Билет домой

— Ну что, сейчас огурчики, помидорчики помою, и будем ужинать, — по‑хозяйски сказал Кир.

— А Игоря Петровича не надо дождаться?

— Не, если он к соседу ушёл, это надолго. Но уверяю тебя, с утра он будет бодрее нас.

Я кивнула и села в кресло, укрытое клетчатым пледом, поджав под себя одну ногу. Утром должна была приехать Марина, и мы бы отправились на Ольхон. Я открыла прогноз погоды в надежде, что будет дождь или шторм. Тогда наша поездка не состоялась бы. Как назло, погода обещала быть прекрасной.

— Что ты там выискиваешь в интернете, Ди?

— Погоду смотрю на завтра. Вдруг, всё-таки, дождь будет или гроза опять, — с некоторой надеждой и одновременно разочарованием в голосе произнесла я.

— Ди, ну что ты всё переживаешь. Нас же дядя Игорь проводит, всё путём будет. Ри хоть и страдает нестабильностью, но она умеет управлять лодкой. И с ответственностью у неё всё в порядке. Я буду рядом, подстрахую, если что. А дядя Игорь присмотрит за нами. Давай, заканчивай волноваться! Садись за стол, а то остынет.

В этот момент у Кира в кармане зазвонил телефон.

— А вот и Ри звонит, — Кир показал мне экран, на котором высветилось её имя.

— Вспомнишь солнце — вот и лучик, — пробубнила я и села за стол, придвинув к себе тарелку с овощами.

— Да, Ри. Ага, понял. Ну хорошо. Во сколько? Отлично! Всё, до встречи! — Кир положил трубку и сел напротив меня.

Я в задумчивости ела уже второй огурец. Летние овощи всегда невероятно вкусные, даже если их есть просто так, без всего.

— Что там Марина? Во сколько приедет? — без энтузиазма спросила я, продолжая хрустеть огурцом.

— Говорит, прямо с утречка стартанёт. А как приедет, наберёт. И двинем.

— Хорошо. Знаешь, Кир, вино перенесём на другой раз. Что-то я устала, хочу нормально выспаться.

— Ладненько, не вопрос. Отдыхай, конечно, — ответил Кир и молча стал есть ужин.

Я доела, отнесла тарелку в мойку и сразу ушла в комнату. Меня снова накрывало какое-то тревожное чувство. Я будто знала, что случится что-то непоправимое. Всегда раньше смеялась над мамой, когда та говорила мне, что у неё плохое предчувствие. Сейчас мне было не до смеха. Марина в её состоянии совсем не вызывала доверия. Кир был каким-то странным. Игорь Петрович накануне поездки решил пойти и выпить с соседом. Никто, кроме меня, не переживал из‑за этой переправы на Ольхон. Или только делали вид.

Глава 12

— Ди, просыпайся! Там Ри уже приехала. Будем завтракать и отправляться, — полушёпотом сказал Кир, слегка толкая меня в плечо.

Я приоткрыла глаза и в сумраке пасмурного утра увидела сияющую улыбку Кира.

— Там что, Петрович вместо завтрака капельницы с кофе раздаёт? Ты чего такой бодрый в… — я взяла с тумбочки телефон и посмотрела на экран. — В полседьмого утра?! Боже, ну куда в такую рань?

— Ди, ты ворчишь похлеще Петровича, — всё с той же улыбкой ответил Кир. — Нужно пораньше спустить лодку на воду, пока Байкал спокойный. За окном пасмурно, может и дождь пойти. Нам лучше поторопиться.

— Да-да, я поняла. Сейчас встану. Пять минут — и буду готова.

Ещё какое-то время я лежала, глядя в потолок. С кухни доносились голоса — Петрович с Мариной обсуждали детали маршрута.

«Значит, Игорь Петрович всё-таки предложил Марине проводить нас, и она согласилась. Фух…» — я с облегчением выдохнула, быстро оделась и вышла на кухню.

Кир разливал по кружкам чай. Петрович вышел на крыльцо покурить, а Ри уже устроилась за столом, опершись локтем на спинку соседнего стула, и внимательно смотрела на меня.

Такой я её ещё не видела. Если бы я встретила её впервые сегодня утром, ни за что не решила бы, что это та самая девушка в летящем летнем платье. Вместо привычного образа не ней были милитари-штаны с карманами, тёмно-синяя флиска на молнии, берцы, а рыжие волосы, так красиво искрившиеся на солнце в день нашей встречи, собраны чёрной резинкой в тугой пучок. Вместо искренней улыбки, которой она встречала Кира, на лице играла уверенная, даже немного нахальная ухмылка.

— Ну, привет! — сказала Ри. — Как спалось принцессе на горошине?

— Привет, Марин. Что за странные стереотипы?

Ри уже собиралась ответить, но Кир вклинился в разговор:

— Ди, чай будешь? Или кофе?

— Кофе, пожалуйста. Надо как-то взбодриться. Кстати, что там с погодой?

— Пока всё нормально. Но если кто-то будет долго копаться и наводить марафет, можем попасть под дождь, — недовольно бросила Марина.

Я ничего не ответила.

В этот момент Кир поставил передо мной кружку горячего кофе.

— Молоко, сахар, корица? — услужливо склонив голову, он изобразил официанта и подмигнул.

— Молоко, пожалуйста.

— Так, ладно. Не будем терять время, — Марина вскочила со стула, достала из кармана пачку сигарет и зубами вытянула одну с бежевым фильтром. — Пойду перекурю и заодно лодку проверю. Вещи у вас собраны? Давайте закину их в машину.

Кир вынес из комнаты рюкзаки, собранные ещё с вечера, и передал Марине.

— Ага, отлично! — сказала девушка и вышла из дома.

Когда дверь захлопнулась, я спросила:

— Она разве курит?

— По настроению. Иногда курит, иногда нет. Ей вообще нравится менять образы. Курение — просто одна из деталей.

Я кивнула и сделала ещё глоток кофе. Оставалось несколько вопросов, которые меня волновали. Игорь Петрович всё ещё не вернулся, хотя вроде никуда далеко не собирался.

— А где Игорь Петрович?

— Да где-нибудь на участке. Небось огород открывает. Или с Ри болтает, — Кир пожал плечами.

— Слушай, а на Ольхоне мы где будем ночевать? Всё хотела спросить, но каждый раз забывала.

— Даже не переживай, у Ри всё схвачено. У неё есть палатки, а на Ольхоне полно мест для кемпинга. И костёр можно развести, и лагерь спокойно поставить.

— Палатки? Серьёзно?

— Ди, ну хорош. Я тебя не узнаю. Занудой становишься, стареешь.

Он покачал головой и рассмеялся.

— Так, всё, отстань. Зубы почищу — и выходим, — ответила я, направляясь в ванную.

На улице действительно было пасмурно. Небо затянули серые облака. Ветер резкими порывами трепал листья деревьев. Флюгеры-петушки на крышах то крутились, как заведённые, то неподвижно замирали в ожидании. Возле забора дяди Игоря стояла машина брата Марины с прицепом, накрытым чехлом. Под ним скрывалась лодка. Марина, прислонившись к капоту, ждала нас. Игорь Петрович запирал сарай с хозяйственным инвентарём на большой навесной замок. Рыжая кошка Ведьма растянулась на ступеньках и наблюдала за происходящим, лениво подёргивая пушистым хвостом.

— Если все наконец готовы, давайте в машину! — скомандовала Марина.

Мы заняли свои места. Ри ещё раз проверила, хорошо ли натянуты верёвки, удерживающие багаж на крыше, и села за руль. Кир устроился рядом, а мы с Игорем Петровичем расположились сзади.

— Ну что, ребятки, в добрый путь! — дядя Игорь хлопнул Кира по плечу и кивнул Марине.

До берега было совсем недалеко, но даже за это короткое время я успела заметить, как уверенно Марина водит машину. Она легко справлялась и с механической коробкой передач, и с тяжёлым рулём без гидроусилителя.

Всё это удивительно ей шло — казалось, именно такой она и должна быть: где-нибудь на рыбалке, с удочкой в руках. Думаю, она без труда нашла бы общий язык с компанией заядлых рыбаков и чувствовала бы себя среди них как дома. Мы ехали молча. По радио играла старая песня:

«...над нами километры воды,

и что над нами бьют хвостами киты...»

Я знала слова, но никак не могла вспомнить исполнителя. Мне нравилась эта песня. Она всегда напоминала мне истории о любви, которые заканчиваются слишком рано. Вообще, истории о трагической любви цепляли меня сильнее любых других.

— Вот мы и на месте, — сказала Марина, свернув с дороги к берегу.

Впереди тянулся пологий бетонный спуск к воде — по нему обычно спускали лодки. Вживую я такого ещё не видела, только в кино. Мне было безумно любопытно наблюдать за Ри в её привычной стихии. Пока отец был жив, она, кажется, всё детство провела у воды.

— Мариш, останови вот здесь, — Игорь Петрович указал на свободное место. — Переложим вещи в лодку. Потом подашь прицеп к воде, а я помогу её спустить.

— Хорошо.

Марина заглушила двигатель и привычным движением дёрнула ручник до щелчка.

— Ты бы полегче со старушкой, — заботливо заметил Кир, намекая на возраст машины.

— Разберусь, — коротко ответила Марина, захлопнула дверь и вышла.

Кир повернулся ко мне, скорчил гримасу и пожал плечами. Похоже, он хотел сказать: «Ну вот такая она». Мы тоже выбрались из машины. Нужно было снять вещи с крыши и достать палатки со спальниками из багажника.

— А палаток всего две? — осторожно спросила я.

— Больше не завезли, уж простите. Как-нибудь разместимся, — всё ещё раздражённо ответила Марина.

Когда она снова села за руль, а Игорь Петрович спустился к воде, мы с Киром отошли чуть в сторону и закурили.

— Люблю смотреть, как другие работают, — с довольной ухмылкой сказал он.

Я улыбнулась.

— Слушай, нехорошо как-то. Может, помочь?

— Не, Ди, не лезь Маринке под руку. У неё сейчас период «всё сама». Видела, как она на всех огрызается? Ри терпеть не может, когда ей помогают. Потом ещё окажется, что хотел как лучше, а получилось как всегда. Не переживай, справятся.

Я пожала плечами и продолжила наблюдать. Марина медленно сдавала назад, уверенно управляя старенькой «Нивой», а Игорь Петрович уже стоял по колено в воде в высоких рыбацких сапогах и направлял лодку.

— А где лодка дяди Игоря? — вдруг спохватилась я. — Он ведь собирается нас сопровождать?

— Ди, ты что-то раздуваешь из мухи слона. Вон она, — Кир указал на соседний причал. — Он всегда её там швартует. Как только будем готовы, свяжемся с ним по рации. Всё будет нормально. Перестань тревожиться. Отпусти ситуацию. Ты ведь всё равно ничего не можешь изменить, так?

Я молча кивнула.

— Маринка, конечно, с приколом, но я её давно знаю и могу точно сказать: в приключениях она очень надёжный компаньон. А иногда ещё и отличный капитан.

Обычно слов Кира хватало, чтобы я успокоилась. Но не сегодня. Стоило Марине появиться в поле зрения, как внутри поднималась необъяснимая тревога. Словно от неё исходила какая-то опасность. Рядом с ней я чувствовала себя загнанным зверем. Сердце начинало биться чаще, ладони становились влажными, разум застилало густым туманом. Хотелось либо убежать, либо замереть. Пока я выбирала второе. С лодки бежать было некуда. С острова — тоже. Пока я пыталась справиться с этими мыслями, Ри и Игорь Петрович уже спустили моторную лодку «Любовь» на воду и направились к нам.

— Всё готово! Прошу всех на борт! — гораздо дружелюбнее сказала Марина.

— Ребят, я сейчас добегу до своей лодки и подам вам сигнал. Маршрут обсудили, всё будет отлично! — Игорь Петрович улыбнулся, махнул рукой и направился к соседнему причалу.

— А как называется его лодка? — спросила я.

— «Посейдон», — ответил Кир и, чтобы подчеркнуть всю мощь этого имени, нахмурился, поднял вверх сжатый кулак и сделал максимально суровое лицо.

Я рассмеялась.

— Ого. Звучит серьёзно. Но «Любовь» мне нравится больше.

Я никогда раньше не плавала на моторных лодках. Лодка Марининого отца выглядела ухоженной и надёжной. Мы заняли свои места, а Ри тем временем привычно проверяла мотор, приборы и крепления.

— Ну всё, можно отправляться. Но сначала коротко расскажу о маршруте. Не возражаете?

Мы дружно кивнули.

— Отлично. Плыть нам часов пять, если идти сразу на Ольхон. Но я предлагаю сделать остановку в бухте Песчаной. Там самая тёплая вода на Байкале, можно будет искупаться. Купальники все взяли?

— Конечно, — почти одновременно ответили мы.

— Молодцы. Тогда так и сделаем. На лодке есть спасательные жилеты — их лучше надеть. Вряд ли пригодятся, но правила есть правила. Никто не против?

Возражений не последовало.

— Какие сговорчивые туристы мне попались! — она снова рассмеялась — легко и звонко, совсем как в день нашего знакомства.

Я невольно удивилась. Ещё утром казалось, что Марина готова укусить любого, кто попадётся ей под руку, а сейчас от её раздражительности не осталось и следа. Я подняла руку, словно школьница. Марина улыбнулась и кивнула.

— Да?

— У нас будет время погулять в бухте?

— Конечно. Мы никуда не спешим. Главное — уточнить у Петровича, нет ли у него других планов. А вот, кстати, и он.

К нашей лодке уже приближался «Посейдон».

— Всем занять свои места! Отправляемся!

Командовать у Марины получалось прекрасно. В такие моменты её глаза загорались особенным светом. Буквально через пару минут мы уже рассекали байкальские волны, а следом за нами шёл катер Игоря Петровича. Озеро в тот день нельзя было назвать спокойным. Лодка подпрыгивала на каждой волне и с глухим стуком ударялась кормой о воду. Шторма не намечалось, но от этих резких взлётов и падений у меня всё равно перехватывало дыхание. Постепенно тревога отступила, а её место заняла жажда приключений. Наше путешествие шло именно так, как мы и планировали.

Добравшись до бухты Песчаной, мы с удовольствием провели несколько часов на берегу. Пообедали шашлыком в лаваше из местного кафе, потом пошли купаться. Хотя назвать это купанием было непросто.

— Кажется, у меня ногу свело, — простонала я, пытаясь ползком выбраться на берег. — Ри, а какая здесь температура воды?

— Думаю, градусов двенадцать. Вряд ли больше.

Я ошарашенно посмотрела на неё.

— Что?! Двенадцать? Ты же сказала, здесь тепло!

Марина рассмеялась.

— Для Байкала это и правда тепло. В Листвянке попробуешь искупаться — вообще околеешь. Там вода градусов восемь-девять даже в хорошую погоду.

Кир подошёл ко мне и помог подняться. Сам он за день успел искупаться уже три раза. Я искренне не понимала, как можно спокойно плавать в такой холодной воде.

— Ди, воспринимай это как опыт. Во-первых, всё относительно. Для кого-то такая вода действительно нормальная. Моржи, например, зимой спокойно плавают и при четырёх градусах. Во-вторых, дело привычки. Мы ещё в детстве здесь купались, организм постепенно адаптировался.

— Да уж… Будет что вспомнить.

Я растянулась на прогретых камнях и закрыла глаза. Солнце то и дело скрывалось за облаками, поэтому долго лежать в мокрой одежде было не слишком приятно. Мы переоделись и решили продолжить путь. Пока мы отдыхали, Игорь Петрович успел встретиться со своим давним знакомым — хозяином местного кафе.

— Ри, сколько нам ещё плыть? — спросила я, когда мы снова вышли на воду.

— Часа три. Если волны не усилятся. Иначе придётся сбавить скорость.

Погода сегодня была на нашей стороне. Ветер почти стих, волны улеглись, и лодка легко скользила по зеркальной глади Байкала.

— А вот здесь бывает та самая чёртова воронка, — Марина указала куда-то вперёд. Я всмотрелась в воду. Ничего необычного, вода как вода.

— По легенде, во время полного штиля здесь может появиться огромный водоворот — несколько километров в диаметре. Вода темнеет, начинает вращаться, слышен гул… а потом воронка исчезает так же внезапно, как появилась. Такое случается один-два раза в год.

— Откуда это известно? — недоверчиво спросила я.

— Со слов очевидцев. Есть люди, которые видели её своими глазами. И которым повезло остаться в живых.

Я повернулась к Киру.

— Игорь Петрович говорил, что на Ольхоне живёт смотритель старого маяка, который сам видел эту воронку. Мы сможем к нему сходить? Мне ужасно хочется услышать эту историю.

— Давай завтра, — предложил Кир. — Сегодня ещё нужно найти место для лагеря, поставить палатки, приготовить ужин. А утром спокойно погуляем и заодно доберёмся до маяка.

Марина усмехнулась.

— Кир, ты, кажется, кое-что забыл. Маяк стоит на мысе Кобылья Голова, на вершине отвесной десятиметровой скалы. Пешком туда не попасть. Только на машине или по воде.

— Значит, доплывём на лодке. В чём проблема?

— Ни в чём. До Ольхона осталось километров тридцать, — ответила Марина. — Может, уже отпустим Петровича? Не тащиться же ему с нами до самого острова.

— Да, свяжись с ним, — согласился Кир. — Дальше сами справимся.

По рации Марина передала Игорю Петровичу, что сопровождение больше не требуется. Он развернул катер и взял курс обратно на Листвянку.

Меньше чем через час мы уже швартовались у берега Ольхона. И дальше всё складывалось настолько идеально, что невольно вспоминалось начало любого низкобюджетного фильма ужасов про туристов. Мы без труда пришвартовали лодку, перенесли вещи, нашли отличное место для лагеря с потрясающим видом на Байкал. Кир занялся костром. Марина помогла мне поставить палатку — раньше мне никогда не приходилось делать это самой. Вечером мы сидели у огня и непринуждённо разговаривали обо всём. Кир достал припасённую бутылку красного вина. Ри рассказала о работе в пекарне, Кир пожаловался на московскую жизнь, я призналась, что никак не могу наладить отношения с мамой и уже давно смирилась с отсутствием личной жизни. Потом разговор постепенно сошёл .

И вдруг Марина вскочила.

— Я сейчас!

Она нырнула в палатку, а спустя минуту появилась снова, что-то пряча за спиной.

— А у меня для вас сюрприз!

Она протянула нам пачку маршмеллоу.

— Купила специально, чтобы пожарить вечером на костре. Ну как идея?

— Отличная! — улыбнулся Кир.

— Ди, найдёшь тоненьких веточек?

— Конечно.

Я встала и отошла от лагеря. Пока искала подходящие прутики, невольно обернулась. В отблесках костра я увидела, как Марина подошла к Киру совсем близко и, кажется, обняла его. Я не слышала, о чём они говорили, но решила не оставлять их наедине надолго.

— А вот и я! — громко сказала я, возвращаясь с охапкой тонких веток.

— Супер! Тогда разбирайте маршмеллоу.

Марина раскрыла пачку и протянула её мне. Я осторожно насадила маршмеллоу на веточку и поднесла к огню.

— Ребят… Это самые вкусные маршмеллоу в моей жизни! — после утомительно долгого дня и бокала вина я стала гораздо сентиментальнее. — Спасибо, что привезли меня сюда.

Кир подсел ближе и приобнял меня.

— Я рад, что тебе понравилось, — на мгновенье он замолчал, а затем продолжил:

— Ну что, пора расходиться по палаткам. Девчонки, вы — в зелёную, я — в серую.

— Кир, может, всё-таки уступишь московской гостье номер люкс на одного? — язвительно спросила Марина.

— Ну уж нет. Я большой и храплю, как старый пёс. Поэтому мне положена отдельная конура.

Он показал нам язык. Потом залил тлеющие угли водой и, уже направляясь к палатке, крикнул:

— Доброй ночи!

— Спокойной… — протянула я.

Мне хотелось как можно скорее уснуть, чтобы не пришлось оставаться с Мариной один на один. Накопившаяся за день усталость сыграла мне на руку. Стоило забраться в спальный мешок и закрыть глаза, как я моментально провалилась в сон.

Глава 13

Когда ещё сонный лежишь в палатке с закрытыми глазами и просто слушаешь, Байкал звучит как море. Ты различаешь шорох волн, накатывающих на берег. Слышишь чаек, парящих высоко в небе. Мне даже удалось абстрагироваться от мыслей о моей соседке по палатке и её странном поведении. Какой-то невнятный шум с улицы вывел меня из состояния умиротворения, и я открыла глаза. Слегка приподнявшись на локтях в спальном мешке, я осмотрелась по сторонам. Марины не было в палатке. В какой момент она покинула её, я не знала.

— Какого чёрта… — вполголоса произнесла я.

Выбравшись из своего кокона, спать в котором оказалось очень уютно, я быстро натянула джинсы и стала вылезать из палатки. В тамбуре, где вечером стояли две пары кроссовок, были только мои. Я расстегнула последнюю молнию на палатке, отделяющую меня от внешнего мира, и вышла. Палатка Кира стояла на месте, но была застёгнута так, словно он ещё спал внутри. Телефон показывал время 9:16. «Кир должен был уже давно проснуться» — подумалось мне. Я огляделась, но рядом с нашим лагерем никого не было. Лучшей идеей, которая пришла мне в голову в тот момент, была спуститься к воде и поискать Ри и Кира на берегу. Вдруг я услышала голос Марины и попыталась понять, откуда он идёт. Я остановилась и прислушалась, а когда повернула голову влево, увидела её. Она очень быстро шла, почти бежала и истошно выкрикивала его имя снова и снова.

— Кир! Кир, где ты? Кир!

Её голос срывался. Слышно было, что она еле сдерживает слёзы, но продолжает звать Кира.

— Марина, что случилось? — крикнула я приближающейся фигуре.

Когда Ри добежала до меня, неожиданно бросилась мне на шею и разрыдалась.

— Кир… Он… Исчез, пропал. Я не могу его найти. Что-то случилось.

— Так, Марин, подожди. Я ничего не понимаю, давай по порядку, — рой тревожных мыслей вихрем промчался у меня в голове, но мне хотелось услышать всю историю, поэтому пришлось проявить терпение.

— Утром я проснулась, было где-то семь утра. Вышла из палатки и решила проверить, спит Кир или нет. Расстегнула его палатку, а его там нет, — Маринин голос дрожал, но она продолжала. — Ну, думаю, прогуляться пошёл, Кир любит по утрам пройтись в одиночестве. Потом осмотрелась — поблизости его не было… — тут она замолчала и закрыла лицо руками.

— Марин, соберись. Договори, пожалуйста. Потом вместе поплачем, — стараясь сохранять спокойствие и оптимизм сказала я.

— Да, хорошо. В общем, я пошла к причалу, где мы оставили лодку. Подумала, вдруг он что-то забыл в лодке и решил сходить. Но… Там не было лодки. Я вообще не поняла, что произошло. Лодки нет, слышишь? Кир не мог нас тут оставить, не предупредив, это бред какой-то, — и она заплакала.

— Может он до маяка поплыл? Решил сам договориться со смотрителем о разговоре?

Марина уже не слышала меня. Она села на землю и плакала, уткнувшись лицом в колени. Её реакция не казалась мне адекватной. Кир взрослый человек, ну что с ним могло случиться? Почему Ри так убивалась?

— Марин, ты мне ещё одну вещь объясни, а дальше будем думать, что делать, ладно? — она кивнула. — Почему ты так реагируешь? Чего рыдать-то? Думаешь, его пираты захватили вместе с лодкой? Или что?

— Я пока не знаю, что именно случилось. Но точно что-то плохое, — внезапно её голос прозвучал очень монотонно и пугающе мрачно. — Я чувствую.

— Полиция здесь есть на острове? Или, нужно возвращаться в Листвянку? — изо всех сил стараясь сохранять критическое мышление спросила я.

— Кажется, в Хужире есть полиция. Точно не знаю.

— Поехали сначала к маяку. Вдруг Кир там, а мы панику разводим. Потом уже в полицию, заявим о пропаже.

— Полиция не будет искать его, — всхлипывая и утирая слёзы проговорила Ри.

— Давай без пессимизма пока. Ещё ничего неизвестно. Давай просто делать то, что можем сделать сейчас.

В стрессовых ситуациях я умела взять себя в руки и мыслить трезво. Особенно, если рядом был кто-то в истерике. Я всегда брала на себя роль здравомыслящего и адекватного человека, хотя в целом была мнительной и довольно тревожной. Я подошла к Марине и помогла ей подняться с земли. Мы вместе вернулись в лагерь, чтобы взять рюкзаки с деньгами и документами, а затем поехать к маяку.

— Ри, я пойду проверю, остались ли в палатке Кира документы, телефон и прочее.

Марина молча кивнула.

В палатке Кира всё было так, словно он просто вышел покурить. Спальный мешок расстёгнут, рюкзак с вещами стоял на том же месте, где Кир поставил его вчера. Я взяла рюкзак и открыла его. Документы, ключи, бумажник и даже мобильный телефон — всё было там.

— Даже телефон не взял, он точно где-то недалеко, — выходя из палатки сказала я Марине.

— Или он исчез… Может, его убили или похитили.

— Да кому он нужен, ты о чём вообще? Хватит придумывать, поехали к маяку, — я начинала злиться.

Я сама была склонна к тому, чтобы излишне накручивать и переживать, но, когда это делал кто-то другой, меня это раздражало. Мы взяли вещи — и свои, и Кира на всякий случай, вдруг понадобятся в полиции, и пошли к дороге. Машин было мало. Было ощущение, что тут вообще никто не живёт, только туристов привозят. Через какое-то время вдалеке показались круглые, горящие тусклым жёлтым светом фары «буханки». Я сказала Марине:

— Вон, «буханка» едет! Это точно местные. Попросим подвезти нас.

Марина с сомнением взглянула на меня исподлобья.

— А если это люди, которые имеют отношение к исчезновению? Может, тут маньяки.

— Вчера воронка эта, сегодня маньяки. Марин, ты в свободное время РенТВ пересмотрела? Или, где там всякую чушь показывают.

— Не хочешь, не верь, — привычным тоном рявкнула Ри и достала из кармана пачку сигарет.

Потрёпанный УАЗ с закруглённым кузовом приближался неторопливо, неуклюже покачиваясь на ухабистой дороге. За рулём виднелся силуэт крупного мужчины в кепке с папиросой в зубах. Я выставила в сторону правую руку, показывая, что мы пытаемся поймать попутку. Водитель, кажется, сразу заметил нас, — включил поворотник и остановился на обочине. Марина стояла в стороне и курила, глядя куда-то вдаль. Решив, что ситуация полностью в моих руках, я отправилась на переговоры с незнакомцем. Водительское окно было открыто.