Вот это попадание

Элена фон Раше

Вот это попадание

Глава 1

Сначала был свет.

Тёплый, мягкий, обволакивающий – такой, какого не бывает зимой. Солнце скользило по коже, словно ласковое прикосновение, и воздух пах чем-то сладким, незнакомым, почти сказочным.

Она шла по набережной.

Босиком.

Под ногами – тёплый камень, впереди – бесконечная линия воды, переливающаяся золотом. Пальмы лениво качались над головой, и лёгкий ветер путался в её волосах.

Она смеялась.

Легко. Искренне. Так, как давно уже не умела.

Тело было лёгким, гибким, живым. Ни боли, ни усталости, ни тяжести в плечах. Она знала – ей восемнадцать. И впереди – целая жизнь, огромная, как этот горизонт.

– Доча, смотри!

Голос прозвучал где-то рядом, но в этом мире он был мягким, как часть сна.

Она обернулась…

И в этот момент раздался звук.

Резкий. Чужой. Неправильный.

Будильник.

Сон треснул, как стекло.

Свет исчез.

⸻

Она открыла глаза.

Темно. Серо. Холодно.

Потолок.

Тот самый.

Один и тот же.

Каждое утро.

Будильник продолжал надрывно пищать, и этот звук словно сверлил мозг. Она потянулась рукой, нащупала телефон и с силой ткнула в экран.

Тишина.

На секунду.

И тут же – тяжесть.

Та самая, привычная. В теле. В голове. Где-то глубже – в самой жизни.

Она закрыла глаза обратно, но сна уже не было. Только мысль:

Опять.

– Мам! Ты встала?!

Голос младшей дочери прорезал квартиру, как сигнал тревоги.

Она резко села.

– Встала, – ответила она, стараясь, чтобы голос звучал нормально.

Не раздражённо. Не зло. Просто… нормально.

Получилось плохо.

Она провела рукой по лицу.

Я как робот, – мелькнула мысль. – Проснулась – включилась. Пошла выполнять программу.

Кухня встретила её холодом и хаосом.

Чайник. Хлеб. Каша. Где-то валяется форма. Где-то рюкзак.

– Мам, а почему зимой солнце холодное?

Дочка стояла на пороге кухни, уже наполовину одетая, с растрёпанными волосами и огромными глазами.

Она замерла на секунду.

Вопрос был простой. Обычный. Детский.

Но внутри что-то дернулось.

Раздражение.

Острое, как иголка.

Потому что жизнь вообще холодная, – хотелось ответить.

Она глубоко вдохнула.

– Потому что… – начала она медленно, ставя кастрюлю на плиту, – солнце зимой светит под другим углом. Оно дальше от нас… поэтому не так греет.

Дочка задумалась.

– А если бы мы к нему ближе жили, было бы лето?

– Наверное, – коротко ответила она.

– А мы можем переехать туда, где всегда лето?

Она сжала губы.

Нет. Мы никуда не можем переехать. У нас ипотека, работа и…

– Когда-нибудь съездим, – сказала она вслух. Мягко. Почти ласково.

Дочка улыбнулась.

И от этой улыбки внутри стало… чуть хуже.

⸻

Через двадцать минут они уже выбегали из квартиры.

Она даже не умылась.

Не почистила зубы.

Волосы собраны кое-как, лицо – серое, уставшее, чужое.

Но это не важно.

Главное – успеть.

– Мам, а ты меня сегодня заберёшь? – спросила дочка, пока они спускались по лестнице.

– Посмотрим, – автоматически ответила она.

Как всегда.

На улице был январь.

Настоящий.

С колючим воздухом, серым небом и снегом, который уже не радовал, а только мешал.

Машина не хотела заводиться с первого раза.

– Ну давай… давай же… – процедила она сквозь зубы.

Завелась.

Они поехали.

⸻

Когда она вернулась домой, времени уже почти не осталось.

Старший сын сидел за столом, уткнувшись в телефон.

– Ты поел? – бросила она, скидывая куртку.

– Нет.

– Почему?

– Не хочу.

Она закрыла глаза на секунду.

Конечно. Не хочет. А я хочу?

– Ешь, – коротко сказала она, ставя перед ним тарелку. – У тебя тренировка.

– Потом поем.

Она резко повернулась к нему.

– Сейчас.

Он закатил глаза, но взял вилку.

Маленькая победа.

И никакого удовлетворения.

⸻

Быстро собравшись, она выбежала из квартиры почти бегом.

Сумка, телефон, ключи.

В голове уже крутились цифры.

Отчёты.

Сроки.

Новая налоговая реформа.

Январь.

Все вышли после праздников – и всё рухнуло на неё.

Потому что она – главный бухгалтер.

Потому что если не она, то никто.

Потому что она всегда тянет.

Я не живу, – подумала она, закрывая машину. – Я просто… функционирую.

Как робот.

Точно по программе.

Без пауз. Без воздуха. Без себя.

И где-то очень глубоко, почти незаметно, шевельнулась странная мысль:

А если бы можно было… всё начать сначала?

Она даже не стала её додумывать.

Просто села в машину.

И поехала в свой очередной день.

Глава 2

Работа была единственным местом, где всё становилось понятным.

Цифры не врут.

Баланс либо сходится – либо нет.

И если не сходится – это можно исправить.

В отличие от жизни.

София Романовна шла по коридору уверенно, на ходу просматривая почту в телефоне. Каблуки отбивали чёткий ритм – быстрый, собранный. Здесь она не была уставшей матерью с вечным недосыпом.

Здесь она была той, кто держит всё под контролем.

– София Романовна! – раздалось с ресепшена.

София остановилась.

– Дай угадаю… – она прищурилась. – Наш великий и ужасный снова что-то подписал, не глядя?

– Хуже, – Эльвира протянула ей документы. – Он уже отправил.

София открыла папку, пробежалась глазами по первой странице… и замерла.

– Твою мать! Он… серьёзно?

– Абсолютно.

– Это же не та ставка НДС.

– Не та.

– И не та классификация дохода. И он это уже сдал?

Эльвира кивнула, едва сдерживая улыбку.

София медленно закрыла папку.

– Прекрасно. Просто прекрасно. Значит, сегодня у нас будет весёлый день.

– Он сказал передать, что «бухгалтерия разберётся».

– Это не отчёт, это бухгалтерская хрень какая-то. Лучше бы Николай Федорович и дальше вел дела самостоятельно, зачем он отдал все на плечи своего сыночка, он развалит ему всю империю!

– Я знала, что ты так скажешь, – усмехнулась Эльвира. – Поэтому уже сделала тебе кофе.

София закрыла папку и посмотрела на неё:

– Вот за это я тебя и люблю.

– Ооо, и зарплату повысишь?

– Не перегибай…

Они переглянулись и одновременно усмехнулись.

⸻

С Эльвирой было легко.

За три года работы они прошли вместе всё: ночные отчёты, внезапные проверки и вечное «надо было вчера». Где-то между дедлайнами и кофе они стали не просто коллегами. Подругами. Настоящими.

За работой время пролетело, нужно было разгребать, то что натворил этот идиот.

– Кофе? – кивнула Эльвира.

София посмотрела на часы.

– Если я сейчас не выпью кофе – я кого-нибудь уволю.

– Отлично. Идём спасать коллектив.

⸻

Соседняя кофейня встретила их теплом. София скинула пальто, плюхнулась на стул и выдохнула:

– Всё, я снова человек.

– Минут на двадцать, – уточнила Эльвира.

– Хватит.

Официантка принесла кофе. София сделала глоток и прикрыла глаза:

– Выкладывай, я же вижу, как тебе не терпится чем-то поделиться.

– Ладно, у меня новости, – оживилась Эльвира.

– Давай, – вздохнула София. – Только не говори, что ты опять кого-то нашла.

Эльвира расплылась в улыбке:

– Нашла.

София медленно поставила чашку:

– Пятый?

– Пятый.

– За полгода?! Ты их коллекционируешь?

– Да блин, они сами появляются!

София рассмеялась:

– Конечно. Ты просто выходишь из дома и они на тебя с неба падают? Как не убило еще?!

– Примерно так и происходит. Захихикала Эля.

– Ладно, чем этот отличается от предыдущих четырёх?

– Он нормальный.

София прищурилась:

– Это уже подозрительно.

– В смысле?

– Ну смотри. Не пишет «приветик» в час ночи?

– Нет.

– Не пропадает?

– Нет.

– Не бесит?

Эльвира задумалась и улыбнулась:

– Нет.

София откинулась на спинку стула:

– Эля… он либо женатый, либо маньяк.

Эльвира расхохоталась:

– Соня, ты невозможная.

– Я реалистка. Жизнь научила.

Они ещё немного посмеялись.

Потом Эльвира посмотрела на неё внимательнее:

– Слушай… а ты когда в последний раз на свидание ходила?

София пожала плечами:

– Да хрен его знает.

– В смысле?

– В прямом. Не помню.

– София…

– Что «София»? – она улыбнулась, но мягко. – У меня максимум романтики – это когда никто не трогает и я ем горячую еду.

Эльвира покачала головой:

– Ты вообще-то классная. И красивая. И нормальная.

София улыбнулась теплее:

– Спасибо, мам. Сегодня максимум твоих комплиментов это определение нормальности? Засмеялась София, поправляю ворот рубашки.

– Я серьёзно!

– Я тоже, – она легонько пнула её под столом. – Не переживай за меня. Я не страдаю.

И это было почти правдой.

⸻

Вернувшись в офис, София снова стала другой. Собранной. Чёткой. Холодной снаружи.

Так было проще.

Молодые сотрудницы её недолюбливали – она слишком требовательная, слишком прямая. Женщины постарше смотрели иначе. С интересом. С завистью.

Потому что она держалась. Потому что не развалилась. Потому что справлялась.

⸻

Она уже подходила к кабинету, когда услышала голос. Знакомый.Яна.

София замедлилась.

– …я тебе говорю, не надо, – тихо сказала Вера.

София остановилась за поворотом, не показываясь.

– Да ладно тебе, – ответила Яна с лёгкой усмешкой. – Ничего страшного.

– Это вообще не нормально…

– Ой, только не начинай, – перебила Яна. – Ты слишком всё драматизируешь.

Пауза.

София сама не заметила, как задержала дыхание.

– Яна… – голос Веры стал ещё тише. – если узнают?

Короткий смешок.

– И что? – спокойно сказала Яна. – Думаешь, она не заслужила?

Внутри что-то неприятно кольнуло.

– Ну… я не знаю… – пробормотала Вера.

– Святая София Романовна, – с иронией протянула Яна. – Да брось.

Тишина на секунду. И потом, уже лениво:

– Иногда людям полезно… упасть со своего пьедестала совершенства.

София стояла неподвижно.

Слова не складывались в чёткую картину.

Но было предчувствие, чего-то плохого.

– Ладно, закрыли тему, – сказала Яна. – Ты слишком паришься.

Шаги.

София сделала полшага назад и только потом вышла в коридор, будто только что подошла.

Яна посмотрела на неё. Коротко.

И едва заметно улыбнулась. Слишком спокойно.

– София Романовна.

– Яна.

Вера опустила глаза. Они разошлись.

⸻

София зашла в кабинет и закрыла дверь.

На секунду прислонилась к ней спиной.

Показалось.

Просто разговор. Не про меня. Она оттолкнулась и прошла к столу. Открыла папку. И опять цифры, таблицы, ошибки. Всё привычно. Всё понятно.

Но где-то внутри уже остался осадок. Тонкий, царапающий голосок, как будто что-то назревало. И она этого ещё не видела. Или не хотела видеть.

Глава 3

К концу рабочего дня голова гудела так, будто внутри кто-то методично бил молотком. Цифры расплывались. Слова раздражали. Люди – тем более.

София закрыла ноутбук и на секунду замерла, глядя в одну точку.

Всё. Хватит на сегодня.

Но «хватит» в её жизни означало только одно – переключиться на следующий список дел.

Она накинула пальто, попрощалась с Эльвирой и вышла из офиса.

Как всегда – в продуктовый.

Хорошо, что он был рядом с бизнес-центром. Иначе она бы просто не дожила до ужина.

⸻

Через полчаса она уже стояла на кассе с тележкой, полной продуктов. Молоко. Крупы. Мясо. Фрукты. Что-то «вдруг пригодится».

Как будто она не знала, что всё равно будет готовить на автомате.

Пакеты получились тяжёлые.

– Конечно, – пробормотала она себе под нос, перехватывая ручки. – Почему бы не купить всё сразу. Я же не человек, я ишак.

⸻

В лифте бизнес-центра было пусто.София зашла, поставила пакеты на пол и нажала кнопку парковки.

Двери лифта уже почти закрылись, когда между ними резко вставили руку.

– Неужели без меня уезжаете, София Романовна?

Она даже не повернулась. И так знала кто это, тот самый «сыночек».

– У меня нет привычки ждать.

Дмитрий Николаевич зашёл внутрь, встал слишком близко – ближе, чем требовалось.

Лифт тронулся.

– А зря, – усмехнулся он. – Иногда ожидание… очень приятно заканчивается.

София опустила взгляд на пакеты, делая вид, что занята.

Началось.

– Дмитрий Николаевич, – спокойно сказала она, – у вас отчёт с ошибками по НДС ушёл. Я бы на вашем месте больше переживала об этом.

Он тихо рассмеялся.

– Вы всегда переводите разговор на работу. Даже немного обидно.

Она не ответила.

Он наклонился чуть ближе.

– Хотя, если честно… я бы с вами предпочёл обсудить совсем другие вещи.

София выпрямилась и посмотрела на него прямо.

– Например?

Он задержал взгляд на её лице. Потом ниже. Слишком явно, оценивающе, от него исходило желание, он считал себя соблазнителем.

– Например, – медленно сказал он, – почему вы так упорно делаете вид, что вам это не интересно.

Пауза.

– Что именно? – спокойно уточнила она.

Он улыбнулся.

– Я.

Тишина в лифте стала плотной.

– Вы красивая женщина, София Романовна, – продолжил он почти мягко. – Умная. Жёсткая. Такие обычно… очень горячи.

Она чуть приподняла бровь.

– Вас это волнует?

– Меня волнует, почему вы делаете вид, что я вам не нравлюсь.

Она усмехнулась. Мальчик, ты пойдешь мимо. Но в слух сказала:

– Потому что я не делаю вид.

Он хмыкнул.

– Не верю.

– Ваше право.

Он провёл взглядом по её силуэту, уже не скрываясь.

– Я бы очень хотел посмотреть, какой вы бываете… вне офиса.

София медленно вдохнула.

– Вы переходите границы.

– А вы их слишком жёстко держите, – спокойно ответил он. – Иногда стоит расслабиться.

– С вами – точно нет.

Он улыбнулся шире.

– Вы даже не представляете, от чего отказываетесь.

– Представляю, – коротко сказала она. И она действительно представляла, подобные диалоги уже были, правда не так прямолинейно.

– И всё равно отказываетесь?

– Да.

На секунду в его взгляде мелькнуло раздражение.

– Вы же понимаете, – сказал он тише, – что вам было бы проще… если бы вы были ко мне немного мягче?

София чуть наклонила голову.

– Мне и так нормально. Становилось душно от его внимания. Да, он был привлекательным, но младше ее на 7 лет, наглый и самоуверенный, это ее волновало, но не до такой степени, чтобы потерять работу.

Двери лифта открылись.Она подняла пакеты.

– Хорошего вечера, Дмитрий Николаевич. И вышла. Не обернувшись.

За спиной остался его взгляд, такой тяжёлый. И уже не просто заинтересованный.

⸻

Парковка встретила холодом. София подошла к машине, поставила пакеты на землю и открыла багажник. Руки уже ныли. Спину тянуло.

Домой бы… просто домой…

Она обошла машину и вдруг остановилась.

Колесо.

Спущено. Нет – не просто спущено. Пробито. Она несколько секунд просто смотрела на него, не веря.Потом медленно выдохнула.

– Да вы издеваетесь…

Провела рукой по резине.

Отлично. Просто отлично.

Она выпрямилась и закрыла глаза.

Я сейчас просто разревусь, – мелькнула мысль.

Но слез не было. Она давно не плакала, тем более из-за такого, но была усталость. Тяжёлая. Глухая.

Она оглянулась по сторонам. Было темно и почти пусто.

Можно вызвать такси… Достала телефон и он конечно был разряжен.

Она посмотрела на пакеты. Потом на машину. Потом снова на пакеты.

И тихо сказала:

– Ладно. Пошли пешком.

⸻

Остановка была недалеко. Но с этими пакетами расстояние ощущалось как марафон. Пальцы ныли. Плечи тянуло вниз. София шла медленно, сосредоточившись только на одном – не уронить ничего и дойти.Снег скрипел под ногами. Вечер был холодный.Город – равнодушный. Она почти не думала. Сил не было.

Только шаг.

Ещё шаг.

И ещё.

⸻

Фары.

Сначала она их не заметила.

Просто свет где-то сбоку.

Машина подъехала ближе и остановилась рядом.

София повернула голову. За рулём сидела Яна. Окно опустилось.

– София Романовна, – с той самой лёгкой улыбкой сказала она. – Вас подвезти?

София на секунду замерла. Логично было бы согласиться.

Но внутри что-то неприятно шевельнулось. Она не хотела никак контактировать с Яной, которая была подругой, к которой ушел ее муж. Разговор, услышанный в коридоре всплыл у нее в памяти и тот взгляд, которым провожала ее Яна.

– Не стоит, – спокойно ответила она. – Я дойду.

Яна чуть прищурилась.

– Уверены?

– Абсолютно.

Яна пожала плечами.

– Как скажете.

Окно поднялось. Машина тронулась.

⸻

София выдохнула и пошла дальше.

Ещё шаг. Нужно же было именно сегодня обуть эти сапоги на шпильке. Сама на себя злилась София.

Сзади послышался звук двигателя.

Слишком близко.

Она начала оборачиваться—

Свет.

Резкий.

Ослепляющий.

Удар.

Пакеты вылетели из рук.

Мир перевернулся.

И исчез.

Глава 4

Свет.

Он был слишком ярким.

София не открывала глаза, но чувствовала – он бьёт прямо в лицо, тёплый, почти летний. Не такой, как бывает в больничных палатах.

Я проспала? Мысль возникла лениво, по привычке.

Следом – тревога.

Нет. Не может быть. Я никогда не просыпаюсь так…

Слишком тихо.

Никаких звуков. Ни машин за окном. Ни будильника. Ни голосов.

Тишина была чужой. И вдруг – вспышкой:

Свет фар.

Резкий.

Ослепляющий.

Удар.

София резко открыла глаза и подорвалась на кровати. Дыхание сбилось. Сердце билось где-то в горле.

– Так… – выдохнула она. – Так… Она огляделась, замерла.

Это была не больница.Никаких белых стен. Никаких капельниц. Никакого запаха лекарств. Эта комната была светлая, живая, чужая, но до боли знакомая…

– Нет… – тихо сказала она. Руки автоматически потянулись к тумбочке. Телефон. Где телефон? Пусто. Она вскочила, оглядываясь.

– Где… где он… – пробормотала она, уже чувствуя, как поднимается паника. – Где дети?… Они же… одни… Мысль ударила сильнее, чем воспоминание об аварии. София резко опустила взгляд на себя. И замерла. На ней была пижама, шорты и топик, с розовыми…зайчиками.

Она медленно провела рукой по ткани, будто проверяя, настоящая ли она.

– Что за… – выдохнула она.

Нет.

Нет, нет, нет. Она подняла голову. Осмотрелась внимательнее. Кровать. Шкаф. Стол. Картины на стенах. Доска с открытками и какими-то детскими рисунками. София сделала шаг назад. Потом ещё один.

– Этого… не может быть… Она ущипнула себя за руку. Сильно, больно. Но ничего не изменилось. Комната не исчезла, сон не рассыпался. Она резко развернулась и почти побежала к зеркалу. И остановилась. Дыхание перехватило,из зеркала на неё смотрела… она. Но не она. Моложе, на много, лет восемнадцать. Длинные волосы – свои, родные, тёмно русые, почти до пояса. Не перекрашенные в холодный блонд, как сейчас. Руки прошлись по длинным густым локонам, она уже и забыла себя такую, было не привычно, после платинового блонда за столько лет. Лицо – другое, свежее, живее. Она медленно коснулась щеки.

– Нет… – прошептала она.

Улыбнулась – автоматически. И тут же застыла. Зубы…

– Боже… – выдохнула она. – Даже во сне нельзя было сделать их нормальными?..

Но брекетов не было. Только тонкие, почти незаметные пластинки. Она провела пальцами по губам. Сердце стучало всё быстрее.

– Это сон… – тихо сказала она. – Это просто сон… или кома…

Она снова огляделась. Комната. Та самая, её. Из прошлого, каждая деталь на месте, каждая мелочь. Стол, кресло, книги, какие-то милые безделушки. Она медленно подошла к окну. И замерла.

Вид из окна был… не таким, похожим, но другим. Словно кто-то нарисовал её жизнь по памяти – почти точно, но с ошибками.

– Это сон… – повторила она, уже не так уверенно.

И вдруг мысль, такая резкая, пронзающая.

Мама… София резко развернулась. Дыхание сбилось. Папа…

Горло сжало. Руки задрожали.

– Если это сон… – прошептала она. – Если это сон…

Глаза защипало. Родителей не стало, когда ей было двадцать, слишком рано, слишком резко. Без возможности сказать всё, что не успела. Без возможности обнять ещё раз. Без возможности… вернуться. Пятнадцать лет прошло. И ни дня, чтобы она не вспоминала. Но жизнь не даёт второго шанса. А если… Если даёт?

София судорожно вдохнула. Сердце билось уже не от страха, от ожидания, от боли, от надежды, от которой становилось страшно.

– Пожалуйста… – тихо сказала она. – Пожалуйста…Она рванула к двери.

Резко распахнула её и выбежала в коридор.

Это был не её дом, длинный коридор, пять одинаковых дверей. Чужих. Никаких знакомых вещей. Никаких воспоминаний.

Только тишина и ощущение, что всё стало ещё страннее, ещё неправильнее.

София медленно сделала шаг вперёд.

Сердце снова сжалось.

Глава 5

София медленно отступила назад. Один шаг. Второй. И вдруг резко развернулась, захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной.

Воздуха не хватало. Мысли – обрывками. Это не мой дом… не мой дом… Ноги вдруг стали ватными. Она медленно сползла вниз по двери, не чувствуя, как садится на пол.

– Нет… – прошептала она. – Нет, нет, нет… Темнота окутала ее.

⸻

Сначала был звук. Глухой. Потом громче.

Стук.

– Эй! – донёсся голос.

Стук стал резче.

– Соседка, ты там живая вообще? Пойдёшь на обед?

Пауза.

– Дрыхнет она что ли до сих пор?!

София резко вдохнула и открыла глаза. Потолок. Тот же. Комната. Та же. Она медленно села, опираясь на руки.

– Это что… – хрипло прошептала она. – Сон во сне? Она провела рукой по лицу.

– Как в том фильме с Ди Каприо… – пробормотала она. – Чёрт…

Голова всё ещё гудела.

Меня, кажется, нормально так приложило…

Мысли путались.

– Или… стоп… – она замерла. – Моей жизни… не было?..

Тишина внутри стала тяжёлой.

Нет. Была. Дети. Сердце резко сжалось.

– Дети… – прошептала она. И паника накрыла мгновенно. Настоящая. Жёсткая. Без предупреждения. Дыхание сбилось, воздуха стало не хватать, она схватилась за грудь.

– Нет… нет… – слова путались. – Как же… они… одни…

Горло сжало, вдох – короткий. Выдох – рваный. Она задыхалась. Слёзы застилали глаза.

Где они?

Как они без меня?

Что происходит вообще?!

Стук в дверь снова. Голос. Уже ближе.

– Эй… ты чего там?..

Дверь приоткрылась.

София повернула голову, но почти ничего не видела.Только силуэт девушки, темные волосы. И всё снова расплывается.

– Эй! – уже встревоженно. – Ты…

Что-то быстро приблизилось. Резкое движение.

И вдруг— Боль. Короткая. Как будто током ударило.

София резко вдохнула. Глубоко. Жадно. Воздух вернулся. Гул в голове начал стихать. Она моргнула. Слёзы всё ещё текли, но зрение постепенно прояснялось.

Перед ней на корточках сидела девушка. Тёмные волосы, собранные небрежно. Взгляд внимательный, цепкий.

– Дыши, – сказала она спокойно. – Медленно. Вот так… давай со мной.

София послушно вдохнула.

Выдохнула.

Ещё раз.

Сердце всё ещё билось быстро, но уже не так хаотично.

– Вот, – девушка протянула ей руку. – Поднимайся.

София на секунду замешкалась, потом всё-таки взяла её. Рука была тёплая.

Она встала.

И только сейчас осознала, как, наверное, выглядит. Заплаканная. Растрёпанная. В пижаме с зайчиками.

– Я… – начала она и запнулась.

Господи, как это вообще объяснить…

– Ты нормально? – спросила девушка, чуть наклонив голову.

София попыталась собрать лицо.

Собраться. Включиться. Как на работе.

– Да… – выдохнула она. – Всё нормально. Просто… приснилось что-то странное.

Отлично. Гениально. Просто «что-то странное».

Девушка прищурилась, явно не поверив до конца, но спорить не стала.

– Ну ты даёшь, – усмехнулась она. – Я думала, ты там умерла уже.

София нервно усмехнулась.

– Почти.

Неловкая пауза.

– Я Мириам, – сказала девушка, выпрямляясь. – Твоя соседка, видимо.

София моргнула.

– Соседка?..

– Ага, – кивнула она. – Я сегодня утром заселилась. Ты, получается, тоже новенькая?

София на секунду зависла.

Новенькая? Заселилась? Куда?..