Билет домой

— Здравствуйте! — уверенно начала я. — Мы с подругой ищем попутку, чтобы добраться до старого маяка. Вы нас не подбросите?

Мужчина расплылся в широкой улыбке, но мне от этого стало не по себе. Он усмехнулся и, бросив непотушенный окурок прямо на землю, сказал:

— Девчонки, а вы чего тут забыли вообще? Туристки?

— Да, туристки, — кивнула я, решив не говорить никаких больше подробностей. Но вдруг решила приврать, чтобы показать себя в более сильной позиции. — Мы сюда компанией приехали. Наши ребята уже там, у маяка. Поехали вперёд, чтобы обстановку разведать. А теперь нас ждут. Захотелось немного экстрима, засиделись в городе. Понимаете?

— Нет, не понимаю, — рассмеялся мужчина. — Я с Ольхона не уезжаю почти, местный. Да и в город не тянет совсем. Там бездушное всё. Ладно, прыгайте. Не бросать же вас тут.

Радости моей не было предела, но Марина не спешила садиться в машину. Всё ещё стояла и смотрела, но теперь не вдаль, а на тлеющую в руках сигарету.

— Марин, поехали! Нас ребята уже заждались, — крикнула я нарочито громко, чтобы она поняла суть моей фразы.

Ри молча развернулась, подошла и залезла в кузов буханки.

— Подруга твоя немая что ли? — вновь усмехнулся мужчина.

— Нет, она просто не выспалась. А ещё проспорила мне, что мы якобы не найдём попутку. Так что, вы буквально помогли мне выиграть.

Я отлично помнила историю про Ри, которую Кир рассказал мне пару дней назад. Как сложно ей было доверять мужчинам, особенно незнакомым. Думаю, эта ситуация с попуткой могла сработать для неё как триггер, поэтому за молчанием она прятала свой страх.

— Эх, молодёжь, — мужчина рассмеялся. — Меня Витя звать.

— Очень приятно, я Дина, а это Марина.

Витя кивнул, и дальше мы ехали, болтая на разные темы. Он оказался дружелюбным и юморным, успел рассказать немного о своей жизни. О жене, о детях. О том, как помогает здесь в небольшой часовне, какой чудесный и справедливый там батюшка.

— Здесь люди сильно религиозные, да? — спросила я, чтобы поддержать беседу.

— А как иначе-то? Без веры совсем страшно жить.

— Почему страшно? — непонимающе уточнила я.

— Случается тут всякое. Думаю, нечистые силы тому виной. Люди много грехов совершают, вот нам и достаётся. Надо по закону Божьему жить, а не абы как.

Я поняла, что не смогу долго поддерживать эту линию разговора, поэтому быстро перескочила на более актуальную.

— Далеко нам ехать ещё?

— Не, вон, уже виднеется, — Витя указал рукой вперёд.

Я присмотрелась и увидела там невысокий старый маяк. Когда мы подъехали ближе, стало очевидно, что возле маяка кто-то стоит. «Вот и Кир! Неужели, они с Ри сговорились и хотели разыграть меня? Тогда по Марине просто Оскар плачет, актриса она превосходная!» — подумала я. Но иллюзия рассеялась так же быстро, как сигаретный дым на ветру.

— Ну, бывайте! — сказала нам на прощание Витя и, с хрустом переключив передачу на старенькой буханке, укатил вдаль.

Мы попрощались и стали подниматься по каменной лестнице, ведущей к маяку. У маяка действительно стоял человек. Он стоял к нам спиной, и мы не видели его лица. До последнего я надеялась, что это наш друг, который не мог просто взять и бросить нас на острове. Когда человек обернулся, мы наконец смогли разглядеть его лицо. Сероватая кожа, густые лохматые брови, немного безумный взгляд. Тонкие губы, казалось, не могли сомкнуться до конца, поэтому всё время оголяли неровно стоящие зубы. Увидев нас, человек нахмурился и стал приглядываться.

— Это Валера, — прошептала мне Марина, — смотритель.

— Блин, водки-то нет. Забыли, — ответила я. — Ладно, ничего. Нам главное про Кира спросить, остальное потом.

Валера стоял неподвижно и молча всматривался в наши лица.

— Вам чего здесь? — недружелюбно спросил смотритель.

— Здравствуйте! Мы туристы, хотели спросить, не видели ли вы нашего друга. Он с утра уплыл на лодке, предположительно сюда, к маяку. Но мы пока не можем с ним связаться.

— Не видел я никого… — сказал он спокойно и, не глядя на нас, перевёл взгляд на Байкал. — Да и лодки вроде не было, — Валера пожал плечами.

Марина нервно осматривалась вокруг, пытаясь найти какую-то зацепку. Потом подошла и, аккуратно взяв меня за руку, сказала:

— Мне кажется, он ничего не знает. Но если вернёмся с бутылкой, может и вспомнит что-нибудь, — я не стала с ней спорить.

— Подскажите нам, а где магазин тут ближайший?

Валера негромко рассмеялся.

— А чего надо-то? Может, у меня есть? — голос его стал заметно мягче

— Продуктов бы купить, — быстро сообразила Марина.

— Либо на пароме в Сахюрту вам, либо в Хужир. Здесь нет вообще ничего, все продуктовые только там. У местных можно разве что самогону выменять. Или с огорода чего.

На мгновение мне показалось, что ему нравилась его жизнь отшельника на маяке. Хоть иногда одиночество и брало над ним верх. Мы с Ри переглянулись. Было непонятно, стоит ли пытаться разговорить смотрителя. Вдруг он на самом деле ничего не видел, тогда мы просто потратили бы время и силы впустую.

— Как думаешь, Валере этому можно доверять вообще? — неуверенно спросила я.

— Не знаю. Говорят, у него не всё в порядке с головой. Но ничего плохого он никогда не делал. На маяк к себе туристов пускает бесплатно. В полицию идти сейчас тоже нет смысла, никто не будет искать молодого парня, пропавшего меньше суток назад.

— Слушай, ну если магазин есть в Хужире, может поедем в ту сторону? И в магаз зайдём, и в полицию заодно. Хоть спросим, что да как, — моё предложение звучало более чем логично, поэтому Марина быстро согласилась.

Конечно, не так мы планировали провести этот день, но что поделать. Вечером нам нужно было возвращаться в Листвянку, ведь у Марины было всего два выходных.

— Я, наверно, отпрошусь с работы, — вдруг сказала она, будто прочитав мои мысли. — Возьму несколько дней за свой счёт, потом отработаю. Сейчас важнее разобраться в этой истории.

Впервые с момента нашего знакомства я была рада, что Марина рядом. Теперь, я чувствовала себя спокойнее от того, что мы с Ри в одной команде. Тревога переключилась с убеждения «с этой девушкой что-то не так» на «каковы наши шансы снова быстро поймать попутку».

Глава 14

— Дальше говорите, — раздался грубый и раздражённый голос продавщицы небольшого магазина, который мы нашли в Хужире. — Вам чего?

Я немного растерялась и замешкалась с ответом. На помощь мне пришла Марина и вступила в диалог.

— Нам бутылку водки, колбасу копчёную вон ту, буханку дарницкого, банку шпрот и две шоколадки вот таких, в зелёной обёртке.

Продавщица слегка опешила от напора какой-то девчонки. Быстро выложила на прилавок продукты, кроме бутылки водки, которую держала в руке. Женщина подняла глаза поверх очков и задержала взгляд на Марине.

— Не рановато вам водку-то ещё? Паспорт покажи.

Марина закатила глаза и фыркнула, нехотя вытаскивая из кармана рюкзака помятый паспорт. Женщина в синем фартуке взглянула в паспорт, прикинула в уме возраст и, слегка покачав головой, объявила нам стоимость покупки.

— Пакет?

— Да, пожалуйста, — ответила я.

— Тогда ещё 5 рублей.

Ри кинула монетку в блюдце, стоящее рядом с кассовым аппаратом, забрала пакет, и мы направились к выходу. Теперь нужно было найти отделение полиции. Можно было воспользоваться картами в телефоне, но мы решили спросить у прохожих. На автобусной остановке возле магазина стояла компания молодых парней. Они оживлённо о чём-то беседовали, смеялись и дымили папиросами. Мы подошли к ним поближе, и Ри начала разговор.

— Ребята, привет! Подскажите нам, где тут блюстители закона обитают?

Парни переглянулись, а затем один из них сделал шаг вперёд. Он был, наверно, самым высоким из всей компании. Светлые волосы, серо-голубые глаза. «Настоящий дядя Стёпа, — подумала я, — был бы он ещё ментом».

— Младший лейтенант Лыткин к вашим услугам, — с услужливой интонацией произнёс он и протянул Марине руку.

— Очень приятно, — Ри охотно протянула свою руку в ответ, — Но нам бы того, кто сейчас на работе.

— Для прекрасных дам я всегда на службе, но если хотите в отделение, то это вам в Еланцы надо.

— В Еланцы? — с негодованием повторила Ри. — Так это же на материке! В Хужире что, ментов не осталось?

Я знаю, что сотрудники органов не любят, когда их так называют, но парень отреагировал на удивление спокойно.

— Вы не переживайте, девушка. Отделение было тут, на улице Ленина. Но оно временно закрыто. Теперь только в Еланцах.

— Просто прекрасно, — со злобой прошипела Марина. — Спасибо за помощь!

Она уже собиралась отойти, но парень остановил её и спросил:

— Что случилось у вас? Может, я помогу чем-то?

Я видела, что Ри не стремится продолжать этот разговор, эмоции взяли над ней верх. Она отошла за остановку, чтобы скрыться из поля зрения других людей. Разговор пришлось поддержать мне.

— Понимаете, у нас друг пропал. Ночью уплыл на лодке, не взял ни телефона, ни денег. Не оставил даже записки. Мы хотели заявление подать, — словно оправдываясь, объяснила я.

Лейтенант нахмурился:

— Сколько времени прошло, говоришь?

— Ну, примерно часов двенадцать, может меньше. Мы не знаем, во сколько он уплыл. Ничего не знаем. Местные его не видели, мы говорили со смотрителем маяка.

— Так, смотри, расклад такой, — он как-то резко перешёл на «ты» и его слова стали больше походить на инструкцию. — В полиции заявление такое не примут, слишком мало времени прошло. Валера вам тоже ничем особо не поможет, — он взглянул на полупрозрачный оранжевый пакет у меня в руке, в котором явно виднелась стеклянная бутылка. — Я так понимаю, вы для него «гостинцы» купили? — я кивнула, — Не стоит. Он мужик хороший, но полагаться на его слова я бы не стал. Ваш вариант — подождать ещё хотя бы сутки, а потом ехать в Еланцы.

— Но нам нужно возвращаться в Листвянку… — задумчиво протянула я.

— Сразу видно, ты не местная, — усмехнулся лейтенант, — Еланцы как раз по пути в Листвянку. Так что вы даже крюка никакого не делаете.

— Ладно, — сказала Марина, словно хотела завершить этот разговор, — дальше разберёмся. Спасибо за помощь!

Я попрощалась с компанией, и мы отошли от них в сторону метров на сто. Поскольку я действительно не была местной, у меня пока не складывался маршрут в голове. Я вопросительно посмотрела на Марину.

— Ну что, какой план? — спросила я, вытаскивая из кармана пачку сигарет. Мы толком ничего не ели с самого утра, поэтому первая затяжка не только обожгла дымом горло, но и вызвала чувство тошноты и лёгкое головокружение. Обычно в такие моменты я задумываюсь, зачем вообще курю. Но, когда неприятные ощущения проходят, я снова начинаю любить эту эстетику.

— Лейтенант прав насчёт ментов, сегодня ехать нет смысла. Нас даже слушать не станут. Тем более, надо лагерь собрать. Да и лодки нет. До Еланцев быстрее всего по воде добираться, а потом и в Листвянку можно. Насчёт смотрителя маяка я не уверена, но мы уже купили гостинцев ему, поэтому предлагаю заскочить ненадолго. Хоть сами поедим чего-нибудь. Потом в лагерь. Переночуем, а с утра найдём трансфер до Еланцев.

Ри говорила спокойно и рассудительно. Вдруг её эмоции отключились, и передо мной был первоклассный стратег с холодным разумом. Хотелось броситься искать Кира прямо сейчас, но другого плана у нас всё равно не было, поэтому я молча кивнула. Мы отправились обратно к мысу Лошадиная голова, чтобы поговорить с Валерой. Нам удивительно везло на людей в этот день. Трансфер нашёлся быстро, и мы без проблем доехали до нужного места. Когда мы подходили к маяку, смотритель вышел на улицу и, увидев нас, приветственно помахал рукой.

— Девчонки! А я всё думал, вернётесь вы или нет. У меня для вас новости, заходите, расскажу, — Валера указал нам на открытую дверь.

Внутри маяка было мрачно. Света от немногочисленных лампочек еле хватало, чтобы осветить помещение. В каморке смотрителя было довольно аскетично: стол, электрическая плитка, чайник, небольшой старый советский холодильник, узкая кровать с тонким полосатым матрасом, а напротив — маленький телевизор, стоящий на табуретке.

— Мы вам тут гостинцев привезли, — сказала я и протянула пакет.

— Ого, так это ж просто праздник какой-то! — с восхищением воскликнул Валера. — Даже конфеты мои любимые раздобыли! Спасибо, девчонки, от души.

Я слегка улыбнулась.

— Я чайник поставлю, а вы присаживайтесь. Или водку будете? — Валера приподнял в руке бутылку, которую только что вынул из пакета.

— Нет, мы лучше чай, спасибо, — ответила Ри.

— Ну, как хотите, — мужчина пожал плечами, сунул бутылку в холодильник и стал наполнять чайник водой из пятилитровой баклажки.

— А что у вас на новости? — нетерпеливо спросила я.

Мужчина стоял к нам спиной и не спешил отвечать на мой вопрос. Когда он обернулся, я пристально посмотрела ему в глаза. На секунду он задумался, а потом сказал:

— Новости… Ах, да! — Валера будто забыл о том, что собирался рассказать нам. — Я решил объезд острова сделать сегодня. Ну, по воде. И лодку нашёл пустую. Название «Любовь» вроде. Это ваша что ль?

Я замерла с приоткрытым от удивления ртом. Затем посмотрела на Марину. Она тоже была в оцепенении. Не отрывая взгляда, смотрела на Валеру.

— А человека не было в лодке? Или рядом? Или где-то вообще? — быстро протараторила Ри.

— Нет, в лодке пусто. И вокруг никого не было. Только лодка. Я её к берегу пригнал и пришвартовал у пристани, — Валера кинул в одну кружку пакетик чая и залил кипятком. — Вот вам две кружки, пакетик один — заварите на двоих, экономия.

— Без проблем, — сказала я. — А что в лодке было? Она не повреждена?

— Лодка целая, никаких повреждений. Внутри я не лазил, если честно. Не имею привычки обыскивать чужое имущество, я ж не мент, — Валера скорчил гримасу, а затем добавил, — я в МЧС сообщил, так положено. Они приедут, будут на воде искать. Если человек действительно пропал, информацию и в полицию передадут. Но заявление о пропаже всё равно родственникам или знакомым писать придётся лично в отделении.

— Ага, значит мы завтра утром сразу в полицию поедем, как и задумали. Спасибо вам огромное! — поблагодарила я.

— Да вы бы не торопились. Пока спасатели отбой не дадут, полиция вряд ли начнёт что-то делать. Так уж устроено.

— Ну уж нет, мы всё равно поедем. Надо тормошить всех, так больше шансов, — уверенно сказала я.

Мужчина лишь пожал плечами в ответ. Ри по-прежнему сидела, уставившись в одну точку.

— Ри, ну ты чего? — шепнула я, слегка толкнув её плечом. — Видишь, лодка целая. Спасателей уже уведомили, они скоро начнут поиски. Может, и с Киром ничего не случилось?

— Не найдут они…

— Да брось, с чего ты решила?

— Когда тринадцать лет назад пропал мой отец, его лодку тоже нашли пришвартованной у берега Ольхона, — задумчиво сказала она.

— Отец твой на этой же лодке пропал что ли? — спросил смотритель маяка.

— Да, на ней.

— Так это значит, что лодка проклятая, — с уверенностью сказал он. — Её продавать надо. Или к шаману идти и снимать порчу.

— Лодка тут ни при чём! — вдруг закричала Марина, вскочив со стула. — Это всё воронка! Она забирает самых дорогих мне людей!

Она судорожно вдохнула.

— Это я проклята! Я! Понимаете? А не лодка!

— Ну, ну, давай-ка поспокойнее, — тихим голосом произнёс Валера.

— Говорят, вы видели воронку своими глазами? Расскажете? — попросила я.

— Это очень давняя история, но, если интересно, могу рассказать, — он откашлялся и начал рассказ. — Лет семь назад я решил провести водный обход, как и обычно. Сел в лодку и поплыл. В тот день больших кораблей не ожидалось, поэтому маяк не горел. Погода была идеальной — полный штиль, на небе ни облачка, даже ветра совсем не чувствовалось. Я плыл на своей старенькой лодке и вдруг заметил что-то странное. Послышался какой-то то ли гул, то ли вой — не могу точно описать этот звук. Потом будто вода стала булькать и плескаться. В полный-то штиль! Что-то невозможное, да?

Мы с Ри сидели молча и завороженно слушали историю смотрителя. Как дети в пионерском лагере, когда вечером у костра кто-то рассказывает страшилки.

— В конце концов, я заметил воронку. Она не прям как водоворот, скорее похоже было на несколько расходящихся от центра кругов. Гул становился всё громче. Я уже понял, что как-то надо сваливать оттуда, но лодку начало тянуть к воронке. Мотор не справлялся. Стало понятно, что это конец, — Валера замолчал.

— Ну, а дальше? — спросила я.

— А дальше… Дальше я начал молиться. Самым сильным оружием против нечисти является вера. Я стал вслух читать молитвы, которые знал. Просто закрыл глаза и молился. Затем посмотрел в сторону берега и увидел свой маяк. Он горел! Не в смысле пожар, а в смысле лампа была включена, и я увидел этот свет. Сначала даже не поверил глазам своим, я ведь сам выключил фонарь и не включал больше. Мою лодку стало течением относить в сторону берега, прочь от чёртовой воронки. Откуда течение в озере в безветренную погоду? Причём, оно несло меня к берегу, в единственном спасительном направлении. Это Господь меня спас, не иначе. Значит, я ещё нужен ему на земле.

— Вы после этого случая обрели веру, я так понимаю? — в моём вопросе был скепсис, но Валера этого не заметил.

— Да, разумеется. Я и так был верующим. Но после этого божественного спасения я наконец пришёл к Богу. Мне открылись многие смыслы из Евангелия, которых раньше я не понимал. Я стал регулярно ходить в храм, общаться с батюшкой нашим Михаилом, посещать все службы, соблюдать посты.

— А как же... водка? Разве церковь это одобряет? — не унималась я.

— Водка… — Валера замешкался, — Иногда выпиваю, да. Все люди грешны в чём-то, один только Господь безгрешен. Я каюсь в своих грехах, Господь меня за них прощает.

Звучало это всё не столько безумно, сколько как история от отчаявшегося человека, который внезапно уверовал в Бога. И стал немного фанатиком. Мы выпили чай с бутербродами, которые он сделал для нас: шпроты и зелёный лук на чёрном хлебе. С собой дал нам горсть конфет. Марина за всё время не сказала больше ни слова. На прощание смотритель указал нам, у какого причала оставил лодку и отдал ключи.

— Мой вам совет, сторонитесь лукавого. Только Господь укажет верный путь.

— Спасибо вам! Всего хорошего! — сказала я.

Мы уже собирались уходить, но услышали доносящийся из маяка голос смотрителя:

— Девчонки, стойте! Номер телефона-то оставьте. Вдруг спасатели найдут чего, я вам наберу.

— Да, точно. Спасибо! — я продиктовала свой номер, и мы ещё раз попрощались.

Подходя к причалу, я спросила у Марины:

— Ты в состоянии управлять лодкой сейчас?

— Я в порядке, — рявкнула она в ответ, и в этой интонации я узнала прежнюю Марину. Вернее, тот её образ, в котором она справляется со всем сама.

— Ну и ладненько, — обречённо ответила я и пошла за Мариной к лодке.

Глава 15

Первая ночь без Кира прошла на удивление спокойно. Когда мы с Ри вернулись в наш палаточный лагерь, мы вновь стали обычными туристами, решающими бытовые вопросы, а не двумя растерянными девушками, потерявшими друга. Развели костёр, поставили греться котелок с водой, навели порядок в палатках. Мы не знали, что делать с палаткой Кира: то ли собирать её, то ли оставить на месте. В любом случае, наутро нам предстоял путь до ближайшего пункта полиции, а затем возвращение в Листвянку. Палатку было решено сложить в чехол и убрать в лодку, чтобы не возиться с этим в последний момент. Рюкзак Кира мы переложили в свою палатку. Всё-таки там были документы, ключи от квартиры, телефон. Все эти вещи вместе мы планировали отдать сотрудникам полиции, это могло, как нам тогда казалось, помочь в поисках.

Я долго не могла уснуть. Ворочалась и гоняла в голове всевозможные варианты развития событий. Рассматривала даже самые худшие исходы. «Надеюсь, этот сценарий окажется лишь моей фантазией», — пробормотала я в полудрёме и, наконец, уснула.

— Как думаешь, во сколько открывается участок? — спросила я.

Марина перемешивала походной ложкой кашу в котелке и, не поднимая головы, ответила:

— Не знаю, часов в восемь или девять, наверно. Если они вообще работают.

— А что, могут не работать? — удивлённо спросила я.

— Конечно! — Ри усмехнулась. — Это у вас в Москве все вечно на ушах стоят, а в регионах всё не так. Тем более, в сельской местности. Тут считают, преступности нет, значит, и участок можно закрыть. Слышала же, вчера лейтенант сказал, что в Хужире нет больше участка? Закрыли за ненадобностью небось.

Мне стало как-то не по себе. Я представила, что мы приедем в Еланцы, а участок и вправду окажется закрыт. Что тогда делать? Идти в отделение в Листвянке? Или сразу в Иркутске? Станут ли они вообще заниматься этим делом, если человек пропал на Ольхоне? Нашли ли что-то спасатели, которых вызвал смотритель маяка? Почему он до сих пор не позвонил нам?

После завтрака мы загрузили все вещи в лодку и отплыли от берега. До Еланцев было совсем недалеко, поэтому находиться в состоянии неизвестности оставалось недолго. Я никогда толком не имела дел с полицией. Меня не забирали в участок, я не приходила подавать заявлений.

— Дойдём по воде до залива Бегул, — деловито сказала Марина, — там много туристов обычно. Больше шансов найти трансфер до Еланцев.

— Звучит как хороший план, капитан Ри, — язвительно ответила я.

Марина приподняла бровь, улыбнулась и вскинула руку к виску, будто отдавала честь.

Перемены в её настроении по-прежнему были загадкой для меня. Сегодня она была решительной и отважной, хотя вчера утром едва ли могла держать себя в руках.

Наша лодка причалила к берегу залива. Ри была права, тут действительно были туристы: несколько лодок, пришвартованных в ряд, разноцветные палатки, чуть поодаль стояли два запылённых внедорожника.

— Ну вот, я же говорила! — торжествующе произнесла Ри.

Когда мы сошли с лодки, к нам сразу же подошёл молодой мужчина в камуфляжных штанах.

— Девчонки, привет! Вы какими судьбами тут? Местные?

— Да, местные, — сухо ответила Марина. — Нам бы до Еланцев добраться, у нас там важное дело. Поможете с транспортом?

Мужчина немного растерянно посмотрел сначала на меня, потом на Марину.

— Зачем вам в Еланцы? Случилось чего?

— Нам надо попасть в ОВД. Пожалуйста, давайте без лишних вопросов. Поможете или нет?

— Так ОВД сейчас не работает, — задумчиво ответил мужчина.

— В смысле, не работает? — Марина была возмущена, поэтому тон её стал напряжённым.

— Ну вот так. У них график такой, своеобразный. По четвергам они принимают вечером — с семи часов. Если вы ради похода в ОВД сюда приплыли, придётся погулять до вечера.

— А это точно, что они не работают сейчас? — с долей надежды спросила я. Вдруг мужчина ошибся или перепутал.

— Точно, точно. Я сам из Еланцев. Можете мне поверить.

— Вот дерьмо! — выругалась Ри. — Чёртовы менты! Никогда не хотят нормально работать.

— Ри, ну ладно тебе. Вечером же они работают. Значит, дождёмся.

— Мы теряем время! — Ри не на шутку разозлилась.

Мужчина молча стоял рядом, затем сказал:

— Могу вас довезти, если ещё актуально. Вижу, вам очень надо туда попасть. А вообще, хотите совет?

Ри уже не слушала, что говорил мужчина. Она отвернулась от нас и стояла, скрестив руки, смотрела на водную гладь Байкала.

— Да, хотим, — не задумываясь ответила я.

— Дуйте сразу в Листвянку. Там из-за большого потока туристов ОВД работает как часы. Регулярно что-то происходит, жизнь кипит. Так что у вас будет явно больше шансов пообщаться с полицией.

— Спасибо! — я слегка улыбнулась и кивнула головой в знак согласия.

— Марин, давай поедем в Листвянку сразу, м? — я подошла к ней и слегка дотронулась до плеча, чтобы обратить на себя внимание.

Она сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, словно пыталась прийти в себя. Потом положила свою ладонь на мою руку и посмотрела прямо в глаза.

— Да, давай. Направимся в Листвянку. Там будет проще, если что, и в Иркутск сгоняем.

Путь до Листвянки занимал около четырёх часов, значит, в ОВД мы бы попали не раньше обеда.

— Интересно, в полиции есть перерыв на обед? — вслух произнесла я.

— Что ж они, совсем не люди? Есть, я думаю. Хотя… едят ли оборотни обычную еду?

— Чего? Какие ещё оборотни? — вытаращив глаза от удивления спросила я.

— Какие, какие… В погонах! — и Ри звонко рассмеялась.

— Ну и шуточки у тебя, — на моём лице появилась лёгкая улыбка.

— Да ладно, шутка как шутка.

Лодку мы пришвартовали на той же пристани, откуда отплывали. Там рядом была машина, на которой Марина и приехала. На ней мы добрались до полицейского участка на Октябрьской улице. Он находился на первом этаже жилого дома. По соседству располагались апартаменты с гордым названием «Baikal Whale».