Волшебный артефакт бога Лира 2

Это было и так понятно. Если не успею, то уже не спасусь. Но он всё-таки помог мне! Как, интересно, такой человек оказался под началом этого падальщика? Он не похож ни на кого из этих головорезов – вообще, как будто случайно оказался на этом корабле. Однако капитан явно доверял ему, значит, он не первый год под его началом. Такую ценную меня абы кому не доверил бы точно.

Что же. Надеюсь, Джонатан потопит эту жалкую посудину, а Слоан выживет в этой схватке. Я буду должна ему, а быть в долгу я не хочу. Как только доберусь до своих, обязательно замолвлю за него словечко.

Не теряя времени, принялась разрезать верёвки: сначала руки, потом ноги, а уж избавиться от последней верёвки мне не составило труда. Ночь была моей союзницей, а пушечные выстрелы скрыли звук от моего падения в воду.

Корабль Терреса двигался параллельно врагу, на палубе метались мои морские братья, команды капитана были слышны даже на таком расстоянии, а на вражеском корабле царили ругань и противный звук хлыста, вспарывающего человеческую кожу. Гребцов подгоняли, желая поскорее уйти. Да, этот корабль легче нашего, и у него есть все шансы уйти, но вот только брат Леандро не понимает, что меня не бросят здесь. Не прекратят преследование.

– Отдай девочку, и я пощажу тебя! – голос Джонатана разнёсся над океаном в тот момент, когда я вынырнула на поверхность. Эхом ему вторил недовольный «кар-кар-кар» Рэйвена. Ворону, по всей видимости, не давали броситься на моё спасение, и всё, что ему оставалось – возмущённо каркать.

Это была сладостная песнь для моих ушей. Песнь, которая заставила чаще биться сердце. Они живы! Джонатан пришёл за мной!

Мне бы только успеть доплыть до того, как меня почуют акулы. Быть растерзанной морским хищником – это, пожалуй, даже страшнее, чем получить смертельное ранение в бою.

– Девчонка сбежала! – голос Слоана ударил в спину ледяными иглами, и я принялась грести быстрее. Он специально сделал это! Отпустил, чтобы сдать!

– Лодку на воду! Догнать! – взревел брат Леандро.

– Лодку на воду! – до меня донёсся голос Джонатана, а в следующий миг кто-то из моих морских братьев прыгнул за борт.

Глава 11

До спасительной лодки оставалось ещё немало гребков, когда в воду с неё нырнул кто-то ещё. Преследователи настигали неумолимо – я отчётливо понимала: не успеть. Вот только они не знают, что я не сдамся. Я всего в шаге от спасения. И в этот миг, будто ответ на безмолвную мольбу, рядом со мной вынырнул Ли Пэн. Он был так близко, что я разглядела в полумраке каждую черту его лица.

– Плыви, Несси, я с ними разберусь! – подмигнул мне и снова нырнул.

Впереди над тёмной поверхностью воды мелькнул гладкий, как полированный камень, силуэт головы. Вэлианс плыл мощно, ритмично – его движения напоминали стремительный ход корабля, рассекающего волны острым носом.

– Несси, ты как? Сама доплывёшь? – спросил, едва поравнялся со мной.

– Если акулы не сожрут – доплыву, – охотно сообщила свои опасения.

– Ранена?

– Да.

– Сэм, она ранена! Смотри в оба и греби быстрее! – скомандовал Вэлианс и нырнул под воду, совсем как Ли Пэн минуту назад.

Грохот пушечных выстрелов в очередной раз разорвал воздух – и в тот же миг крепкие руки втащили меня в лодку. Я рухнула на дно, едва дыша, а в ушах стучало лишь бешеное биение собственного сердца. Я спасена!

– Несси, рана серьёзная? – поинтересовался Сэм, стремительно разворачивая лодку.

– Жить буду. Как Мич? – рывком села.

– На корабле его нет.

Поднесла руку к горлу, невольно задержав дыхание. Перед глазами была неподвижная мужская фигура на берегу. Никто не должен погибнуть из-за меня. Он не мог!

– Дыши, слышишь? – рявкнул рыжий здоровяк. – Отставить страхи и панику! Это Мич! Его непросто одолеть! Соберись, ты не о том думаешь!

Сделала несколько глубоких вдохов, возвращая холодный рассудок. Я позволила панике и страху взять надо мной верх. Нарушила незыблемое правило в бою. Этим чувствам не место рядом со мной! Расправила плечи и решительно перехватила у Сэма второе весло.

– Правильно! Давай, Несси! Ещё немного, и мы будем на корабле. Этому шакалу осталось недолго портить своей вонючей посудиной водные просторы!

Позади нас раздались крики и звуки борьбы, и я обернулась, да вот только в такой темени было ничего не видно. Схватка закончилась быстро: один звук внезапно сменился другим – всплеск, резкий, как удар, и торжествующий крик восточного узкоглазого корсара, эхом разлетевшийся над водой. В следующее мгновение мы уже могли разглядеть Ли Пэна и Вэлианса, стремительно нагонявших нас.

На палубе Джонатан окинул меня беглым взглядом и коротко приказал:

– К Алексу.

– Но – хотела было возразить, но наткнулась на угрюмый взгляд и согласно кивнула.

К моему удивлению, Алекс ждал меня не в своей каюте, а в трапезной. Я разместилась на скамье у окна и протянула лекарю раненую ногу. В руках мужчины сверкнули ножницы. Он шустро разрезал штанину и принялся осматривать рану. Меня она сейчас не беспокоила совсем – боль, казалось, ушла куда-то на задворки сознания. Взгляд скользил по палубе – насколько хватало видимости в полумраке. Переводила его от одного корсара к другому в попытке угадать, кого не хватает. Впрочем, это мне ничего не даст. Уверена, часть команды находится всё ещё на берегу. Нельзя сейчас думать об этом. Пусть Алекс только подлатает меня, и я рвану в бой вместе со всеми. Теперь меня никто не похитит – не те условия. А с нашего корабля я и шагу не сделаю на вражеский.

– Если ты думаешь, что сейчас будешь скакать козочкой, то очень ошибаешься, – голос Алекса прозвучал сурово, и я оторвала взгляд от команды.

Ого! Рана оказалась приличная и довольно глубокая. Ещё бы чуть-чуть, и я бы осталась без ноги! Шансы были.

– Ты же меня подлатаешь, разве нет?

– Рану я обработаю и зашью, но в бой рваться настоятельно не рекомендую.

– Предлагаешь просто смотреть?

– Предлагаю не рисковать. В первую очередь командой. Они все как один готовы были броситься за вражеским кораблём вплавь – только чтобы спасти тебя. Они вернули тебя. Не дай им повод снова волноваться.

В очередной раз я с досадой отметила, что Алекс Рэй прав. Этот седовласый лекарь выучил меня не хуже других. Вздохнула и посмотрела на Джонатана, замершего на палубе с подзорной трубой в руках. Он раздавал приказы чётко и быстро, а корсары спешили их выполнять незамедлительно.

– Ты прав, Алекс. Уверена, ты знаешь: мне позволено остаться на палубе?

– Ты должна отлично понимать, что нет. Однако Джонатан разрешил тебе наблюдать за всем отсюда. Будь благоразумна.

– Надеюсь, у Леандро был всего один брат.

– Думаешь, твои враги на этом закончатся? – услышала усмешку в его голосе. – Ты пират. Не просто пират – ты Несси Террес. И полмира знает, что Террес гоняется за трезубцем. Ты названая дочь Джонатана, и враги у вас теперь одни на двоих.

– Я не питаю иллюзий, ты не подумай, но брат Леандро – та самая ниточка, которая связывает меня с моим кошмаром. Остальных врагов я не боюсь. С ними я справлюсь, потому что я не одна.

– Рану надо зашить безотлагательно. Зажми это между зубов и не смотри на то, что я буду делать, – попросил Алекс и протянул мне толстую деревянную палочку. – Прости, опиума нет, и я оставил настойку с тем же эффектом в своей хижине. Будет очень больно, но медлить нельзя.

– Потерплю. В любом случае я должна быть в твёрдой памяти, так что

– Ого! – воскликнул Сэм, неожиданно появляясь рядом. Надо же! Я совсем не слышала его шагов. – Несси, и как тебя акулы не сожрали?

– Пытались. Я отбилась, – улыбнулась в большей степени для храбрости и приняла непростое для себя решение. – Алекс, подожди. Опущусь прямо на пол, тебе будет удобнее. Сэм, ты должен ему помочь.

– Я? – взгляд рыжего корсара был полон негодования. – Я не лекарь, Несси! Я просто принёс тебе кинжал и саблю, чтобы ты не была безоружна!

– Ты говорил, что я всегда могу положиться на тебя, так?

– Конечно, но я не понимаю, чем

– Это больно – в этом я не сомневаюсь. Дьявольски больно. И я боюсь попросту удрать от Алекса.

– Это не смешно, Несси, – произнёс лекарь, и на его лице не было ни тени улыбки. Он не догадывался, что эта напускная беспечность – мой хрупкий щит. Без него я не выдержу ни процедуры, ни того, о чём попрошу помощника капитана.

– Сэм, ты зафиксируешь мою ногу. Так крепко, как сможешь, – уверенно заявила, уставившись в ошарашенное лицо рыжего корсара.

– Несси, ты уверена?

– Как никогда.

– Тогда не будем медлить. Алекс, командуй! – рыжий выпрямился во весь рост, ожидая указаний лекаря.

– Что же, тогда приступим. Сэм, принеси ром, а ты, Несси, ложись лучше на стол – там точно будет удобно. Уверена в своей просьбе?

– Алекс, если ты ещё раз спросишь – я попрошу отрубить мне ногу. Чтобы не мучилась!

Я поднялась и доковыляла до стола. Расположилась на нём и кивнула вернувшемуся Сэму:

– Держи меня крепко и не думай о моих чувствах. Даже если я буду выть от боли, – и с последними словами я зажала палочку между зубов.

К боли, конечно, приготовилась, но к тому, что будет настолько больно – я готова не была. Алкоголь, пролитый Алексом на рану, превратил мир в раскалённый шар боли. Зубы впились в палочку – бесполезно. Крик боли вырвался наружу, разрывая горло. Страх прикосновений? Да этот страх ничто в сравнении с этим! Как мужчины это переносят. Как? Как можно вынести это ощущение, будто кожу сдирают заживо? Будто внутри разгорался пожар, пожирающий каждую клеточку. И это было только начало.

Я больше не слышала ни приказы Терреса, ни пушечные выстрелы, доносящиеся снаружи. Игла входила в плоть, как лезвие, как зубы хищника, как приговор. Только это сейчас занимало мой разум. Я заживо горела, вцепившись одеревеневшими пальцами в края стола, будто он мог спасти меня, но он был твёрдым, холодным и равнодушным. Молилась – не словами, а всем своим существом – чтобы это закончилось. Сейчас. Немедленно.

И внезапно почувствовала, как Сэм отпустил меня, а следом услышала голос Алекса:

– Я закончил. Ты молодец, Несси. Не каждый мужчина остался бы в сознании, но ты выдержала.

С трудом оторвала пальцы от стола, вытащила изо рта палочку и судорожно вздохнула. Лицо было мокрым от слёз, а челюсти ныли от напряжения.

– Несси, ты как? – тихий голос Сэма заставил посмотреть на него.

– Помоги слезть отсюда, – хрипло пробормотала, протягивая ему руку и присаживаясь.

– Подожди, наложу повязку. Не надо торопиться, – мягко произнёс Алекс. И в тот же миг к ране прикоснулась прохладная мазь – словно глоток свежего воздуха в раскалённом мире. Я невольно прикрыла глаза, ощущая, как боль отступает, уступая место блаженной прохладе.

Когда с моей многострадальной раной было покончено, Сэм помог мне перебраться на скамейку у окна, и в тот же миг воздух разорвал зычный крик капитана:

– Приготовиться!

Рыжий корсар со скоростью пушечного выстрела вылетел из трапезной, а за ним последовал и Алекс. Да, раненых будет много.

Бой? Какой бой, когда каждое движение отзывается болью? С такой раной я надолго выведена из строя. Лишь зритель, а не боец. Мне остаётся только наблюдать и молиться. Кайюрс*, будь с нами сегодня!

Мы всё-таки настигли их – вопреки моим ожиданиям. Я была уверена: они ускользнут. Их судно легче, манёвреннее – это должно было стать решающим преимуществом. Но Террес не дал им шанса. Он не позволил себя переиграть.

Прижалась лбом к холодному стеклу, едва осознавая, как дрожат пальцы, вцепившиеся в резную раму. Ещё мгновение, и за окном развернётся кошмар, расцвеченный огнём и окутанный клубами дыма от пушечных выстрелов. До сближения с чужим кораблём оставалось всего ничего.

Корабль с грохотом врезался в борт вражеского судна – деревянный треск пронзил воздух, словно крик раненого зверя. Я не только услышала, но и почувствовала это. Корабль на миг задрожал, а доски вокруг жалобно скрипнули.

– На абордаж! – скомандовал Джонатан.

Дым, окутывавший палубу, всё смешал, и я с трудом различала, что происходит. Пираты перепрыгивали через борт, сверкали клинки, раздавались выстрелы и яростные выкрики. Это был бой не за сокровище. За жизни, на которые покусился брат Леандро.

Сперва я различала лишь хаос – вихрь движений, вспышки стали, размытые силуэты. Но постепенно взгляд выхватывал детали, от которых сердце сжималось в ледяной кулак. Вот проворный Ли Пэн, размахивая абордажной саблей, отбросил двоих противников. Его лицо – маска ярости, волосы развеваются на ветру, как знамя. Там, у грот-мачты, четверо головорезов окружили кого-то из моих бравых братьев, но я не видела кого – слишком темно. Клинки звенели, будто колокольчики. Я была далеко и за закрытыми дверьми, чтобы услышать это, но, кажется, всё, что происходило снаружи, доносилось до меня в мельчайших деталях. На вражеской палубе кто-то взлетел на поручни, раскинув руки, словно птица, и рухнул вниз, в пенные волны. Беглец с поля боя, не иначе.

Затаив дыхание слушала то, что происходило там, где я не могла участвовать. И каждый звук заставлял замирать сердце: лязг металла о металл, хриплые крики – то ли боевого азарта, то ли боли, треск горящих обломков (на вражеском судне вспыхнул огонь, и теперь языки пламени лизали канаты, поднимаясь к реям), глухой удар – ещё одно тело упало на доски. Грозный крик Рэйвена доносился, похоже, с вражеского корабля. Он бился на чужой территории. Как истинный корсар. Птица, которая стала неотъемлемой частью команды.

Пыталась отыскать среди этой бури родные лица, но они сливались в одно сплошное пятно ярости и страха. Только движения – резкие, как удары сердца, – выделялись на фоне тёмного неба и бушующей воды.

Вдруг взгляд зацепился за фигуру: Вэлианс отбивался сразу от троих. Его клинок мелькал, как молния, но силы были неравны. Со спины к нему мчался враг, подняв над головой саблю. Враг, которого лысый великан не видел. Но вот, бесшумно проскользнув по палубе между сражающимися, к нему метнулась тень. Удар – и враг повалился, а спаситель, не оглядываясь, ринулся дальше, в гущу боя. Это был малыш Бимс! Мальчишка, который всегда рвался в бой наравне со всеми. И он хорошо показал себя. Пусть удача не покинет его!

Я наблюдала со стороны, но душа рвалась туда, в самую гущу схватки. Казалось, я даже ощущаю металлический привкус крови в воздухе. Вспышки выстрелов и отсвет разгоравшегося на вражеском корабле пламени разрывали полумрак, высвечивая жуткие детали: кровь на досках, перекошенные от ярости или боли лица, тела, сцепившиеся в смертельной схватке. Каждый миг – как удар сердца. Каждый образ – как клеймо в памяти.

Взгляд выхватил фигуру капитана – он стоял в кольце врагов, словно остров в бушующем океане. Он двигался с грацией хищника: отражал удары, ускользал от атак, плёл паутину обманных манёвров. Я знала его тактику боя и сейчас наблюдала за ним с детским азартом, пытаясь угадать его следующий шаг. Звуки выстрелов смолкли – видимо, это адское оружие исчерпало свой гнев с обеих сторон. Шаг в сторону, разворот – и двое противников Джонатана падают навзничь, заливая палубу алой кровью.

Вот Сэм бьётся с врагом, уверенно балансируя на поручнях, словно проворная обезьяна, а затем он исчез – растворился на чужой палубе. С этой стороны звуки борьбы постепенно стихали, словно кто-то приглушал их. А на корабле врага, кажется, бой был в самом разгаре. Наша палуба была завалена телами раненых и погибших, и я надеялась, что среди них нет никого из членов нашей команды.

Но вот взгляд выхватил тёмную фигуру, зависшую на такелаже вражеского корабля. Этот кто-то неспешно передвигался, и, кажется, его никто не видел. Не замечал, словно он призрак. Прыжок – и вот он завис над нашей палубой. Даже в полумраке я узнала его. Брат Леандро. Стервятник, который преследовал меня. Шакал, из-за которого я могла потерять Рэйвена. Трус, который пытался сбежать, сделав меня живым щитом.

Рука пирата скользнула за пояс, и он медленно вытащил мушкет. Его взгляд застыл на спине Терреса. Никто не видит этого дьявола! Никто не знает, что он собирается сделать!

У меня были считанные мгновения, чтобы что-то предпринять, и я боялась только одного. Не успеть.

Вскочила со скамьи и бросилась к дверям. Почувствовала, как повязка становится влажной, как боль вспыхивает заново – яркая, резкая, будто нож. Но сейчас это не имело значения. Если я споткнусь об эту боль – он убьёт его. И эта мысль била сильнее любой раны.

Сжимая в руке кинжал, я распахнула дверь и с криком:

– Джонатан, на такелаже! – мой голос разрезал шум битвы.

Стремительный взмах руки, и оружие, острое, как вспышка молнии, понеслось сквозь воздух к намеченной цели.

Взгляд Терреса метнулся к капитану вражеского судна, а в следующий миг прогремел выстрел.

------------------------------------------

* Кайюрс – бог удачи, покровитель воинов

Глава 12

Последнее, что запечатлелось в памяти: Джонатан одним сокрушительным ударом лишил жизни врагов, а тело Леандро безвольным мешком падает на палубу. Террес рванулся ко мне – но едва успел сделать пару шагов, побледнел и схватился за грудь.

Меня же утянуло в темноту одним стремительным рывком. Боль словно накрыла меня удушающей волной. Всё слилось в одно мгновение, казавшееся теперь смазанным расплывчатым пятном. Это действительно всё произошло или мне приснилось?

Очнулась в капитанской каюте. Одна. Рана на ноге почти не тревожила, но в груди пылало так, будто ктото прижал раскалённую кочергу.

– Кар-р-р! – громогласно возвестил Рэйвен и с видом несказанной важности приземлился прямиком на кровать, будто это был его личный пьедестал.

– Привет. Рада тебя видеть, – голос непривычно тих. Прочистила горло, но першение не прошло.

Медленно провела руками по телу – и резко отдёрнула их, наткнувшись на тугую повязку на груди. Что случилось в момент выстрела, я не помнила, но лицо капитана, искажённое болью, отпечаталось в памяти, словно картина на холсте.

– Кар-кар! – снова заметил ворон, переминаясь с ноги на ногу.

– Джонатан! – позвала так громко, как смогла. Горло саднило так, будто я обожгла его кипятком. Очевидно, Алекс чем-то поил меня, чтобы не дать умереть. Другого объяснения моего состояния у меня не было.

В ответ – лишь тягостная тишина.

Я должна встать и выяснить, что произошло и где капитан. Мы же победили? Не могли не победить.

Попыталась сесть и тут же захлебнулась в волне непреодолимой боли. Казалось, тысяча раскалённых игл вонзилась в тело одновременно. Вот только боль меня не остановит. Если придётся – буду ползти до палубы.

В памяти вспыхнул момент, когда Алекс зашивал рану, и я оттолкнула от себя это неприятное воспоминание. Отдышалась и с огромным трудом перевернулась набок. Боль не отступила, но теперь я знала: её можно вынести. Медленно сползла к краю кровати и свесила ноги. Отлично! Почти удалось!

Вдох-выдох.

Собралась с духом и с криком боли поднялась.

– Кар-кар-кар! – сообщил Рэйвен, сделал круг вокруг меня и опустился на ширму.

Стиснув зубы от боли, натянула рубаху и принялась за штаны. Надо сказать, с ними я провозилась долго. Рана на бедре вспыхнула огнём, повязка быстро пропиталась кровью, но я отступать я не собиралась. И никому не покажу, что мне больно. Джонатан умеет быть сильным, и я смогу. Смогу, чтобы не напугать его, когда найду.

На здоровую ногу сапог скользнул почти без усилий, а вот с больной конечностью всё было непросто Пришлось вжаться в стену, словно она была единственным якорем в этом мире. Пот катился по спине, на лбу выступила холодная испарина, но я справилась. Дрожа от боли и напряжения, медленно восстанавливала дыхание. Ладонью смахнула слёзы со щёк – свидетели моей нелёгкой борьбы с болью. Затем повязала голову платком – знала: волосы сейчас похожи на воронье гнездо, но это уже не имело значения. Важно то, что теперь я могу узнать, что происходит и где капитан.

Взглянула на кровать Джонатана – идеально заправленную, будто её и не касался сон. Значит, он давно на ногах. У него было священное правило: «Беспорядок в вещах – беспорядок в голове». Поэтому везде всегда был идеальный порядок, и все на корабле были к этому приучены.

Закрепила кинжал и шпагу в ножнах, перенесла вес на здоровую ногу и, превозмогая боль, шагнула в коридор.

Так, не нравится мне эта тишина. Вокруг было тихо так, что кровь стыла в жилах. Корабль тихонько поскрипывал, мягко покачиваясь на волнах, но совершенно точно не плыл. Значит ли это, что мы всё ещё у берегов Эдазура? Победили мы в схватке или нет? Возможно, меня не решились перемещать на берег из-за серьёзной раны. Чем же опоил меня Алекс, что горло до сих пор будто набито песком.

Наконецто палуба! Шагнула наружу – и тут же сощурилась, ослеплённая яростным солнечным светом. День! Уже день! Сколько же времени я провела в беспамятстве?

Когда глаза понемногу привыкли к свету, заметила Сэма – он спешил к сходням, словно каждая секунда была на счету.

– Сэм!

– Кар-кар-кар! – разнёсся над палубой крик Рэйвена, и, похоже, именно этот резкий звук привлёк внимание рыжего корсара. Уж точно не мой скрипучий голос.

Мужчина обернулся и довольно быстро преодолел разделяющее нас расстояние.

– Тебе нельзя было вставать! Алекс сказал

– К чёрту Алекса! – снова прокашлялась. На воздухе определённо стало легче. – Надо было не бросать меня одну! Почему все на берегу, а я тухну здесь, в каюте? Одна!

– Когда я заходил, ты всё ещё была без сознания, – произнёс он. – Вахтенные следили за тобой неустанно – каждый час ктото приходил проверить твоё состояние.

– А я уже в сознании, как ты видишь! Очнулась, и никого вокруг! Джонатан в доме? – решительно обогнула рыжего здоровяка, намереваясь незамедлительно покинуть корабль.

– Ты куда?

Сэм нагнал меня и схватил за руку, заставляя остановиться. Резко отдёрнула её и нахмурилась:

– Не нужно трогать меня. Ты же знаешь.

Прикосновение не вызвало во мне привычный панический страх, что было непривычно странным. Однако мне не хотелось, чтобы кто-то касался меня. В голове билась одна мысль: это неправильно! Неправильно, что кто-то смеет это делать вопреки моей воле.

– Я держал тебя, когда Алекс штопал твою рану, – смущённо напомнил Сэм. – Я решил

– Это было необходимо. Прости, Сэм, но я не хочу, чтобы кто-то ко мне прикасался – это правило неизменно так же, как и моё прошлое.

– Это твоя воля и твоё право, Несси.

– Мы идём или будем здесь до завтра разговаривать? Ты, я видела, спешил на берег. Так идём.

– Ты дойдёшь? – с сомнением покосился на меня.

Начинается! Не нужно меня жалеть!

– Я ранена не смертельно, раз стою на ногах. Руки и ноги на месте, так что не вижу причин для сомнения в твоём голосе. Мы же победили, да?

– Победили, Несси, – его лицо помрачнело, и он неожиданно прибавил шаг. – Найду ещё одну лошадь, пока ты спускаешься.

Спорить не стала – каждое движение давалось с трудом, а ведь путь до дома неблизкий. Верхом определённо будет быстрее, хотя я даже не представляла, как смогу взобраться в седло. К тому же рыжий корсар, судя по всему, и сам прибыл верхом.

Коротко кивнула корсарам на вахте, стараясь выглядеть бодро, и ступила на сходни. На берегу уже ждал Сэм, держа под уздцы двух осёдланных лошадей.

– Можешь меня потом вздёрнуть на рее за то, что я сделаю, но без моей помощи ты не справишься, – произнёс рыжий весьма сурово и, прежде чем я успела что-то сказать, лихо подсадил меня.

Перекинула ногу, поморщившись от боли, и сжала пальцы на поводьях.

– А что ты сделал? – вздёрнула подбородок, усиленно делая вид, что ничего не произошло.

– Ты действительно Террес, – он усмехнулся и в одно мгновение взлетел в седло. – Слабость – не ваш удел.

– Слабых в нашей команде нет, Сэм, – твёрдо произнесла и, слегка нажав каблуками на бока белоснежной кобылы, заставила её тронуться с места. Мы неспешно двинулись вверх по извилистой тропинке. – Кстати, что с братом Леандро? И его командой?

– Он мёртв, а уцелевшие головорезы его команды пока в трюме.

– Пока?

– Мы ещё не решили, что с ними делать.

– Джонатан всё ещё не принял решения? Почему?

Сэм бросил на меня короткий, странный взгляд – и ударил коня по бокам. Рванул вперёд, оставив меня позади. Нарочно это сделал. Ушёл от ответа. Почему он так упорно меня игнорирует? Уже дважды он словно не слышал вопроса о капитане Но ведь он же жив? Эта мысль билась в голове, словно раненая птица в клетке.

Ух! Что за дурные мысли! Конечно, жив! Он не может умереть. Джонатан Малкольм Террес – корсар, которого не так-то просто убить. Загадочный остров Ниос с ним не справился, куда уж простым смертным с ним совладать!

– Сэм!

– Кстати, Мич ждёт тебя! – воскликнул мужчина, чуть обернувшись.