Вот это попадание

На том конце линии повисла пауза.

— Раньше вы не рассказывали про этот разговор, — спокойно заметил Соколов.

— Потому что тогда это не казалось чем-то важным! — устало ответила София. — В офисе постоянно кто-то кого-то обсуждает. Я подумала, они просто сплетничают обо мне.

Она провела рукой по лбу.

— А вечером я обнаружила проколотые шины.

Костя тихо выругался себе под нос.

София продолжила уже медленнее:

— Яна предложила подвезти меня, но я отказалась. Не хотела с ней ехать. Пошла на остановку… а потом…

Она не договорила не смогла. Соколов некоторое время молчал.

— София Романовна, я не буду делать поспешных выводов. Но теперь этот разговор действительно выглядит важным.

Она нервно сжала телефон.

— Вы думаете, это могла быть она?

Вопрос прозвучал почти шёпотом.

Потому что сама София до конца не могла в это поверить даже сейчас после угроз и после испорченной двери. Потому что если это правда… значит, Яна уже давно переступила ту черту, после которой человек становится по-настоящему опасным.

— Я думаю, — спокойно ответил Соколов, — что у нас появляется человек с возможным мотивом, доступом к вашей жизни и странным поведением после аварии.

Он сделал короткую паузу.

— А ещё я думаю, что вам очень повезло остаться в живых.

_____

К Косте они приехали уже поздно вечером. Дети встретили Софию так, будто она отсутствовала не несколько дней, а целую вечность. Мира сразу повисла у неё на шее, Саша держался спокойнее, но оба ребенка старались на перебой рассказать о своём дне. На какое-то время София даже расслабилась. Все это выглядело так обычно, дети рядом, спокойные отношения с Костей, как когда-то. Только это ощущалось иначе. Будто пришла в гости в собственное прошлое.

Костя заказал еду, потому что готовить никто уже не хотел. Они сидели на кухне, поздно ужинали, и впервые за долгое время всё выглядело… нормально. Мира болтала без остановки, Саша рассказывал про тренировки. Костя иногда смотрел на Софию слишком внимательно, будто что-то не решался спросить. И именно в этот момент раздался звонок в дверь. Все невольно замолчали. Один раз, потом ещё настойчивее.

Костя нахмурился.

— Кого принесло в такое время?..

София сразу напряглась.

Он поднялся.

— Я открою.

София сама не поняла, почему внутри мгновенно появилось плохое предчувствие.

Костя подошёл к двери щёлкнул замок. А потом почти сразу послышался громкий женский голос, раздражённый.

— Ты не отвечаешь на звонки?!

София застыла, это была Яна.

Костя тут же понизил голос:

— Ты что здесь делаешь?

— А ты как думаешь?! Где дети?!

— Не сейчас..

— Не сейчас ?! — сорвалась она. — Ты пропал, не отвечаешь, а потом я узнаю от Миры, что ОНА здесь?!

Последнее слово прозвучало почти истерично. София медленно поднялась из-за стола.

Саша напрягся сразу. Она даже заметила, как он инстинктивно посмотрел на Миру. В прихожей уже слышалась ругань.

— Яна, успокойся.

— Ты опять выбрал её?! После всего?!

А потом всё произошло слишком быстро. Яна буквально ворвалась на кухню, оттолкнув Костю. София едва узнала её— растрёпанные волосы, безумный взгляд, красное лицо.

Она сразу уставилась на Софию. С такой ненавистью, что у той внутри всё похолодело.

— Ты… — выдохнула Яна. — Да когда ты уже сдохнешь?!

Мира испуганно вскрикнула. Саша мгновенно подхватил сестру за руку.

— Пойдем в комнату…

И буквально утащил её прочь.

Костя бросился следом за Яной.

— Ты с ума сошла?!

Но та уже рванула к Софии.

Вцепилась ей в волосы с такой силой, что София вскрикнула от неожиданности. А дальше тело среагировало быстрее сознания. Всё произошло почти автоматически резкий разворот, захват запястья, смещение корпуса. Яна потеряла равновесие так быстро, будто София делала это сотни раз. Что, собственно, было недалеко от правды. Милли бы сейчас довольно ухмыльнулась. Яна с грохотом впечаталась в стену плечом и вскрикнула скорее от шока, чем от боли. На кухне повисла тишина даже Костя замер, София сама тяжело дышала, не до конца понимая, что только что сделала. Тело двигалось само, будто опасность была чем-то привычным. Яна смотрела на неё совершенно ошарашенно. А потом вдруг истерично рассмеялась.

— Вот оно что… — выдохнула сквозь зубы она. — Я знала. Я знала, что ты ненормальная!

— Замолчи! — рявкнул Костя.

Но Яну уже несло.

— Думаешь, ты лучше всех?! Идеальная мать! Идеальная жена! Идеальная София Романовна!

Она ткнула в неё пальцем, почти задыхаясь от злости.

— Всё всегда тебе! Работа, дети, мужики, внимание! Всегда тебе!

София смотрела на неё и чувствовала только ужас не страх, а именно ужас. Перед ней стояла не коварная соперница, а человек, который действительно сломался психически.

Костя схватил Яну за локоть.

— Всё. Хватит. Ты уходишь.

Она резко выдернула руку.

И вдруг выплюнула:

— Жаль, что тогда тебя не размазало окончательно.

Повисла тишина. У Софии будто весь воздух выбило из лёгких, Костя побледнел.

— Что ты сказала?..

Яна, кажется, и сама поняла, что произнесла лишнее, на секунду в её глазах мелькнул настоящий испуг, но было поздно.

Потому что в этот момент из коридора уже раздался знакомый голос:

— Полиция. Никому не двигаться.

Соколов.

Глава 63

Голос Соколова прозвучал настолько вовремя, что на несколько секунд в квартире воцарилась тишина. Яна резко обернулась, Костя замер между ней и Софией. Из коридора появился Андрей Соколов в сопровождении патрульного. Его взгляд быстро скользнул по комнате, оценивая обстановку. Заплаканная женщина, разъярённый мужчина, испуганные дети за дверью комнаты и София, стоявшая у стены с побледневшим лицом.

— Что здесь происходит? — спокойно спросил он.

И словно по команде Яна разрыдалась, настоящая истерика накрыла её мгновенно. Она прижала ладони к лицу и всхлипнула:

— Она напала на меня!

София даже не подняла головы. Слишком многое произошло за последние минуты. Слишком быстро, только сейчас адреналин начал отпускать, её трясло, ноги становились ватными, сердце всё ещё колотилось где-то в горле.

— Посмотрите на меня! — продолжала Яна. — Посмотрите, что она сделала!

Она вытянула руку, демонстрируя покрасневшее запястье. Потом указала на щёку.

— Она швырнула меня в стену! Вы вообще видели?!

Соколов внимательно посмотрел на следы, затем перевёл взгляд на Софию та медленно опустилась на стул, не отвечая, не оправдываясь и не споря. Она смотрела на свои руки будто видела их впервые. В голове всё ещё вспыхивали обрывки движений разворот, захват, перенос веса, никаких раздумий и страха. Тело само знало, что делать, как сотни раз знало на тренировках с Милли. От этой мысли внутри стало почти жутко. Она медленно опустила взгляд на кольца. В этот момент фамильное кольцо Вальдекаров едва заметно вспыхнуло, словно поймало луч света. Одновременно артефакт Кристофа неприятно нагрелся, София вздрогнула. По позвоночнику пробежал холод. Нет, только не сейчас, не здесь. Она резко поднялась.

— Мне нужно в ванную.

Никто её не остановил. Даже Соколов лишь коротко посмотрел вслед.

Закрывшись внутри, София прислонилась спиной к двери. Её дыхание сбилось, пальцы дрожали, артефакт всё ещё оставался тёплым. Она зажмурилась, вспоминая занятия Вельта. Контроль эмоций.

Контроль сознания, контроль силы. Если её догадки верны, если кольца действительно реагируют на состояние владельца, то паника сейчас могла закончиться чем угодно и неизвестно где она очнулась бы в следующий раз. София открыла кран холодная вода обожгла ладони, потом лицо. Ещё раз и ещё. Она заставляла себя дышать медленно и ровно, пока бешено колотящееся сердце не начало постепенно успокаиваться.

Соколов тем временем занял место за столом. Со стороны казалось, что он внимательно слушает именно Яну даже сочувствует ей. И это сразу вывело Костю из себя.

— Андрей, вы серьёзно сейчас?

— Константин, — спокойно ответил Соколов, — пока говорю я.

Костя сжал зубы, но замолчал. Яна тем временем вытирала слёзы бумажной салфеткой.

— Я просто приехала поговорить…

Её голос дрожал.

— Мы поссорились, да. Но я не собиралась никого трогать.

— Конечно, — спокойно кивнул Соколов. — И что произошло дальше?

— Она меня ненавидит.

Соколов слегка наклонил голову.

— Кто именно?

— София.

Ответ прозвучал настолько уверенно, что Костя нервно рассмеялся.

— Ты сейчас серьёзно?

— Замолчите, пожалуйста, — не повышая голоса произнёс Соколов.

После чего снова повернулся к Яне.

— Продолжайте.

Воодушевлённая его вниманием, Яна заговорила ещё активнее.

— Она всегда такой была. Всегда считала себя лучше остальных. На работе все это видели.

— В каком смысле?

— Постоянно унижала меня.

— Каким образом?

Яна замялась буквально на секунду, но Андрей это заметил.

— Ну… по-разному.

— Например?

— Делала замечания.

— Как руководитель?

Яна снова замолчала.

— Иногда.

— Это всё?

Она нервно отвела взгляд.

— Она специально выставляла меня глупой перед начальством.

— Есть свидетели?

— Да весь отдел видел!

— Конкретные люди?

Яна начала раздражаться Соколов же оставался абсолютно спокойным. Именно это постепенно заставляло её говорить всё больше.

— В итоге мне вообще пришлось уволиться!

— По собственному желанию?

— Да.

— Вас кто-то принуждал?

— Нет, но…

— То есть заявление вы написали самостоятельно?

Костя уже начинал понимать, что происходит. Соколов вовсе не подыгрывал Яне он давал ей говорить. Пока она сама путалась в собственных словах. Тем временем у самого Кости внутри поднималось всё больше злости. Он вспоминал разговор с Сашей. Вспоминал, как сын раздражённо говорил: «Я не хочу с ней общаться. Она странная. Она всё время пытается что-то решать за нас.» Тогда ему казалось, что это обычная ревность ребёнка. Теперь уже не казалось. Потом всплыли слова Софии о Мире. О том, что Яна просила девочку называть её мамой. Тогда он тоже не придал этому значения, посчитал неудачной шуткой. Теперь же от одной мысли становилось не по себе. Особенно когда он вспоминал сегодняшнее лицо Яны и её взгляд. Эту ненормальную ярость будто София действительно отняла у неё что-то принадлежащее ей по праву.

Наконец Соколов поднялся.

— Яна Викторовна, вам придётся проехать со мной в отделение.

Она мгновенно перестала плакать.

— Что?

— Для дачи объяснений.

— Но это она напала на меня!

— Все обстоятельства будут установлены.

— Вы что, серьёзно?!

— Абсолютно.

Яна вскочила. На её лице мелькнула настоящая и неприкрытая паника.

Через несколько минут, когда патрульный уже сопровождал Яну к выходу, Андрей вернулся в кухню.

София как раз вышла из ванной бледная, но уже спокойнее. Соколов посмотрел сначала на неё, потом на Костю.

— Завтра утром подъезжайте в отделение оба.

— Зачем? — сразу спросил Костя.

— Будем разбираться дальше.

Он ненадолго замолчал, словно обдумывая что-то.

— И ещё. До выяснения обстоятельств постарайтесь не оставлять детей одних.

От этих слов по спине Софии снова пробежал холод. Потому что впервые за всё время Соколов выглядел не просто заинтересованным следователем, а человеком, который начал видеть за всеми этими событиями гораздо более тревожную картину.

София сама не заметила, как за ними закрылась дверь. Квартира вдруг стала непривычно тихой. После криков, слёз, полицейских вопросов и собственного бешено колотящегося сердца эта тишина казалась почти оглушительной. Первым из комнаты выглянул Саша, он выглядел непривычно серьёзным для своих лет. София сразу подошла к нему и крепко обняла.

— Всё в порядке, мам, — тихо сказал он. — Мира уснула.

Он протянул её телефон.

— Это я позвонил Соколову.

София посмотрела на сына, ещё недавно ей казалось, что он всё ещё ребёнок, а сейчас перед ней стоял мальчик, который в нужный момент не растерялся и сделал именно то, что было нужно.

— Молодец, сынок, — она осторожно поцеловала его в макушку. — Ты всё правильно сделал.

Саша немного смутился, но было видно, что похвала ему приятна.

— Давайте ложиться спать, — устало сказала София.

Костя стоял возле кухни, по его лицу было видно, что он хочет поговорить. Слишком многое произошло за один вечер, но у Софии не осталось ни сил, ни желания что-либо обсуждать. Она чувствовала только тяжёлую усталость.

— Я буду спать в зале, — сказал Костя. — Можешь расположиться у меня в спальне.

— Не нужно, — покачала головой София. — Я буду с Мирой.

Он хотел возразить, но посмотрел на неё внимательнее и лишь кивнул. Спорить не стал.

В детской горел небольшой ночник Мира уже спала, обняв своего нового плюшевого медведя. София принесла несколько одеял, подушку и устроилась на полу рядом с кроватью дочери. Голова всё ещё гудела после пережитого. Перед глазами снова и снова вспыхивал сегодняшний вечер. Безумный взгляд Яны, крики, собственная реакция, словно внутри неё на секунду проснулся кто-то другой. Она снова подняла руки перед собой долго смотрела на них, на ладони, на пальцы. На кольца. Потом повернула голову к Мире. Даже во сне малышка слегка хмурилась. София тяжело вздохнула и поднялась и подошла к кровати. Осторожно поправила сползшее одеяло, поцеловала дочь в лоб.

— Всё скоро наладится, — едва слышно прошептала она. — Обещаю. Всё будет хорошо.

В этот момент дверь тихонько приоткрылась в комнату заглянул Саша.

— Мам?

— Что такое?

Он пожал плечами будто сам не знал зачем пришёл.

— Как ты?

София улыбнулась и подошла к нему крепко обняла. На этот раз он не отстранился, только осторожно обнял её в ответ.

— Всё нормально, — сказала она.

— Я надеюсь, ты врезала ей как следует.

Несколько секунд София смотрела на сына, а потом неожиданно тихо рассмеялась.

— Я оборонялась.

— Всё равно круто получилось.

— Правда?

— Угу.

Он серьёзно кивнул.

— Я вообще не знал, что ты такая крутая, мам.

София усмехнулась.

— Я тоже, сын.

Она взлохматила ему волосы Саша недовольно поморщился.

— Мам…

— Ложись спать.

Он немного помедлил. Потом всё-таки спросил:

— Завтра мы поедем в полицию

— Мы?

— Вы тоже.

Саша кивнул, но уходить не спешил. Он поднял глаза и София сразу поняла, что сейчас услышит.

— Вы теперь снова вместе?

Вопрос прозвучал тихо, но в нём было столько надежды, что у Софии болезненно сжалось сердце. Она знала этот взгляд, знала, как сильно детям хочется снова увидеть их семьёй. Особенно после последних месяцев. Но она также понимала, что не имеет права давать ложную надежду. Не тогда, когда сама не знает ответов.

— Пока мы просто поживём вместе, хорошо?

Саша молчал.

— Мне хочется быть рядом с вами. А дома очень одиноко.

Надежда в его глазах немного потускнела, но он всё равно кивнул.

— Ладно.

После чего наконец ушёл к своей кровати. София ещё некоторое время стояла посреди комнаты оглядываясь.

Детская оказалась совсем новой, кровати, письменные столы, полки с книгами, компьютер. Она медленно провела рукой по спинке стула. Костя старался, очень старался для детей. И это было видно в каждой детали. София вздохнула, он и должен был стараться. Это его дети тоже. Она почти сразу одёрнула себя. Нет, сейчас не время снова пересчитывать старые обиды, не время вспоминать измену, не время искать виноватых. Сейчас важнее другое. Дети. Их безопасность. И её собственная жизнь, которая наконец начала возвращаться. С этими мыслями она снова улеглась на импровизированную постель возле кровати Миры. Усталость постепенно взяла своё. Мысли начали путаться, растворяться, сон подкрался незаметно.

Сначала ей снились обрывки прошедшего дня. Лицо Яны, перекошенное от злости, Соколов, Костя, стоящий между ними, испуганные глаза Миры. Потом воспоминания начали смешиваться, перетекать друг в друга без всякой логики. Будто кто-то перебирал её память, вытаскивая отдельные моменты и складывая их заново. Она снова сидела в кабинете регрессолога, слышала размеренное тиканье метронома. Потом шла по коридорам Академии Врат, мельком увидела библиотеку, лицо Мириам, смех Вейла. Следом перед глазами возникла дверь её квартиры и похоронный венок с чёрной лентой. Картины сменялись всё быстрее. Пока наконец всё не растворилось в мягком белом свете. София моргнула и обнаружила, что стоит на вершине невысокого холма. Ветер осторожно перебирал её волосы, воздух был наполнен запахом нагретого солнцем камня и каких-то незнакомых цветов. Перед ней возвышалась крепость. Построенная из светлого камня, который будто сам излучал тепло. Высокие стены уходили вверх настолько далеко, что взгляд невольно скользил всё выше и выше. На мгновение София застыла. Она знала это место, не просто видела раньше, она уже бывала здесь. Словно когда-то поднималась по этой тропинке, касалась этих стен, смотрела на мир из высоких окон башни. И тогда её пронзила догадка. Сердце сразу забилось быстрее. Она сделала шаг вперёд, потом ещё один, ноги сами несли её к воротам. Огромные створки были закрыты. София остановилась перед ними, на мгновение ей захотелось постучать. Но стоило этой мысли возникнуть, как ворота дрогнули. Створки начали медленно расходиться, словно кто-то ждал её появления.

София замерла, внутри крепости царила удивительная тишина. Такая, какая бывает только в местах, где человек чувствует себя дома.

Она осторожно переступила порог и в тот же момент поняла, что находится не в настоящей крепости. Стены словно отзывались на её присутствие. Свет менялся вместе с её настроением. Она сделала ещё несколько шагов по широкому внутреннему двору. И внезапно осознала.

Это было сознание. Похожее на крепость, пережившую множество бурь и оставшуюся стоять. Она находилась внутри сознания Арона. От этой мысли по коже побежали мурашки.

Где-то впереди послышались неторопливые шаги. София замерла, её сердце пропустило удар. Она побежала на этот звук, мимо каменных арок, по длинной галерее. Туда, где был он. Шаги становились всё ближе. София уже различала высокий мужской силуэт в конце коридора, но именно в этот момент пространство вокруг едва заметно дрогнуло. Словно сама крепость почувствовала её присутствие. По светлому камню побежали тонкие золотистые линии. Где-то высоко зазвенело стекло. А потом совсем рядом прозвучал тихий голос. До боли родной.

— Софи?..

София резко обернулась. И мир вокруг рассыпался. Она открыла глаза в тёмной детской. Сердце колотилось так сильно, будто она действительно только что бежала. Рядом мирно спала Мира, за окном едва начинал сереть рассвет, а на её пальце мягко мерцало кольцо Вальдекаров.

Глава 64

Субботнее утро прошло в отделении полиции. София ожидала, что допрос затянется на несколько часов, но всё оказалось куда проще. Андрей Соколов поочерёдно поговорил с ней и с Константином, уточнил детали вчерашнего вечера и рассказал, к чему удалось прийти за ночь. Новости оказались неоднозначными. Яну отпустили ещё ночью, формально оснований задерживать её дольше не было. Она дала подписку о невыезде и покинула отделение спустя несколько часов после задержания.

По словам Соколова, восторга от происходящего она не испытывала, но когда ей сообщили, что следствие продолжит проверять Софию Орлову, Яна только усмехнулась. Будто её радовало, что у Софии появится ещё больше проблем.

Но одно обстоятельство продолжало беспокоить самого Андрея, ведь Веру Калмыкову до сих пор не удалось найти. Та самая Вера, разговор которой София случайно услышала в день аварии. Телефон её был отключён, на работе она не появлялась, по адресу регистрации её тоже не оказалось. Именно это настораживало Соколова больше всего.

Уже провожая их к выходу, он остановил Софию.

— Вы правильно сделали, что переехали к Константину.

— Мне кажется, выбора особо не было.

— Всё равно будьте внимательны. Пока мне не нравится направление, в котором развивается эта история.

София невесело усмехнулась.

— Мне тоже.

Телефон зазвонил почти сразу после того, как они вышли на улицу.

На экране высветилось имя Эли.

— Ты где?

— Только из полиции вышла.

— Отлично.

— Что значит отлично?

— Я сейчас стою возле твоего подъезда.

София остановилась.

— Что?

— Я хотела тебя проведать.

Пауза.

— И какого хрена у тебя на двери?!

София закрыла глаза.

— Эля…

— Нет, ты мне сейчас всё расскажешь.

— Давай чуть позже.

— Не-а. Я жду.

Когда они подъехали к дому, Эля действительно стояла возле своей машины.

Увидев Софию, она тут же направилась к ней. По пути успела помахать детям, потом заметила Константина и мгновенно сделала вид, что его не существует. Костя закатил глаза.

— Привет тебе тоже.

— Пока.

Саша прыснул от смеха. Мира тоже захихикала.

— Пап, тётя Эля тебя не любит.

— Спасибо, Мира, я заметил.

Через несколько минут Костя с детьми уехал в аквапарк, а София и Эля поднялись в квартиру.

Первым делом Эля достала из пакета огромную коробку торта.

— Вот.

— Что это?

— Экстренная психологическая помощь.

Через полчаса они уже сидели на кухне с кружками чая. И София рассказывала всё, про угрозы, свои подозрения, ночного гостя под квартирой. И про вчерашний скандал с Яной. Когда рассказ закончился, Эля несколько секунд молча смотрела в свою чашку, потом перевела взгляд на торт и тяжело вздохнула, совершенно серьёзно сказала:

— Знаешь, это провал.

— В чём?

— Нужно было приезжать с коньяком.

Девушки дружно рассмеялись. Смех получился немного истеричным, но именно таким, какой бывает после тяжёлого дня, когда иначе уже невозможно. Эля подцепила вилкой ещё кусочек торта.

— Нет, ну правда. Ты тут рассказываешь про венки, угрозы, полицию, драки с бывшими подругами, а я приехала с “Наполеоном”.

— Очень своевременно.

— Конечно. Сначала торт, потом план мести.

— Эля…

— Шучу.

— Нет, не шутишь.

Они снова прыснули от смеха. На несколько секунд всё стало почти нормальным, будто не было ни аварии, ни больницы, ни странных сообщений. Эля задумчиво покрутила чашку в руках. Потом вдруг спросила:

— Слушай, а Яна всегда была такой?

— Какой?

— Ну… сумасшедшей.

София невольно фыркнула.

— Нет.

— Точно?

— Точно.

Она задумалась.

— Обидчивой — да. Завистливой иногда — тоже. Но не такой.

— Не такой, чтобы врываться в квартиру любовника и кидаться на людей?

— Именно.

Эля покачала головой.

— Тогда я вообще ничего не понимаю.

— В смысле?

— Смотри. Если бы она просто ненавидела тебя, я бы ещё поняла. Люди бывают странные.

— Это очень дипломатичная формулировка.

— Я стараюсь.

Эля отложила вилку.

— Но у тебя прокололи шины ещё до аварии, до того как кто-то тебя сбил..

София кивнула.

— Потом кто-то подчистил записи с камер.

— Да.

— Потом кто-то узнал новый номер телефона.

— Угу.

— Потом венок.

— Эля…

— Потом надпись на двери.

София тяжело вздохнула, когда всё перечисляли подряд, звучало это гораздо хуже.

— Ты к чему клонишь?

Эля пожала плечами.

— Просто пытаюсь понять масштаб катастрофы.

— Спасибо, успокоила.

— Пожалуйста.

София закатила глаза. Эля некоторое время молчала, потом негромко сказала:

— Мне кажется, тут где-то не хватает одного человека.

— Какого человека?

— Не знаю.

— Очень информативно.

— Но серьёзно. Всё выглядит так, будто кто-то дёргает за ниточки.

София хотела возразить, правда хотела, но слова не находились, где-то глубоко внутри её уже несколько дней грызло то же самое чувство. Что чего-то она не видит, какой-то детали, какого-то куска пазла. Именно поэтому история никак не складывается в цельную картину.

— Ты думаешь, это не только Яна?

— Я думаю, — медленно произнесла Эля, — что если бы мне пришлось выбирать между “Яна окончательно поехала головой” и “Яна влезла во что-то большее”, я бы выбрала второй вариант.

София посмотрела в окно. Серый весенний день. Люди на парковке. Обычная жизнь. Такая нормальная и понятная. И на этом фоне всё происходящее с ней казалось ещё более неправильным.

— Надеюсь, ты ошибаешься.

— Я тоже, — неожиданно серьёзно ответила Эля. — Потому что если нет, то история только начинается.

— Слушай, Эль, ты побудешь со мной пока Костя с детьми не заедут за мной…

— Что?! Ты кто и где моя София Романовна?