Отброшенная тень

Не прошло и мига, как тяжелая хватка Литессы уже жестко коснулась сломанного запястья его левой руки, а из его рта вырвался протяжный стон боли, который он лишь частично смог сдержать, яростно прикусывая свой язык до самой крови.

— Убийца! Все сюда! — Едва спешившая сбежать троица успела отойти хотя бы на пару метров, как неистовый крик одного из рыцарей церкви в этот момент уже взбудоражил абсолютно всех. Понимая, что скрытно сбежать не получится, Литесса могла только скрепя зубами броситься в лес со всех ног.

Она не знала, по какой причине их заметили: из-за стона Ахерона, из-за ярко-зеленого платья Лисы или потому что им просто не повезло. Однако сейчас это все равно уже было не важно, ведь дальше им предстояло либо сбежать, либо быть пойманными, рассчитывая на милость врагов.

— "Почему именно эта рука..." — Проклиная в сердцах, Ахерон мог только сокрушаться, виня себя в произошедшем, и будучи побледневшим от страха и боли тащиться следом за Литессой, то и дело поглядывая назад, где уже множество озверевших рыцарей церкви бежали следом за ними. Его шок и страх сейчас был столь силен, что даже яростная хватка Литессы на его сломанном запястье не причиняла ему много боли...

Литесса была быстра... и даже очень, не говоря уже о ее легкой кожаной броне. Если бы не два балласта она бы запросто оторвалась от рыцарей церкви, одетых в полные латные доспехи. Она хотела бросить Лису... хотела отпустить руку... хотела любой ценой повысить их шансы сбежать... Однако повернувшись назад, чтобы в последний раз взглянуть на девушку, чью руку она отпустит уже в следующий миг, обрекая на смерть, ее взгляд словно бы невзначай уже упал на паникующий и переживающий взгляд Ахерона, чьи глаза не отрывались от девушки в зеленом платье казалось ни на миг.

— "Значит так да..." — Покачав головой, Литесса могла только рассмеяться в душе, резким и быстрым движением подтягивая к себе в очередной раз закричавшего от боли Ахерона и следом закидывая его на плечо.

К этому моменту они уже забежали в лес, однако рыцари церкви носили свой впечатляющий титул не просто так. Даже с полным латным доспехом они были немного быстрее троицы, с каждым мгновением нагоняя беглецов все больше.

Спустя миг острый кинжал уже со свистом пролетел возле щеки Литессы, оставляя на ней легкую царапину, и вынуждая ту еще сильнее проклинать безвыходные обстоятельства, в которые они попали.

— Черт возьми, не бросайте кинжалы! Они нужны живыми! — Один из рыцарей церкви тут же закричал, отчего другие могли только вложить обратно свои запоясные кинжалы, продолжая мрачно бежать вперед. Некоторые из них уже даже побросали свое оружие, начиная сбрасывать и доспехи, желая лишь догнать беглецов...

На слова рыцаря церкви Литесса могла только выдохнуть, однако ее лицо все равно лишь продолжало мрачнеть. Она как никто другой понимала... они не смогут оторваться, а значит остается либо что-то менять, либо быть схваченными. Во втором случае их вряд ли ждет долгая и счастливая жизнь...

— Лиса... слушай меня... внимательно... — Тяжело проговорив, Литесса слегка оглянулась, бросая взгляд на паникующую девушку, которая уже сбросив свои каблуки бежала босыми ногами по земле, едва успевая переставлять ноги. — Я отдам тебе Ахерона и ты побежишь вместе с ним только прямо, никуда не сворачивая и не оглядываясь... Ты поняла меня?

Литесса тяжело дышала, едва проговаривая слова, чтобы не сбить свое и так уже запыхавшееся дыхание. Но даже так ее речь звучала сейчас уверенно и непоколебимо, словно решение, принятое ею, уже не подлежит никакому обсуждению.

— Нет, Литесса! Оставь меня! Просто оставь меня! — Едва услышав слова Литессы, Ахерон тут же завопил как сумасшедший, в то время как его свисающая и качающаяся впереди голова посмотрела той прямо в глаза, заканчивая тихим шепотом. — Умоляю Литесса... просто брось меня...

Литесса посмотрела в заплаканные глаза Ахерона, которые выражали лишь мольбу, однако она лишь печально усмехнулась, поворачивая голову назад и улавливая твёрдый кивок Лисы.

— О чем ты говоришь, глупыш? — Ласково посмотрев на Ахерона, Литесса могла лишь снова печально рассмеяться, продолжая говорить с легкой меланхолией в своем голосе. — Как я могу бросить тебя, когда ты сам не бросил меня... ту, которую когда-то даже не знал?

Договорив с легкой усмешкой на своих губах, Литесса следом уже не медлила, в следующее же мгновение стягивая Ахерона со своего плеча и перекидывая его прямиком в объятия Лисы.

Троица в этот момент остановились лишь на краткий миг, тогда как в следующий Лиса уже продолжила бежать, крепко держа в своих руках вырывающегося и плачущего Ахерона.

— Нет! Литесса я умоляю... не бросай меня! — Ахерон плакал и кричал, тогда как множество рыцарей церкви уже приближались к Литессе все ближе с каждым прошедшим мгновением. — Лиса! Прошу, отпусти меня! Умоляю!

Печальные слезы стекали по глазам Лисы, тогда как крики и плач Ахерона звучали в ее ушах словно набатный колокол. Однако она могла лишь еще крепче ухватиться за него и продолжать бежать что есть мочи, игнорируя его отчаянные мольбы.

— Почему... почему... — Ахерон мог только продолжать плакать, тихо шепча себе под нос, в то время как даже обернувшийся силуэт Литессы, глядящий на него издали сейчас казался ему ужасно размытым.

Однако даже сквозь слезы... сквозь печальный ком в горле, что словно застрявший камень, не дающий ему вдохнуть, ему казалось он видел... он все равно видел ее далекую и искреннюю улыбку... улыбку в которой не было и крупицы сожаления о сделанном ею выборе...

Глава 55. Роковой день. Часть 3.

Литесса в этот момент уже быстро достала свой меч, вставая в стойку и готовясь сражаться до самого последнего мгновения, только бы дать убегающим еще хотя бы один лишний миг. Множество рыцарей церкви уже неистово приближались прямиком к ней, в то время как некоторые из них так и вовсе хотели оббежать ее, продолжая тем самым погоню за убегающей парой. Однако, она не могла позволить пройти мимо себя даже одному единственному рыцарю церкви, в противном случае ее жертва будет абсолютно бессмысленной.

Едва рыцари церкви приблизились, как Литесса тут же начала действовать, идеально парируя атаку первого подоспевшего к ней врага. Ее стремительные движения не замедлялись ни на секунду, тогда как она сама уже начала немедля отступать, грамотно отбиваясь сразу от нескольких разъярённых рыцарей, свирепо накинувшихся на нее. Тем не менее в отличии от них, здесь она могла показать намного большее мастерство, изученное ею на протяжении всей жизни. Деревья словно были ее щитом...

— "Давно я так не сражалась." — Резким движением отходя за дерево, Литесса мигом исчезла из поля зрения набросившихся на нее рыцарей, тогда как уже в следующий миг, неожиданно вылетевший оттуда со свистом кинжал вонзился прямо в шею одного из пытавшихся ее обойти.

Не прошло и секунды, как хладный труп одного из рыцарей уже безжизненно свалился на землю, истекая кровью. Видя это, остальные церковники могли только зарычать от гнева и ярости, накидываясь на одинокого врага еще более безумно. За смерти своих товарищей они без сомнения разорвут эту подлую убийцу во что бы то ни стало...

— Мерзкая тварь! Клянусь Великой матерью, ты горько поплатишься за неоднократно пролитую тобою кровь! — Рыцари церкви сейчас словно обезумели, едва очередное хладное тело их товарища безжизненно упало на землю. Они могли только вопить, обещая скорую и жестокую расправу своему врагу. Лишь за сегодня они уже потеряли троих своих братьев и сестер по вере... непростительно.

Они стремительно нападали, словно не зная страха, желая лишь убить своего врага. Однако Литесса легко уходила от их размашистых ударов своими быстрыми и ловкими движениями, словно хитроумная лиса переходя от одного дерева к другому. Ей не нужно было убивать всех, да она и не сможет... Ей достаточно лишь задержать рыцарей церкви, позволяя тем самым Ахерону и Лисе скрыться в чаще. Если она не позволит себе отдать врагу тыл и будет отбивать мечом их редкие точечные удары, попутно убивая тех, кто решит пройти мимо, то этого будете более чем достаточно...

Все же сейчас она находилась в своей стихии, тогда как с каждым деревом дающим ей прикрытие, и со свистом пролетающей стали, лишь падало очередное бездыханное тело рыцаря церкви. Практически всю свою жизнь она сражалась именно так... словно дикий зверь, вынужденный использовать любые окружающие обстоятельства. И пусть она уже давно не проливала чужую кровь, но ради защиты Ахерона, с радостью будет делать это вновь и вновь...

_______________________________________________________________________________________

— Лиса отпусти меня! Отпусти! — Ахерон сейчас изо всех сил пытался вырваться из объятий Лисы, в то время как слезы лишь непрерывно стекали из его уже покрасневших и опухших глаз.

Из-за него Литесса сейчас вынуждена жертвовать собой, давая им шанс спастись... Если бы он только поступил по-другому... если бы только не вынуждал ее выполнить обещание, которое она давно дала. Если бы только... не был столь глуп и слеп...

— Зачем она так поступила... зачем... — Опустошенно шепча, Ахерон мог лишь вмиг обмякнуть, словно лишенный всех сил, в то время как Лиса лишь продолжать бежать, кусая губы и яростно моргая, стараясь этим действием сбить слезы, мешающие ей.

Она ощущала себя как никогда ужасно, и лишь страх с надеждой помогали ей продолжать бежать. Закрывая глаза, чтобы сбросить с ресниц полные горечи слезы она будто вновь видит красивый зал, и танцующую пару, тогда как открывая на деле зреет лишь ужасный кошмар.

— Это был ее выбор, Ахерон... — Сглотнув тяжелый ком в горле, Лиса могла только тихо прошептать, тогда как вновь подступившиеся слезы не давали ей даже как следует разглядеть дорогу вперед, вынуждая практически бежать вслепую. — Мне жаль...

_______________________________________________________________________________________

К нынешнему моменту прошло лишь несколько невероятно долгих, словно бесконечных минут, тогда как лоб Литессы уже был покрыт стекающим потом, а яростное и сбившееся дыхание лишь доказывало, насколько уставшей она себя ощущала. Ее лицо было ужасно мрачным, однако даже в такой ситуации на нем иногда проскальзывала улыбка... ведь она так и не пропустила ни одного рыцаря церкви мимо себя.

Она двигалась словно проворная лиса, мелькая от одного дерева к другому, однако, чем больше времени проходило, тем большая усталость овладевала ее телом. Ее мышцы налились свинцом, а движения все сильнее замедлялись с каждой пройденной секундой. Тем не менее с каждым мгновением, которое она продолжала держаться, легкая улыбка на ее лице лишь становилась все более заметной. Даже если она умрет... то она умрет зная, что отдала жизнь не зря.

— "Ахерон... надеюсь твоя улыбка никогда не угаснет." — Едва эта короткая мысль надежды проскочила в голове Литессы, как уже спустя миг она была разрушена резким и стремительный ударом, неожиданно летящим к ней сбоку.

Неистовый свист ветра тут же послышался в ее правом ухе, тогда как невероятное чувство опасности вмиг овладело сердцем. Она немедля отпрыгнула назад, тогда как место, где была ее голова буквально в прошлое мгновение, уже было разрушено свирепым ударом безжалостного кулака. Щепки безумно разлетелись во все стороны, однако она не смела медлить, продолжая отступать еще стремительнее прежнего.

— Вы не смогли пройти сквозь одного! — Яростно крича, Лаура уже яростно бросилась следом за Литессой с поистине невероятной скоростью, тогда как ее колено уже неслось той прямиком в живот. — Всего одного! Вы чертов мусор!

Громкий грохот тут же раздался по окрестностям, тогда как ствол дерева в месте удара был мгновенно разорван на части, разлетаясь щепками и кусками, а следом даже заваливаясь на землю. Лицо Лауры в этот момент было искажено в злобе и ярости, но сама она лишь продолжала двигаться, нагоняя своего верткого, словно уж врага.

— "Как... откуда у нее такая сила и скорость?!" — Литесса сейчас так и вовсе была в полном шоке, в то время как ее сердце продолжало неистово биться при взгляде на силуэт девушки в белых доспехах. Значит это и есть Лаура, епископ церкви...

Буквально только что она едва успела уклониться от двух тиранических ударов, которые без сомнения сделали бы из нее отбивную. Такая тираническая мощь в теле обычного на первый взгляд человека была поистине неописуема, вынуждая ее сконцентрировать все свое внимание на очевидно подоспевшем епископе, продолжая отступать еще быстрее прежнего и быстро мелькать сквозь деревья.

— Тебе не скрыться от меня, ничтожество, как не скрыться и тем двум грызунам! — Лаура безумно рассмеялась, тогда как ее взгляд мгновенно сместился в сторону, словно глядя на что-то сквозь деревья и листву. — Ведь я чую их страх и боль!

Даже говоря, Лаура продолжала стремительно двигаться, вытаскивая при этом свой полуторный меч. Один взмах ее клинка... как уже спустя миг казалось вековое древо было гладко разрублено пополам. К счастью, Литесса уже ожидала такого чуда, поэтому не смела медлить, спешно отступая и не пытаясь даже контратаковать. По прошлым ударам, она уже понимала... ствол дерева отныне не был для нее защитой, как и не был щитом.

— Приведите мальчишку и девчонку! Они в той стороне. — Лаура продолжала свой натиск, в то же время указывая своим спешащим вслед за ней рыцарям в определённую сторону, отчего Литесса сейчас могла лишь ошеломленно и обеспокоенно раскрыть глаза.

Она специально сказала Лисе бежать прямо, при этом также двигаясь систематически назад, незаметно для рыцарей церкви меняя градус своего отхода между деревьями. К этому моменту она уже сместилась довольно сильно, однако Лаура каким-то неведомым образом узнала в какой они стороне, даже с учетом того, что она здесь лишь десяток секунд. Значит у нее теперь действительно нет другого выбора...

— "Придется рискнуть..." — Стиснув зубы, Литесса тут же уклонилась от очередного тиранического удара, однако ее меч уже был готов действовать в любое мгновение.

Она не могла продолжать лишь убегать, ведь в таком случае Ахерона и Лису поймают, а значит ей придется убить эту ужасающую девушку здесь и сейчас, рискуя всем. Хотя епископ невероятно сильна и быстра, но точно не бессмертна. У нее есть все шансы нанести один точный, быстрый и смертельный удар по своему врагу.

— Такая сила... и в таких ничтожных и жалких руках. Гоняешься за детьми, и еще смеешь называться себя епископом? — Усмехнувшись, Литесса лишь брезгливо сплюнула на пол, вновь смещаясь за дерево, которое уже в следующий же миг было безжалостно разрублено на части.

Впрочем, ее издевка явно сработала, в то время как лицо Лауры уже исказилось в еще большей ярости и злобе, а высокий и стремительный удар ее ноги уже летел в очередное дерево, стоящее рядом с только что разрубленным. Не прошло и мига, как грохот, пыль и щепки уже мигом заполонили собою весь обзор, но именно это сейчас и нужно было Литессе!

— "Умри!" — Литесса больше не отходила, и даже неистово летящие щепки не заставили ее сомкнуть свои широко распахнутые глаза!

Движение ее руки было поистине быстрым и безжалостным, в то время как разум уже просчитал примерное местоположение лица епископа. Едва ствол дерева разлетелся... как лезвие ее меча уже неистово летело сквозь пыль, отражаясь в желтых, наполненных безумием зрачках Лауры!

Время сейчас словно замедлилось, тогда как застывшая картина несущегося сквозь разруху меча словно отпечаталась в глазах Лауры, заставляя ее безумно оскалиться, прикладывая всю свою мощь и скорость! Не прошло и мига, как пыль уже осела, оставляя после себя лишь картину обезумевшего взгляда Лауры... как и меча, застрявшего в ее глазнице и сдерживаемого лишь ее ладонью, крепко обхватившей лезвие клинка. Роковой провал...

— Почти, ничтожество... почти... — Кровь сейчас неистовыми струями брызгала из вытекающего глаза Лауры, заставляя ее корчится от боли. Однако даже так... она лишь жестоко усмехалась, уже нанося безжалостный удар кулаком другой руки.

Она была слишком быстра, тогда как стойка Литессы наоборот взяла толчок вперед для более сильного и окончательного удара. У нее просто не было шансов уклониться, получая неполный силы удар прямиком в голову и бессознательно падая на землю. Лишь невероятное сожаление перед этим пронеслось в ее затухающих глазах...

— Да как только посмела... да и кого... меня? — Безумно и яростно шепча, Лаура следом уже резким движением вытащила меч из своей глазницы, откуда спустя миг брызнул кровавый гной вместе с перемолотыми частицами насекомых, которые до сих пор трепыхались, валяясь в алой жиже на земле.

Однако даже чувствуя сильную агонию, она не медлила, хватая бессознательную Литессу за волосы и таща ее прямиком в сторону сбежавшей пары. Впрочем, спустя несколько секунд несколько отставших рыцарей уже стремительно подоспели к ней.

— Епископ, вы ранены?! Позвольте оказать вам хотя бы первую помощь! — Один из рыцарей церкви тут же подбежал, желая осмотреть рану Лауры, однако та лишь грубо оттолкнула его.

— Лучше свяжите эту девку, а я направлюсь вперед! — Грубо бросив в сторону своих рыцарей бессознательную Литессу, Лаура в свою очередь лишь стремительно побежала вперед, тогда как судороги, вызванные болью, то и дело заставляли ее стиснутые зубы издавать мерзкий скрежет.

Ее рыцари к этому моменту уже должны постепенно нагонять убегающих, однако она не собиралась сейчас просто стоять и ждать пока эти идиоты исполнят приказ как надо. Они и так уже чуть ли не упустила сбежавших, поэтому сейчас ей придется взять все в свои руки, доводя дело до конца, как впрочем и всегда...

Глава 56. Роковой день. Часть 4.

Сейчас Ахерон мог только безвольно лежать в руках Лисы, тогда как звуки далекого боя в его ушах становились с каждым прошедшим мгновением все тише и тише, пока вскоре так и вовсе не смолкли окончательно. Лишь коротким мгновением позже раздались несколько громыханий, прошедшие по его телу словно бы мрачной судорогой. Однако уже спустя меньше минуты прекратились и они, знаменуя этим ни что иное, как окончание битвы.

— "Литесса... прости меня..." — Ахерон мог лишь продолжать бессильно лежать в руках Лисы, не способный даже пошевелиться, не столько из-за ее крепкой хватки, сколько из-за своего собственного бессилия, слабости и никчемности...

Он был слишком слаб и слишком ничтожен, вынужденный лишь в очередной раз наблюдать за кошмаром, что следует за ним попятам. Где бы он ни находился, как бы себя не чувствовал... кошмар казалось всегда стучится в дверь. У него не было даже своего собственного выбора, лишь очередной путь боли, который ему приходится насильно преодолевать.

Лиса в этот момент не смела замедлиться ни на мгновение, стараясь выровнять свое уже сбившееся дыхание. Однако даже несмотря на колющее от боли сердце, она лишь продолжала бежать. К этому моменту ее стопы уже были в легких порезах от всюду валяющихся камней, но она не обращала на это никакого внимания, лишь продолжая смотреть вперед и быстро перебирать ногами.

Она вообще не знала куда идти... Не знала, что им делать... Не знала, как выбраться из этой, казалось, поистине безвыходной ситуации. Она могла лишь продолжать отчаянно бежать в чащу, надеясь хоть на какое-нибудь чудо. Темнота вокруг казалась ей как никогда страшной, а предчувствие словно кричало о том, что позади нее уже тянутся руки, желающие ее схватить.

Спустя около минуты, острая и неожиданная боль вдруг резко отдалась особым жжением в левой ладони Ахерона, вмиг выводя его из своего бессознательного и опустошенного состояния, и как следствие вынуждая обеспокоено взглянуть на пылающий знак. Он не был идиотом, поэтому мог понять хотя бы приблизительно, что это может значить...

— Лиса прошу остановись... нам надо попробовать спрятаться. Мне кажется в любое мгновение нас могут поймать... — Ахерон прошептал крайне тихо, чтобы только Лиса могла услышать его. Однако в его голосе сейчас была только уверенность и твердость, поэтому она могла только боязливо кивнуть на его мрачные слова, начиная оглядываться в поисках укрытия.

Она все равно уже не могла продолжать бежать, тем более с таким лишним весом на руках. Спрятаться в любом случае будет хорошим вариантом, даже если слова Ахерона останутся лишь мрачной возможностью.

Пробежав еще несколько мгновений, Лиса наконец смогла заметить более-менее хорошее место, способное их укрыть. Небольшое углубление в маленьком холме, похожее на не до конца вырытую нору позволит им хотя бы ненадолго спрятаться и перевести дыхание.

— Залезай скорее. — Быстро запихнув вялого Ахерона внутрь, Лиса уже торопливо подняла несколько густых веток, в следующее же мгновение залезая следом за ним и закрывая вход в нору.

Сейчас они могли только продолжать тихо лежать, окутанные всепоглощающий тишиной, в то время как лишь бешеный стук их сердец, казалось, раздавался в округе. Тем не менее, чем больше времени проходило, тем сильнее неистовое жжение отзывалось в ладони Ахерона, наполняя его все большей паникой, страхом и конечно же... болью.

— "Великая мать... как больно..." — Ахерон не смел издать даже стона, терпя ужасную боль и стискивая зубы настолько сильно, что даже кровь из десен уже текла по его губам.

Боль была просто невероятной, словно рука по-настоящему горела в пламени. Однако он понимал, что если сейчас закричит, то им придет неминуемый конец, тогда как продолжая прятаться все еще оставался шанс на спасение. Ему нужно держаться во что бы то ни стало... Ради Лисы... Ради Литессы...

Спустя несколько коротких мгновений вдалеке уже то и дело слышался звук громыхающих лат, что с каждым прошедшим мгновением становился все ближе. Однако даже раньше прибытия рыцарей церкви, в испуганных глазах Ахерона и Лисы уже промелькнул неистово мчащийся вперед силуэт, на миг, словно бы оставляющий за собой желтую полосу света в темноте.

— "Это же Лаура..." — Ахерон не смел даже дышать, едва его глаза уловили яростно промелькнувший силуэт, в то время как он сам даже боялся подумать о том, что могло случится с Литессой. Сейчас он мог только искренне молиться Великой матери о ее благополучии, надеясь, что она успела сбежать от этого сумасшедшего епископа.

Даже в их первую встречу эта ужасающая девушка уже пугала его, а сейчас так тем более. Ее искаженное от ярости и злобы лицо казалось до сих пор мелькало перед его глазами, тогда как пылающие желтые глаза словно видели все его сокрытые тайны.

К несчастью, спустя несколько мгновений силуэт Лауры вновь вернулся, тогда как ее взгляд безумных желтых глаз уже обратился прямиком на ошеломленную пару, прячущуюся в норе. Словно хищник в ночи, она сейчас смотрела на них, как на бессильную добычу, что лишь продолжала бежать в бесполезных потугах спастись и отстрочить поимку.

— Попались! — Безумный оскал тут же исказил красивые черты лица Лауры, тогда как спустя миг, спрятавшаяся пара могла видеть перед собой только стремящийся к ним черный силуэт, вместе с желтыми глазами, наполненными будто бы необъяснимой яростью и злобой.

Впрочем, рука Лауры уже так или иначе немедля протянулась в небольшое углубление, резким движением вытягивая оттуда два сцепившихся друг с другом силуэта и небрежно бросая их на землю. Ее взгляд сейчас так и вовсе неотрывно следил за испуганным и шокированным лицом Ахерона, в то время как море хаотических эмоцией затапливало разум.

— Г-госпожа Лаура отпустите хотя бы Лису! Она вообще не понимает, что происходит... — Ахерон решил попробовать воззвать к чувствам епископа. Однако даже прежде, чем он успел договорить, резкая и сильная пощечина уже безжалостно прошлась по его лицу.

Боль была ужасной, в то время как он сам мог только бессильно отлететь на целый метр, словно кукла, которой подрезали нити. Его лицо было вмиг разбито, а кровь вперемешку с зубами уже непрерывно лилась изо рта. Голова неистово кружилась, а в ушах стоял поистине громогласный звон. Ему казалось, что в любой момент он может окончательно потерять сознание...

— Ахерон! — Лиса тут же закричала от ужаса и паники, немедленно бросаясь к лежащему в собственной крови Ахерону. Однако не успела она даже достичь его тела, как рука Лауры уже ухватилась за воротник ее платья, мгновенно оттягивая ее назад и безжалостно бросая в ствол дерева.

Не прошло и мига, как раздался лишь тяжелый и тупой стук, в то время как тело Лисы могло только безвольно упасть под деревом. Из ее рта тут же потоком хлынула кровь, тогда как с едва двигающих губ слетало только непонятное и бессвязное бормотание...