Отброшенная тень

— Знаешь... — Стиснув зубы, Ахерон на миг запнулся, тогда как его мысли словно на краткий миг нырнули в недалекое прошлое. Кошмары, проклятие, болезнь, скорая смерть... все это словно бы сдавило его челюсть, не позволяя ему сказать слова, искренне желающие вылететь из его рта...

На секунду мир словно замедлился, оставляя вокруг лишь танцующую пару, чьи черные и зеленые глаза не моргая смотрели друг на друга. Мир вокруг словно перестал двигаться, потерял краски... и лишь их тела продолжали неспешный темп. Они двигались, моргали, улыбались, краснели... смотрели друг на друга. Казалось, невидимая искра то и дело пролетала перед их глазами, наполняя взгляды уже новым, доселе неведомым чувством... Казалось, в этот момент ничего более не имело для них значения, лишь слова, которые должны быть произнесены...

— Лиса, я... — Окончательно решившись, Ахерон мог лишь раскрыть свои губы, твердо смотря в ясные и ожидающие зеленые глаза.

К его величайшему сожалению... он так и не успел договорить, ведь уже в следующий миг двери ведущие в зал с шумом отворились, прерывая его речь и не позволяя вырваться желанным словам, уже готовым сойти с его уст. Не прошло и очередного мига, как десятки вооруженных рыцарей уже забежали внутрь, осматривая всех с головы до ног и останавливаясь своими яростными глазами... прямиком на силуэте Ахерона.

— Ахерон Алетей! Вы беретесь под стражу указом церкви! — Громкий голос одного из рыцарей церкви в этот момент неистово прогремел по всему залу, тогда как сотня ошеломленных глаз уже то и дело переходили с рыцарей церкви на стоящего в прострации мальчика. — Вы обвиняетесь в распространении и сокрытии проклятия, а также в сговоре с рыцарем отступником Маркусом Алетеем!

Едва слова рыцаря закончили громыханием проноситься по всему залу, как уже спустя миг десятки мечей были вытащены из ножен, безжалостно направленные прямиком на ошеломленного Ахерона, уста которого могли лишь то открываться, то закрываться, не способные даже подобрать нужные слова.

— Уважаемые рыцари церкви... — Вместе с этими словами, Рикард с хмурым лицом немедленно вышел из толпы, в то время как его взгляд тут же стал как никогда холодным, а следующие слова звучали вместе со скрытой угрозой. — Вы забылись, если считаете, что можете приходить в мое поместье и вершить непонятно что!

Едва слова Рикарда неистово пронеслись по всему залу, как в это же мгновение множество его рыцарей повыходили из бесчисленных комнат поместья, готовые в любой момент вступить в яростную битву, едва приказ их сюзерена сойдет с его уст.

— Расслабься, Рикард. Мы творим правосудие и справедливость! И я легко могу это доказать. — Едва эти слегка надменные слова прозвучали в ушах каждого находящегося в зале человека, как уже спустя миг внутрь вошла крайне высокая девушка, одетая сейчас в белые сияющие доспехи церкви. Епископ...

Казалось, она обращалась лишь к графу, но тем не менее ее желтые глаза, наполненные затаенной яростью и злобой сейчас неотрывно следили лишь за одним человеком в этом месте, не обращая более ни на кого внимание. Даже такой человек как граф не удостоился сейчас и крупицы внимания епископа, в то время как ее пылающие глаза следили лишь за одним только Ахероном.

Стоило только желтым глазам епископа в этот момент обратиться на Ахерона, как его мигом бросило в дрожь, а левая рука словно запылала как никогда прежде. Мокрое чувство пролитой под перчаткой крови тут же дало о себе знать, заставляя его лицо побледнеть. Но даже так он мог лишь сжать кулак, пытаясь побороть страх и боль. Сейчас ему никак нельзя отступать... даже под таким жестоким взглядом.

К этому моменту неясной смуты множество рыцарей знатных дворян уже спешно вошли в зал, закрывая своими телами господ. Они не понимали, что происходит, но тем не менее обязаны были защищать их до самого конца во что бы то ни стало.

— Лаура... — Едва Рикард посмотрел в желтые глаза, обращенные на мальчишку, как он тут же помрачнел, тем не менее продолжая говорить со сталью в своем голосе. — Ну в таком случае объясни все происходящее. В противном случае занимайся арестом не в моем поместье и не на именинах моей дочери!

Рикард не хотел враждовать с епископом церкви, особенно с такой древней, как Лаура. Но он и не собирался терпеть ее самодовольные выходки. Он не никто, и не позволит творить у себя дома бесчинства, пусть даже самой длани церкви. Если она сейчас же не даст ему достойного ответа, то он покажет ей, что даже епископы не всесильны.

— Покажи же, мальчишка... — Проговорив с легкой усмешкой в сторону Ахерона, Лаура на деле даже не обратила внимания на грозные слова Рикарда. Ей было плевать на всех, кроме одного человека в этом помещении, тогда как ее хищный взгляд уже немедля обратился к левой руке дрожащего мальчика. Она уже чувствует его пролитую кровь...

Ахерон же сейчас так и вовсе оказался ошеломлен еще сильнее прежнего, едва насмешливые слова Лауры достигли его ушей, тогда как невыразимый страх так и вовсе мигом сковал его тело. Сейчас он даже не знал, что ему делать, переводя взгляды по своему окружению, в то время как Лиса лишь продолжала стоять подле него, крепко сжимая его руку от беспокойства.

— Уважаемый епископ... я не понимаю, о чем вы говорите... — Ахерон пытался придать своему голосу твердости, однако на деле он лишь тихо пробормотал, едва удерживая свой робкий взгляд на лице Лауры.

Тем не менее даже сгорая от страха он помнил слова отца, и ни в коем случае не покажет свою руку, чего очевидно и хочет Лаура. В противном случае для него будет все кончено здесь и сейчас. Обстановка перевернулась с ног на голову. Лишь пару минуту назад он чувствовал себя словно на небесах, тогда как уже сейчас опустился в глубины бездны.

Его мозг работал на всю катушку, пытаясь найти выход из своего бедственного положения, однако он недооценил безумие и стремление своего оппонента. Безумно выглядевший епископ явно пришла сюда не для задушевных разговоров...

— Тогда я сама покажу! — Жестоко усмехнувшись, Лаура более не медлила, бросаясь вперед с поистине невероятной скоростью. Прошел лишь краткий миг, как ее безумно сильная хватка уже сцепилась на кисти левой руки ошеломленного мальчика.

Ахерон же в этот момент мог только закричать от невероятной боли, ведь Лаура сжала его руку со всей силы, просто-напросто безжалостно ломая кисть. Слезы тут же потекли из его глаз, но он не мог отступиться и позволить увидеть свою ладонь всем собравшимся.

— Уважаемый граф... Лаура действует безосновательно... прошу обеспечьте мне защиту... — Переведя взгляд на графа, Ахерон едва смог проговорить слова, стискивая зубы от боли.

Лиса в этот момент могла лишь ошеломленно и испуганно смотреть на стоящую возле нее Лауру, чей силуэт, казалось, перекрывал ей весь обзор на некогда прекрасный зал, и которая сейчас держала Ахерона так, словно он был не человеком и дворянином, а кучей мусора.

Она была ошеломлена, и хотела сказать хоть что-нибудь в его защиту, однако едва она открыла рот, как ее уже налитые слезами глаза встретились с черными глазами Ахерона, который в свою очередь мог лишь стискивая зубы, отчаянно покачать головой.

— "Только не влезай... прошу тебя..." — Ахерон мог лишь молиться про себя, надеясь, что церковь не обратит на Лису внимания. Она была лишь обычной служанкой и ничем не сможет ему помочь, даже если вылезет из кожи вон. Не говоря уже о том, что ей точно не дадут спуска, раз даже с ним обращаются столь сурово.

После слов Ахерона граф Рикард уже яростно шагнул вперед, как и предельно возмущенная Виолетта. Даже бесчисленные рыцари графа уже зашевелились, протягивая руки к ножнам. Однако даже прежде, чем кто-либо успел сказать хоть слово, острый ноготь Лауры уже аккуратно прошелся по ладони Ахерона, разрезая его тонкую перчатку вместе с бинтами под ней.

— Великая мать... — Рикард мог только тихо прошептать, будучи поистине ошеломленный увиденным.

Не прошло и мига, как перед взорами всех собравшихся показалась обугленная черная ладонь, с непонятным, вырисовывающимся кровавыми прожилками знаком. Кровь продолжала безостановочно стекать из нее, и даже валяющиеся на полу бинты были пропитаны, как новой, так и старой кровью.

— Он носитель неведомого и могущественного проклятья! Теперь у вас есть возражения?! — Громко спросив и обведя всех взглядом Лаура следом уже довольно усмехнулась, не видя более возражений и возмущений, но лишь шок в глазах всех присутствующих.

Все, включая графа в этот момент могли лишь молчать, даже толком не зная как на это реагировать. Однако Лаура не собиралась оставаться здесь и дальше. Впереди ее ждало еще много дел, поэтому она немедля начала уходить со своим рыцарями под громкий ворох обсуждений.

Глава 53. Роковой день. Часть 1.

Лиса могла только бессильно наблюдать за все более удаляющимся Ахероном, тогда как слезы горечи уже беспрерывно стекали по ее лицу. Она не знала, что делать, и даже решив сказать в его защиту хоть слово, увидела только беспокойство и панику в глазах своего спутника, как и его отчаянное покачивание головы.

Она и сама понимала, что не сможет ему ничем помочь, отчего могла только до крови искусывать свои губы, бесконечно переживая за Ахерона и в глубине души надеясь, что это недоразумение разрешится благополучно.

— Уважаемый епископ, прошу прощения. — Шагнув вперед, Миркон тут же посмотрел на обернувшуюся к нему Лауру, в то время как ее желтые глаза уже жестко взирали на него сверху вниз. Тем не менее, несмотря на поднявшийся в душе страх он лишь продолжил говорить, указывая на Лису. — Эта девушка возможно тоже связана с проклятьем...

— Что ты несешь ублюдок... — Едва слова Миркона достигли ушей Алексии, как она тут же грубо толкнула его в спину. В этот момент даже его друзья уже начали быстро тянуть его обратно, но невзирая на их действия он лишь оставался все также неподвижен.

После неожиданно услышанных слов Лаура могла только усмехнуться, переводя взгляд на Ахерона, который сначала яростно посмотрел на Миркона, а следом уже в панике бросил обеспокоенный взгляд на испуганную и побледневшую Лису. Его выражение лица в этот момент было для нее словно сладчайший мед...

— Взять ее под стражу! Надо проверить, возможно она тоже заражена проклятием.

Едва голос Лауры дошел до ушей рыцарей церкви, как те тут же начали действовать, мгновенно окружая Лису и беря ее под стражу. Наблюдавший за этим Ахерон в этот момент мог лишь зарычать от гнева и негодования, стискивая зубы от закипевшей в его груди ярости.

— Она дочь барона Алкема Минарила! Тронешь ее и пожалеешь, Лаура! — Ахерон мог только яростно закричать, упираясь взглядом в епископа и мгновенно забывая о страхе, который лишь недавно истязал его душу. Вид побледневшей и испуганной Лисы сейчас словно резал его сердце тупым ножом, вынуждая даже забыть о боли в сломанной кисти.

— Это ложь, ведь дочь барона Алкема носит совсем другое имя. Должно быть эта девчонка просто пробралась на бал с помощью своего спутника... — Миркон говорил спокойно, мгновенно опровергая слова Ахерона, в то время как его язвительно улыбающиеся глаза то и дело смотрели на еще более побледневшую Лису.

Алексия в этот момент уже грубо его пинала, и даже другие его друзья были ошеломлены столь подлыми действиями, говоря ему не лезть в это мутное дело. Впрочем, рыцари церкви так или иначе не замедлились ни на миг с самого начала своих действий, уже быстро уводя Лису вслед за Ахероном.

— Ублюдок! Ты заплатишь за это! — Яростно крича, Ахерон мог лишь безумно вперить взгляд в Миркона, ошеломленный таким подлым предательством. Невиданная до этого ненависть уже поднималась из глубин его души, в то время как Лаура лишь продолжала уносить его все дальше. Но даже так, Ахерон лишь продолжал яростно вопить, смотря на ухмыляющегося Миркона. — Ты слышишь меня, ублюдок?! Клянусь, ты заплатишь за это своей чёртовой жизнью!

Спустя несколько мгновений Ахерон уже был вытащен наружу и грубо брошен в карету, тогда как спустя миг туда же залезла и подгоняемая рыцарями церкви Лиса.

— Не переживай, все будет хорошо, я обещаю тебе! — Ахерон тут же принялся успокаивать дрожащую от страха Лису, которая сейчас лишь шикровано сидела, обливаясь слезами. Она вообще не могла осознать, как все докатилось до такого...

Впрочем, услышав слова Ахерона, она все же смогла немного прийти в себя, переводя на него свои заплаканные глаза, а следом и осматривая его левую обугленную и кровоточащую руку, которая сейчас уже казалась темно-синей. Только теперь она узнала, что он скрывал все это время... всю эту боль и отчаяние, терзающую его изо дня в день своими кошмарами.

— Тебе наверно ужасно больно... — Лиса могла только обеспокоено спросить, но Ахерон после ее слов лишь отрицательно покачал головой, выдавливая кривую улыбку на своем лице. Он не хотел, чтобы она беспокоилась о нем еще сильнее. Да и сломанная кисть это сейчас наименьшая из его проблем.

На самом деле, он и сам не совсем понимал, что происходит, ведь действия Лауры в его отношении были слишком злобные и предвзятые, словно он был для нее каким-то непримиримым врагом. Если она действует, опираясь на волю церкви, то она должна была просто спокойно задержать его, изолировать и доставить на следствие с судом. Не говоря уже об ее словах о его брате, якобы рыцаре-отступнике.

— Ч-что теперь с нами будет? А как же Лите... — Не успела Лиса даже договорить, как Ахерон уже прикрыл ладонью ее рот. Даже учитывая, что она говорила шепотом он не хотел рисковать, ставя под угрозу еще одного человека.

Он и сам не знал где Литесса, но отчасти понимал, почему она решила не показываться. Против нескольких десятков рыцарей она бы ничего не смогла сделать, лишь точно также попала бы в плен. Лиса и сама спустя миг уже все поняла, поэтому спокойно убрав ладонь со своего рта тихо кивнула.

К этому моменту карета уже начала двигаться, тогда как множество рыцарей церкви окружило ее со всех сторон, с Лаурой во главе. Сейчас они собирались как можно скорее покинуть не только владения графа, но и сам город. Даже множество людей уже вышло наружу, глядя на удаляющуюся процессию, среди которых был и ухмыляющийся Миркон.

— О чем ты вообще думал идиот тупоголовый?! Ты хоть понимаешь, что творишь и куда лезешь?! — Прорычав, Алексия уже в очередной раз пнула Миркона. Впрочем, тот cейчас был в слишком хорошем настроении, чтобы обращать на это внимание, лишь переводя на нее свой надменный и триумфальный взгляд.

— И что же я натворил? Просто сказал правду? Даже обратившись в суд столицы, они не смогут мне ничего предъявить! — Усмехнувшись Миркон уже вновь перевел глаза на удаляющуюся церковную процессию, провожая ее своим веселым взглядом. Не стоило этой безымянной девчонке быть такой высокомерной рядом с ним...

Видя надменность Миркона, Алексия могла лишь покачать головой более не пытаясь его образумить и лишь раздумывая над случившимся. Признаться честно, сначала она не обратила внимание на слова этого идиота, но немного подумав, поняла, что в действительности он частично прав. У барона Алкема и впрямь не было дочери с таким именем. Соответственно Ахерон и вправду провел эту безымянную девушку на бал. Впрочем, действия Миркона все равно были слишком подлыми и могли обратиться суровыми последствиями в будущем.

— Ты сам будешь разгребать последствия своих действий, Миркон. — Бросив хмурый взгляд на Миркона, и поправив свои золотистые волосы, Найден следом уже немедля направился обратно в зал, тогда как остальные из его группы направились следом за ним.

Ему и самому не понравился подлый поступок Миркона, однако это уже были не его проблемы. Если тот решился влезть в это дело, то он не может заставить его действовать по-другому. Ему было лишь немного жаль спутницу Ахерона, ведь он отчетливо видел по ее глазам, что она даже не понимала происходящего.

В этот момент, стоящая за деревом в отдалении Литесса могла только бессильно смотреть за удаляющимся конвоем, яростно кусая губы и проклиная все, что только можно. Все оказалось даже хуже, чем могло быть в самом наихудшем из предусмотренных ею сценариев.

— "Как Лаура попала сюда со своими рыцарями так быстро? Как она вообще узнала, что Ахерон здесь? Еще этот проклятый граф..." — Литесса хотела бы поразмышлять побольше, но к сожалению у нее совсем не было времени.

Если она сейчас отвлечется на поиски ворона и написания письма, то уже вряд ли сможет нагнать конвой. Ей оставалось лишь надеется, что на именинах был хоть-кто знакомый, кто оповестит Демиана.

Недолго думая, она тут же отстегнула одну из лошадей от кареты на которой они прибыли, следом садясь верхом и начиная неспешно скакать вслед за конвоем. Ей нужно будет подгадать момент и тогда возможно под покровом темноты у нее все же получится спасти Ахерона.

Спустя час конвой из рыцарей церкви уже покинул окрестности Локгранда, входя в темный лес. Скачущая впереди всех Лаура в этот момент так и вовсе лишь продолжала безумно шептать себе что-то под нос, в то время как ее бешеный взгляд каждый раз обращался назад к карете, в которой сидел Ахерон.

Она словно не понимала, что делает... Не понимала, чего хочет. Ее голова ужасно болела, а она сама могла лишь продолжать стискивать зубы до ужасающего скрежета. Тем не менее уже спустя миг ее рот раскрылся в безумной улыбке.

— Остановится! — Громко выкрикнув, Лаура уже в следующий миг слезла с лошади, спешно направляясь к карете.

Впрочем, ее протянутая и задрожавшая на миг рука остановилась прямо в миллиметре от дверной ручки, в то время как ее лицо так и вовсе исказилось сначала в злобном оскале, а уже спустя миг в непонимающей хмурости.

— "Ч-что... я... делаю..." — Лаура тяжело отступила, тогда как в ее глазах словно был целых ворох испытываемых эмоций. — Рассредоточится! Ждите меня! Они все равно никуда не денутся...

Договорив, Лаура уже быстрым шагом направилась в лес, тогда как с каждым шагом ее лицо искажалось все сильнее, а безумие все больше застилало глаза. Злоба, ярость, жажда, голод, ненависть... эмоции сейчас затапливали ее разум словно приливная волна, но где-то далеко все еще теплился далекий свет, с каждым мгновением лишь все сильнее ослабевающий под напором приближающегося мрака.

— "Что... нет... кто я...?" — Рассмеявшись Лаура продолжала идти, тогда как из ее открывшегося рта уже повылазило несколько ужасающих на вид жуков, спустя миг пробежавшись по ее лицу и спешно забравшихся обратно.

Она чувствовала себя как в дурмане, казалось, ее собственная личность отдаляется все дальше и дальше, а сама она могла лишь встать под деревом словно бы находясь в абсолютной прострации.

Глава 54. Роковой день. Часть 2.

Едва конвой остановился, как Литесса уже быстро спешилась с лошади, привязывая ее к дереву. Не смея медлить, она следом быстро направилась сквозь заросли, прямиком к остановившейся вдалеке процессии. Она понимала, что с самой высокой вероятностью и беря в расчет пути движения, Лаура и рыцари церкви скорее всего направляются именно в Игрид. Это будет единственная их остановка вплоть до самого пункта назначения если не случится чего-то из ряда вон, а значит, действовать нужно сейчас. Если она не спасет Ахерона, и с ним в итоге что-то случится, то она точно не сможет простить себе этого.

Ее движения были крайне тихие и незаметные, тогда как темная кожаная броня в свою очередь даже слегка помогала ей слиться с окружающей темнотой. За каретой особо не следили, и даже отсюда она уже видела множество прорех между рыцарями церкви. Впрочем, даже так рыцарей все равно было слишком много, и они двигались довольно хаотично, то и дело переговариваясь друг с другом. На лицах некоторых было непонимание, в то время как у других так и вовсе небольшая паника.

— "Кажется они и сами не понимают, что делает Лаура..." — Мысли Литессы двигались быстро, но сама она перемещалась еще быстрее, то и дело продолжая улавливать вдалеке мрачные разговоры рыцарей.

Она видела, что Лаура недавно в размышлениях ушла в лес, но вообще не могла понять, что у той безумной стервы в голове. Однако независимо от планов епископа ей нужно было действовать пока та отсутствует, а процессия продолжает стоять. Лишь сейчас у нее будет единственный шанс на спасение Ахерона. В прямой конфронтации у нее уже не будет шансов.

Спустя меньше минуты Литесса уже подошла к конвою максимально близко, прячась за высокой травой. Ей нужно лишь несколько коротких секунд, чтобы вытащить обоих и исчезнуть в лесу. Она раздумывала о том, чтобы бросить Лису и повысить шансы, однако понимала, что Ахерон точно не согласится на это и начнет противиться, а возможно даже брыкаться, что в свою очередь испортит весь побег. Вытаскивать придется сразу обоих и никак иначе...

— "Никогда бы не подумала, что однажды мне вновь придется красться под покровом ночи..." — Усмехнувшись и наконец увидев подходящий момент, Литесса уже в следующий же миг стремительно и бесшумно бросилась вперед.

Она то и дело улавливала мельчайшие движения других рыцарей церкви, тогда как ее практически бесшумные шаги неизбежно приближали ее к одинокому мужчине, проходящему в этот момент прямо возле кареты. Ее рука, крепко держащая кинжал, уже знала куда собирается бить, в то время как спустя миг, боковое зрение рыцаря церкви уже уловило странную приближающуюся к нему сбоку тень.

Едва рыцарь успел повернуться, чтобы разобраться со странностью, как острый кинжал уже безжалостно вонзился ему прямо в шею, разрывая бесчисленные артерии. Другая рука убийцы в этот момент крепко прижалась к его рту, а нога подсекла ноги, плавно и бесшумно отпуская дрожащее тело на землю. Действия и движения Литессы были поистине мастерские...

Кровь в этот момент уже непрерывно заливала округу, с каждым прошедшим мгновением утягивая за собою жизненные силы рыцаря. Он пытался закричать и позвать на помощь, однако вместо этого были слышны лишь далекие булькающие звуки, едва доносящиеся до ушей Литессы. Ее глаза на миг обратились к гаснущим глазам мужчины, в которых сначала был один только шок... спустя миг уже сменившейся печалью, сожалением и страхом смерти.

— "Мне жаль..." — Только одна короткая мысль пролетела сейчас в голове Литессы, тогда как ее рука лишь продолжала двигаться без единой заминки, еще одним быстрым и плавным движением перерезая шею рыцаря церкви и окончательно умертвляя его.

Но как бы там ни было, она не смела медлить, уже в следующий же миг перекатываясь с рыцаря прямиком под карету и быстро затаскивая туда и его хладный труп. Ее действия были идеально отточены и не единый мускул не дрогнул на ее холодном лице, в то время как твердый взгляд выражал лишь стремление идти к поставленной цели.

— Йолкин ты где? — Не прошло и несколько секунд, как женский голос вдруг раздался сбоку от кареты, а Литесса в свою очередь уже уловила тень очередного рыцаря церкви, в сердцах проклиная свое невезение.

Она сразу же поняла, кого именно ищет женщина-рыцарь, отчего могла лишь скрипя зубами проклинать мертвого ублюдка, лежащего сейчас подле нее. Однако как бы она ни была зла и разочарована, невезение от этого не станет везением.

— Йолкин? — Женщина-рыцарь задала очередной вопрос, и очередное молчание вместе с обсуждением других рыцарей неподалеку стало для нее ответом.

Направившись ближе, спустя миг ее латный ботинок уже наступил на что-то мокрое, отчего она тут же вмиг напрягалась, собираясь сообщить о странности. Однако даже прежде, чем она успела сказать хоть слово, силуэт позади уже вогнал в ее шею кинжал, закрывая ладонью рот, и подсечкой опуская конвульсирующее тело на мокрую от крови землю.

— "Нельзя больше ждать..." — Литесса больше не смела медлить, немедленно поднимаясь с земли и надеясь, что взоры рыцарей церкви будут направлены в другое место.

Сначала она хотела попробовать переодеться в доспехи мертвого рыцаря церкви или хотя бы проверить обстановку, но к сожалению, пропажу уже сразу двух рыцарей заметят крайне быстро, а потому ждать еще больше уже никак нельзя.

Поднявшись, и быстрым движением открыв дверь кареты, глаза Литессы тут же встретились с двумя парами ошеломленных и испуганных глаз. Тем не менее она не смела медлить и секунды, прикладывая палец к губам и следом быстрым движением хватая за запястья Ахерона и Лису, рывком вытягивая их из кареты.

— "Нет погоди..." — Мрачно стиснув зубы, Ахерон уже торопливо пытался убрать свою левую руку от стремящейся к нему руки Литессы, однако та была намного быстрее него и явно не собиралась осторожничать в такой момент.