позвоночника. Выглядит умным. Внимание зацепилось за левую руку, окольцованную браслетом из круглых бирюзовых бусин.

Вскоре лейтенант Вайс вернулся.

— Уже познакомились? — спросил он и мельком оглядел всех. — Кто расскажет о себе первым?

Никто не ответил.

— Какое слаженное молчание. Отличная командная работа, — Лем тряхнул головой, приведя в движение разноцветье сережек. — Тогда начнем с Ригель, раз мы и так знакомы ближе, чем следует. Расскажите о себе. Коротко.

Эмит бросил недоуменный взгляд на Айю.

— Ригель? — поторопил Лем.

Ее глаза забегали по залу. Сказать правду или молчать? Главное, чтобы показания не расходились с тем, что она уже озвучила капитану Асперс. Айя взглянула на вход и нахмурилась. Легка на помине.

— Тут генерал Рубер и капитан Асперс, — сказала она и вжалась в лавку. — Идут к нам.

Неужели за ней?

Все, включая Ени, мгновенно оживились. Лейтенант Вайс обернулся к начальству. Генерал Рубер двигался так, будто проверял каждым шагом пол на прочность. Взгляд устремлен вперед. Между бровями — жердь опыта, вокруг губ — дуги сложных решений. Капитан Асперс шла иначе — не сомневаясь в надежности мест, куда ступали ее ноги.

Подошли. Капитан ровно сказала:

— Лейтенант Вайс, вы нужны.

Он кивнул, развернулся к Айе, Эмиту и Ени.

— Познакомьтесь получше, а после — можете быть свободны.

Отошел, поравнялся с капитаном, и они приготовились уходить, но не сдвинулись с места — генерал Рубер замер напротив Айи и уперся взглядом в изображение Солнечного Вьюна.

— Это Айяла Ригель, — пояснил Лем. — Она тоже нужна?

— Нет, — Фольго Рубер развернулся и проследовал к выходу.

Капитан и лейтенант — за ним.

— Что это было? — спросил Эмит низким, глубоким голосом.

Айя пожала плечами и потрогала лоб. Рубер разглядывал татуировку. Должно быть, они уже знают про поле. Что делать? Бежать? Куда?

— Почему генерал так странно на тебя смотрел? — продолжил Эмит.

— Не знаю, — отмахнулась Айя.

— Подумай. С чего такой интерес? — он холодно взглянул на нее.

— Может быть, дело в инициации…

Айя гоняла мысли, как пастух скот, пытаясь запереть каждую в четких границах. Генерал пришел с капитаном Асперс. Она больше всех знала о ситуации, даже про потерю памяти. Выясни они что-нибудь опасное, ее уже бы схватили на месте, но Рубер и капитан просто ушли. Похоже, им правда был нужен лейтенант Вайс. Просто повезло. Зря она открылась Асперс. Начнет копать — выяснит про поле. Лучше пока не высовываться. Пусть сначала все утихнет.

— Не уверен, что это могло надолго впечатлить генерала. Все же обошлось. Что еще? — добавил Эмит.

Он прав, внимание Рубера связано с чем-то другим. С чем?

— Входная печать! — воскликнула Айя.

Если их волнует ее прибытие, а не прошлое — это лучше всего.

— Когда я пришла в академию, — начала Ригель, — что-то случилось, и печать пропустила меня под Аметистом.

Ени украдкой посмотрел на Айю.

— Это невозможно, — уверенно заключил Эмит.

— Почему?

Эрхарт окинул ее беглым взглядом, словно прикидывая, сможет ли она понять, и осторожно начал:

— Положим, защитный барьер тогда был снят.

— Барьер? — перебила Айя.

Эмит зажмурился, будто коря себя за то, что переоценил ее способности, и продолжил:

— Да, академию окружает магический барьер. Теперь его иногда снимают перед инициацией — политика. Раз война с джайхами окончена — опасности нет, то и барьер не нужен. Королева не хочет пугать гостей. Это ясно. Но Аметист... Это противоречит законам магии.

— Каким законам?

Эмит снова зажмурился.

— Представь воронку на воде: с одной стороны затягивает, с другой — выплескивает. Вода — магия, воронка — печати, в итоге — магический результат. Получая акцент, ты обретаешь способность создавать определенные воронки. Янтарь лечит животных, Бирюза управляет их волей и так далее. А еще появляется магический след — тень, которую отбрасывает твоя магия.

— Это я знаю, — оживилась Айя. — Холли говорила, что брат командующего Феликмана может его видеть.

— Именно. Этот след считывают и печати перемещения. Ты касаешься их, называешь пункт назначения, и огромная печать в фундаменте академии фиксирует твой след и акцент. Затем она сжимает пространство между точками отправления и назначения, позволяя пройти насквозь. Если у тебя Янтарь — переместишься под ним. Ошибки быть не может.

— И все же, я как-то прошла, — заключила Айя и закинула руки за голову. — А не могла печать сработать сама?

— Печати не работают сами, — ответил Эмит, медленно перебирая бусины браслета. — Печать контроля разливов рек питается следом командующего Феликмана. Умрет он — она тоже исчезнет.

— Погоди, — протянула Айя, — если печати всего лишь точки между порталами, значит можно сделать их на каждом углу и вообще не ходить пешком?

Эмит хмыкнул, оторвался от браслета и слегка наклонился вперед.

— Все не так просто. Дело в материале стен. Именно он распознает след, делая перемещение возможным. Его создал Святой Астриус и передал Фольго Руберу. Ныне состав утрачен. Так что новых печатей перемещения у нас не будет.

— Не понимаю, — Айя потупилась. — Если они работают только от следа, как мы прошли на инициацию? У нас ведь тогда даже акцента не было. А если можно пройти просто так, то это небезопасно для академии.

Эмит закинул ногу на ногу.

— Человек со слабым следом или без него невидим для печатей и может пройти — но только с тем, у кого след есть. Судя по намекам лейтенанта Вайса о вашей близости, рискну предположить, что он и провел тебя в Зал Двенадцати. Что до безопасности — да, человека без акцента не отследить, но что он может сделать против мага? Важно другое — вовремя определить уровень переместившегося. Чем он выше, тем больше угроза. И по следу это легко понять.

— Я запуталась, — Айя выдохнула. — Как я могла пройти с кем-то? Я никого не видела.

Или?.. В коридоре Бирюзы был кто-то. И в комнате лейтенанта Вайса.

— В академии разберутся, — спокойно сказал Эмит. — Порядок мироздания из-за этого не рухнет.

— Ладно, Эмит, спасибо, — медленно проговорила Айя. — Много же ты всего знаешь.