Мелания и Люцифер

Мелания задыхалась от счастья. Уставшая, она плюхнулась на кровать в одной из спален на втором этаже. Люцифер с любопытством наблюдал за ней. Он прошел к окну и присел на стул.

— Это будто в сказке! — воскликнула Мелания, окидывая взглядом высокие потолки комнаты.

— Это все наяву, — заверил ее Люцифер и взял с журнального столика газету.

Он пробежался глазами по тексту и положил газету обратно.

— Чего еще желаешь? — поинтересовался Люцифер.

Зевнув, Мелания ответила:

— Устала я сегодня. Спать хочется.

Люцифер поднялся со стула и направился к выходу. У двери он обернулся и сказал:

— Ежели пожелаешь, чтобы я пришел, то произнеси мое имя. Впрочем, твои желания будут исполняться, даже если меня не будет рядом. Просто проговори желание вслух.

Мелания кивнула, глядя вслед удаляющемуся Люциферу. Дверь за ним захлопнулась. Мелания откинулась на шелковую подушку и стала медленно погружаться в сон.

На следующее утро она, превосходно выспавшись на своей новой кровати с балдахином, была полна сил и энергии. Мелания подскочила с кровати, едва открыв глаза. Она обежала весь свой огромный дом, дабы удостовериться, что это был не сон, что дом и все его многочисленные комнаты на месте. После прогулки по дому Мелания набрала горячей воды в белоснежную ванну. Такого блаженства от водных процедур она никогда не испытывала. Ароматная пена окутывала ее тело нежным теплом, растворяя все заботы и тревоги. Каждый вдох наполнял легкие ароматом эфирных масел, создавая атмосферу полного уединения и спокойствия. Мелания закрыла глаза, позволяя мыслям утечь в небытие, а звуки мира снаружи растворились в водной глади. В эти мгновения она вспоминала о своих мечтах, о тех желаниях, которые когда-то казались недостижимыми. Мелания представила себя на берегу моря, где волны нежно ласкали песок, а солнце звало к новым приключениям.

Закончив нежиться в ароматной пене, Мелания вышла из ванной и подошла к большому шкафу в углу комнаты. Она распахнула дверцы, покрытые резьбой. Внутри были наряды на все случаи жизни: повседневная одежда была перемешана с одеждой из дорогих тканей, шелка, бархата, парчи. Все вещи были рассортированы по цветам и оттенкам. Мелания надела длинное расклешенное книзу платье с поясом нежно-голубого цвета. Волосы она заплела в косу, вплетя туда голубые ленты.

Мелания подошла к огромному трюмо. На его полированных поверхностях отражались искры света. Над столешницей возвышалось большое зеркало в обрамлении. На полках стояли флаконы, изящно выполненные и наполненные таинственными ароматами. Внимание Мелании привлекла большая шкатулка из темного дерева. Ее поверхность была украшена резьбой, столь изысканной, что казалось, будто сама природа вдохнула жизнь в этот деревянный предмет. Цветочные узоры, переплетающиеся с плавными линиями, будто передавали шепот давно исчезнувших эпох, рассказывая истории о страстной любви и утраченных мечтах. Любопытство взяло верх, и Мелания открыла шкатулку. Внутри, на темно-синей бархатной отделке, лежали драгоценности: изысканные кольца с распустившимися цветочными бутонами, ожерелья, переливающиеся как солнечные лучи, золотые и серебряные серьги, сверкающие роскошью. Мелания достала со дна шкатулки золотое ожерелье с сапфирами и точно такие же серьги, примерила их перед зеркалом.

— Превосходно! — воскликнула она, глядя на свое отражение.

Но Мелания заметила еще кое-что в зеркале: в ее внешности что-то изменилось. Не было больше той наивности в глазах. Черты лица стали острее.

Она направилась к лестнице, чтобы спуститься на первый этаж. Шагая по ступенькам, Мелания подумала:

«Как-то пусто и скучно здесь. Так не годится!»

— Люцифер! — воскликнула она, и тут же увидела внизу у лестницы грациозно стоящего Люцифера.

На нем был также надет фрак, но уже не белый, а цвета слоновой кости. Драгоценные пуговицы, выложенные из белоснежных жемчужин, сверкали под мягким светом. На обширных лацканах фрака расцветали диковинные броши-цветы, лепестки которых представляли собой изумруды и сапфиры.

Люцифер сверкнул белозубой улыбкой и спросил:

— Уже соскучилась по мне?

Мелания подошла к нему и сказала:

— Не дело это! Я одна в таком огромном доме. Нужны слуги, кухарка. Я одна не смогу все в чистоте содержать!

Она вышла на веранду и махнула в сторону сада:

— Цветов полно, а садовника нету! Нехорошо!

— Как же нету? — удивился Люцифер. — Взгляни-ка туда.

Он указал жестом в сторону розовых кустов, из-за которых показалась голова пожилого садовника в шляпе. Мелания ахнула. Тут на веранду вбежала полная женщина средних лет в одежде кухарки. Она, запыхавшись, проговорила:

— Мелания Петровна, не желаете ли чаю испить?

Мелания открыла рот от удивления. Она присела на скамейку, сказав:

— Да, желаю чаю! И вкусный десерт!

Кухарка поспешила удалиться с веранды, но хозяйка остановила ее словами:

— Накрой нам тут, на веранде. И как зовут-то тебя?

— Дуняша, — ответила кухарка и скрылась из виду.

Через несколько минут Мелания и Люцифер сидели на веранде за накрытым белой кружевной скатертью столом. Вокруг благоухали цветы, источая сладковатый аромат, который сливался с прохладным утренним воздухом. За спиной раздавался легкий шелест листвы, словно деревья обсуждали чьи-то секреты.

Горячий чай, разлитый по фарфоровым чашкам, наполнил своим ароматом всю веранду. Яркие пирожные с фруктами и шоколадные тарталетки выглядели как произведения искусства, каждое из которых обещало незабываемое наслаждение.

— Я никогда не пила такого вкусного чая! — изумилась Мелания и сделала глоток из своей чашки.

Люцифер восторженно смотрел на нее. Он спросил:

— Какие еще будут пожелания у тебя? Слуг у тебя теперь полон дом. Может, желаешь отомстить кому-то? Поквитаться за старые обиды?

Мелания с удивлением посмотрела на собеседника и отставила чашку в сторону, возразив:

— Нет! Не сейчас. Ты прав, я хочу мести, и я проучу всех своих обидчиков, но сначала нужно придумать, каким образом это лучше сделать.

Мелания вдруг громко расхохоталась.

— Почему тебе так весело? — поинтересовался Люцифер.

Та пояснила:

— Я представила, как наняла всех своих врагов сюда в прислуги. Петра определю в конюхи, Лизу-болтушку — в уборщицы, Клим будет открывать двери гостям и кланяться им, а Софья будет варить мне супы.

Мелания снова засмеялась, представляя все это.

— Могу устроить, — тихо сказал Люцифер.

— Нет! — отмахнулась она. — Я на эти физиономии уже вдоволь насмотрелась! Больше не хочу! Не здесь, не в своем собственном доме!

Память словно прохладной волной накрыла Меланию. Она еле слышно спросила:

— А Софья не помнит меня? Ты заставил ее забыть обо мне и не искать?

Люцифер ответил:

— Скажем так: она помнит все, но поделать ничего не может.

Мелания с облегчением выдохнула.

— Кстати, — сказала она, — мне нужен автомобиль и водитель. Буду по городу ездить.

Люцифер ухмыльнулся:

— Гляди, а там, за фонтаном, разве не твой автомобиль стоит?

Мелания выбежала из-за стола и направилась к фонтану. Там, переливаясь в лучах солнца, стоял новенький автомобиль «Rolls-Royce» бежевого цвета. Автомобиль пленял взор своим грациозным силуэтом и изысканными линиями, каждая из которых свидетельствовала о мастерстве британских кузовных мастеров. Уникальный дизайн автомобиля с его шикарными хромированными деталями создавал ауру величия. Интерьер был оформлен с безупречным вниманием к деталям. Мягкая кожа, полированное дерево и светоотражающие элементы создавали атмосферу безмятежной роскоши.

За рулем автомобиля сидел молодой мужчина в темном костюме и галстуке. Он посмотрел на свою новую хозяйку и, белозубо улыбнувшись, сказал:

— Доброго дня, Мелания Петровна! Изволите проехаться?

Девушка мотала головой. Ей все еще было сложно верить своим глазам. Казалось, что это все происходило вовсе не с ней.

Летний вечер окутал все вокруг мягким светом. Солнце, уже склонившись к горизонту, расплескивало по небу непревзойденные оттенки розового и золотистого. Воздух наполнялся сладким ароматом вечерних цветов, которые распускались, словно шепча свои тайны вечерней прохладе. На фоне размеренного щебетания птиц издалека доносился звук воды, стекающей по камням у пруда, где лилии, как нежные хрустальные чаши, отражали лучи заходящего солнца.

Мелания сидела в саду на широких качелях, слегка покачиваясь взад-вперед. Теплый ветерок играл с ее длинными волосами, принося запахи цветущих роз и жасмина. Она закрыла глаза, позволяя тихому шелесту листьев и пению птиц погрузить себя в состояние полнейшего блаженства. Каждый взмах качелей уносил ее мысли далеко от суеты повседневной жизни, наполняя душу спокойствием и гармонией. Из открытых окон дома доносились тихие звуки патефона. Внезапно за спиной послышался треск. Мелания обернулась и увидела Люцифера. Он стоял в лучах заходящего солнца и улыбался. Его темные глаза искрились, словно отражая огни заката, а длинные тени разрастались, затевая танец вокруг него.

— Я испугал тебя? — спросил он.

— Немного, — ответила Мелания, чувствуя, как ее слова тонут в густом летнем воздухе.

Люцифер присел рядом на скамейку, закинув ногу на ногу. Он поинтересовался:

— Мечтаешь о чем-то? Или просто наслаждаешься теплым вечером?

Мелания кивнула.

— Я просто очень давно не чувствовала себя в такой безопасности, — тихо произнесла она. — Только Гриша дарил мне тепло и заботу. С ним я не боялась ничего.

Слезы сверкнули на ее ресницах, но она не дала им воли, быстро смахнув их.

— Его погубили из-за меня, — продолжила Мелания. — Это жестокие люди, им нужна одна лишь выгода и нажива. Они продавали меня. Продавали, словно картошку на базаре.

— Мир вообще не справедлив, — констатировал Люцифер. — Я чего только не видел за свою долгую жизнь.

— Скажи, — обратилась Мелания к своему собеседнику, — ты сам когда-либо любил? Или вам не положено?

Люцифер глубоко задумался, будто не хотел отвечать, но все же дал ответ:

— Любил. Но любовь — наивная фантазия смертных, сладкая ложь, которой вы упиваетесь, словно дешевым вином. Вы воспеваете ее в стихах, молите ее в молитвах, готовы убивать и умирать во имя ее. А я, Люцифер, вижу ее истинное лицо — химеру, сотканную из эгоизма, страха и похоти.

Мелания оживилась и с любопытством посмотрела на Люцифера, спросив:

— И кто твоя возлюбленная? Простая девушка?

— Девушка, — обронил Люцифер, — но не простая.

Мелания с легкостью соскользнула с качелей и присела на скамейку поближе к своему собеседнику. Она не унималась:

— Ну, расскажи, прошу, кто она? Очень любопытно!

— Давно это было, очень, — отмахнулся Люцифер.

Мелания никак не успокаивалась:

— Нечестно так! Ты знаешь все обо мне, а мне не рассказываешь и капельки из своей тысячелетней жизни!

Люцифер тяжело вздохнул. Легкая тень печали скользнула по его лицу. Он сказал:

— Ее звали Ева.

Мелания открыла рот от удивления:

— Та самая Ева? Первая женщина?

Люцифер кивнул.

— Вот это да! — воскликнула Мелания и снова спросила. — А почему вы не вместе?

Люцифер встал со скамьи и посмотрел в сторону заходящего солнца. Он явно не желал отвечать на этот вопрос и перевел тему:

— Прекрасный нынче вечер! Как твои слуги? Угодили тебе?

Мелания довольно воскликнула:

— О да! Дуняша такой вкусный ужин сегодня приготовила. Выше всяких похвал!

— Я рад, — улыбнулся Люцифер.

Мелания произнесла:

— Вечер и вправду прекрасный! Вот бы стать птицей и пролететь над ночным городом, любуясь его красотами.

Люцифер взглянул на нее и, приподняв левую бровь, сказал:

— Хочешь полетать, давай полетаем. У меня же есть крылья. Только не испугайся!

Мелания воодушевилась, ее глаза заблестели азартом.

— А вдруг нас увидят? — испугалась она.

— Меня видят только тогда, когда я этого желаю, — объяснил Люцифер. — Сейчас меня можешь видеть только ты.

— Хорошо, — успокоилась Мелания.

Люцифер спросил:

— Ты готова?

Та утвердительно кивнула. Он подошел к ней сзади и обхватил своими крепкими руками за талию. Звук расправившихся за спиной Люцифера крыльев разрезал тишину. Мелания вздрогнула, но не отстранилась. В это мгновение между ними возникла некая невидимая нить, связывающая их тела, как будто они были частью одной целой истории, вплетенной в ткань времени.

— Ты не боишься? — тихо спросил Люцифер, касаясь своей щекой волос Мелании.

Она ничего не ответила, а лишь повернула голову, чтобы взглянуть на него. В ее глазах читалось нечто большее, чем страх, — это была искра смелости, готовности встретиться с чем-то неизведанным. Люцифер взмахнул своими белоснежными крыльями и стал подниматься все выше и выше, держа в руках Меланию. Мощные крылья рассекали воздух и уносили их обоих все дальше от земли.

В бездне ночи, где звезды мерцали, словно забытые мечты, Мелания парила в объятиях Люцифера. Ее волосы развивались, как золотистый шелк, а глаза блестели искрой, которая могла осветить самый темный уголок души. Их полет был грацией и мощью, танцем света и тени, где каждый миг становился вечностью. Люцифер держал ее крепко, но бережно, как будто бы она была самой хрупкой драгоценностью на свете. Он шептал ей о судьбах звезд и о том, как мир заключен в бесконечности. Мелания смеялась. Ее смех, как звонкий серебряный колокольчик, раздавался в небесной пустоте.

Мягкий свет уличных фонарей отражался в водах Невы, создавая волшебную палитру. Город засыпал, окутанный дымкой, но в воздухе все еще витала энергия творения и вдохновения. Мелания ощущала прохладный ветер на лице, когда они проносились мимо куполов Исакия и шпилей Петропавловской крепости. Люцифер, с ухмылкой на губах и блестящими глазами, говорил о том, как люди сами создают своих демонов, а их страхи путаются в паутине заблуждений.

— Смотри, — произнес он, указывая на темные переулки, — как легко потерять себя, если не знать, куда идти. Мелания чувствовала, как слова Люцифера проникали в ее душу, будто сладкий яд. Они летели над тихими крышами, и каждая из них хранила свои секреты, свои мечты, свои разочарования. Город трепетал в полумраке. Мелания поняла, что этот полет был не только физическим, но и духовным путешествием в глубины собственного сознания, где мрак и свет переплетались в бесконечном танце.

ГЛАВА 6. ВОЗМЕЗДИЕ

Июнь 1924 года. Ленинград.

Прошло уже несколько дней после первой встречи Мелании с Люцифером. Она жила в своем поместье, наслаждаясь жизнью. Целыми днями она гуляла по саду, слушала пение птиц в тени у пруда, разъезжала по городу на дорогом автомобиле в сопровождении личного водителя. Дни пролетали быстро. В них больше не было ни печали, ни страданий, только радость и счастье. Однако в глубине души Мелания таила сильную обиду на своих врагов. Эта обида терзала ее, не давала спать по ночам. Перед сном Мелания частенько размышляла о том, как отомстит всем, кто когда-то обидел ее. И вот, когда план мести был продуман до мельчайших деталей, Мелания решила встретиться с Люцифером.

Облаченная в розовый шелковый халат, она стояла на просторном балконе своей спальни на втором этаже. Летний вечер нежно обнимал ее за плечи, словно поклонник, принося с собой ароматы цветов. За пределами горизонта закат распускал свои багряные и золотистые бутоны, окрашивая небо в волшебные оттенки. На столике рядом стояла чашка с горячим чаем, пар от которого поднимался вверх, словно стремясь попасть в этот завораживающий закат. Мелания сделала глоток и улыбнулась, думая о том, как этот вечер был идеален для размышлений.

— Люцифер, — произнесла она, закрыв глаза.

В комнате послышались неторопливые шаги, а через несколько секунд в балконный проем вошел тот, кого Мелания только что позвала. Он был одет в тот же белый фрак, что и в день их первой встречи, однако цилиндра на голове не было.

— Добрый вечер, — поприветствовал он Меланию и учтиво кивнул в ее сторону.

— Добрый, — кивнула она в ответ.

Люцифер поинтересовался:

— С какой целью хотела меня видеть?

Мелания улыбнулась и ответила:

— Соскучилась. Захотелось поговорить.

— У тебя полон дом слуг, пусть развлекают тебя! — воскликнул Люцифер.

Мелания с легкой досадой в голосе сказала:

— Понимаю, у тебя великие дела, а я отвлекаю тебя.

— Я всегда рад тебя видеть, Мелания, — проговорил Люцифер, облокотившись на парапет балкона. Его взгляд устремился в сторону горизонта. Глядя на его профиль, Мелании вдруг показалось, что лицо Люцифера светится в лучах заходящего солнца.

— Я хотела у тебя спросить, — сказала она, — эта твоя внешность настоящая или ты просто выбрал такой облик для людей?

Люцифер ухмыльнулся:

— Конечно же, не настоящая. Точнее, таким я был когда-то. А вот мое демоническое обличие не каждый осмелится увидеть.

— А я бы очень хотела увидеть тебя настоящего, — тихо произнесла Мелания. — Такого, каков ты есть на самом деле.

Глаза Люцифера удивленно расширились. Он спросил:

— Ты уверена, что хочешь этого? И готова к этому?

Она кивнула, попросив:

— Очень хочу! Предстань передо мной в демоническом обличии!

— Ну что ж, будь по-твоему! — сказал Люцифер и слегка отстранился в сторону.

Яркий огонь ослепил Меланию, заполнив собой все пространство балкона. Человеческий облик Люцифера растворился в этом огне, и она увидела огромного демона. Он величественно возвышался над ней, сверкая своими глазами, похожими на два черных оникса. Демоническое обличие Люцифера поражало воображение и внушало страх. Его тело, словно выкованное из раскаленного металла, сверкало огненными оттенками — от глубокого красного до ярко-оранжевого, излучая тепло, способное сжечь все вокруг. Кожа была покрыта блестящей чешуей, отражающей свет ослепительными вспышками. Голова демона была увенчана рогами, которые извивались в причудливых формах, напоминающих пламя. Его челюсть, заполненная острыми, как кинжалы, зубами, казалась готовой к испепелению своей жертвы. Руки оканчивались длинными и изогнутыми когтями, каждый из которых способен с легкостью разорвать человеческую плоть. Одеяние Люцифера было сделано из смятого дыма и огненных языков, которые непрестанно колебались, создавая искусный танец вокруг его сущности. Когда он двигался, раздавался звук треска и шипения, словно от горящего дерева.

От этого ужасающего зрелища в жилах стыла кровь. Мелания почувствовала, как земля уплывает из-под ног, голова закружилась. Она без сознания рухнула на пол.

Открыв глаза, Мелания увидела, что лежит на кровати в окружении разноцветных атласных подушек. Она приподняла голову и заметила Люцифера в прежнем человеческом обличии. Он вальяжно сидел в кресле напротив. Мелания села, свесив ноги с кровати. Перед глазами все еще было огненное лицо демона, которое она увидела перед тем, как потерять сознание. Мелания тихо произнесла:

— Извини меня. Я, очевидно, не была готова к такому.

— А я тебя предупреждал, что не каждый к этому готов, — язвительно проговорил Люцифер.

Он встал с кресла и подошел к ней, присел рядом. Мелания непроизвольно отпрянула в сторону.

— Да не бойся ты! — воскликнула Люцифер.

— Я не боюсь! — возразила Мелания. — Если бы боялась, не пошла бы на сделку с тобой!

Она коснулась клейма на своей ладони, оставленного перстнем Люцифера, и добавила:

— Прости, конечно, но страшнее зрелища я никогда в жизни не видела. Да и, наверное, ничто не может быть ужаснее этого.

Люцифер иронично хихикнул:

— Я простой повелитель Ада. Темный мир гораздо больше, и Ад — всего лишь небольшая его часть. Я просто дитя. Наш повелитель гораздо ужаснее. От одного взгляда на него люди слепли.

Мелания поинтересовалась:

— Повелитель — это самый главный?

Люцифер кивнул и добавил:

— Кстати, в скором времени он собирается посетить землю со своей свитой.

Мелания изумилась:

— Для чего ему это?

— Он любит наблюдать за смертными, испытывать их, обличать пороки, — пояснил Люцифер.

— Надеюсь, он тоже будет среди людей в человеческом обличии? — уточнила Мелания.

— Да, в человеческом, — успокоил ее Люцифер.

Мелания встала с кровати и подошла к трюмо. Она посмотрела на свое отражение в зеркале, сделала глубокий вдох и сказала:

— На самом деле я позвала тебя, чтобы сообщить, что готова отомстить всем своим обидчикам. Всем до единого!

— Хорошо, — обронил Люцифер. — Говори, что мы будем делать дальше.

Мелания повернулась к нему и голосом, полным решимости, сказала:

— Я сейчас тебе все подробно расскажу. И сегодня ночью мы уже начнем воплощать этот план в жизнь

Было далеко за полночь. Мелания, полная решимости, вошла в комнату Софьи. Ее черное платье плавно струилось по полу, а накидка, будто тень, окутывала ее фигуру. Комнату тускло освещал торшер, стоявший на прикроватной тумбочке. Софья крепко спала. Мелания подошла к ней и присела на краешек кровати. Мелания окинула спящую взглядом, полным ненависти. Она глубоко вздохнула, пытаясь подавить бушующие внутри нее эмоции. Мелания знала, что этот момент настал — время проявить все свои чувства, все те обиды, что накапливались годами. На лице Софьи было выражение полной безмятежности.

— Как ты можешь спать так спокойно? — прошептала Мелания, ее голос звучал, как шепот предстоящей бури.

Она протянула руку и схватила Софью за подбородок.

— Неужели ты никогда не думала о том, что причиняешь боль другим? — произнесла Мелания, возвращая свои мысли к тому, как бесстыдно Софья шла по жизни, словно все ей было по плечу.

От прикосновения Мелании Софья проснулась. Она испуганно отпрянула в сторону.

— Ты что здесь делаешь?! — заорала она и, оттолкнув Меланию, вскочила с кровати.

Софья схватила со стула темно-коричневый халат и накинула его себе на плечи. Она была в ярости:

— Отыскалась, тварь безродная! Я тебе задам сейчас!

Мелания подбежала к Софье и выпалила ей в лицо:

— Закрой свой рот! Сама ты тварь!

Софья попыталась ударить Меланию по лицу, но та увернулась и оттолкнула матушку. Софья пронзительно завизжала:

— Клим! Клим!!!

Мелания ехидно улыбнулась и сказала:

— Можешь не орать! Его здесь нет. Я уже искала его.

Софья продолжила звать на помощь:

— Илья! Федор!

На крики Софьи прибежали приспешники Клима. Они бросились к Мелании и хотели схватить ее, но тут она произнесла:

— Замерли!

И мужчины, словно оцепенев, замерли на месте. Они не могли пошевелиться.

— А теперь выйдите из комнаты и оставьте нас! — приказала им Мелания.

Мужчины послушно вышли.

— Что за чертовщина?! — пробормотала Софья и стала звать их обратно, но никто так и не вернулся.

Мелания вальяжно уселась на диван, закинув ногу на ногу, и, широко улыбнувшись, сказала:

— Как видишь, матушка, ты просто бессильна без своих бандитов. Это ведь они делают за тебя всю грязную работу.

Софья растерянно смотрела по сторонам, бормоча:

— Что тебе нужно? Ты зачем пришла?

Мелания потерла ладоши и объяснила:

— Я пришла, чтобы свести с тобой счеты. Я долго размышляла над тем, как наказать тебя за твою жестокость, за твою жадность. И наконец придумала.

Мелания встала с дивана и подошла вплотную к Софье.

— И что, поколотишь меня? — рассмеялась матушка Мелании прямо в лицо.

— Зачем же, нет, — иронично сказала Мелания. — Ты как-то сказала мне, что если пожелаешь, то я должна буду обслужить целую роту солдат. Припоминаешь?

Софья нервно сглотнула слюну, буркнув:

— И что с того?

Мелания посмотрела в сторону двери и пояснила:

— Так они уже заждались тебя за дверью. Все жаждут женской ласки и тепла. Ты сейчас обслужишь их всех до единого. Сама.

Дверь распахнулась, и в комнату стали входить мужчины в гимнастерках. Они громко стучали по полу своими тяжелыми солдатскими сапогами. Звуки шагов, словно гром, заполняли пространство комнаты, заставляя сердце Софьи биться чаще. Среди солдат были и совсем юные, и пожилые. Все они, словно зачарованные, смотрели на матушку, поедая ее глазами. В комнате уже не осталось свободного места, а мужчины все входили и входили, некоторые ожидали своей очереди в коридоре.

Софья испуганно взглянула на Меланию. Голосом, полным отчаяния и страха, матушка взмолилась:

— Голубушка, умоляю, не губи меня!

Софья упала на колени и стала руками цепляться за подол платья Мелании.

— Я ни в чем не виновата перед тобой! — слезно вопила Софья.

Мелания склонилась над ней и произнесла:

— Ты купила меня, а потом продавала, словно картошку на базаре! А теперь говоришь, что не виновата? И Гришу убили по твоему приказу!

В глазах Софьи был неподдельный страх. Вся надменность исчезла с ее лица. Теперь перед Меланией была вовсе не та всемогущая женщина, отдававшая приказы налево и направо и решающая судьбы других людей. Мелания разорвала халат на Софье, обнажив ее плечи, что вызвало еще больший интерес в глазах солдат.