ГОРОДСКИЕ ЛИСЫ. 2. Капкан

— Мм, — продолжил парень уже задумчиво, опустил взгляд в свой стакан, отпил. — Надо мне тоже сходить умыться. Кхм. Раза три для надёжности.

Лета поколебалась. Что именно он имеет в виду? Действительно то самое, о чём и она уже думала? Или нет? А если да, то поддерживать ли эту тему? Лета решила, что, если она хочет продолжить отношения дальше случайных поцелуев, стоит вести себя более открыто. Не отгораживаться друг от друга ехидством и кусачей иронией, а говорить откровенно. Уязвимо. Хоть это и страшно, но сейчас она хотела попробовать.

Так что, опустив взгляд к своему чаю, Лета рассудительно сказала:

— Так кто не даёт? Понятно же. Но я правда зубы чистила. Но… в смысле… — она всё же начала запинаться, чувствуя, как жар стыда пополз вверх по шее. — Я говорила, делай как хочешь. Во всяком случае, я не против.

— Против чего «не против»? — Джанки улыбнулся с пошлым намёком.

Но Лета решила упорно держать искренность, не съезжая в иронию и шуточки, поэтому посмотрела ему в лицо и серьёзно сказала:

— А что ты хочешь?

— А что можно? — спросил он быстро.

Девушка поколебалась. Было некомфортно, очень хотелось отшутиться, закрыться... Но нет, она продолжит свою линию!

— Тебе — всё.

— Прям «всё»? — задумчиво протянул парень, и его изучающий взгляд спустился ниже, на её декольте.

— Угу, — мыкнула Лета, глотая чуть тёплый чай и чувствуя себя под этим взглядом как на сковородке. И всё равно она не сдастся!

Джанки продолжил так же задумчиво:

— Ладно, тогда тоже схожу почищу зубы.

Отставив пустой стакан, он поднялся, Лета глянула мельком — и взгляд, как назло, скользнул именно по ширинке. Она сразу опустила голову, делая вид, что разглаживает несуществующую складку на легинсах. Что за!.. А ещё его обвиняла в пошлости! Оставалось надеяться, что он не заметил. Неловко как-то, хоть и случайность.

Парень ушёл. Лета огляделась по сторонам, прикидывая, чем бы себя занять. Побродила по комнате, выглянула на балкон, вдохнула прохладный воздух, пахнущий водорослями и чем-то рыбным. Над водой летала пара чаек, вдали на горизонте виднелся еле различимый корабль, но больше ничего интересного не было, так что Лета вернулась в комнату. И тут её взгляд упал на тумбочку. Там, помимо косметики, лежала металлическая коробка с шоколадными конфетами. Хм-м… Конечно, это конфеты Джанки — она ведь сама так решила, — но всё равно хочется. Когда ещё попробуешь такую вкуснотищу. То есть ясно, что уже больше никогда — учитывая цену подобной коробки. Так что в его отсутствие она как раз…

Лета взяла коробку, открыла, провела носом вдоль конфет, наслаждаясь аппетитным запахом, и по-хозяйски оглядела шоколадную россыпь, выбирая одну, но самую вкусную.

…И вдруг за дверью раздался шум, шаги — и в комнату зашёл Джанки. Лета мигом спрятала коробку за спину. Последила, как парень подошёл к комоду и демонстративно поставил тюбик с кремом. Похоже, он уже вернулся официально и больше уходить не планирует. Чёрт.

— Что-то ты быстро. Что там можно было успеть?

— Всё. Ну хочешь — проверь.

Не успела Лета сообразить, что именно она должна «проверить», как парень направился к ней — она сразу повернулась, чтобы он не увидел конфеты за её спиной, — а подойдя, ткнулся лицом в её лицо и потёрся щекой. Ах, вот он о чём. Щека и вправду была мягкая и пахла кремом. Ничего себе, как он так быстро успел и побриться, и зубы почистить, судя по мятному дыханию, и... скажем так, «снять напряжение». Или он этого не делал? Или всё же делал? Лету почему-то очень волновал этот вопрос, будоражил, об этом хотелось думать, представлять наглядно, фантазировать — фантазировал ли он о ней, уединившись в ванной?.. Она с усилием оторвала себя от этих увлекательных мыслей.

— Хорошо. — Лета отклонилась назад и нащупала конфету в коробке за спиной. — Тогда тебе положена награда.

Вытащив руку из-за спины, она прижала конфету к губам Джанки. Тот, правда, в первый момент отдёрнул голову и посмотрел настороженно — что там ему суют в рот, — но при виде шоколада успокоился.

— Всё-таки дегустация. — Он взял зубами предложенное.

Лета невинно хлопнула глазами:

— Смотря что ты подразумеваешь под этим словом.

Проглотив конфету, Джанки сказал:

— Кстати, я узнал за сходку. Будет через пару часов.

Подчёркнуто нейтрально, отстранённо. Словно напоминая ей о делах и о том, что здесь они не навсегда, а по ту сторону Затопа их ждут проблемы… Которые, возможно, не стоит усложнять поцелуями.

Но нет, у Леты не было никакого желания думать о проблемах. Пару часов до сходки сидеть на нервах и смотреть на Джанки тоскливым взглядом, понимая, что они никак не могут быть вместе, даже больше — что сейчас Камень с Лешим перессорятся, а то и объявят швару, официально закрыв свои территории для людей друг друга. Если это случится, то они с Джанки даже не смогут больше встретиться, ведь он принципиально стоит за Лешего и не будет рисковать репутацией ради встреч с ней. А может, ему эти встречи и вовсе не упали. Подумаешь, поцеловались, это ещё ничего не значит…

В общем, отдаваться всем этим гнетущим мыслям совершенно не хотелось, поэтому Лета легкомысленно от них отмахнулась. Сейчас они здесь, вдвоём, посреди чудесного светлого дня, с коробкой вкуснейших конфет. И впереди у них целых два часа — лёгких и приятных.

Так что Лета игриво улыбнулась и протянула с намёком:

— Куча времени. За пару часов можно успеть, — она подняла взгляд, словно прикидывая множество вариантов, один другого приятнее, — очень много.

И, вытащив руку из-за спины, прижала к губам парня вторую конфету — как приглашение принять её правила.

21. Свои правила

Джанки поколебался мгновение... и согласился. Это было видно по блеснувшим во взгляде хулиганским искрам, по тому, как в углах губ мелькнула улыбка, и по тому, как живо он выхватил из рук Леты предложенный шоколад, мимоходом лизнув и пальцы. Почти не жуя проглотил — и тут же прижался к её губам сладкими губами. Тело девушки мигом обдало жаром, словно её окатили горячей водой. А пока она опешила от такого напора, Джанки заодно обвил руками её талию — правда, не обнимая, а нащупывая за её спиной коробку с конфетами.

— Мм, — попыталась протестовать Лета, отклоняясь назад.

Однако это не помогло ни против шоколадных губ, которые её настойчиво целовали, ни против самовольно-уверенных рук, которые орудовали за её спиной. В следующий момент губы Джанки отпустили её, но зато вместо них сунулось что-то другое — и не успела Лета сообразить, что это, как у неё во рту оказалась конфета, тающая восхитительными оттенками вкуса.

— Да м-хм!.. — неразборчиво возмутилась девушка, но всё же принялась жевать. Нежный шоколад наполнял рот, обволакивая язык ощущением дорогого и качественного десерта. Там были ароматы чего-то вроде ванили, миндаля и ещё всякого божественно-вкусного, названия чему Лета и не знала.

Тем временем Джанки вернулся поцелуем к её губам, напоследок прихватил нижнюю зубами, слегка потянул, и тут же сунул ей в рот следующую конфету.

— Мм… — простонала Лета, изнемогая, не в силах сопротивляться гастрономическому экстазу.

Уклоняться она уже и не думала. Кто ж в здравом уме откажется от такого удовольствия? Проглотив конфету, девушка со вкусом облизнулась, а Джанки заворожённо проследил, как её язык прошёлся по губам, оставляя лёгкий шоколадный след.

Да и в целом из взгляда парня уже исчезла привычная насмешка, зато на смену ей пришло возбуждение. Это даже Лета, со всей своей неопытностью, поняла однозначно — по тому, как этот взгляд приклеился к её губам, жадно наблюдая, как к ним прижимается очередная конфета, как губы приоткрываются, чтобы пустить её внутрь… Это было приятно. Лестно. Когда на тебя смотрят как… как на предел мечтаний. Этот взгляд хотелось поощрить, сделать то, что понравится ему ещё больше. Поэтому в следующее мгновение Лета, взяв в рот шоколадный шарик, заодно прихватила зубами большой палец парня, игриво толкнула его языком. Джанки сбился с дыхания, с трудом сглотнул, не в силах отвести одуревший взгляд от этого зрелища. Что ж, раз ему нравится — она продолжила. Прижала ладонь парня к своей щеке и мягко обхватила большой палец губами, впустила его глубже, почти целиком, а во рту погладила языком, заодно задев и конфету рядом. Затем медленно провела губами по всей длине пальца, выпуская его наружу, и вновь погрузила во влажное тепло рта. Взгляд Джанки следил за этим, не мигая, а по лицу парня было похоже, что он вообще забыл и о грядущем собрании, и о том, где они, кто они и что вокруг. Он словно весь был в этом взгляде, ладно хоть дышал, а мог бы и это забыть.

У Леты тоже голова приятно кружилась — такая лёгкая, свободная от всех проблем и вопросов. Всё было хорошо. Абсолютно всё.

Напоследок обсосав палец парня от шоколада, она выпустила его изо рта, проглотила растаявшую конфету и сказала:

— Ты держишь?

— Что?.. — Джанки с трудом вынырнул из своего транса.

Хотя ладонь так и оставил на её щеке, а большой палец — неподалёку от губ. Словно планировал при первом же удобном случае вернуть его туда.

— Конфеты, — уточнила Лета.

— Ага.

Но он сказал это так мимоходом, словно отмахнулся, что девушка переспросила на всякий случай:

— Точно держишь? Коробку.

В таком увлечённом состоянии он мог вообще не сообразить, чего она хочет, а «ага» сказать на автомате. Будет обидно, разжав пальцы, уронить конфеты на пол.

— Да.

На этот раз чувствовалось, что Джанки в самом деле перехватил коробку, и Лета отпустила её, напоследок взяв крупную прямоугольную конфету. Поднесла её ко рту, зажала зубами и приблизилась к парню — предлагая откусить. Конфеты, хоть и пролежали несколько лет, из-за вакуумной упаковки казались буквально свежими, мягко-рассыпчатыми, поэтому Джанки не стал торопиться: от неаккуратного движения конфета могла развалиться, осыпав их крошками. Парень переместил руку с щеки Леты на её затылок, чтобы контролировать положение, наклонился под углом, чтобы носы не мешали, смерил её губы оценивающим взглядом, приблизился плавно — Лета улыбнулась, подумав: «Как стыковка шлюзов в открытом космосе», — и, накрыв ртом конфету, прижался губами ровно к губам девушки. Лета чуть поёрзала, вжалась сильнее, улучшая стыковку, и только тогда медленно и аккуратно раскусила конфету.

Несколько секунд — и стало ясно, что стыковка удалась, ни крошки чудесного десерта не потеряно, каждый получил свою половину, и вот они уже рассасывают мягкий шоколад, мыча от удовольствия и всё ещё прижимаясь друг к другу губами. Запах и вкус Джанки почему-то идеально сочетались со вкусом конфеты, как будто уравновешивали сладость шоколада терпкими нотами. Лета прихватила нижнюю губу парня, переключилась на верхнюю — и охотно приняла густо-сладкий язык, нырнувший ей в рот. До этого они касались языками лишь слегка, мимоходом, застенчиво и неуверенно, а тут Джанки вдруг разошёлся, сунул в неё язык так напористо, будто они уже не раз так делали, и у Леты от этого ощущения мигом ноги ослабели, колени подкосились, а по бёдрам растёкся пульсирующий жар. Не выдержав, она прикрыла глаза. Мелькнула смутная мысль, что после такого она не позволит ему просто прерваться, отодвинуться и уйти. Лета не знала точно, до каких границ готова дойти, но сколько можно останавливаться?! У неё уже вся кровь кипит, а мозг вообще не работает, занятый единственным ощущением — чувством, как парень прижимает к себе её голову, не позволяя оторваться, целует и целует, сладостно вылизывает её язык, который она теперь тоже решилась ему предложить, покусывает губы и настойчиво проникает в рот своим языком с привкусом шоколада…

…Поэтому Лета совершенно выпала из реальности и не сразу осознала, что её куда-то тянут. Теперь она уже сама с трудом вынырнула из транса, открыла глаза и сфокусировала взгляд на глазах Джанки. Не отрываясь от его губ, спросила:

— Мм?..

— Мм, — ответил тот, тоже не разрывая поцелуй, лишь на ходу указал взглядом вбок.

Лета тоже скосила глаза в том направлении. Комод. Подошли. Джанки положил туда конфеты и теперь уже без всяких препятствий крепко обвил девушку обеими руками, прижал и потянул за собой куда-то дальше. Лета покосилась туда. А, к кровати. Какая прекрасная идея… А пока они, увлечённо целуясь, продвигались в нужном направлении, Лета воспользовалась тем, что слегка пришла в себя — во всяком случае, теперь руки и ноги не напоминали кисель и были готовы подчиняться командам мозга, — так что запустила руки парню под майку и провела ладонями по горячей коже. Погладила живот, перешла на поясницу, оттуда выше, затем вдоль рёбер перешла к груди… Потянула ткань вверх, предлагая снять. Джанки, поняв её намёк, слегка отстранился, быстро сдёрнул свою майку — и снова прижался горячим телом, впился в губы.

Тем временем под колено Лете ткнулась горизонтальная перекладина: они добрались до кровати. Лета оглянулась, поставила одно колено на матрас, затем другое и поползла к домику из покрывал… Оглянулась на Джанки, который забирался следом, — и при виде его лица хихикнула. Вокруг рта были разводы шоколада. Лета на всякий случай вытерла собственный рот, а затем потянулась вытереть парня.

— Блин, всё в шоколаде. Выглядит, конечно… — она опять прыснула от смеха. — Ну, губы все в коричневом. Как-то…

Однако Джанки её веселье почему-то не поддержал. Ответил серьёзно:

— А у тя губы красивые. Всегда.

Лета аж опешила. Перестала улыбаться. Остро почувствовала, насколько сомнительно и ненужно прозвучали её слова. Она ведь сама хотела создать атмосферу искренности — подчеркнуть, что они могут доверять друг другу и говорить открыто, никаких насмешек и ехидных замечаний, — а сама зачем-то сказала такую ерунду. А ещё ему предъявляла за тупое чувство юмора! А сама выдала: «У тебя рот в чём-то коричневом» — ага, шутейка уровня детсада. Молодец, Лета. Офигенно умное и тонкое чувство юмора.

Так что она смущённо пробормотала:

— Спасибо.

На автомате всё же вытерла его рот ещё раз — последний след шоколада в уголке губ, — но тут же погладила и щёку рядом, делая вид, что план был именно таков. Прижалась губами к плечу — такому непривычно интимному без майки, — но не страстно, а мягко, как бы извиняясь. Потянула парня к сумраку домика из покрывал.

Легли внутри. Лету не отпускало чувство, что она задела Джанки глупыми неосторожными словами, и теперь ей хотелось показать своё настоящее отношение: целовать его больше, гладить нежнее, сказать что-нибудь искреннее, приятное — может, даже «я тебя люблю»? Просто она не знала, какие ещё слова уместны, какие допустимы в момент поцелуя, что и как выразить. В романтических фильмах говорят о любви. Но уместно ли это сейчас?..

Хоть Лета и задумалась, но поцелуев и ласк не прерывала. Тем временем по Джанки вовсе не было заметно, чтобы он сильно расстроился, — вполне увлечённо спустился к шее девушки и принялся целовать здесь. Ощущение оказалось неожиданно приятным. Раньше, по фильмам, Лете казалось, что поцелуи в шею — какая-то ерунда, специальная кинематографическая условность: герои вроде в постели, но прикрыты простынёй, целуют выше этой границы и руки держат на виду. А сейчас от этих «ерундовых» поцелуев её буквально обжигало, переполняло желанием получить больше, прижаться теснее, подставляясь губам парня — наверное, слишком откровенно… Но, подумав секунду, Лета решила, что ей плевать. Она хочет свой оргазм, и она его получит! Пусть даже Джанки решит, что это слишком непристойно для приличной девушки: меньше суток впервые поцеловались, а она уже готова срывать с себя одежду и делать что угодно.

Осталось понять, что именно нужно делать, чтобы наконец-то достичь разрядки. Ну, вообще-то она уже была готова раздеться, даже, наверное, полностью — очень уж сознание туманило возбуждением, и всё казалось вполне приемлемым, уместным, даже желанным… Вот только Джанки вчера сказал, что ему это противно. Значит, так нельзя. А как можно?

Подумав, Лета вспомнила один более-менее приличный способ кончить, она иногда делала так утром выходного — зажимала подушку между бёдер и потиралась о неё, ритмично напрягая мышцы. Способ более долгий, чем погладить пальцем напрямую, но по-своему приятный, и если есть время, то почему бы и не поваляться в постели, наслаждаясь удовольствием? Так что Лета знала, что это возможно. Но получится ли повторить такое с Джанки? Вдруг ему и это покажется неприятным, он отодвинется, да и сможет ли она в присутствии кого-то расслабиться настолько, чтобы дойти до финиша?

Однако попробовать стоит. Терпеть напряжение больше не было сил, а такой вариант — всё же лучше, чем раздеваться и… ну, всё с этим связанное. Так что Лета заёрзала нижней частью тела: подвинулась ближе к парню, одну ногу закинула ему на бедро, подождала реакции — ага, вроде понравилось, — тогда другую ногу просунула между его ног, оседлав бедро, и на пробу прижалась лобком. Ох, хорошо-то как… По бёдрам растекся сладкий жар, и девушка выдохнула в губы Джанки с очевидным наслаждением. Зря сомневалась: прижиматься к живому человеку оказалось гораздо лучше, чем к подушке. Особенно когда этот человек так упоительно целует твои губы и сжимает твоё бедро, поглаживая, тянет на себя, приглашая поудобнее обхватить его ногу, оседлать полностью, — словно поощряет, просит следовать дальше, делать что нравится, не стесняться…

Что ж, если он не против… Лета слегка качнула бёдрами, толкнувшись лобком ещё раз — в ответ там вновь растеклось приятное тепло возбуждения. Подождав несколько секунд, повторила. Кажется, так в самом деле получится кончить. А если Джанки поднимет руку выше по её бедру, то сможет нащупать кружевные трусы. Как удачно, что на ней красивое новое бельё… Может быть, ему даже захочется нырнуть ладонью туда поближе, под ткань легинсов… Ух, какая увлекательная мысль…

Теперь, когда оргазм реально замаячил перед носом, Лета перешла от смущённо-изучающих движений к более требовательным. Было странное чувство, что она разделилась: верхняя половина тела продолжала целовать Джанки, и это было сексуально, но в плане прикосновений она вела себя скромно, лишь обняла ладонями шею парня, а вот нижняя часть горела — буквально горела и пылала — желанием вести себя непристойно, потираться в недвусмысленном ритме, вжимаясь лобком в приятно-жаркое бедро, зажатое между ног. Лета не знала, что выбрать: быть приличной девушкой — более приличной, чем те, которые ходили к отцу Джанки, — или получить удовольствие. С подушкой, конечно, было проще, она-то не подумает про тебя плохо.

Может, уточнить у него? Лета разорвала поцелуй, перевела дыхание.

— Слуш…

— Мм?.. — парень прижался к её губам, продолжая мять бедро.

— Подожди, — она увернулась. — Слуш, а нормально будет… Ну, если я…

Она умолкла, не зная, как сформулировать. «Тебе будет нормально, если я тут подрочу об тебя?» — верно по сути, но грубо, а как сказать это более изящно?

Вот теперь его рука на её бедре остановилась. Девушке это не понравилось. Как будто затишье перед бурей, говорящее о проблемах.

— Типа, — Джанки слегка нахмурился, — если ты трусы сымешь?

— Что?.. Нет! В смысле… Нет, что я тут… — Лета помялась и, не придумав формулировки лучше, неуверенно выговорила: — Эм, прижимаюсь к тебе.

— А. Нормас.

Бросив это так, словно отмахнулся, парень потянулся обратно к её губам, но Лета упорно отстранилась. Джанки посмотрел укоризненно:

— По правде хошь беседы вести? Ну ладно, тогда я спрошу: лифак можно снять?

Лета еле удержалась, чтобы не скривиться. Что за слово такое — «лифак»?! Ещё более неромантично не мог сказать? Глядишь, дальше будет комплимент уровня «Отпадные у тя труханы». Но ладно, критиковать нельзя, а то вообще перестанет разговаривать.

Поколебавшись, Лета выговорила:

— Ну так… Немного…

— Это как?

— Ну… — девушка вздохнула тяжело. Конечно, она сама начала эту тему с «разговорами», но формулировки давались с трудом. — Ну не так, чтоб сразу посрывать одежду и… А как-то…

Джанки поводил глазами, обдумывая этот невнятный набор слов. Предположил:

— Постепенно?

— Мм, типа.

Однако, несмотря на такое вроде бы разрешение, Лета не убрала ладони с шеи парня — а это значит, что локтями она надёжно прикрывала грудь от любых поползновений. Джанки опустил взгляд на эту хитрую конструкцию, словно раздумывая, что дальше, и Лета на автомате прижала локти сильнее. Нет, он, конечно, ей нравится, но, если полезет силой оттаскивать её руки и раздевать посреди бесстыже-яркого света, она будет отбиваться!

К её облегчению, Джанки этого не сделал: его руки так и остались гладить её спину — даже не подбираясь к застёжке лифчика, — а сам он сполз пониже и начал целовать её шею, ключицы и декольте. Девушка на всякий случай замерла в испуганном ожидании, сжимаясь ещё больше каждый раз, когда он приближался к границе майки и лифчика. Возбуждение куда-то испарилось.

Спустя минуту поцелуев Джанки отодвинулся:

— Блин, я ся точно маньяком чувствую. Если не хошь, так и скажи. Я ж не совсем урод — насильно лезть.

От уколовшего чувства вины прикрыться захотелось ещё больше. Лета забормотала:

— Да я вроде… Вроде хотела, а потом… Ну, когда нужно прям так сказать: «Да, давай, делаем!» — и сразу обязательно…

— О, я ж грил — болтовня эта не комильфо вообще.

От удивления Лета даже подвисла, с недоумением уставившись парню в лицо.

— Что?..

— Что «что»?

— Вот это, что ты сказал? — она растеряно улыбнулась. — Что это, вообще?

— Не, — начал объяснять Джанки, — ну если тебе самой не особо все эти разговоры…

— Да не! Я не про то, а про… что, «комильфо»? Где ты слов-то таких набрался?

Вот теперь парень посмотрел удивлённо.

— Ну… слово… Обычное.

— И что оно значит?

— Знаешь, что оно значит?! Я те ща покажу!

И Джанки шутливо набросился: боднул лицом ей в декольте, смачно лизнул — девушка взвизгнула от щекотки, — а затем переместился к плечу, прихватил его зубами и принялся трепать по-собачьи, бормоча сквозь зубы:

— Оно значит, что времени мало, а ты филологию развела.

Хихикая, Лета принялась шутливо отбиваться, а Джанки, спускаясь ртом по её руке, легонько куснул несколько раз, а отсюда перешёл к животу —ухватил зубами подол майки, подтянул его вверх и медленно, со вкусом лизнул оголившуюся кожу. В этот самый момент — когда к животу девушки прижался всей поверхностью горячий язык и плавно повёл вверх, — прежний уровень возбуждения вдруг вернулся, мгновенно обдал её жаром, бухнул по голове, — и она осознала, что времени в самом деле мало.

Так что Лета решилась: отодвинулась, но лишь для того, чтобы снять майку. Впрочем, на этом смелость закончилась, и она скрестила руки на груди, прикрывая прозрачный лифчик. Бухнулась спиной на кровать, отвела взгляд… Вдруг ему не понравится — её грудь, или слишком откровенное бельё, или что-нибудь ещё, и он опять сбежит, обломав её надежды и желания…

Но нет, Джанки наклонился к её животу и принялся целовать. Всё в порядке. Когда ей в пупок щекотно забрался язык, Лета расслабилась настолько, что убрала руки с груди. Одну ладонь положила парню между лопаток, другую — на затылок, погладила короткий ёжик, почесала ногтями. Забавное ощущение. Милое. И весь Джанки — милый. Вообще, не то чтобы это определение подходило ему по жизни, но вот именно сейчас, когда он тёрся щекой о её живот, Лета решила, что «милый» — самое верное слово.

А следующей мыслью снова пришло ощущение, что время утекает, ведь сходку-то ради их интима не перенесут. Можно не успеть. А это значит, что нужно ускориться.

Лямки лифчика в таком положении были свободны и норовили сами собой сползти с плеч, а парень, целуя, поднимался от живота как раз туда, так что Лета на всякий случай уточнила:

— Ты пока не снимай. Ладно?

— Мм, — согласился Джанки, засосав её сосок прямо через ткань лифчика.

Девушка судорожно выдохнула и крепче схватилась за его спину. С ума сойти… Нет, она точно растает от такого удовольствия — и это ещё через лифчик, а что же будет, если он коснётся груди напрямую?..

Она полежала, чувствуя, как возбуждение нарастает, а тело словно бы плавится изнутри. Может, так и кончить получится? Нет, наверное, нет. Значит, нужно вернуться к плану А. Но как это сделать? Когда он лежит вот так сверху, нет нужного давления между ног…

Решившись, Лета потянула парня выше — поцеловать в губы, и в этом положении вновь прижалась лобком к его бедру. Джанки, кажется, понял её задумку — или просто так удачно сунул колено ей между ног, что Лета обняла его своими ногами, и эта поза была самая что ни на есть подходящая.

Теперь оставалось сконцентрироваться на сладком тепле, нарастающем внизу живота. Лета закрыла глаза и напрягла мышцы таза. Расслабила. Снова сжала. И параллельно прижалась лобком к бедру парня. Хорошо… Теперь она уже не особо отвечала на поцелуй, расслабившись под губами Джанки и сосредоточившись на своих ощущениях. Хотя разок всё же впилась в его губы — со страстью и благодарностью, — когда почувствовала, как рука парня легла на её грудь и принялась гладить сосок через ткань лифчика. Это очень хорошее дополнение, очень нужное и важное…