Полная версия
Около часа мы сидели на кухне, пили чай с тортом на завтрак, обсуждали наши планы на ближайшие дни. Кир предложил сегодня погулять по городу, встретиться с Ри, а уже на завтра задумать какое-нибудь приключение.
— Сначала заглянем к Ри, она ранняя птичка, уже небось тоже проснулась. Она точно подскажет, как провести завтрашний и последующие дни, безумных идей в её голове полным-полно.
— Может, написать ей сначала? Или позвонить?
В ответ Кир хмыкнул и покачал головой. Я поняла, что с Ри они знакомы настолько давно, что предупреждать о своём визите в гости не было необходимости.
— Да не, так забежим. Не откроет — значит, на работе.
Мы неспешно собрались, взяли с собой бутылку воды и вышли из квартиры. Марина жила в этом же доме на пятом этаже. Пятый этаж был последним, выше была только крыша. Выход на крышу был закрыт на замок, как и положено, но местная молодежь давно справилась с этой преградой и регулярно устраивали вечеринки под открытым небом.
Мы поднялись по лестнице, и Кир позвонил в звонок квартиры номер 17.
— Кир, а почему у вашей квартиры номер 13? Должен ведь быть 12, квартир на этаже всего четыре. Математика не сходится.
— Ничего себе ты внимательная! Мало кто замечает. Почему-то у нас в подъезде взяли и номер 1 присвоили дворницкой, а нумерацию квартир начали со второй. Не знаю, законно ли это, но мы всю жизнь живём под этим номером.
Я ничего не успела ответить, как открылась дверь, и мы услышали звонкий и жизнерадостный голос Марины.
— Кир! Не может быть! Привет, дорогой! — она бросилась к нему на шею и обняла так крепко, что могла бы задушить, если бы прошло чуть больше времени. — Как же потрясающе, что ты вернулся, я так рада!
Ри была так увлечена Киром, что меня как будто не заметила. Лишь когда она расцепила руки и сделала полшага назад, чтобы взглянуть на друга, она повернулась ко мне и вопросительно посмотрела.
— Ри, я тоже очень рад тебя видеть! Знакомься, это Дина, моя близкая подруга из Москвы, мы прилетели вместе, обещал ей показать красоты Байкала.
— Очень приятно, — сказала я, стараясь быть вежливой. — Кир о тебе много рассказывал.
— Что ж, а мне про тебя — нет. — Марина явно была недовольна моим присутствием, но ей оставалось только смириться. — Хотите кофе? Я как раз сварила. Заодно расскажете, какие у вас планы.
Кир кивнул, и мы молча прошли в небольшую прихожую. Квартира была очень светлая. В утренние часы она вся была залита солнечным светом. Иногда даже приходилось слегка щурить глаза. Марина обладала удивительной в моём представлении внешностью. Невысокая рыжеволосая девушка с изумрудными глазами. Волосы её, словно бенгальские огни, искрились в золотистых лучах солнца. Характер пока оставался загадкой. Она была такой искренней и нежной к Киру, и до мурашек холодной и отстранённой ко мне. Возможно, имела место ревность, но откуда ей было взяться, если речь шла о cугубо дружеских отношениях?
Стены кухни были увешаны акварельными картинами. Некоторые большие, а некоторые совсем крошечные, больше напоминающие миниатюрные скетчи.
— Это всё твои работы? — с неподдельным интересом спросила я.
— Да, в свободное время я рисую.
— Ри, не скромничай, — вступился за неё Кир. — Вообще-то, когда мы ещё вместе учились, Ри расписывала стены в здании нашей школы, а потом и в кулинарном техникуме делала афиши для разных мероприятий.
— Круто, очень красиво! Особенно ирисы, — я подошла поближе к рисунку и внимательно разглядывала каждое цветовое пятнышко.
— Ирисы — мои любимые цветы, — сказала Марина и стала наливать кофе в чашки.
«Мои тоже!» — подумала я про себя, но озвучивать эту мысль не стала.
Мы сели за небольшой квадратный стол, который стоял у стены. На столе стояла скромная вазочка с букетом полевых цветов. Белая с узорами скатерть была старомодной, но весьма опрятной. Я села в одном торце стола, Кир по правую руку от меня, а напротив села Марина. В симпатичную стеклянную плошку она выложила безе и какие-то шоколадные конфеты.
— Так, из сладкого больше нет ничего, — строгим тоном произнесла Ри, будто пыталась оградить детей от избытка сладостей. — Блин, молоко забыла. Молоко в кофе кому-то наливать?
— Мне не нужно, спасибо, — я всё ещё старалась быть вежливой и не нарываться лишний раз. Я посмотрела на Кира, тот слегка пожал плечами, будто не понимал, почему Ри в таком мрачном расположении духа.
— Ри, что там насчёт пропавших туристов? Как думаешь, есть в этом мистика или нет? А то Ромыч напугал Ди историями про загадочный зловещий Байкал.
Избежать обсуждения этой темы не удалось. Понятное дело, Киру хотелось обсудить это с подругой детства, которая жила в непосредственной близости с местом событий. На меня эти разговоры нагоняли излишнюю тревогу.
— Всякое может быть, я не исключаю мистическое происхождение их исчезновения, — Ри как-то неохотно вступила в этот диалог, показывая всем своим видом, что ей это не особо интересно.
— Ой, да хорош тебе! А что, кстати, шаманка твоя? Может, она бы их помогла найти?
— Она таким не занимается сейчас, здоровье подводит, бережёт силы.
Разговоры про шаманку заставили меня оторваться от обжигающего ароматного кофе и вклиниться в беседу. Я вспомнила про руны и их значения. Амулет Марины ещё не попадался мне на глаза, а мне было крайне интересно, что на нём изображено.
— Марина, а эти амулеты с рунами, которые у вас с Киром, они и вправду работают?
— Да это так, сувенир на память, — бойко ответила Ри, будто эта тема интересовала её ещё меньше, и вернулась к обсуждению пропавших. — Поскольку там взрослые пропали, думаю, дело в грибах. А может, на змей ядовитых наткнулись.
— На кого? На змей? — в моём вопросе явно читался шок от услышанного. К такому я не была готова, хотя прекрасно понимала, куда еду.
Марина рассмеялась и взглянула на меня. Её взгляд был полон жалости. Похоже, чем больше она узнавала про меня, тем очевиднее становилась её неприязнь.
— Гадюки тут, слышала про таких? Занесёт же городских в глушь иногда, смешно даже! Говорят, мы в деревнях дикие, а выходит, наоборот. Укус гадюки взрослого здорового человека не убьёт. Вот ребёнка или собаку запросто может. Но если те ребята сначала грибов наелись, а потом к гадюкам фотографироваться полезли, могло что угодно случиться. Никто не любит вторжения в личное пространство, тем более змеи, понимаешь, о чём я? — Ри многозначительно смотрела мне прямо в глаза.
Не скажу, что я многого в жизни боялась, но со змеями у меня не сложилось ещё с детства. Лично я не сталкивалась с ядовитыми представителями этого вида, но, когда мне было шесть лет, младшую сестру моей дачной подруги укусила змея. В тот день я пошла вместе с подругой, её сестрой, их бабушкой и дедушкой в лес за малиной. Старшие собирали ягоды, а мы с девочками придумали какую-то игру и, громко хихикая, бегали между высокими соснами, прятались за еловыми ветками, срывали и ели кислицу. На минуту мы отвлеклись и потеряли из виду трёхлетнюю Сашу. Вдруг раздался детский плач. Все бросились к ней и поначалу не могли понять, что произошло. Бабушка довольно быстро сообразила, что внучку кто-то укусил. Но кто? Пчела или оса? Муравьи? Стали спрашивать у Саши, где болит. Она показывала на ногу и заливалась слезами. Дед внимательно осмотрел ножку и встревоженно сказал: «Это гадюка, её укусила гадюка. Нужно срочно возвращаться и ехать в больницу». Он подхватил малышку на руки, и мы выбежали из леса. Саша продолжала плакать, но уже не так отчаянно, как будто устала. Мне было шесть лет, я не до конца понимала, чем грозит укус гадюки для маленького ребёнка. Вообще, змеи в нашей местности были редким явлением, иначе родители ни за что не отпустили бы нас гулять в лес. Мобильных телефонов тогда с собой ни у кого не было, вызвать скорую заранее просто не получилось бы. А когда добежали до участка, где стояла дедушкина машина, быстрее было самим ехать до больницы, чем ждать приезда врачей.
— Таня, ты оставайся с девочками дома, а я отвезу Сашеньку в больницу. Иди, корвалола себе накапай, а то не дай Бог сердце прихватит, — дед говорил строго и быстро, затем положил Сашу на заднее сиденье белой «копейки», сам сел за руль и пристегнул ремень безопасности.
Татьяна Ивановна была сама не своя. Она растерянно смотрела по сторонам и нервно перебирала в руках ключи от дачи. Машина шумно завелась и умчалась по дороге в сторону трассы, поднимая за собой облако пыли. Мы вошли в дом, скинули с ног босоножки на коврик в прихожей и сели на диван в дальней комнате перед маленьким телевизором. Бабушка сразу ушла в кухню. Слышно было, как она взяла с сушилки чашку и налила туда воду. Потом открылась и закрылась дверца холодильника. И тут она расплакалась, почти беззвучно. Было страшно. Мы, две шестилетние девочки, сидели одни в комнате и не понимали, что будет дальше.
Прошло около часа. Бабушка всё так же сидела на кухне, мы с подругой играли в комнате. Раздался телефонный звонок — у Татьяны Ивановны был кнопочный телефон, который нужен был для связи с родственниками и на случай вызова скорой.
— Что, Егор, ну что там? Чего ты молчишь? — прорыдала бабушка в телефонную трубку, а потом опустила руку, держащую серый старенький Siemens, и закрыла глаза. Мы с Леной видели, как из-под опущенных век градом полились слёзы. Сашеньку не спасли, она умерла в больнице.
— Гадюк не сезон уже, ты-то чего драматизируешь? — Кир оставался совершенно спокойным, и его спокойствие немного помогало мне подавлять бурлящие внутри эмоции.
— Ну да, ну да. Значит, несчастные змеи ни в чём не виноваты. Ладно, какие планы у вас? Куда пойдёте? Погода чудесная сегодня, сходите прогуляться на набережную и по центру.
— Не хочешь с нами, Ри? — спросил Кир в своей привычной бодрой манере, — а то угрюмая такая, даже переживаю за тебя слегка.
— Просто устала на работе вчера, тяжёлый день. Да, можем прогуляться, но я к вам присоединюсь позже, хочу сначала доделать домашние дела.
— Вот и ладненько, тогда до встречи! Спасибо за кофе, — Кир сделал последний глоток, встал из-за стола и приобнял сидящую на табуретке Ри за плечи.
Я тоже поблагодарила за кофе и мы, обувшись, вышли из квартиры. На улице уже было довольно жарко, летние месяце в Иркутске — непростое время для тех, кто с трудом переносит солнцепёк. Первой достопримечательностью в нашем списке была нижняя набережная реки Ангары. Как рассказал мне накануне Кир, это «визитная карточка» города. Она находится в историческом центре, вблизи расположены Вечный огонь, Московские ворота, несколько крупных церквей.
— Думаю, пока солнце не в зените, прогуляемся по пешеходной зоне набережной, после реконструкции там довольно модно стало, а потом пообедаем в моей любимой столовой, там такой борщ подают — ум отъешь. К этому времени как раз и Ри подъедет, — и Кир, указав рукой в направлении дороги, зашагал к автобусной остановке.
Глава
Глава 7
Когда гулять под палящим солнцем стало невыносимо, мы направились в ту легендарную столовую, о которой упоминал Кир. Она находилась недалеко от набережной в полуподвальном помещении. Прямо напротив неё стоял недавно построенный бизнес-центр.
— Надеюсь, сейчас не будет очереди, а то сюда весь бизнес-центр обедать ходит. С момента постройки этой «стекляшки», — так Кир, да и многие другие местные называли это офисное здание, — дела у столовой явно пошли в гору. Раньше туда никто особо не ходил, кроме постоянных клиентов, которые знали, что тут действительно вкусно. А теперь — бесконечный поток белых воротничков в поисках домашней еды.
Мы спустились по небольшой лестнице вниз и зашли внутрь. В столовой было темновато и пахло жареными котлетами, борщом и свежей выпечкой. Борщ, на мой взгляд, совершенно не летний суп. Летом хочется чего-то холодного типа окрошки, но Кир так упорно убеждал меня попробовать этот борщ, что я не смогла устоять. Мы взяли два тёмно-бордовых пластиковых подноса и медленно пошли вдоль линии раздачи, разглядывая содержимое витрин. В итоге, мы взяли два борща с пампушками, салаты и компот. Кир ещё умудрился в последний момент купить себе бутылку пива.
— Странно, что ты за завтраком пиво не пил, — ухмыльнулась я, глядя на запотевшую бутылку «Балтика 7».
— Ди, не нуди. Отпуск же у человека, дай отдохнуть как в последний раз. Если хочется, надо делать. Знаешь, как японцы говорят? «Живи, будто ты уже умер» — значит, отбрось страхи и сомнения, просто живи так, как нравится.
— С каких пор ты увлёкся японской культурой?
— Да ни с каких, прочитал где-то. Давай, не отвлекайся, беги скорее вон за тот стол у стены, а то придётся кушать стоя.
Людей в столовой и вправду было достаточно много, время нашего обеда совпало с сотрудниками большинства офисов, но нам всё же удалось отыскать в углу небольшой свободный столик с двумя стульями. Мы поставили подносы и сели за стол. Поверхность стола была неприятной, местами липкой и усыпанной хлебными крошками. На секунду в мою голову закрались сомнения относительно безопасности здешней еды. Я достала из упаковки несколько влажных салфеток и одной слегка протёрла ближайший к себе край стола, а другой салфеткой протёрла столовые приборы.
— Кир, тебе дать салфетку? — спросила я с искренней заботой, хотя понимала, что салфетка ему вряд ли понадобится.
— У меня есть дезинфектор получше, — с улыбкой ответил Кир и победно приподнял открытую бутылку пива, из которой тут же сделал несколько жадных глотков.
— Ладно, ты победил. Ну, приятного аппетита! — закончив протирать ложку сказала я и осторожно приступила к дегустации борща. Салат «столичный», мирно стоявший справа от стакана с вишнёвым компотом, теперь вызывал во мне ещё меньше доверия. Горячая еда хотя бы прошла должную термообработку, а вот просроченным ли майонезом заправили салат, никто из посетителей не мог знать наверняка.
Какое-то время мы ели молча. Суп действительно оказался потрясающим, давно я так не наслаждалась едой. Скоро к нам должна была присоединиться Марина, поэтому я решила не тянуть и задать Киру один вопрос, который не давал мне покоя. «Или сейчас, или никогда» — решила я и начала диалог.
— Кир, тебе не показалось, что Марина как-то странно отреагировала на моё присутствие? Ты не предупреждал её, что приедешь не один?
Кир оторвался от еды и посмотрел на меня. Откинулся на спинку стула, взял со стола бокал, налил в него пиво и сделал несколько глотков.
— Знаешь, у Марины есть свои странности, как у любого из нас. Это довольно личная история, я могу вкратце поделиться с тобой, но только пообещай мне, что ты никогда не станешь поднимать эту тему при Ри, уговор?
Я согласно кивнула. Не в моих правилах было нарушать обещания, так что Кир мог быть во мне уверен.
— У Ри не складывается личная жизнь. Виной этому — один крайне неприятный инцидент из наших юношеских времён. Мы в старших классах тусовались большой компанией. И был среди нас парень один — Лёха, мечта всех девушек. Классический красавчик такой, модник, ездил на мопеде. У Лёхи отец на тот момент был старшим следователем в полиции. Короче, парень этот вёл себя как настоящий козёл. Совершенно без уважения относился к окружающим, особенно к девушкам. Но все девчонки из компании были в него влюблены, видимо, потому что он так себя вёл. Все, кроме Марины. Ей он был совсем не интересен. Разумеется, его это задевало, он не смог отпустить ситуацию и решил добиваться её расположения любыми возможными способами. Сначала, пригласил на свидание, но Ри отказала. Потом стал навязчиво провожать её до дома. Марине это не понравилось, однако она никому не сказала. В итоге, однажды Ри всё-таки согласилась, чтобы он подвёз её до дома на мопеде. Я не знал, что они уехали вместе в тот вечер, видел только, что Лёха стоял пил пиво с пацанами, а потом куда-то исчез вслед за ней. На следующее утро Ри не пришла в школу. Сначала я старался сдерживать волнение и списывал всё на похмелье, но к концу учебного дня решил зайти к ней и узнать, что случилось. Зайдя в подъезд, я поднялся на её этаж и позвонил в дверь. Открыла её мама. Она была злая и очень нервная, но всё же впустила меня к Марине. Ри сидела на кровати в своей комнате, обняв колени и уткнув в них лицо. Шторы были задёрнуты, в комнате царил полумрак. Я сел на пол рядом с её кроватью и попытался поговорить, но поначалу ничего не получалось.
— Ри, ну что ты? Тебе так плохо? Ты отравилась, заболела? Поговори со мной! — Я не понимал, как ей помочь, ведь она ничего не отвечала. Тогда я просто приобнял её ноги, положил голову на кровать и замолчал. Мы сидели так минут двадцать, а потом она всё же заговорила.
— Ты был прав насчёт него, — сказала Ри дрожащим от рыданий голосом. — Ты во всём был прав.
— О чём ты, Ри? Про кого речь?
Она не ответила, просто посмотрела на меня своими заплаканными глазами. И тут я всё понял, меня словно молния прошибла насквозь. Я вскочил на ноги и уже собирался выйти за дверь, но Ри меня остановила.
— Кир, не надо, умоляю тебя! Не трогай его! Ты ведь знаешь, кто его отец.
Марина говорила словами своей матери. Сама бы она никогда не оставила эту ситуацию без правосудия. С одной стороны, я прекрасно понимал, о чём она, но с другой — я не был готов принимать такого положение вещей.
— Что Лёха сделал тебе? Я хочу знать, насколько всё серьёзно.
— Ничего такого, Кир. Ничего страшного. Не надо портить себе жизнь из-за этого козла. Всё образуется, просто нужно время.
Как оказалось, Лёха не был совсем уж конченым отморозком. Очевидно, он увёз Марину на своём мопеде не ради невинной ночной прогулки по живописным местам. Но Ри всегда была бойкой и могла дать отпор даже в сложной ситуации. Думаю, когда Лёха стал приставать, она его отшила, причём настолько доходчиво, что даже до него дошло. Изнасилования как такого не было, но он сильно напугал её и бросил посреди тёмной дороги у окраины леса. Добраться до дома было тем ещё квестом, но она справилась.
Я слушала историю, которую рассказывал Кир, и не могла сложить однозначного мнения о том, кого мне больше жаль: Марину, которой пришлось пережить попытку изнасилования, страх, ужасный сложный путь от окраины леса до дома, безразличие матери и безысходность всей ситуации или Кира, который, кажется, любил и любит её как родную сестру и переживал за неё, но тоже ничего не мог толком сделать.
— Так значит, никто не пошёл в полицию? А с родителями этого Лёхи кто-нибудь разговаривал?
Кир тяжело вздохнул и покачал головой. Сделал подряд несколько глотков из бутылки, а затем продолжил рассказ.
— Отец Лёхи очень сложный дядька. По характеру я имею в виду. Да и служба у него специфическая. Он много лет в органах проработал, профдеформация на лицо. Был уже случай, что девушка пришла в полицию и подала заявление, что Лёха к ней приставал. Заявление формально приняли, но никакого результата это не принесло. Лёха остался безнаказанным, а про девушку разлетелся слух, мол она сама виновата, ибо ведёт себя как девушка лёгкого поведения. Будто это она пыталась соблазнить Лыцкого, чтобы потом шантажировать и получить деньги. Люди, к сожалению, склонны верить в подобное. Ирке пришлось уехать учиться в другой город, чтобы отделаться от этого всего. Я и сам какое-то время собирался поступать в академию МВД, хотел быть тем самым честным полицейским, чей образ в нашей стране остался разве что в сериалах по федеральным каналам. Но после всего этого, я передумал. Понял, что не смогу выжить в этой системе.
Истории про безнаказанных детей влиятельных людей, особенно из органов, не были для меня неожиданностью. Но когда такое происходит со знакомыми людьми, пусть и косвенно, становится гораздо тяжелее. Сразу хочется самой встать на путь борьбы с несправедливостью и добиться адекватного наказания для виновного. Попытка изнасилования — не убийство, за такое не посадят в тюрьму, но человек должен понимать, что он не имеет права так поступать.
Повисло напряжённое молчание. Я сидела неподвижно, уткнувшись взглядом в одну точку и нервно подковыривала пальцем сухую кожу вокруг ногтей — это было моей второй дурной привычкой после курения сигарет. Кир тоже молчал. Возможно, он жалел, что рассказал мне эти факты из биографии Марины и другой девушки, но что сказано, то сказано.
— Пожалуйста, только не говори Ри, что ты в курсе, ладно? Мне кажется, она до сих пор носит эту травму в своём сердце.
Не успела я ничего сказать, как у меня за спиной послышался звонкий голос Марины.
— Что там в сердце? Вы что, про любовь говорите?
Марина повеселела по сравнению с утром и была полна энергии. Она ловко пробиралась между столиков, словно юркая лисица в густом еловом лесу. На ней было светло-голубое струящееся платье и белые ретро босоножки с ремешками. Казалось, Ри явилась к нам из советского ромкома. Кир первым вышел из ступора и привстав со своего места, галантно отодвинул свободный стул и предложил Ри присесть.
— Не, погоди, я сначала сбегаю возьму себе компот. Вы брали вишнёвый или какой?
— Кир вообще пиво взял себе, — с некоторым недовольством сказала я и укоризненно посмотрела на друга.
Кир и Марина переглянулись и рассмеялись. Я не совсем поняла, что их так рассмешило в моих словах, но уточнять не стала. Порой мне казалось, что у них есть какой-то невербальный уровень общения, до которого я ещё не доросла. Когда Ри вернулась со стаканом компота, мы стали обсуждать планы на ближайшие дни. Марина работала кондитером в небольшой пекарне по графику два через два. Её выходные были сегодня и завтра, а потом через два дня. В отпуск она планировала уходить в августе, чтобы захватить свой день рождения.
— У меня есть безумная идея, — с горящими глазами прошептала Марина и хитро посмотрела на Кира в надежде, что он всегда поддержит её безумие. — В гараже стоит отцовская моторная лодка. Может, возьмём её?
Кир настороженно взглянул на неё, пытаясь сопоставить факты.
— Погоди, это та самая лодка, с которой он пропал много лет назад?
— Ага. Но она на ходу, заправить только надо и на воду спустить. Нас трое, мы сможем.
Я тоже с определённым недоверием отнеслась к этой идее. Не то чтобы я совсем не доверяла Марине, но неужели эта хрупкая девушка сможет самостоятельно управлять моторной лодкой? И ладно управлять, её необходимо было сначала воскресить! Неизвестно, сколько она простояла в гараже. Быть может, имеются неисправности, устранить которые удастся только механику.
— Ри, а ты уверена, что справишься? Это точно безопасно? Моторная лодка не самая простая техника. Вдруг там сломалось что-то? Или сломается прямо на воде?
— Слышу кто-то городской тут заговорил, выросший в тепличных условиях? Если тебе стрёмно, так и скажи, можешь вообще не плыть с нами. Помоги хотя бы на воду спустить.
Кир молча наблюдал за нашей перепалкой и тихонько посмеивался. Он хорошо знал упрямый характер Марины, и как сильно её задевали подобные сомнения со стороны малознакомых людей. Она умела очень многое, отец её всему научил. Они были очень близки и много времени проводили вместе. Вдвоём они постоянно ходили по Байкалу на этом маленьком белом катере с лаконичным и довольно популярным названием «Любовь». Такой выбор не был случайным, маму Марины зовут Люба. Парадоксально, но она всегда опасалась воды и даже не умела плавать. В детстве с ней случилось происшествие, чуть не окончившееся гибелью. Она могла утонуть, когда ей было всего 7 лет. С тех пор, она сторонится любых водоёмов крупнее ручья. Разумеется, она каждый раз переживала, если муж и дочь уходили на лодке и долго не возвращались. Но всё всегда заканчивалось хорошо: они возвращались уставшие и невероятно довольные своими приключениями, привозили рыбу и восторженно рассказывали об увиденном. Марина обожала эти поездки с отцом, это было только их время. Самое счастливое время в её жизни, до того проклятого дня тринадцать лет назад, который оборвал их любовь и дружбу с отцом.
Глава 8
Из помещения столовой не было видно улицы, поэтому мы совершенно не заметили, как изменилась погода. Какое-то время мы ещё сидели за маленьким столиком, допивали компот, рассуждали о прошлом и будущем. Ри поделилась, что мечтает стать экскурсоводом и возить туристов по Байкалу на моторке, показывать красоты здешних мест, рассказывать пугающие мистические легенды.
— Так может возьмёшь нас как подопытную группу? — предложила я. — Проведешь экскурсию так, будто всё по-настоящему. Я ведь ничего толком не знаю про Байкал, мне очень интересно.
Марина расплылась в улыбке, а глаза её засияли. Она радостно закивала головой, выражая явное согласие с моим предложением.
— Это было бы просто волшебно! — голос её прозвучал мягко, с какой-то неподдельной добротой. — Я завтра же сяду, подготовлю маршрут. Потом я два дня на сменах буду, а после — отправимся в путешествие.