Искусницу вызывали, Ваша драконья Светлость?

И я поведал ему краткую версию событий, не вдаваясь в подробности первого обращения: про Зов, про свою новоприобретенную истинную, про полет и про проснувшийся артефакт, который стал действовать против своего владельца, причиняя вред. И лишь про проклятье, как и предсказала Магрита, ничего рассказать не смог. Пытался, но не получалось. Но по глазам друга я понял, что он о чем-то догадался и благоразумно смолчал.

- А теперь предстоит понять, как снять этот, Тьма его раздери, обруч! - завершил я рассказ. Подергал артефакт на руке и только зашипел от очередной волны боли.

Усмехнулся и откинулся в кресле, сложив руки на груди. Помнится, еще совсем недавно я так радовался, что нашел пресловутую защиту от драконьего оборота и вызова истинной. Судьба жестока. Мои действия обернулись против меня.

- Крайне нуждаюсь в твоем академическом мнении, в твоем профессиональном опыте и в дружеской поддержке, друг. В такую передрягу я еще не попадал.

Потом наклонился к Рейсу и попросил:

- Сними его с меня, очень прошу.

- Попробую, - лишь спустя несколько минут напряженного молчания выдал Рейс. - Но сдается мне, когда в дело вступают Высшие, простой магической науки может оказаться недостаточно, Ксандр.

Слова Рейсгарда оказались пророческими. Что только он не пытался делать со своим артефактом: и тянул, и крутил, и стучал по стыку, и пытался его спалить. Но в последний момент передумал, потому что я бы плохо смотрелся с обожженной конечностью.

Сначала он действовал бережно и осторожно, но по мере множащихся неудач разъярялся сильнее и действовал со все силой. Благо сделан артефакт был на века, настоящим мастером своего дела. Тем самым, который забыл предусмотреть, что его работу подопытный решит однажды снять и не сможет.

- Как же я умудрился так просчитаться? - недоумевал Рейс. - Я ведь заложил в его основу вектор открывания и закрывания. Почему не работает?!

Непонятно, к кому в такие минуты обращался мой заполошный друг, но я только плечами пожимал и вынужденно помалкивал. Молчал и браслет. Он напоминал мне холодный, гладкий, идеально замкнутый круг, который вообще не собирался кого-то там отпускать на волю.

Наконец Рейс тяжко вздохнул, вытер дрожащей рукой пот со лба и уселся прямо на пол, согнув ноги в коленях. Терпение его подошло к концу. Растаяла и моя надежда на простое решение проблемы.

Все-таки богиня не солгала и не пыталась обыграть меня. Магрита сказала чистую правду. Магическая наука здесь бесполезна.

Тогда я решил сменить тактику и действовать через истинную.

Общение с Анникой оказалось гораздо приятнее и волнительнее. Но как на зло, проблемы в семейном деле и в особняке Гранденов стали сыпаться на мою голову как из рога изобилия, одна за другой, без остановки. Словно боги проверяли меня на прочность и, одновременно, играли со мной в хитрые игры.

Все мои попытки наладить общение с Анникой проваливались: то по причине катастрофического отсутствия времени, то при содействии добрых родственников, то при поддержке поганца Овентура, решившего окончательно истрепать мне последние нервы.

Конкуренты тоже не дремали. Наоборот, складывалось впечатление, что другие модные дома спешно активизировались и объединялись в один грозный союз и жаждали моей крови. Шучу, конечно. Но определенно, они сговорились между собой и тайно готовили мне какой-то модный «приговор».

Еще и Каэрон стал чудить. Я обнаруживал себя в облике дракона к месту и не к месту, часто не мог вспомнить, когда и где превратился. Как только не попадался горожанам на глаза? Власть хищника становилась сильнее. Последней выходкой стала кража пирога на собственной кухне, когда меня и застала Анника. С этим нужно было что-то делать.

И как я должен был завоевывать сердце своей истинной пары в таких условиях?! Да еще и каким-то непостижимым образом влюбиться сам!

Как же я вымотался, одним богам известно. И я позволил себе поддаться чувствам. Я воспользовался незнанием мисс Леруа драконьих повадок и правил и заманил ее в свой сон, а потом… пошел на поводу у эмоций. Глупый и бесчестный поступок! Нельзя было нападать на нее, как какое-то животное. Я напугал Аннику и был закономерно отвергнут.

И понял одну простую и такую очевидную вещь: я уже влюблен в Аннику Леруа!

Видимо, только такой идиот как я мог умудриться и вбить себе в голову, что любовь нужно призывать или как-то взращивать. Вероятно, особыми танцами с шиенскими бубнами. А иначе как объяснить, что это теплое и светлое чувство поселилось в моем сердце совершенно незаметно?!

Самое главное, ничего я для этого не делал. Всего-то учился заново улыбаться рядом с Анникой, совместно заниматься привычными домашними делами, умиляться румянцу смущения на ее щеках, подмечать смешные лучики вокруг глаз, когда она веселиться, трепетать, беря ее мимолетно за руку на приеме, не смея рассчитывать на большее. Просто проводил время вместе со своей истинной парой, хоть и выпадало нам для этого не так много шансов.

А теперь и вовсе мое время на исходе. Я чувствую грозную поступь проклятья. Однако уступать я не намерен. Пусть я не могу сказать напрямую, пусть нам даровали так мало дней, я верю, что боги не смогут всего предусмотреть. А потому оставляю Аннике подсказку.

Сам же отправляюсь в сокровенное место для нашей семьи и буду ждать. Ждать, что Анника услышит и придет вовремя, чтобы спасти одного глупого влюбленного дракона. Она найдет меня.

Конечно, если Любовь окажется взаимной.

Глава 8.1

Плотно подкрепившись фирменными пирогами матушки Фло, — ибо проблемы-проблемами, а завтрак никто не отменял! — мы дружной командой пустились в обратный путь.

При этом Гракх беспрерывно шутил, Софи очаровательно краснела, Ромона умилительно улыбалась, а Ру воодушевленно наматывал круги вокруг нас, совершенно позабыв про необходимость прятаться от магполиции. Судя по всему, в надежде, что ни у одного бдительного стража не возникнет желания проверить мои документы на законность ведения магической практики.

Особняк Гранденов встретил нас поразительной тишиной. По сравнению с нарастающим и привычным городским шумом в доме царили подозрительный мир и покой, только какие-то крайне растерянные и потерянные. Прям как малочисленные слуги и многочисленные домочадцы. Все тихо сидели по комнатам и молча чего-то ждали. Вероятно, гласа с Небесных чертогов, ни много ни мало.

Но пришел наш бравый отряд по спасению загибающегося празднования дня Солнцестояния и работа закипела вновь.

В кухне, на радость другим поварам, снова воцарился шеф-повар Гракх и царственной поварской персоной вдохновил своих кулинарных последователей на невероятные по вкусноте и красоте свершения.

Неожиданно активизировалась Софи, удивив Ромону и меня ярым желанием сотворить из предстоящего этим вечером Солнечного бала нечто грандиозное, чтобы помнилось в веках.

Для начала девчонка приказала вынести из гардеробной весь «овентуровский» хлам, оставив в центре манекен со своим бальным платьем. Вдохновленные горничные быстро растащили дорогостоящие никчемные наряды на тряпки, припасся кое-то для особо нуждающихся и изрядно пополнив собственные сундуки.

Дальше младшая Гранден приказала сменить занавески в главном зале, обновить обивку жестких стульев в кабинете брата, добраться до пыли в самых отдаленных уголках дома, подготовить открытую веранду, взбить диванные подушки, обновить перила на центральной лестнице. В общем, разошлась молодая хозяйка не на шутку.

И пока мы не начали капитальный ремонт помещений особняка Гранденов, нам с Ромоной пришлось срочно отвлекать Софи от насущных дел. С ходу мне удалось придумать лишь одно неотложное занятие — разработку моделей будущей коллекции дома ДеГранд.

Кто знает, может юный ум, не слишком обремененный ошибками прошлого, вдохновиться на нечто неожиданное и потрясающее. Главное, чтобы дом перестал сотрясаться от ее неудержимой активности.

- Девочки, пора приводить себя в должный вид и примерять наряды! — торжественно провозгласила Ромона несколько часов спустя, пролетевших настолько незаметно, что мы с Софи удивленно вылупились друг на друга, оторвав глаза от листков с эскизами, разбросанными в ее спальне повсюду.

- Вот именно! — пожурила нас улыбающаяся леди Синклер. — Особняк готов, веранда и парк горят яркими приветливыми огнями. Все получилось настолько волшебно, что впору приглашать императорскую семью. Вам обеим есть чем гордиться, мои дорогие!

Говоря это, она мягко, но решительно подняла нас с пола.

- А теперь пора и честь знать. — Ромона подтолкнула Софи к ванной комнате, а меня — к выходу. — Хозяйки этого вечера должны блистать, поражая гостей своим великолепием!

С данным фактом сложно поспорить. Ударить в грязь лицом никак нельзя. Но если в отношении Софи все было предельно ясно — она Гранден и распоряжается в доме на законных основаниях. А что касается меня… Кто я здесь? Экономка? Компаньонка?

Однако на этот раз я решила не давать сомнениям волю. Слова из письма Александра, что грели сердце, дарили мне некоторую надежду. И я категорически не желала более следовать своим страхам. Зато теперь внутри поселилась незримая тревога.

С момента возвращения в особняк старший Гранден присутствовал в мыслях неотступно. И нарастало мучительное напряжение.

Домочадцы хоть и делали вид, что все в порядке, в глубине души многие волновались. Эдгар наматывал круги по парку, пытаясь придумать, как связаться в другом. Заходил страж магической полиции и заверил, что делается все возможное, чтобы выйти на след герцога, но верилось с трудом. Несколько раз прибегал исполнительный секретарь Грандена, Динмарк, и справлялся, не вернулся ли полноправный хозяин.

Была записка от некоего Рейсгарда Киннигана, на поверку оказавшегося ректором императорской магической академии Рейнакар, крайне озадаченно интересующегося: «Куда, Тьма тебя раздери, твоя герцогская задница запропастилась?».

Я тихо разводила руками, а сама замечала: чем ближе подступал вечер, тем сложнее становилось усидеть на месте. Не потому, что хотелось заново переделать нескончаемые дела по дому. А потому что с каждым прожитым часов становилось нестерпимо ждать и надеяться. Моя неусидчивая натура, на которую часто пеняла мне матушка, требовала действий. И немедленных.

Наконец, я уступила нарастающему зову внутри себя и незаметно заперлась в гостевой спальне. Не то, неправильно. Тогда я тихо, как мышка, прокралась к другой двери, открыла ее «пустым» ключом-артефактом и аккуратно прикрыла за собой, провернув замок для верности.

Хотелось побыть в одиночестве, наедине со своими мыслями и в окружении принадлежащих Александру вещей. Впитать ауру этого места, так похожего на своего властного хозяина.

Это была спальня истинного джентльмена. Обстановка — сдержанная и чисто мужская, ничего лишнего, все на своих местах. С широкой кроватью в центре, с лаконичным изголовьем и темно-синим покрывалом. У окна стоял массивный стол из мореного дуба с бронзовой лампой и небольшой стопкой книг. Рядом расположилось кожаное кресло с чуть потертыми подлокотниками.

Я сглотнула, представив Александра сидящим в нем — в непринужденной, расслабленной позе.

На стенах висело несколько гравюр и портретов родственников, на каминной полке стояли часы с круглым циферблатом. Тяжелые шторы приглушали закатный свет, красивый наборный паркет был прикрыт плотным ковром с неброским узором.

В воздухе едва уловимо витал аромат сандала и воска. Я с удовольствием сделала несколько продолжительных вдохов. В голове слегка затуманилось, а запястье привычно закололо. Наверное, рисунок дракона опять проявлялся, тогда кожу снова начинало жечь.

Особняк Гранденов жил последние часы перед грандиозным счастливым событием или катастрофическим светским провалом. В комнате Александра Грандена царили тишина, порядок и спокойная респектабельность. Под стать хозяину.

Я молча прошла и села в кресло, медленно прикрыла глаза и сосредоточилась на своих ощущениях, в конце концов. Что со мной происходит?

Хотелось куда-то бежать и кого-то искать… Впрочем, от себя хотя бы можно не скрываться? В душе зрело желание найти несносного герцога и спросить с него как следует. Бросил всех, куда-то смылся, не дает о себе знать и, главное, подозрительно молчит магпочта. Словно кто-то намеренно перекрыл последний канал связи.

Не мог Александр так поступить! Он бы уже раз пять поинтересовался, как продвигается подготовка к торжеству, несколько раз заглянул бы переодеться или чего-то вкусненького перехватить на кухне, прямо из под носа недовольного Гракха. И как минимум ответил бы своему другу и успокоил Динмарка. На Ксандра это было так непохоже!

Усидеть на месте не получалось. Я подскочила и стала наматывать круги по комнате, благо она была впечатляюще просторной, не спальня, а целое поле. Того и гляди наткнешься тут на гору давно потерянных императорских сокровищ древней династии Ранкар, лежащей на самом видном месте. Вот смеху будет!

Внезапно я резко остановилась, наткнувшись-таки на нечто невозможное. Присела на корточки и осторожно провела пальцами по контуру глубокой и несколько рваной борозды, некрасиво прорезавшей паркетный пол. Холод пронзил мгновенно, а пальцы мелко задрожали. Меня будто током прошибло от одной только мысли, что могло оставить такой след.

Борозда была не просто царапиной — она тянулась, плавно изгибаясь, словно кто-то намеренно провел по старинному паркету гигантским лезвием. Края были неровными, будто металл неизвестный металл врезался в твердую поверхность с чудовищной силой. Я провела ладонью вдоль следа, чувствуя, как под пальцами проступают острые зазубрины. Боги, да это был не один коготь! Скорее всего несколько острых когтей оставили эти зазубрины!

В груди все сжалось. Такие следы не мог оставить ни зверь, ни человек. В памяти всплыли недавние воспоминания об одних таких драконьих когтях — изогнутых, острых, с характерными бороздками у основания — способных оставить похожий след.

- Тот изумрудный дракон!.., — прошептала я, еще не до конца веря своим выводам. — Вот же мерзавец! Сам игрался со мной, а оказывается, приходил сюда на разведку! Выведывал обходные пути, ждал подходящее время… То-то его долго не было — затаился чешуйчатый, чтобы напасть в подходящий момент! А я-то молодец, нет, чтобы доложить о происшествии, поверила ему!.. И теперь… .

Сердце заколотилось где-то в горле. Нет, Анника, это не сон, не игра теней, а вполне себе пугающая реальность. В которой по моей вине Александра утащил изумрудный чешуйчатый монстр! Наверняка, то был дикий сородич или выживший из ума дворянин, обернувшийся зверем. Возможно, он — пресловутый конкурент, позарившийся на богатства Гранденов.

Но что же делать? Нужно обо всем сообщить стражам! Хотя кто мне поверит?!

Подождите! Я перестала метаться и замерла, осмысляя пришедшую светлую мысль: у меня есть иная связь с Ксадром.

Я нащупала сумочку на поясе, а рядом с ней — связку ключей. Вот ведь бестолковая, как же я могла забыть про эти замковые артефакты?!

Бедолага Ру проснулся от моей возни и высунулся, чтобы узнать, что меня тревожит…

А я застыла изваянием, оттого что жаром опалило щеки, по спине побежали мурашки, на лбу выступила испарина, а во рту резко пересохло. Потому что мне привиделся герцог. Прямо как тогда, в том сне в спальне Ромоны. Только положение Грандена сильно переменилось.

Александр стоял на краю скалистого утеса, так лаконично вписавшись в окружающий пейзаж, будто стал частью этого дикого, не прирученного уголка природы. Полураздетый — рубашка валялась где-то позади. Он подставил грудь резкому ветру. Тот разметал огненно-рыжие пряди по плечам, бросал их в лицо, но Александр не отводил взгляда, не пытался их убрать, а просто стоял и смотрел прямо перед собой.

Ветер хлестал по коже, словно пытался выбить из герцога все сомнения, все тяжелые мысли, что непосильным грузом давили изнутри.

Босые ступни крепко вжимались в шершавые камни, но вероятно боли Ксандр не чувствовал или она была ничтожна по сравнению с той бурей, что бушевала у него в душе. Я видела это по выражению лица, по напряженным плечам, по пальцам рук, которые то сжимались в кулаки, то разжимались. Мыслями он был далеко, словно пытался ухватить какую-то ускользающую мысль, найти, наконец, верное решение.

И, кажется, я ошиблась. Да, взгляд Александра был устремлен вдаль, туда, где небо сливалось с морем в единую свинцовую полосу, но, казалось, он не видел ни горизонта, ни бушующих волн, разбивающихся о скалы внизу. Он смотрел внутрь себя, ведя молчаливую и ожесточенную борьбу.

В его застывшем силуэте было что-то почти отчаянное и в то же время — непоколебимое: любой ценой мужчина жаждал выстоять! Но перед чем или кем? А впрочем, я догадывалась.

Тут видение начало рассеиваться и то ли я не вовремя моргнула, то ли просто отвлеклась, но образ Александра растворился, исчез, а на его месте возникла изумрудная чешуйчатая ящерица! Ах ты, драконий засранец! Куда ты дел Ксандра?

Зря я потчевала тебя булкой, нужно было стражу звать!

Внутри меня теперь бушевала буря, не меньшая, чем на скалистом утесе, который медленно, но верно отдалялся от меня, как бы я ни просила. И когда я очередной раз оглянулась, обнаружила себя в полном одиночестве спальни. Я снова стояла на паркетном полу в особняке Гранденов, в Ирнистаде и молча взирала на противоположную стену. С нее на меня с не меньшим недоумением пялился какой-то гранденовский родственник.

- Сказал бы, что делать, что ли… Пользы от тебя никакой! — злобно фыркнула. Закатала рукава повыше, сосредоточилась на образе Ксандра на той скале, крепко схватилась за нужный ключ — тот, что так похож на перстень, — … и мгновенно перенеслась.

Жалко половник с собой не прихватила. И, вероятно, мозги тоже. Потому что я очутилась на каком-то далеком и неизведанном утесе, обдуваемом всеми ветрами, наедине со свирепым чешуйчатым монстром, решившим мной пообедать. И где была моя голова?!

Когда дракон ринулся на меня, Ру среагировал молниеносно и преградил ему путь, грозно ощерившись, словно хищный зверь. За несколько секунд малыш раздулся и ввысь, и вширь, встав магической заслонкой. Но я понимала, что надолго его не хватит. А что может мой дар искусницы в такой ситуации? Драконы, как известно, одежду не носят, стягивать или расширять швы не на чем.

Странно! Взглянув мельком в горящие янтарным светом глаза дракона, я поняла, что с ним что-то приключилось с момента нашей последней встречи — он словно… одичал?! Стал каким-то чужим, необузданным что ли, больше похожим на кровожадное чудовище. Но ведь это невозможно… Я же знаю, что это, по сути, тот же человек, только в обличье дракона, верно? Тогда почему он напал на беззащитного? Что-то здесь не так.

- Извини, — прокричала я, — пирог не прихватила. Но ты же не станешь угощаться мной, правда?

Внезапно произошли две вещи: дракон чихнул и взгляд его прояснился, а моя метка на руке начала сиять сквозь плотную ткань рукава, и вскоре ее неудержимый свет вырвался на свободу мощным потоком и ринулся на опешившего дракона.

Тот попятился, но было поздно — свет окутал его в кокон, как нерадивое чадо, и поднял над землей. Дракон взревел, но сделать ничего не мог — он оказался в ловушке.

Несколько секунд я молча хлопала глазами на это впечатляющее зрелище — рвущегося наружу дракона качало в светящемся коконе, как недовольного младенца в колыбели.

- Ну и что ты возмущаешься? — пришла в себя и попеняла этому горе-переростку. — Будешь знать, как девушек пугать. А теперь отвечай немедленно: что ты сделал с Александром Гранденом, бессовестный?

Ветер не к месту кинул выбившуюся прядь в лицо, пришлось отплевываться и тереть глаза. Наверное поэтому я невольно расфокусировала зрение… и увидела Ксандра на месте висящего в воздухе дракона! Зажмурилась — снова открыла глаза. Чешуйчатый все так же бодался с потоками света, пытаясь вырваться из плена.

- Ру, а ну подожди. Отойди-ка, малыш, я кое-что проверю… — попросила я и, пригнувшись от очередного порыва несносного ветра, так жаждущего скинуть меня со скалы, приблизилась к дракону.

- Ииии? — высказал недоумение по поводу поведения хозяйки маленький помощник.

- Не думай, что я сошла с ума, но мне кажется, что Грандена искать больше не нужно… — пробормотала в ответ и встала нос к носу с драконом: я — с одной стороны кокона, он — с другой. Так мы и замерли, глядя в глаза друг друга и заново узнавая. Через минуту я тихо попросила: — Послушай, если ты Ксандр, просто моргни два раза, ладно?

Ру как раз вылез из-за моего плеча. Дракон потряс шипастой головой, словно сбрасывая дремоту или прогоняя наваждение, а потом действительно моргнул — ровно два раза, как я и попросила.

Я так и присела. Каменистая поверхность встретила меня неласково, да еще и рука провалилась в какую-то трещину, так что я чуть не приложилась лбом об утес. На этот раз дракон среагировал быстрее, чем помощник: видимо, кокон «решил», что монстр достаточно усмирен, поэтому выпустил его наружу, и чешуйчатый успел подставить морду мне под руку, прежде чем случился конфуз.

- Уффф, ну и гигант же ты!.. — проворчала, уткнувшись в твердую, будто отлитую из бронзы чешую. Она была какой-то зернистой, с едва уловимыми бугорками. Протянула руку и осторожно положила ладонь — под пальцами теперь чувствовалась не просто твердость, а живая тяжесть. А еще жар пробивался даже сквозь плотный узор пластин.

Кожа между чешуйками оказалась неожиданно тонкой и теплой, почти бархатной, на контрасте с жесткой броней. Я невольно затаила дыхание, ощущая как под этой приятной на ощупь прослойкой перекатываются тугие мышцы.

От дракона веяло сухим жаром, как от нагретого камня в полдень, и легким запахом грозы — острым, пряным, смешавшим в себе раскаленный металл и дикий ветер.

Я медленно провела по рельефным гребням на морде, шероховатым наростам у ноздрей, твердым валикам вокруг глаз. Было похоже, как если бы я щупала каменную глыбу, только ожившую и наполненную горячей силой. Дракон дышал скрытой энергией, а под броней чешуи пульсировала неудержимая древняя магия первопредков.

Чуть отстранилась, разглядывая узор на мощных скулах — переливы темно-изумрудного с угольно-черными прожилками напоминали молнии, навсегда застывшие в камне.

Встретилась взглядом с этим чешуйчатым чудом. Только тогда до меня дошло, что я прижимаюсь к морде дракона, а он даже шелохнуться боится, терпеливо ждет, пока я на ощупь пойму, насколько он огромный, живой и настоящий.

- Хммм, — пытается напомнить о себе Ру.

А мне не хочется никуда бежать, ничего делать, только сидеть в обнимку с изумрудным драконом, греться от его жара, прятаться от усиливающегося ветра за его массивной фигурой и смотреть в эти янтарные глаза без остановки.

Но в сердце с каждой минутой поселяется незримая печаль. Откуда? И только потом накатывает осознание: я обнимаюсь с Александром Гранденом в драконьем обличье!

- Ксандр, это ведь ты? — дракон снова грустно моргает два раза. — Тогда куда ты пропал? Почему не вернулся домой? Тебя все ищут! Софи волнуется, Эдгар себе места не находит, а Динмарк практически поселился в кабинете. Солнцестояние уже на носу, а ты тут полетами развлекаешься?! И вообще, нечестно разгуливать перед девушкой то в одном, то в другом обличье, не раскрывая ей правду! Почему ты не сказал, что ты можешь оборачиваться?

Я подскочила, правда тут же пришлось пригнуться от очередного яростного порыва разгулявшейся стихии.

- Ты можешь обернуться сейчас, — решительно заявила я, — у меня твоя заветная связка магических ключей-артефактов, мы вернемся переносом с их помощью. Ну же? Чего ты ждешь?!

И тут дракон взревел, но так жалобно и печально, что сердце чуть не остановилось в груди. И опять что-то стало меняться в выражении его морды и в блеске глаз — взгляд становился мутным и каким-то животным. Словно Ксандр-человек исчезал, а с каждой минутой все больше проявлялся настоящий дракон, дикий и необузданный.

- Что происходит? — в ужасе прошептала я, но мой голос потонул в завывании ветра.

Дальше происходило нечто странное: я почувствовала легкое прикосновение к щеке, чье-то дыхание на своем лице, кто-то мягко и нежно приобнял меня за плечи… и поцеловал в лоб, словно благословляя. Дыхание на губах было едва уловимым, но я вспомнила тот поцелуй в спальне и поняла, что каким-то непостижимым образом Ксандр… прощался со мной?! Нет! Это невозможно!..

Внезапно метка на запястье активизировалась: от нее протянулась яркая нить к лапе дракона, на которой я различила темный обруч, практически погрузившийся под кожу зверя, слившийся с ней. А вот вокруг металла разливалось знакомое сияние, как от моей метки. Но этот противный обруч не давал свету вырваться. Всеми фибрами души мне захотелось сделать одну вещь — разорвать это, Тьма его раздери, металлическое кольцо!