Бронзовые земли

Он выглядел плохо. Не просто усталым — измотанным до предела. Кожа вокруг глаз потемнела, губы потрескались, а пальцы, державшие фигурку, едва заметно подрагивали.

Он смотрел на меня внимательно, будто проверял, понимаю ли я вообще, где нахожусь.

— Вы... — голос сорвался.

Он поднял взгляд.

— Я.

Я сглотнула. В голове всё ещё плыло. Боль пульсировала в одном месте, и я потянулась рукой к затылку. Волосы слиплись, сбились в колтун, под ними прощупывалась твёрдая, горячая шишка.

Косторезнахмурился.

— Я проверил. Кроме травмы на голове, больше серьёзных увечий я не нашёл.

Я подняла на него осторожный взгляд. Но кто-то ведь наклонился ко мне. Кто-то отвлёк стрыгу. Кто-то перенёс меня сюда.

— Это вы меня спасли?

Он помедлил. Фигурка замерла в пальцах.

— Я нашёл тебя уже после всего, — сказал он наконец, и голос его звучал глухо, с хрипотцой. — Не знаю, что там произошло. Когда я пришёл, всё уже закончилось. Земля была изрыта, вокруг были следы борьбы. Наверное, кто-то задержал тварь.

Он немного помолчал.

— Если бы задержался хоть на минуту... ты бы уже не проснулась.

Он кивнул в сторону леса.

— Там остались останки. Кровь. Следы борьбы. Тварь могла вернуться.

Он говорил спокойно, но я слышала, как тяжело ему давались слова. Только пальцы, сжимавшие фигурку, дрогнули сильнее. А я с каждым его словом чувствовала, как внутри всё сжимается до тошноты.

Значит... стражи. Или нет.

Перед глазами снова вспыхнули тёмные фигуры в длинных мантиях. Свист клинков. Чей-то крик.

«Если ещё жива — беги».

Я зажмурилась.

Мне действительно показалось. Да и не важно, как я уцелела, когда

Желудок завязался узлом. Тошнота подступила к горлу.

— Улья— всхлипнула я.

Голова подруги у моих ног. Её прощальный взгляд. Я посмотрела на свои ступни, туфли тоже в красных пятнах. Я закрыла руками лицо. Нет, так не должно было быть. Мы должны были вдвоём уйти на службу. Мы должны были быть вместе там. Слёзы жгли глаза.

Он промолчал, пока я не стёрла быстро с щеки пробежавшую слезу, перевела взгляд на лес.

— Мне жаль, что твоя подруга не с нами, — сказал он наконец. Он произнёс это тихо. Без попытки утешить. Без пустых слов. — Но ты жива.

Я вскинула голову.

Ему жаль? Он правда ду