Искусницу вызывали, Ваша драконья Светлость?

Я потопталась на месте, еще раз оглянулась на неприлично прикрытую в гостевую спальню леди Синклер дверь… и медленно прошлась к диванчику. Сама не знаю, что меня туда понесло. Ноги пошли и я вместе с ними. Так себе отговорка, конечно.

Но, Тьма меня раздери, как же сложно с каждым днем держаться на расстоянии вытянутой руки и пытаться сдерживать чувства, не показывать зарождающуюся привязанность. Да даже руки при себе держать.

Ведь так хочется коснуться его… Но нельзя, нельзя я тебе сказала, Анника! Что же это со мной? Какое-то помешательство и только. Не могу же я так реагировать на постороннего мужчину?! Мы практически незнакомы. Мы из разных слоев общества…

А он лежит тут такой милый, словно весь мир для него на мгновение замер. Щетина на щеках легла лёгкой тенью, придавая лицу чуть небрежную, но такую привлекательную мужественность. Грудь медленно поднимается и опускается в такт спокойному дыханию, ровно и глубокому. Будто он наконец-то сбросил с плеч груз бесконечных забот.

В этой тихой неподвижности столько уюта и покоя, что хочется просто сидеть рядом и слушать, как он дышит, оберегая этот момент безмятежности.

Я только присяду на минуточку, это же ничего не значит, верно? Он даже не проснулся, когда я аккуратно пристроилась под бок. Показалось или дыхание Грандена все же сбилось? А может это все происходит во сне?

Ведь вот этот пляж и скалистый берег вдалеке ненастоящие, правда? Неумолчные крики чаек, мерный шум прибоя, тихий шепот древнего Храма всех богов на Лигерийском побережье. Чуть в отдалении виднеются стройные белокаменные башни магической академии Цитадель. Откуда я все это знаю? Видела в газетах, слышала от людей, а теперь просто чувствую, что права.

Странное ощущение раздвоения захлестывает с головой и я парю в этом мирном внутреннем безмолвии, подчиняясь некой стихийной силе. Я словно поднимаюсь над нами, мной и Александром, мирно дремлющими на диванчике в особняке Гранденов с Ирнистаде, и отправляюсь в далекий путь среди зарождающихся звезд в темнеющих небесах. И спустя несколько секунд оказываюсь «в живую» в том месте, о котором грезила не так давно.

Храм всех богов и Цитадель встречают меня молчаливыми изваяниями. Здесь я лишь призрачная гостья, пусть и долгожданная.

Как необычно ощущать почему-то голыми ступнями мокрый песок. Он холодит и щекочет пальцы и пятки. На мне та же одежда компаньонки-экономки, но ворот строгого платья расстегнут, рукава слегка подвернуты, волосы распущены. И хочется протянуть руки вверх и закричать, так чтобы эхо моей минутной радости разнеслось далеко-далеко, за пределы этого сакрального места.

И я не сдерживаюсь и кричу, что есть мочи. Ведь мне посчастливилось оказаться в главном и пока единственном действующем святилище драконов Икерии.

Я кричу и голос мой рвется над волнами, растворяясь в ветре. И вдруг — ответ, мне отвечает он — изумрудный дракон. Сначала это лишь далекий, раскатистый рев, похожий на гром, что катится по небу где-то за горизонтом. Он отзывается глубоко в груди, заставляя сердце биться чаще. Потом сквозь шум прибоя пробиваются иные звуки — тяжелые, гулкие взмахи крыльев, от которых воздух густеет и дрожит.

С каждым мгновением рев становится ближе, отчетливее, обретает форму, наполняется силой. Я вглядываюсь в горизонт и вижу: знакомая изумрудная чешуя вспыхивает в серебристом лунном сиянии. Дракон рассекает небо, его силуэт растет, крылья заслоняют полнеба, а тень скользит по пенным гребням волны.

Он снижается, и ветер, поднятый его полетом, швыряет брызги мне в лицо. Еще миг — и могучие лапы касаются песка. Волны отступают, будто кланяясь, а песок взмывает вихрем, смешиваясь с соленым воздухом. Дракон опускает голову и его янтарные глаза встречаются с моими. В них плещется древний огонь и могучая сила. И узнавание.

«Ты звала?», - будто вопрошает он без слов. - «Я пришел! Примешь ли ты меня?».

Какой странный сон… Разве драконы могут говорить?

«Что, полной миски пирога и булки в придачу оказалось мало, приятель? Решил добавки получить? Так это не ко мне. Тебе к Гракху нужно подлизаться, может пожалеет и накормит тебя, горемычного».

Ничего себе, я тоже так разговаривать умею! Само получается, как необычно.

Дракон фыркает, как будто хмыкает. Звук выходит немного насмешливым, словно он говорит: «Ну-ка посмотрим, что из этого получится». И начинает медленно и неотступно приближаться.

Каждый шаг отдается в песке глухим эхом, а воздух вокруг начинает резко тяжелеть от присутствия этакой звериной махины. Крылья дракона чуть подрагивают, чешуя переливается изумрудными гранями, словно в ней спрятаны осколки глубинного моря.

Вскоре его морда оказывается прямо перед моим лицом, огромная, но совсем не пугающая, наоборот притягивающая и завораживающая. Дыхание чешуйчатого теплое, с запахом грозы. Оно касается моей разгоряченной кожи и по телу бегут мурашки.

На миг я замираю, а потом, преодолевая некоторый трепет, протягиваю руку и дотрагиваюсь до чешуи. На ощупь она твердая, как полированный камень, но под этой природной броней чувствуется живое тепло, некая пульсирующая сила, будто внутри дракона заключен отдельный ритм драконьего мира.

Прикосновение отзывается внутри некоей волнующей вибрацией: сначала где-то на кончиках пальцев, приятной волной прокатывается по рукам, поднимается к груди и разливается по всему телу. Сила нарастает, не подавляя, а пробуждая. Я чувствую, что во мне просыпается нечто древнее и могучее.

И тут запястье опаляет жаром. Я вскрикиваю, реальность дрожит, как отражение в воде, и мир меняется.

Я просыпаюсь в спальне, в теплом полумраке, где рассвет только-только трогает края штор. Я лежу, крепко прижавшись к Грандену и невольно обнимаю его так, словно боюсь, что он возьмет и исчезнет, если разомкнуть руки. Дыхание его остается ровным, щетина щекотно колет мне щеку.

Все вокруг тихо и вполне уютно. И только в голове еще звенит отголосок драконьего рева, а под кожей правого запястья прячется искра той самой силы, что пришла из моего странного сна.

Сначала я замираю, как мышь перед хищной кошкой, не в силах поверить, что так подставилась. Как я могла заснуть рядом со светлостью? Нервно сглатываю и начинаю планомерно отползать от горячего тела Грандена, на мою удачу все еще пребывающего в плену у сна и усталости.

И когда мне почти удается мой спасительный маневр, запястье резко простреливает и я вскрикиваю от внезапной боли, вмиг растекающейся по ладони и вверх по руке до самого плеча.

Машинально дергаю рукав платья в попытке понять, что происходит и вижу непонятный рисунок, постепенно проступающий на коже. Это что же, сердце? И почему оно опутано ветвями, словно в своеобразном коконе? А это дракон на нем сидит? Какое-то знакомое изображение рептилии, никак не могу вспомнить, где я его видела раньше. И что же так щиплет?

Боль проходит почти сразу, на смену ей приходит жжение, а потом неудержимая щекотка. Контуры рисунка гаснут после его завершения, потому я начинаю их усиленно тереть, пытаясь понять, что с ними делать и как эту красоту сводить. И так увлекаюсь, что не замечаю ничего вокруг, пока не ощущаю на себе тяжелый взгляд.

Гранден! Он, конечно же, очнулся от моих возгласов и теперь смотрит пристально, поочередно переводя взгляд с моего лица на запястье, которое я непроизвольно чешу, потому что рисунок продолжает щипаться, зараза. И, кажется, меня начинает неприятно лихорадить…

- Покажи мне, - протягивает руку и я, завороженная янтарным блеском в глазах Грандена, приближаюсь, вкладывают свою ладонь в его и замираю.

Он нежно обхватывает запястье и приподнимает край рукава. Одновременно мы разрывает зрительный контакт и опускаем любопытные взгляды на мою руку. А там… полностью сформировавшийся рисунок дракона, расправившего крылья в полете.

- Оно не стирается…, - бормочу я, - как мне избавиться от этой ерунды? Что это вообще такое?!

- Брачная метка, - вежливо и сухо посвящают меня. - Почти сформировалась, осталась самая малость, чтобы завершить ритуал призыва.

Вопросительно гляжу на светлость. Так получилось, что склонившись, мы чуть ли лбами не столкнулись. Поэтому теперь, подняв глаза, я запоздало понимаю, что наши лица находятся на одном уровне. А потому непроизвольно перехожу на шепот:

- Это вы о чем?

Гранден отвечает так же тихо. Он так близко, почти касается губами моих губ.

- О том, что боги определили как лучшее для нас обоих… И, кажется, вопреки всему, что я считал или думал раньше… я готов полностью принять их волю.

Я не успела переспросить, что он имел в виду. Гранден не дал мне такого шанса. Властным жестом он притянул меня за шею и поцеловал. В один миг мир сузился для меня до одного движения, до горячего прикосновения, до его прерывистого дыхания, смешавшегося с моим.

Поцелуй не был ни ласковым, ни осторожным — он был как вспышка, стремительный и дерзкий, будто в нем одном собралось все желание, что Гранден сдерживал из последних сил.

На долю секунды я, кажется, перестала дышать, перестала думать, перестала быть кем-то, кроме женщины, отвечающей со всей неумелой страстью на яростный напор сильного мужчины, завладевшего ею без остатка.

Но секунда кончилась и я резко очнулась.

Уперлась ладонями ему в грудь, нет, не чтобы грубо оттолкнуть, а чтобы дать себе хоть каплю воздуха, пробудить хоть крупицу разума. Помогло. В тот же миг я отстранилась, так же решительно, как он начал поцелуй, вывернулась из стальных объятий и сделала шаг назад. Подальше от жара разгоряченного и такого невыносимо соблазнительного мужского тела.

Ночная прохлада, повеявшая от окна помогла взять себя в руки. Я сделала глубокий вдох и встретилась взглядом с Гранденом. Мы замерли друг напротив друга. Его глаза потемнели, дыхание стало чуть рваным, а на лице читалось и радостное удивление и напряженное ожидание. А я стояла, чувствуя, что непонятная лихорадка от странного рисунка на коже прошла, так толком и не начавшись. Сошла на нет. Дышать стало легко и свободно. Сложно было лишь собрать разбегающиеся мысли в кучу.

А самое главное, пережить тот факт, что я только что пылко целовалась с герцогом де Гранжем, моим нынешним работодателем. Что же он обо мне подумал, когда я умудрилась ответить на его притязания?

- Я...я не это имела в виду, выговорила я наконец, сама не зная, к чему это относится: к его напористому порыву или моему не менее жаркому ответу. - И если ты думаешь, что после этого я брошусь в твои объятия, то ты сильно ошибаешься, твоя светлость!

Гранден чуть прищурился, словно боролся с улыбкой, которая так и норовила проявиться на лице.

- А я и не собирался этого требовать, - тихо ответил он, опуская руку, которую все это время продолжал держать на весу, и сделал полшага назад, возвращая целомудренное пространство между нами. - Просто… не смог удержаться.

И в этом «не смог удержаться» было столько правды, что я невольно сжала пальцы в кулаки и замерла, стараясь не потянуться к мужчине обратно. Но стеной между нами встало неожиданно всплывшее прошлое из моего далекого и несколько печального детства. А конкретно, причина моего появления на свет.

- Я не стану вашей очередной игрушкой, милорд! - Я вскинула подбородок и скрестила руки на груди, отгораживаясь от этого притягательного мужчины. - До этого момента я надеялась, что у вас есть в запасе хоть капля совести и что понятие чести для вас не пустое слово. Теперь я вижу, что ошиблась.

Гранден нахмурился и хищно сузил глаза, но кивнул, призывая меня продолжить.

И мне захотелось рассказать правду. Впервые, появилось желание поведать историю своего рождения постороннему человеку. Историю о том, как однажды хозяйский сын соблазнил камеристку своей матери, а потом несчастную девушку просто вышвырнули из особняка, где она честно работала несколько лет. С малышом под сердцем.

И как безумно повезло этой девушке встретить чудесного человека, проявить мужество и открыться ему, а взамен получить и любовь, и бесконечное обожание и безоговорочную поддержку. Этим человеком стал мой отец, Севур Леруа. И пусть в моих жилах текла кровь дворянина, я гордилась своей неродовитой деревенской семьей, нашими пастбищами и семейным очагом, который так лелеяла матушка. Здесь царили мир и покой.

Но повторять историю матери я не намерена!

- И ты решила, - вкрадчиво поинтересовался Гранден после моих откровений, - что я такой же мерзавец и негодяй, как твой отец по крови? Впрочем, - он криво усмехнулся, - благодарю за ваши откровения, мисс Леруа. Я оценил вашу смелость. Но уверяю вас, проявлять ее в отношении меня вам больше не придется.

Мне церемонно поклонились и медленно обошли по широкой дуге. Открыв дверь спальни, герцог полуобернулся и бросил:

- Думаю, вы правильно рассудите и поймете меня. В конце концов это в наших же общих интересах. Но более в ваших услугам мы не нуждаемся. Прошу собрать вещи и освободить должность немедленно. Я передам ваши наилучшие пожелания леди Софии. А теперь простите, но я вынужден вас покинуть.

Он вышел и дверь с тихим скрипом захлопнулась. И сердце почти остановилось.

Но ведь я же защищала себя, свою честь! Почему же у меня такое впечатление, что тем самым я потеряла нечто ценное?! Что-то безвозвратно ушло… Я судорожно вздохнула.

Доверие. Я оскорбила его и теперь он никогда не будет доверять мне как прежде.

Что же я наделала?!

Глава 7.1

В «Старом котле» в столь раннее утро посетителей было не густо. На пару столиков удалось наскрести, но так, что сама матушка Фло их потчевала и за порядком следила. Что Верена, что дедушка Мо еще видели десятый сон и заслуженно отдыхали после длинной вечерне-ночной смены. Парочка других подавальщиц были наемными работницами и приходили-уходили по графику по взаимной договоренности с хозяйкой.

Вчера к пристани причалил корабль с далекого Гриндаля. На таверну совершился набег из знакомых и незнакомых жителей далекого Зеленого континента. Все приезжие гриндалийцы всегда удивительным образом оказывались осведомлены о Дигис-Даторах, живущих в столице Икерии. И считали своей прямой обязанностью разорить кладовые своей известной соотечественницы и хорошенько покутить, чтобы было о чем рассказать по возвращении.

Такие знаменательные встречи случались нечасто, потому Фло благоразумно к ним готовилась заранее. А Гракх — осмотрительно их избегал, чтобы не «светить» княжеским лицом перед отцовскими подданными.

О том как вообще случилось младшему князю и простой гриндалийке встретиться и крепко подружиться история в лице того же Гракта, да и самой Фло умалчивает. Я к ним приткнулась постольку, поскольку с самого детства две эти яркие и неоднозначные личности сопровождали мое взросление.

На самом деле Гракху намного больше лет. А по внешнему виду и не скажешь. Таков он младший наследник рода Меерхольдов Зеленого Гриндаля — мальчишка снаружи, умудренный вечной мудростью старец внутри. Ведь Гракху доступна «память поколений», от которой он, правда, всеми силами и средствами открещивается десятки лет.

Оттого и сбежал в свое время из отчего дома и бродит по пыльным дорогам под чужой личиной. Но кровь — не водица, что-то да проскальзывает то в его пронзительном взгляде, то в словах. Иногда Гракх «глаголет истину» между приготовлениями очередного кулинарного шедевра. И вечно оглядывается, нет ли надоедливого гриндалийца на его пути. Инкогнито друг раскрывать пока не намеревается. Ведь это единственное условие, по которому когда-то его отец отпустил отпрыска скитаться по свету.

Но этим утром горизонт был уже свободен, а значит младший наследник меерхольдской династии с удовольствием протирал штаны, сидя за столиком «Старого котла» и увлеченно слушал сплетни из отчей столицы: кто на ком женился, кто с кем развелся, как матушка провела ритуал поминовения падших, а братья — посоревновались в силе и ловкости на турнире.

- Ты помнишь, что лесной владыка намерен посетить столицу Икерии на время императорского отбора? - проговорила Фло и подлила нам ароматного ягодного взвара в кружки. - Что будешь делать, когда он прибудет? Отец тебя обязательно почувствует и пошлет за тобой…

Гракх скривился от досады.

- Что-что, «залягу на дно»… Ребята обещали приютить меня на время у себя, в холостяцкой хижине. И ее, - кивнул в мою сторону, - заодно прихвачу. А то на Солнцестояние мы уже не попадаем, так хоть с Ангусом и Грегором пообщаемся на сборе урожая. И мистрис Леруа будет рада видеть свою нерадивую дочь.

- Это да, - покивала Фло, - Эжена не раз через знакомых намекала, что хотела бы с вами обоими этим летом повидаться. Сейчас жаркая пора наступает, помощники на ферме не помешают… Анника, про твою семью ведь говорим. С матерью когда последний раз переписывалась? Ты нас хоть слышишь, бестолковая?

Слышать то слышу, да слова фоном звучат. А в голове шум, как от работы выгребного насоса. И только его слова уже бессчетное количество раз звучат четко, резко и пронзительно: «И ты решила, что я такой же мерзавец и негодяй, как твой отец по крови?».

Решила! Решила? Решила…

- Эх, ты! Бедовая девка…

- Это почему еще? - сердито запыхтела. - Что сразу я? Может девушка неправильно понять ситуацию? А что он с поцелуями набрасывается?!

Гракх и Фло одновременно горестно покачали головами и блеснули ярко-зелеными глазами.

- Вот только не надо про эту вашу судьбу, - поспешно осадила этих любителей «вещать» про вечность. - Ни за что не поверю, что ты мне про герцога Грандена тогда говорила… Этот твой Зов и я, идущая по пути истинного предназначения.

Фло лишь пожала плечами и отвернулась. Я же только надулась сильнее и тяжко вздохнула.

Собираться на выход долго не пришлось. Как пришла с одним чемоданом, так и ушла. Разве что попала я в особняк Гранденов втихаря, в ночи, почти как воришка, а уходила под утро, громко хлопнув дверью. Даже с Софи и Ромоной не попрощалась. Только вот Гракха за шкирку прихватила и была такова.

И бальные платья свои на произвол судьбы оставила, и связку ключей аккуратно отцепила и на кухонный стол перед уходом положила. Думаю, слуги хозяину их передадут. Хотя какое мне теперь до этого дела?!

Мне давно пора вернуться к своим заботам и заняться поиском работы и жилья. Эти сумасшедшие дни в доме Гранденов послужили мне хорошим уроком. Теперь я намерена присмотреться к остальным модным домам и ателье Ирнистада, помельче и попроще, а позже подготовить фундамент и организовать собственное швейное дело.

Ру тихонечно высунулся из-за стойки и умилительно надулся в ответ. Малыш крайне удивил меня, высказав свое категорическое несогласие с моим уходом. Мне даже пришлось применить в отношении своего родового фамильяра заклинание подчинения, чтобы забрать его из особняка.

Такая крупная ссора случилась с нами впервые. И теперь Ру недовольно поглядывал со стороны, но не подлетал, подчеркнуто держался на расстоянии, игнорируя мои слабые попытки помириться.

- Ну что ты дуешься, малыш? - постаралась очередной раз расположить Ру к себе. - Разве не ты мечтал заняться швейным делом вместе со мной? Теперь мы снова свободны от всяких обязательств и можем вернуться к нашим мечтам, не так ли?

На что мне по очереди «показали»: фасад особняка Гранденов, коридоры, столовую, зал, спальни. И все как в замысловатом калейдоскопе — яркими вспышками. А потом помощник слегка замедлился и перешел к демонстрации самой семейки: Софи, Ромоны, Эдгара, близнецов, остальных родственников.

Не забыл про новых слуг и под конец добил меня парадным портретом Александра Грандена в полный рост. Который тут же сменился образом самого герцога, отдыхающего на диванчике в той злополучной спальне.

А через секунду у меня перехватило дыхание от вида страстно целующейся пары. Я увидела нас с Гранденом со стороны и это было сродни удару под дых. Вышибало дух не меньше, если не больше.

- Хватит! - не выдержала я этой муки. - Ты прекрасно знаешь, чем все это закончилось!.. Зачем зря напоминать о моей ошибке. Это нечестно и жестоко, Ру.

- А разве он так уж неправ, девочка? - это Фло снова обратила на меня свой проницательный взор. - Не всегда то что мы видим, означает то, что нам кажется.

Я застонала и уперлась лбом в деревянную столешницу.

- Ты же знаешь, как я терпеть не могу твои велеречивые и непонятные замечания.

Поочередно сердито глянула на этих заговорщиков — Фло, Гракха и Ру в придачу.

- Ну вот смотри, - поиграл бровями Гракх, - чем твоя светлость тебя оскорбил?

Я выразительно выгнула брови: мол, и ты еще спрашиваешь?

- Да подожди ты, - осадил меня лесной друг, - забудь пока про поцелуй. Если сможешь, конечно...

Я со всей силы пнула его.

- Ладно-ладно, понял, не дурак. Итак, продолжим мою мысль.

Гракх прокашлялся и приосанился, делая строгое лицо. Но глаза продолжали сиять лукавством.

- Из дома непонятную девицу, пришедшую в ночи с младшей сестрой не выгнал? - Друг загнул один палец. - Не выгнал. Даже крупной денежкой облагодетельствовал, верно?

Ру запищал в поддержку. Предатель!

- Доверием одарил? - пришлось нехотя кивнуть. - Да еще и по поводу маневра со слугами поддержал.

А ведь и правда. Гранден, конечно, рассердился и расстроился, но и слова мне грубого не сказал. А что повредничал там в кабинете, так этого следовало ожидать, при его-то характере.

Гракх между тем продолжил.

- А плохо тебе, бестолковой стало, помнишь? Так вихрем прилетел, не пойми откуда, всех растолкал, аккуратно твое бренное тельце подхватил и сам доставил по назначению. Все пылинки с тебя сдувал, пока Ромона его пинками не выгнала.

Я почувствовала, как щеки заливает предательский румянец. Таких подробностей мне Ру не показывал. Укоризненно глянула на фамильяра, а тот показательно отвернулся, продолжая на меня дуться.

- И ключи еще эти…

- А что не так с ключами? - недоуменно покосилась на Гракха. - Что вам они поперек горла всем встали? То леди Одетт силой пыталась их у меня отнять, то ты теперь меня попрекаешь ими…

- Да не в этом дело, Анника, - мягко прервала мою тираду Фло. Одарила меня по-матерински снисходительным взглядом и пояснила. - Такие важные семейные артефакты просто так кому-то не дарят, милая.

- Что значит, дарят? - вылупилась я на нее. - Мне их просто временно всучили, пока я экономкой-компаньонкой подрядилась на Грандена работать. Или я чего-то не понимаю?..

Гракх аж присвистнул, а Фло покачала головой.

- Ты хочешь сказать, что не в курсе? - уточнил у меня друг. - Только не говори, что изучая родовую магию, ты не касалась темы родовых артефактов?

И он вполне ожидаемо рукой указал в сторону Ру.

- Не забывай, что Ника не просиживала штаны на лекциях в академиях, как ты, - напомнила Фло. И перевела на меня сочувствующий взгляд. - Видимо, отсюда и возникло недопонимание.

Я раздраженно фыркнула. Подумаешь, академии. Вот накоплю денег и поступлю в Рейнакар на факультет Искусниц, будут знать!

- Дело ведь не в том, что мы тебя незнанием чего-то попрекаем, - правильно истолковала мое молчание Фло, - а в том, что из-за этого ты, девочка, хорошего человека, вернее дракона, обидела.

Она наклонилась ближе, сжала мою руку и пояснила:

- Он не просто ключики тебе подарил — он тебе полностью доверился и передал дом в твое полное распоряжение. Так обычно поступают с матерями, сестрами…

- Друзьями, на худой конец, - подхватил Гракх.

- И с возлюбленными, которым полностью доверяют, - припечатала Фло.

Я замерла, не зная, что сказать или думать в такой ситуации. А когда осознала все, что мне тут наговорили, выпучилась на них в изумлении.

- Но ведь я не знала!..

- Мы так и поняли, старушка, - покивал друг. - Одно не ясно, как ты с такой бестолковой головой на плечах еще живешь и здравствуешь… Нет чтобы прийти к знающему все Гракху, покаяться в безграничной любви к герцогу де Гранж, поплакаться у меня на плече о своей счастливой будущей судьбе в доме Гранденов. Спросить, на худой конец, а что значит такой дар? Это я про ключики, если что… Ты взяла и все решила сама!

Он подвинулся и приобнял меня за плечи.

- Да я как только вас вместе увидел, все сразу и понял. И намекал тебе, как мог, помнишь?!

- Так ЭТО были намеки? - недоуменно покосилась на этого хитреца. - Я то думала, ты как всегда надо мной смеешься и шутки свои дурацкие шутишь.

- Глупая! Стал бы герцог мосты налаживать, магпочтой с тобой общаться, дом доверять, каждую свободную минутку в особняк наведываться, если бы не хотел узнать тебя поближе? Он ведь и так и этак вокруг тебя пляски устраивал, а ты все шарахалась от него, как от болезного. Вот скажи, если бы на месте Грандена твоего оказался простой деревенский парень и вел себя так же? Что бы ты подумала?