Городские лисы. 2. Капкан

Марина Орлова

Городские лисы. 2. Капкан

1. Разговор обудущем

Лета сидела на скамейке — понуро, сгорбив спину и повесив руки как плети, чувствуя, что глаза уже опухли от слёз. Смотрела на серое небо наверху и серые коробки домов вокруг.

В стороне виднелись над крышами готические башни Церкви Единства. Страх уже выплеснулся в неконтролируемом приступе слёз и теперь притупился — да и она отошла подальше от собора, здесь вроде как было безопасно, — но на всякий случай Лета не стала вспоминать, как Доктор зажимал её в углу, а подумала нейтрально: собор снаружи такой тёмный, а внутри белый, а в середине у него обосновался Камень — снаружи белое одеяние, а внутри чёрное сердце. Сидит там как паук, контролирующий весь район.

Но ладно, она всё равно ничего не может с этим сделать. Нужно решить, что дальше. В таком состоянии Лете не хотелось идти домой и сидеть там в одиночестве — хоть и формально с родителями, но ведь им ничего не расскажешь. А если не домой, то куда, к кому?

Закурив, решила поискать в соцсетях Милку. Не то чтобы они такие подруги, но всё-таки есть шанс…

Нашла довольно быстро. И ответ пришёл почти сразу: «Мы в Трале». Это «да» или «нет»? Может, это значит: «Извини, но я вообще-то занята своими дофига важными делами, у меня нет времени на какую-то неудачницу из чужого района»? Сейчас, в таком унылом и пессимистичном настроении, Лета не удивилась бы, если бы все Лешевские прямо послали её на три буквы. В конце концов, она им никто.

Девушка поколебалась. Нет, идти домой определённо не хотелось. Так что она, чувствуя себя навязчивой прилипалой, напечатала: «Можно посидеть с вами?»

«Давай быстро! ЖДЁМ»

Лета в самом деле подорвалась со скамейки. Будет обидно приехать на другой конец города, когда все уже разошлись. Но всё-таки нужно зайти домой, взять рюкзак и привести себя в порядок.

Дома посмотрела на себя в зеркало. Чёрт, губы припухли. И на шее — россыпь красных точек. Да и ладно, вроде бы сойдёт за засос, все подумают, что это Джанки ей «следы страсти» оставил. А если он сам что-нибудь предъявит по этому поводу, так она скажет, что его не касается, где и с кем она целовалась. Вообще, следы на губах и шее чувствовались, но внешне были не особенно заметны. Лета всё же попробовала замазать шею тональником, но красные точки проглядывали и сквозь косметику. Ай, да и к чёрту! Нужна она кому… Никто не будет приглядываться, а тем более спрашивать. Она переоделась в водолазку, подтянула длинный ворот повыше, оставила дома электронный браслет и рванула к остановке.

***

В «Трале» была целая толпа, однако Джанки, к облегчению Леты, не было.

Для неё впихнули ещё один стул в и так уже тесное пространство вокруг сдвинутых столов в центре зала, и Лета сидела, зажатая с боков весело гомонящими девчонками, слушала обсуждение деталей грядущей свадьбы Пилви, поддакивала в нужный момент и старалась улыбаться, когда все смеются. Было хорошо.

Однако сидящая через одного человека Атари всё же пихнула Лету в бок и, когда та оглянулась вопросительно, наклонилась к ней, прошипела:

— Ты чё такая? Опять пошварились?

— Не, — Лета покачала головой. — Всё нормально. Просто с родителями… там.

— А.

Они вернулись к общему разговору.

Однако через некоторое время Лета, мельком оглядывая кафе, вдруг заметила Джанки. Тот сидел за своим обычным столом, один, в расслабленной позе — откинувшись спиной на стену и вытянув ноги на диванчике, — и, казалось, наблюдал за ней. А может, просто смотрел на всю их шумную компанию в центре зала? Или всё же конкретно на неё?

Лете ужасно не хотелось отвлекаться от весёлого гомона, царившего за столом, переключаться на работу и серьёзные моральные дилеммы... Но если она будет показательно игнорировать «своего парня», это будет подозрительно. Так что, вздохнув, она всё же выбралась из-за стола и пошла к Джанки.

Подтянула выше ворот водолазки. Села на диванчик напротив парня.

— Привет. Ко мне есть что, или ты просто так здесь?

— Хек сказал: все тут сидят и ты тож. Пришёл домой проводить.

— Куда «домой»? — Лета нахмурилась с недоумением.

— Домой, — Джанки пожал плечами. — Ну, мож, ко мне, если хочешь.

Лета опять вздохнула. Ну и выбор! В их дворе Джанки показываться никак нельзя, Доктор от такого ахренеет и их обоих с дерьмом сожрёт. Но вдруг Джанки упрётся, что должен проводить её? В прошлый раз даже спрашивать не стал, сам пошёл и всё — и как она его остановит? Упадёт на колени посреди улицы и будет хватать его за ноги, упрашивая не ходить в их двор? А у него дома хорошо, конечно: спокойно, тихо, далеко от Доктора и всех этих проблем… Но в кармане у Леты лежал «паразит», который нужно использовать, она ведь сама так решила.

По-хорошему, нужно было бы сразу ему отказать. Сказать, что сама доберётся и провожать не надо. А может, вообще сказать, что она здесь сама за себя, и его работа ей больше не нужна? Она ведь не обязана все свои дела связывать с ним, имеет право посидеть в компании, ей Милка разрешила! Ага, но лишь в качестве «шмары Джанки»… Лета повесила голову, чувствуя себя обманщицей по всем фронтам.

Но Джанки, видимо, по-своему понял её уныние.

— Да ты сиди сколько надо. Не к спеху.

Лета посмотрела на шумную компанию в центре кафе. Весёлые, смеются.

Нет, что толку сидеть с ними, чувствуя камень на душе и, до кучи, зная, что Джанки её ждёт? Хорошее настроение, только было проклюнувшееся слабыми ростками, растаяло без следа.

— Да ладно, — Лета опустила взгляд. — Пошли?

Парень кивнул.

Они направились к выходу. Лета притормозила возле компании, сказала, что ей жаль уходить, но… При этом она кивнула на Джанки с многозначительной улыбкой, и девушки заулыбались в ответ. Пилви крикнула:

— Джанки, давай швартуй её! Чтоб с нами в один день!

Все весело засмеялись, Лета тоже.

На улице был ещё день, хотя и тёмный из-за грозовых туч. Лета старалась идти поближе к Джанки, то и дело поглядывала на него с улыбкой — на случай, если его знакомые увидят, надо же работу отрабатывать. Правда, иногда маска веселья сползала, и из-под неё на мгновение проглядывало настоящее выражение лица — с опущенными уголками губ и потухшим взглядом. Однако затем Лета встряхивалась, собирала себя в кулак и снова улыбалась.

Даже не задумывалась, куда они идут, до тех пор пока Джанки не остановился. Тогда и она огляделась. Пара кварталов до его норы. Но отсюда ещё можно было свернуть к остановке.

— Ну что? Куда? — спросил Джанки.

Лета застопорилась, чувствуя пустоту в голове. Вернуться домой, не выполнив поручение «самого предстоятеля», никак нельзя. Борец с системой из неё никудышный. Да она уже размазанная, как дохлая амёба! Чуть надавили — и сломалась.

— Пойдём к тебе, — выговорила Лета онемевшими губами, чувствуя себя так, словно соглашается на казнь.

Джанки чуть заметно усмехнулся. Как будто доволен. И сразу же опять захотелось верить, что за его улыбкой что-то стоит. Что он рад не каким-то своим делам и мыслям, а рад именно ей, её согласию. Что есть надежда.

Поэтому теперь Лета то и дело поглядывала на парня уже с другими чувствами — стараясь понять его отношение к ней. Конечно, особенного отношения быть не могло, он даже не смотрел в ответ — ну, как обычно, — просто шёл себе и шёл, но, может, всё-таки… Уж очень не хотелось Лете становится предательницей, воровкой и вообще всем тем, что она презирала. Может, есть шанс как-то избежать этого...

Дома Джанки сразу засел за стол со своими техническими штуками. Лета побродила туда-сюда. Покопалась в холодильнике, сделала бутерброды на двоих. Заварила чай. Принесла. Поели.

Унесла посуду. В пасмурных сумерках постояла над раковиной, глядя на тарелки с крошками хлеба. Сквозь ткань джинсов пощупала очертания «паразита» в кармане. Гадко. Как же всё это гадко. Жизнь совсем не похожа на позитивные комедии, где проблемы всегда лёгкие и простые, или на любовные романы, где чудо на чуде и непременно счастливый финал, или на все эти лекции о позитивном мышлении, где мир даст тебе что угодно, если правильно сформулируешь запрос. А на самом деле реальности плевать на твоё мышление, она просто берёт тебя и тычет мордой в грязь.

Перед глазами встал яркий образ, как Доктор прижимал её к стене. Образ настолько живой, словно она всё ещё была там с ним, и Лету передёрнуло от отвращения. Какое мерзкое чувство беспомощности…

Девушка отмахнулась от этой картинки перед глазами — в самом деле взмахнула рукой, зажмурив глаза и стараясь сосредоточиться на реальности. Она больше не там, и Доктора рядом нет.

Лета вернулась в комнату. Посмотрела на Джанки, ковыряющего какую-то очередную штуку — вроде бы игровой контролер. Парень на неё внимания не обратил, так что Лета оглядела его фигуру, спустилась до ступни в чёрном носке, которая была заведена за ножку компьютерного кресла, а отсюда её взгляд сам собой добрался до тихо гудящего компа под столом. Девушка посмотрела на зелёный мигающий огонёк на корпусе и вздохнула.

Села на диван, подальше от окна и света настольной лампы. Самый тёмный и поэтому безопасный угол в комнате.

— Слуш… — начала неуверенно. Вдруг спохватилась, что он, может, в наушниках и не услышит.

Однако в тишине комнаты Джанки отозвался сразу:

— Мм?

— Сегодня третье. Ты месяц работы считал от пятого или шестого?

— А что? — парень по-прежнему не отрывался от своего занятия.

Лета поколебалась. Он точно откажет. Вокруг столько девушек, и более интересных, чем она. Его, вон, Атари звала на свидание, а она шикарная, резкая, как эти её идеальные синие стрелки. Но Джанки даже ей отказал. И вся эта задумка с фиктивными отношениями... Значит, есть у него какие-то основания для подобного обмана. А без отношений с ним — стоит ли проситься в шоблу Лешего? Упрашивать, чтобы приняли, доказывать свою полезность… Но ведь могут и не принять, и тогда она вернётся к Доктору, поджав хвост, а он её со света сживёт. А если всё же примут — придётся бросить родителей, всю прежнюю жизнь, переехать сюда, снимать комнату, сидеть по вечерам в одиночестве, при этом ещё и Джанки будет регулярно маячить перед носом, напоминая о призрачном парне из её снов, который её любит, и о том, что в реальности этого нет и никогда не будет. И ради чего? Чтобы сберечь свою честь и идеалы? Да всем вокруг плевать на её идеалы, только испортит себе жизнь зазря...

Лета сжала кулаки. Нет, пусть всё бессмысленно, но она обязана хотя бы попытаться. Чтобы знать, что хоть что-то сделала.

— Я тут подумала. Может… я могла бы перейти к Лешему? Конечно, не просто так, у меня есть кое-что, — она запнулась, — возможно, полезное. Да, понятно, у вас и так людей много, чужие не нужны, но вдруг? И мы могли бы… Ну, я не про то, чтобы ты мне постоянно платил. — Лета замялась. Перевела дыхание и выпалила: — Мы могли бы и так встречаться. Без денег.

Она уставилась на Джанки — встревоженно ожидая его реакции. Но реакция не обнадёживала: парень даже не повернулся к ней, а лишь замер с инструментами в руках над своей починкой. Лете тут же до ужаса захотелось пояснить, что она имела в виду вовсе не любовь — ха-ха, конечно же нет! — не «встречаться» в романтическом смысле, а «встречаться» вот как сейчас, просто общаться... Хотя зачем бы ей было нужно такое странное времяпрепровождение: ходить с ним по улице и сидеть в его квартире, пока он занят своими делами, — не рассчитывая ни на что больше и даже не получая за это денег? Ясно, что фигня какая-то.

— Не, — в конце концов бросил Джанки и вернулся к работе. — Так не выйдет.

Да, она ждала отказ, понимала, что так и будет, но всё равно в горле растеклась горечь.

— Ладно. — Лета растянула губы в улыбке, легкомысленно добавила: — Ну, я так и думала, просто решила уточнить.

И снова эта скука без электронного браслета! Даже отвлечься не на что. Джанки-то хорошо, весь такой занятой в этой своей починке, весь при деле, на неё и не смотрит. А она сиди как дура — наедине с мыслями о том, насколько она ему не нужна: ни в романтическом смысле, ни в дружеском, вообще ни в каком. Нет, это было ожидаемо, понятно, очевидно… Тогда почему задело так больно, что хотелось плакать?

В комнате ничего не происходило, было так же тихо и спокойно. Слезы подступали всё больше, и Лета сбежала в туалет. Опустила крышку унитаза, села. Однако теперь слёзы почему-то застопорились. Только какая-то противная смесь чувств кипела внутри: гадливость и страх из-за Доктора, зависть к Пилви и прочим веселящимся в «Трале», обида на Джанки, отвращение к себе — жалкой и никому не нужной… Вот, у Пилви есть парень, помолвка, любовь… А у неё — ничего. Да, парни обращаются к ней по делам, по работе, но сделать ей предложение — вот так красиво, в клубе, перед всеми друзьями — никому не придёт в голову.

В дверь раздался стук:

— Ты скоро?

Лета встрепенулась, возвращаясь в реальность. Поморгала широко распахнутыми глазами, чтобы загнать так и не сорвавшиеся слёзы глубже.

— Да! — голос звучал позитивно до придурковатости. — Сейчас выйду.

Посмотрела в зеркало над раковиной. По виду ничего не заметно. Не было никаких внешних примет её отвратительного внутреннего состояния. Даже странно, как это бывает. Внутри — хоть в петлю лезь, а снаружи — выглядишь обыкновенно и даже вполне нормально.

Лета выскочила из туалета и, пока Джанки зашёл туда, рванула в комнату, к компу, на ходу доставая флешку-«паразит». Присела у ровно гудящего системника, сунула пальцы к задней стенке и — повезло — сразу нащупала нужный разъём. Воткнула «паразит» и по инструкции сжала корпус с боков, включая. Склонив голову, заглянула одним глазом за комп: на корпусе флешки загорелся экран, сейчас на нём мигала надпись «0%».

«1%» — и сбоку экрана появилась тонкая красная полоска, наглядно показывающая прогресс.

Лета вскочила и рванула к окну. Остановилась, разглядывая единственную в окрестностях тёмно-красную машину — давно брошенную, со спущенными шинами. На крыше лежали обломки веток с сухого дерева рядом. Сердце девушки колотилось где-то в горле и так сильно, что аж подташнивало. Он заметит. Сразу же от двери мельком посмотрит на свой стол — и заметит этот предательский красный огонёк позади системника.

За спиной стукнула дверь туалета. Лета замерла в страхе, прислушиваясь не только ушами, но словно бы даже спиной или вообще всей кожей. Однако Джанки вернулся за стол. Ничего не сказал. Прошла минута. Ещё несколько. Ничего не происходило. На улице, под окном, прошла женщина средних лет с сеткой-авоськой, нагруженной продуктами.

В конце концов расслабившись, Лета вернулась на диван. Осмелилась снова посмотреть на Джанки. Всё выглядело обычно. Системник гудел ровно, как и прежде.

Но когда сердцебиение успокоилось, Лета вдруг поняла, что это очень плохо — что Джанки ничего не заметил. Ведь если бы заметил, ей пришлось бы всё рассказать, был бы масштабный скандал, её бы как-то наказали — избили или что, — запретили бы появляться на территории Лешего. Но это всё ерунда, она бы вытерпела. Зато могла бы вернуться к Камню с чистой совестью и сказать, что всё сделала, вот только глупая красная лампочка её выдала, и вообще это их вина, надо было использовать другую модель флешки, без иллюминации на полкомнаты.

А теперь, получается, будет она воровкой. Не отмоется от этого. И Камень с Доктором, прогнув её один раз, будут прогибать и дальше — всё сильнее и сильнее. Глядишь, скажут и лечь под кого-нибудь — ради того, чтобы втереться в доверие и украсть у него инфу. Почему нет? Если она украла у собственного парня, значит, у неё вообще чести нет и нечего с ней расшаркиваться. Вспомнилась Бабетта, которая приходила за ней утром: с усталыми движениями, с размазанной чёрной подводкой вокруг равнодушных глаз. Интересно, когда Доктор её трахает, она смотрит на него таким же пустым взглядом? Лете не хотелось превращаться в подобное апатичное существо. Но есть ли у неё выбор?

Время капало. Лета подумала, не сходить ли на кухню за чаем и ещё каким-нибудь перекусом — всё же развлечение, — но решила, что слишком неприлично объедать парня, у которого воруешь.

Джанки молчал. Совсем на неё не реагировал. А потом поднялся из-за стола, взял эту штуку, которую чинил, и ушёл с ней в коридор. Лета не верила своим глазам. Да, пошуршал там, обуваясь, — и затем хлопнула входная дверь.

Совсем никаких препятствий для её воровства? Всё настолько легко. Должно быть, у Камня с Доктором очень сильное позитивное мышление, аффирмации читают каждое утро, раз мир так идёт им навстречу. Может, зря она не верила во всю эту «магию мышления» и просто плыла по течению событий? Может, те, кто верит в себя и говорит вселенной о своих желаниях, действительно получают что хотят? Во всяком случае, сейчас получат.

Лета поднялась с дивана. Потянулась. Ненавязчиво прошлась до кухни и обратно, заглянула в прихожую — там и в самом деле никого не было. Может, это хитрость такая? Чтобы обмануть? Почему-то Лета только сейчас сообразила, что в комнате может быть камера. Да, на компьютере камеры нет, но вдруг она где-то ещё? Хотя Джанки ничего не сказал ей после того раза — когда она рылась в его столе. Общался с ней нормально. А вдруг он понял, что она шпионит на Камня, но специально молчал и притворялся, что ничего не знает, — ожидая, что она сделает дальше?! И сейчас на выходе как раз и прихватит её с этой флешкой — доказательством воровства?!

Лета обдумала это предположение. Да нет, вряд ли. Джанки вспыльчивый, он бы высказал всё сразу и порвал отношения. Достаточно вспомнить реакцию на её слежку. Да и тот факт, что она лазала по его ящикам, уже был доказательством шпионажа, этого бы хватило. К тому же интуиция подсказывала, что не захочет он сам постоянно сидеть под прицелом видеокамеры. Вряд ли он снимает свою комнату.

Вернувшись к компьютеру, Лета опустилась на колени и заглянула за системный блок. Экранчик на корпусе «паразита» показывал белую линию, полностью заполненную, и цифры — «100%».

Вытащив флешку, девушка положила её в карман. Прошла в коридор, обулась, взяла рюкзак. Открыла входную дверь и, придержав язычок замка, захлопнула за собой.

2. «Наш человек»

Дом, указанный в записке Доктора, был вроде и недалеко, но Лета — без браслета и навигатора — изрядно поплутала.

Ещё и ливень хлынул. Девушка постояла под навесом пять минут, но затем, не выдержав нервного напряжения, достала из рюкзака прозрачный пластиковый дождевик и побежала так. Хотелось быстрее закончить с этим мерзким делом.

Как назло, ей не везло, а может, это её подсознание специально тянуло время и направляло её не в ту сторону, включив режим «топографического кретинизма». Сначала свернула не на ту улицу, пришлось возвращаться, затем никак не могла найти нужный переулок, всё бродила и бродила под ливнем. Шум дождя гудел в ушах, капли сильно колотили по голове и плечам, одежда отсырела даже сквозь дождевик.

Вокруг уже окончательно сгустилась вечерняя тьма, тут и там разрываемая яркими огнями вывесок и рекламы. Так что, когда Лета остановилась перед нужным домом, в первую минуту даже не поверила. Ещё раз по буквам изучила вывеску с названием улицы и номером дома. Нет, всё верно. Это должно быть здесь.

Вместо лифта пошла по лестнице. С каждым пролётом подниматься становилось труднее: чувство вины, как атмосферный столб, всё сильнее давило на плечи.

Точно ли эта квартира? Лета постояла, без всякого соображения пялясь на цифры на двери. В её пустой голове они не имели ни значения, ни смысла. Всё это должно быть сном.

Позвонила. А вдруг она всё же перепутала номер?

По ту сторону двери зашуршало. Защёлкали замки.

За дверью стоял Кальмар. В тёмно-синих трениках и белой футболке позавчерашней свежести он стоял, перегородив проход, и, как обычно, равнодушно оглядывал Лету с высоты своего роста.

Лета, чувствуя себя какой-то помертвевшей, сказала:

— Камень сказал прийти к тебе.

Пауза. Может, она всё же ошиблась адресом и в итоге выдала своё предательство постороннему парню, который и до этого явно не испытывал к ней симпатии.

Но затем Кальмар отступил, пропуская её в квартиру.

Конечно, она должна была сразу же отдать ему флешку-«паразит» и с чувством выполненного долга отправиться домой. Однако Лета не могла заставить себя сделать это. Хотелось потянуть время. Вдруг случится чудо. Хоть какое-нибудь.

Поэтому она смело прошла в прихожую, сняла дождевик и стала разуваться.

— Посуши, пожалуйста. — Она сунула кроссовки в руки Кальмару. — А то я вся мокрая.

Решила с ходу взять уверенный панибратский тон, поставить себя главной в этой ситуации. Мужчины прощают такое симпатичным девушкам, а Кальмар всё же не раз пялился на её ноги — без явного восхищения во взгляде, но ведь зачем-то смотрел. Вдруг сработает.

Лета прошла в комнату, огляделась. Планировка квартиры была похожая как у Джанки — очевидно, типовая для этого района — но комната больше, и по правой стене была закрытая дверь, неаккуратно выкрашенная белой масляной краской: застывшие тут и там подтёки были объёмные густые, рельефные. Получается, квартира двухкомнатная. Ишь ты, богатый.

Обстановка средняя — не особо выпендристая, простые бежевые обои в мелкий цветочек, однако украшенная поболее, чем пустоватое жилище Джанки. Плакаты по стенам, полка со стопкой журналов, допотопная тумбочка на телескопических ножках, на тумбочке — горшок с цветком, развесившим широкие пальмовые листья. Как будто девушка обустраивала. А вот компа не видно. Он в той, второй комнате?..

— Уютно у тебя, — Лета оглянулась на хозяина, изобразив милую улыбку. — Один сегодня скучаешь?

— Принесла?

— Пока ещё нет, — без запинки выдала девушка. — Ты же знаешь Джанки, с ним не так-то просто всё это. А пока что я разведала дорогу и вообще, пришла познакомиться. Раз уж мы коллеги.

Она сама не понимала, зачем врёт. Плана не было. Даже мыслей не было, ни одной. Она просто плыла по течению, говорила что взбредёт в голову и улыбалась со всем возможным обаянием. Это было несложно: Кальмар вполне симпатичный и отвращения не вызывал, а ещё он хоть и старше, лет двадцати пяти, но в целом производил впечатление парня одного с ней уровня, а не взрослого — и опасного — мужика, как тот же Доктор.

Так что Лета улыбалась и игриво хлопала глазами. Правда, Кальмар на заигрывания не отвечал. Сложив руки на груди, встал в дверном проёме, наблюдая за ней. Да и ладно! Игнорируя холодность хозяина, Лета продолжила изображать интерес к его норе: деловито оглядела бежевые шторы и цветок в горшке, прокомментировала постеры игр на стене, давая понять, что разбирается в теме.

И вдруг она услышала. Этот звук — как будто системный блок загудел громче. Так бывает, если на компе запустилась прожорливая программа. Судя по звуку, на кухне. Лета сама не поняла, чему так обрадовалась. Как это может помочь? Ну, комп у него на кухне, ну и что? Как это использовать-то?

Однако внутри, в глубине сознания, что-то шевелилось. Некий план, который она и сама ещё не понимала. Действовала по наитию. Не спрашивая разрешения, пошла в туалет: выпитый у Джанки чай давал о себе знать, а там она так и не сходила.

А вот в туалете интуиция уверенно подсказала дальнейшие действия — переложить флешку из кармана штанов в лифчик и снять джинсы. Штанины от колена и ниже были мокрые и противно липли к ногам. Чёрт, трусы стрёмные и потёртые, она ведь не рассчитывала кому-либо их показывать, надела самые удобные Лета потянула нижний край водолазки, пытаясь прикрыть бёдра, но длина не позволяла. Да и ладно! Народная мудрость гласит, что если ты парню нравишься, то он захочет снять с тебя любые трусы, а если нет, то и дорогое кружево не поможет.

Бодрым шагом девушка вернулась в комнату, на ходу деловито расправляя промокшие джинсы. Кальмар сидел на диване.

— Можно на батарею повесить? — Не дожидаясь ответа, она тут же сама подошла к батарее, повесила одежду сушиться. — Не ожидала, что такой ливень, вроде ж не обещали. А у тебя есть что-нибудь согреться?

И что, он опять будет морозиться, глядя на неё отстранённым взглядом, как энтомолог на необычное насекомое? Но нет, Кальмар поднялся, пошёл на кухню. Оттуда донеслось:

— Шасло.

— О, — Лета оживилась. — Отлично!

Ситуация развивалась в нужном ей направлении, хотя пока что она сама не понимала, что к чему.

Уселась на диван и начала думать. Как можно всё это использовать? Комп на кухне. Неожиданно девушку осенило уверенностью: она должна сунуть туда «паразит» и скопировать инфу. А что потом? Отнести флешку Джанки? Попросить о встрече с самим Лешим? Но она не знает, что там. Вдруг надёжных доказательств нет. Получится, что её слово против Кальмара — который в шобле давно и на хорошем счету, а вот она никто.