Полная версия
— Назад не получится.
— Это ещё почему?
— Там у меня другой пассажир едет.
— Ещё один? — нахмурилась Света. — Ты что, после основной работы подрабатываешь?
— Можно и так сказать, — усмехнулся я…
Мы перешли через дорогу, подошли к машине, я закинул чемодан в багажник, и краем глаза заметил, как заметно напряглась девушка…
— Что-то не так? — поинтересовался я.
— А где твой пассажир?
— Позади тебя…
— Ох ты ж! — обернувшись и подпрыгнув на месте, вскрикнула блондинка. — Напугал, гад! Это твоя собака?
— Ага, — усмехнулся я, открыл заднюю дверь, запустил пса внутрь и распахнул переднюю дверь перед девушкой. — Садись.
Дождался, пока она усядется и устроится поудобнее, захлопнул дверь, обошёл автомобиль и сел за руль. Краем глаза заметил, как моя пассажирка небрежно подтянула подол платья повыше, беззастенчиво оголив фигуристые бёдра, осторожно подула на свои сбитые коленки и стрельнула в мою сторону игривым взглядом, словно проверяя меня на прочность.
Я усмехнулся, провернул ключ в замке зажигания, хрустнул коробкой передач и неторопливо покатил по вечерним улицам города.
— Тебе куда? — поинтересовался я на ближайшем светофоре.
— До центральной автостанции, если можно.
— Могу до адреса подвезти.
— Не, не нужно, — покачала она головой.
— Как знаешь, — пожал я плечами, перестроился в соседний ряд и приготовился к повороту налево…
Несколько минут мы ехали молча. Девушка с интересом рассматривала в окно улицы большого незнакомого города, вывески и прохожих, потом вспомнила о пассажире на заднем сиденье, обернулась и с интересом глянула на пса.
— Какой красивый! — похвалила она и повернулась ко мне. — А ты женат?
— Угу. А ты?
— Я тоже, — кокетливо улыбнулась Света. — Муж, двое детишек, хозяйство…
— Двое? — удивлённо глянул я на свою пассажирку. — Тебе сколько лет-то?
— Двадцать три.
— И у тебя уже двое детей?
— Ага, — радостно подтвердила она. — У нас в селе с этим быстро. Это вы городские всё тянете.
— Это точно, — согласился я.
— Васька у меня хороший, — задумчиво произнесла девушка.
— Васька — это муж? — уточнил я.
— Ага. Он у меня трактористом работает… Дом у нас большой, каменный. Хозяйство не маленькое… Детишкам четыре и пять лет…
— И ты их оставила самих?
— А что? Они ж взрослые уже. И курей покормят, и гусей выгонят на речку. А мой мне так сказал — езжай к родичам, отдохни, погуляй, на город посмотри, в кино сходи. Мы справимся.
— Ясно.
— А ты давно женат? — внимательно посмотрела она на меня. — Детей, поди, нет?
— Недавно. Детей нет.
— Ну вот! — Светка победно ткнула в меня пальцем. — Я же говорила — вы городские вечно тянете кота за одно место.
— За усы? — на всякий случай уточнил я.
— Ага! За усы! — рассмеялась она. — А долго нам ещё до автостанции ехать?
— Минут двадцать. Уже меньше.
— Ясно… — протянула блондинка, поёрзав на месте.
Она устроилась поудобнее, закинула ногу на ногу и снова уставилась в окно. Мы выехали на широкое шоссе, ведущее к окраине, позади остались пятиэтажки, а с обеих сторон дороги потянулись высокие зелёные деревья…
— А вон там можешь тормознуть? — спустя пару минут попросила моя пассажирка, ткнув пальцем в лобовое стекло. — У лесочка.
— Зачем?
— Ну… В кустики хочу сходить. По-маленькому, — снова поёрзала она на сиденье. — В поезде вечно всё занято было.
— Да тут всего ничего до автостанции осталось, может, потерпишь?
— Не потерплю, — хмуро бросила девушка.
— Ну ладно… — не стал я спорить, сбросил скорость и аккуратно приткнул «копейку» у обочины.
Света выбралась из машины, одёрнула слегка задравшееся платье и прихрамывая, двинулась к деревьям, а уже через несколько секунд скрылась из вида в густых зарослях.
Я заглушил двигатель, вышел из машины, прислонился к двери, потрепал высунувшуюся из окна голову волкодава и лениво уставился вдаль, глядя на редкие, проскакивающие по шоссе автомобили…
Моей попутчицы не было долго. Я нетерпеливо глянул на часы, переглянулся с Туманом, посмотрел в сторону деревьев и тяжело вздохнул.
— Свет! — выкрикнул я, оторвавшись от машины. — Свет, ты там живая? Или тебя после вокзальных беляшей прикрутило?
Я прислушался, внимательно вглядываясь в тени между стволами деревьев и пытаясь уловить там хоть какое-то движение, так и не дождался ответа и тихо выругался.
— Чёрт! Только неприятностей с пропавшими попутчицами мне и не хватало… Сиди здесь, карауль машину! — приказал я своему четвероногому напарнику и двинулся в сторону деревьев…
Светку я нашёл на удивление быстро — она сидела на пеньке, посреди небольшой ровной лесной полянки, покрытой зелёной травой, словно Машенька из сказки.
Личико девушки уткнулось в ладони, плечи предательски подрагивали, подол платья был задран выше содранных коленок, а сама она едва слышно всхлипывала.
— Ну и чего ты тут рыдаешь? — произнёс я, остановившись напротив неё.
— Ничего… — буркнула Света, шмыгнув носом.
— Если бы было ничего, ты бы тут сырость не разводила. Ты, между прочим, чемодан у меня в багажнике оставила. А если бы я уехал? Осталась бы ты без сала, картошки и утки, — попытался я пошутить и хоть немного разрядить обстановку.
Она подняла на меня заплаканные глаза, робко улыбнулась и тут же снова шмыгнула носом.
— У нас с Васькой, мужем моим, уже полгода ничего не было… — неожиданно вывалила она на меня порцию откровений, и её подбородок снова предательски задрожал. — Он то ли любовницу завёл, Надьку эту из сельпо, то ли просто остыл ко мне. Я как родила, так некрасивая совсем стала…
— Ты дура? — искренне удивился я.
— Сам дурак! — огрызнулась блондинка.
— Свет, да ты же красавица! — совершенно честно произнёс я, присел перед девушкой на корточки и осторожно взял её за руки.
Девчушка правда была редкой красоткой. Её бы чуть причесать, подкрасить губки, аккуратно выщипать бровки — и любая дамочка из моего времени с тонной ботокса и силиконовыми варениками вместо губ от зависти бы лопнула.
— Врёшь, — уже не так уверенно произнесла она.
— Нахрена мне врать? — удивился я.
— Чтобы я не ревела. Мужики даже не смотрят на меня.
— Ну дураки они, значит. А может, просто мужа твоего боятся… Он же у тебя целый тракторист!
— Думаешь? — вытирая слёзы тыльной стороной ладони и всё ещё всхлипывая, с надеждой глянула на меня Светка.
— Уверен! Ты правда очень красивая. Задница отличная, ножки как у модели… Да и грудь — ох-хо-хо! — покачал я головой, оценивающе глянув в декольте девушки.
— Когда это ты мои ножки и задницу успел разглядеть? — в её голосе наконец-то прорезались игривые, кокетливые нотки.
— Так ты в машине мне всё своё добро так продемонстрировала, что грех было не заметить, — усмехнулся я.
— Я правда красивая? — затаив дыхание и глядя на меня широко раскрытыми глазами, произнесла она.
— Правда.
Блондинка скромно улыбнулась и резко подалась вперёд. Обвила мою шею руками, прижалась к моим губам горячим, солоноватым от слёз поцелуем и тихонько, облегчённо выдохнула…
— Ну всё, всё… — пробормотал я, пытаясь высвободиться из захвата. — Нам ехать пора…
ГЛАВА 8 – «ТИХИЙ СЕМЕЙНЫЙ ВОСКРЕСНЫЙ ВЕЧЕР»
Мы вышли из посадки, сели в автомобиль, я встретился с укоризненным взглядом Тумана, вздохнул и завёл двигатель. Вырулил от обочины и неторопливо повёл служебную «копейку» в сторону автостанции…
— Ты не подумай… Я не такая… — виновато пробормотала Света, нарушив слегка затянувшееся молчание. — Просто хочется иногда тепла и ласки… Да даже просто поцеловаться на сеновале… А у нас, стоит кому-то глазки построить — и всё село об этом знает. А тут… В городе… Никто ведь даже не узнает…
— Угу, — буркнул я…
К центральной автостанции я привёз её ровно к семи. Высадил, не доезжая чуток, достал тяжёлый чемодан из багажника и задумчиво посмотрел на виновато поглядывающую в мою сторону блондинку.
— Может, тебя всё же подбросить до адреса? — предложил я.
— Да не нужно, — отмахнулась Светка и затараторила, смешным сельским говором: — Дальше я сама. Спасибо! Не хочу, шоб родичи думали, будто я тут с симпатишными парнями на машине разъезжаю. Ещё подумают невесть шо и сболтнут лишнего… А Васька у меня знаешь какой ревнивый? У-у-ух! — продемонстрировала она мне свой кулачок.
— Понятно… — не сдержался и улыбнулся я.
— Эх… Не был бы ты женат… — мечтательно вздохнула девушка. — Я бы к тебе напросилась погостить маленько… Ладно, прощай, товарищ милиционер. И ты тоже прощай, Мухтар! — помахала она рукой Туману, подхватила свой тяжёлый чемодан и уверенной походкой двинулась в сторону здания автостанции.
Я проводил девушку взглядом, убедился в том, что она зашла в центральные двери автостанции, а не перепутала с перепугу и не прошла мимо, запрыгнул в авто и поехал в отдел.
Поболтал немного с Калининым, отдал ему пирожки, надеясь, что они ему понравятся, подписал журнал нарядов и помчал домой. Завтра у меня законный выходной…
К общежитию я подъехал около восьми. Припарковал авто, выпустил Тумана, дал ему прогуляться за гаражами минут десять и сделать свои собачьи дела, и поднялся к себе на этаж…
— Соколов! — радостно запрыгнула мне на шею Маринка. — А посмотри, кто к нам в гости приехал…
Она отодвинулась в сторону, открывая мне обзор, я заметил стоящий в углу комнаты знакомый чемодан, сидящую за столом девушку с ободранными коленками и удивлённо поскрёб затылок.
— Светка приехала! — объявила Марина. — Ну, чего стал как истукан? Заходи!
— Светка? — насторожился я, закрывая за собой дверь.
— Светка! — подтвердила Марина.
— Э-э-э… — пытаясь потянуть время и сообразить, что к чему, проблеял я. — И надолго она к нам?
— До девятого мая. Девятого вечером уезжает…
— И где она жить будет? В смысле, спать?
— У нас! Мы ляжем на полу, а она кровать займёт.
— Ещё чего! Я кровать не отдам, — помотал я головой.
— Ну что ты ворчливый такой? Это же гости… — пристыдила меня Марина и тут же пошла на уступки: — Ладно, попрошу раскладушку у соседей… Ну и что вы как неродные? — глянула она на меня, затем на девушку за столом и снова на меня. — Знакомьтесь! Света — это Андрей, мой муж. Андрей — это Светка, моя младшая сестрёнка.
— У тебя есть сестра? — пробормотал я, глянув на слегка побледневшую и примолкшую Светку.
— Соколов, ты дурак? — удивлённо посмотрела на меня Марина. — И шутки у тебя дурацкие… Я тебе об этом тыщу раз говорила! А о том, что она сегодня приезжает, говорила неделю назад!
Точно… Отцу она, может, и говорила… Но всё равно, почему я о ней слышу в первый раз?
— Двоюродная сестра? — уточнил я, потому как родных у матери точно не водилось.
— Ну а какая ещё? — удивлённо вытаращилась на меня Марина.
И всё равно странно. Ладно, я двоюродных родственников знал не очень. Но почему я даже не слышал о какой-то тётке Светке из села?
— А почему она на нашей свадьбе не была?
— Опять ты это начинаешь? — Марина закатила глаза под лоб. — Ну говорили уже об этом тыщу раз!
— Да?
— Да!
— И почему же? — не желал я так легко сдаваться.
— Потому! Муж её дурной в запой ушёл, детей не с кем было оставить… И хозяйство. Знаешь, какое у них хозяйство?
— Куры, кролики, корова… — перечислил я.
— Именно!
— А раньше мы почему с ней не встречались? — я упрямо пытался понять, как так вышло, что сестра матери и отец не виделись ни разу в жизни, а судя по тому, что Светка не признала меня на вокзале, они как раз и не виделись.
— Что за допрос, Соколов? — прищурилась Марина. — Я откуда знаю, почему вы не встречались? Ты вечно занят, тебе вечно некогда, вот мы к ним в гости не ездили, а они к нам со своим хозяйством как приедут? Хорошо хоть, в этот раз её отпустили… Ладно, мой руки и за стол. Ужинать будем.
— А что у нас на ужин? — обречённо вздохнул я, двинувшись к закутку с импровизированной раковиной в виде миски и ковшика с водой.
— Вареники с картошкой и сметаной…
— Вареники — это хорошо…
— А Светка нам, знаешь, что привезла? — весёлым голоском поинтересовалась у меня за спиной Марина.
— Сало, картошку и утку? — «угадал» я.
— Откуда ты знаешь? — удивлённо вытаращилась она на меня. — А! Опять эти твои шуточки… Но ты угадал, как ни странно…
Угу… Угадал…
Я сполоснул руки, сел за стол, ещё раз мельком глянул на исподтишка посматривающую на меня Светку и вздохнул. Да уж… Ситуация…
— Ты представь, как эта дурёха добиралась до нас, — расставляя на столе тарелки и столовые приборы, защебетала Маринка. — Сначала с железнодорожного вокзала на центральную автостанцию — а это, на минуточку, в другом конце города! А потом уже с автостанции к нашему общежитию с двумя пересадками. Хотя, могла сразу с ж/д до нас доехать одним маршрутом. Это ж какого ты кругаля дала? — укоризненно посмотрела она на младшую сестрёнку.
— Как помнила, так и ехала, — буркнула Светка, бросив на меня косой взгляд. — У вас тут в городе чёрт голову сломит…
— Могла бы такси взять, — вздохнула Марина, накладывая по тарелкам горячие вареники с жареным луком. — Тем более, транспорт в воскресенье вечером так себе ходит. Тебе ещё повезло, что не пришлось ночевать на остановке.
— Я ваш адрес не помню. Помню только, на каком маршруте ехать и где выходить…
— Ладно, давайте есть уже, а то остывает, — покачала Марина головой, ставя на стол банку солёных огурцов, графин с чем-то горючим и три небольшие стопки. — За встречу нужно выпить! — объявила она, усаживаясь слева от меня…
Ужин прошёл за болтовнёй двух давно не видевшихся сестёр. Марина что-то тарахтела, Светка рассказывала о жизни в селе, а я ковырял вилкой в тарелке, благоразумно отказавшись от спиртного.
Девчонки выпили по одной, закусили варениками, потом пропустили ещё по рюмашке и размякли…
Минут через двадцать Марина собрала со стола пустые тарелки, цыкнула на сестрёнку, порывавшуюся помочь, и пошла на общую кухню мыть посуду.
— Сейчас чайник поставлю, попьём чайку с печеньем, — объявила она и скрылась в коридоре.
Мы со Светкой переглянулись, я отсел от неё от греха подальше, и задумчиво уставился в окно.
— Ты муж Маринки?! — первой не выдержала и нарушила молчание Светка.
— А ты её сестра? — не менее возмущённо выдал я.
— Чёрт! — выругалась девушка. — Не говори ни слова о… о том, что было. Меня Васька из дома выгонит, если узнает.
— Ты о том поцелуе? — усмехнулся я. — Когда ты мне свой язык в горло засунула?
— Андрей! — зашипела девушка, покосившись в сторону двери. — Ну пожалуйста! Не говори…
— Да я как-то и не планировал, — буркнул я. — Не в моих интересах, чтобы Марина об этом узнала.
— Да Маринка-то у тебя хорошая, поругает и простит, — вздохнула Света. — Не то, что мой Васька.
— Ну да, конечно… — хмыкнул я…
И всё равно странно, что я о ней ничего не слышал. Тётка Светка из села… Хм… Даже не шелохнулось ничего. Почему? Да я даже парочку троюродных братьев матери могу вспомнить, а её сестру нет. Странно…
— А фамилия твоя как? — подозрительно глянул я на притихшую девушку, жующую солёный огурчик из банки.
— А зачем тебе?
— Это у него профессиональный интерес, — ответила за меня Марина, вошедшая в комнату с горячим чайником в руке. — Любит Соколов везде свой нос совать. Если бы ещё запоминал всё… — вздохнула она. — А то — тут помню, тут не помню…
— Минаева моя фамилия, — сжалилась надо мной Света.
Хм… Минаева… Гражданка Минаева Светлана Николаевна, тысяча девятьсот пятьдесят седьмого года рождения, проживающая по адресу улица Весенняя, дом тринадцать? Дерьмо!
Я удивлённо глянул на притихшую Светку, посмотрел на Маринку, разливающую чай из зверобоя по чашкам, и отвернулся к окну, пытаясь скрыть наверняка заметно пришибленное выражение своего лица.
Светлана Минаева… Я знал это имя. Она стала жертвой одного из орловских маньяков и была убита девятого мая в лесополосе возле железнодорожной станции в Орле, возвращаясь от сестры последней электричкой домой, в своё село…
Дерьмо! Так это моя тётка? Почему мне мать об этом не рассказывала, и почему в деле этого не было? Хотя, понятно почему. Матери вспоминать это было не очень приятно, наверняка она винила себя в её гибели. А в деле были только близкие родственники — муж, дети, родители…
Но почему следователь не указал, от кого возвращалась гражданка Минаева и у каких именно родственников гостила? То ли я так невнимательно изучал дело жертвы, то ли следователь слишком халатно и небрежно отнёсся к расследованию. Да уж…
Ну теперь хоть стало понятно, почему я о ней не слышал. Это не та история, которую рассказывают за семейным столом. Такое вообще стараются не вспоминать. И, кажется, я догадываюсь, почему отец воспринял это дело, как личное. К ним в гости приехала сестра жены, побыла неделю, а потом её нашли мёртвой. Отец будто не смог её уберечь, вот и гонялся за призраком. Догонялся на свою голову… Хотя, не факт. Может это была одна из причин, которые толкнули его на поиски убийцы, а может он вообще вышел на маньяка случайно. Кто его знает.
— Чего задумался, Соколов? — заметив моё молчание, поинтересовалась Марина.
— Да так… — вздохнул я, поднимаясь из-за стола. — Пойду прогуляюсь с Туманом, подышу свежим воздухом.
Пёс услышал своё имя, подскочил с коврика, схватил в зубы лежащий на тумбочке поводок и выжидающе замер у двери, повиливая хвостом.
— Ну иди… — усмехнулась Маринка. — А мы тут пока потрещим по-женски и перемоем вам, мужикам, все косточки…
— Угу, — буркнул я. — Только глубоко не копайте, а то мало ли какие семейные секреты выберутся наружу…
Светка хмуро глянула на меня, повернулась к сестре и мило улыбнулась ей. А я сунул ноги в сандалии, взял поводок и вышел из комнаты, оставив девчонок трещать о своём…
Да уж… Собака, тётушка… Сюрприз на сюрпризе. Чего, интересно, ещё я не знал о своих родителях? Может они масоны, или американские агенты? Нет, шутки шутками, но не рассказать мне о собаке и убитой тётушке — это уже перебор…
С прогулки я пришёл через час, как следует проветрив голову и разложив по полочкам полученную информацию. Девчонки уже спали — одна заняла кровать, вторая тихонько посапывала на раскладушке у стены.
Стараясь не шуметь, я сходил в душевую, помылся, почистил зубы, вернулся и растерянно замер посреди комнаты, пытаясь понять, кто из них кто.
Чёрт! Не перепутать бы их в темноте — обе блондинки, обе похожи друг на дружку…
— Марин… — потормошил я лежащую на кровати ко мне спиной девушку.
— Чего тебе, Соколов?
Ага, значит, моя…
— Да ничего, спи… — мысленно усмехнулся я, скинул одежду, забрался в кровать, закинул руки за голову и уставился в потолок.
Да уж, ситуация…
— Соколо-о-о-ов! — обдал моё ухо жаркий, слегка пьяненький женский шёпот, а к моему боку, скрипнув кроватной сеткой, прижалось крепкое и упругое женское тельце. — Хватит прикидываться спящим!
— Я не прикидываюсь. Я правда сплю… — проворчал я.
— Потом поспишь! — настойчиво попыталась стянуть с меня семейные трусы блондинка, а я так же настойчиво и крепко вцепился в резинку этих самых трусов. — Соколов! — недовольно фыркнула она.
— Соколова! — не остался я в долгу.
— Ты собираешься исполнять супружеский долг или кто?
— Здесь?! — в ужасе прошептал я. — Сейчас?
— Нет, блин! Под куполом цирка! Через год! Не беси меня, Соколов!
— Твоя сестра в паре метров от нас, Марин! — напомнил я.
— Ну и что? Подумаешь… Она спит.
— А если не спит?
— Светка, а Светка! — громким шёпотом позвала сестру Марина. — Ты спишь? Вот видишь? Спит.
— Нет, — покачал я головой в темноте. — Я так не могу. Я не такой, Марин! Не при чужих же людях, ей-богу!
— Не такой он! — проворчала девушка. — Ну ты у меня ещё попросишь что-нибудь!
Она фыркнула, отстранилась, перевернулась на другой бок, красноречиво продемонстрировав мне гневную и недовольную мной спину, сдёрнула с меня одеяло и притихла.
— Марин… Ну правда… — осторожно произнёс я. — Ты что, дуешься?
— Сам ты дуешься! А я злюсь на тебя! И очень сильно!
— Ну Марин… Ну прости… Потерпи немного. Вот уедет девятого твоя сестра, тогда хоть всю ночь ко мне приставай…
Марина тяжело вздохнула, повернулась ко мне передом, забралась мне подмышку, обняла рукой за грудь и забросила на меня ногу.
— Ладно, потерплю… — согласилась она. — Но ты всё равно ещё не прощён!
— Хорошо. Буду иметь в виду, — усмехнулся я, радуясь своей маленькой победе и отсрочке в исполнении супружеского долга хотя бы до девятого мая.
Маринка зашуршала в темноте тканью, дотянулась до моего лица и чмокнула в губы.
— Рано или поздно, Соколов, ты за всё мне ответишь, и я стребую с тебя все накопившиеся долги! — пообещала она мне, обдав слегка хмельным дыханием, погладила меня по щеке, обняла покрепче и через минуту притихла, тихонько засопев у меня подмышкой…
* * *
Разбудило меня весёлое щебетание женских голосов и звяканье ложки о чашку. Я приоткрыл глаза, посмотрел на двух блондинок, мило воркующих за обеденным столом, понял, что мне это не снится, тихонько застонал и накрылся подушкой.
— С Туманом я погуляла, завтрак на столе, — донёсся до меня голосок Марины, наверняка заметившей моё пробуждение.
— Угу, — буркнул я из-под подушки.
— Свету сегодня своди куда-нибудь. Город ей покажи.
— В смысле? — недоумённо пробормотал я, выбрался из-под подушки и внимательно посмотрел на девушек.
— В коромысле!
— А ты?
— А я на работу, Соколов. Не все у нас могут в будний день до обеда в постельке валяться.
— Эй! — возмутился я, приподнимаясь на локте. — А то, что я все праздники и выходные работал, это не в счёт?
— В счёт, — сочувственно вздохнула Марина. — Но Свету всё равно нужно развлечь. Она к нам в гости приехала не для того, чтобы в тесной комнатушке целыми днями сидеть.
— Так-то у меня своих дел полно, — проворчал я, покосившись на притихшую с кружкой чая гостью.
— Ну Андрюш… Пожалуйста, — жалобно заканючила Марина. — Ну ты же у меня хороший, самый лучший…
— Ладно, — сдался я, понимая, что спорить бесполезно. — Придумаю что-нибудь.
— Спасибо, дорогой! — прощебетала Маринка, подмигнула Светке, глянула на тонкие серебряные часики на запястье и тут же подскочила со своего места. — Блин! Я уже на работу опаздываю.
— Может, тебя подбросить? — предложил я.
— Правда? — обрадованно замерла она на месте. — А давай! С мигалкой и сиреной мы за пять минут домчим…
— Ага, как же, — фыркнул я, выбираясь из кровати и натягивая штаны. — Чтобы мне потом по шапке надавали и машину забрали?
— Ну без сирены так без сирены, — огорчённо вздохнула Марина. — Я готова, если что. Тебя долго ждать?
— Пять минут…
Я подошёл к столу, закинул в рот пару бутербродов с докторской колбасой и сыром, запил сладким чаем, быстро умылся у тазика, почистил зубы, натянул рубашку, пригладил волосы мокрой ладонью и через десять минут мы с Мариной уже ехали по утреннему Орлу в сторону машиностроительного завода…
Дорогу и адрес мне выведывать не пришлось. Я хорошо помнил, что в восьмидесятом мать работала на заводе бухгалтером, в тесном женском коллективе, почти до начала девяностых. Приличная для этого времени профессия, хорошая должность, неплохая зарплата в 140 рублей, премии за выполнение планов, удобный график, отпуска, отгулы, дружный коллектив и уважение коллег…
Это потом, уже в девяностых, завод искусственно обанкротили, распродали по кускам за копейки, зарплату перестали платить месяцами, и мать ушла к частнику в кооператив, на какую-то овощную оптовую базу. Бухгалтеры нужны всегда…
К проходной мы подъехали без четверти восемь. Административный корпус завода выглядел солидно — добротный белый кирпич, широкие ступени, большой стенд с фотографиями передовиков, под высокими деревьями стояли выкрашенные свежей краской скамейки, а к проходной со всех сторон стекался поток рабочих, спешащих на смену…
— Ладно, всё, давай, — торопливо открыв дверь и выскочив из автомобиля, произнесла Марина. — До вечера.
— Ты во сколько сегодня заканчиваешь? — выбравшись следом за девушкой, поинтересовался я.
— Как всегда, в шесть. А что?
— Если получится, приеду, заберу тебя, — пожал я плечами.
— Правда? — просияла Маринка. — Ой, девчонки в бухгалтерии обзавидуются! Будут думать, что меня личный шофёр возит, прямо как какую-нибудь киноактрису. Всё, я побежала. А то Нина Георгиевна жуть как не любит опоздашек, — выпалила она, быстро приблизилась ко мне, чмокнула меня в губы и лёгкой походкой побежала к проходной, ловко лавируя между работягами.
