Вот это попадание

— Ты серьёзно?

— Более чем.

Арон невесело усмехнулся.

— Я устал искать её, Райс.

Он поднял взгляд. И в этот момент Райс увидел то, что обычно скрывалось за вечной самоуверенностью капитана. Всю боль и отчаяние.

— Я устал просыпаться каждое утро и не знать, жива она или нет. Устал строить догадки. Устал ждать вестей от Кристофа. Если бы появился способ попасть к ней, я бы ушёл не раздумывая.

Он замолчал и посмотрел в окно.

— Я не могу просить её вернуться сюда. Не после всего, через что она прошла. Но и там ей небезопасно. Я вообще больше не понимаю, что правильно.

Райс медленно кивнул.

— Мы что-нибудь придумаем.

— Это ты сейчас как провидец говоришь?

— Нет. Как друг.

Впервые за вечер на лице Арона мелькнула слабая улыбка.

— А пока попробуй поспать. Я принесу тебе дневник Вальдекаров. Если София снова появится, вы хотя бы будете знать, с чего начать.

Арон долго смотрел на огонь лампы.

— Её глаза потухли у меня на руках.

От этих слов внутри неприятно сжалось.

— Я думал, что она умирает.

Райс отвёл взгляд. Он тоже так подумал. Видение было слишком ясным и настоящим, но произнести это вслух он не смог бы даже под пытками. Иначе тогда в глазах Арона окончательно погаснет надежда, а этого Райс допустить не мог.

— Она сильнее, чем кажется, — только и сказал он.

Арон ничего не ответил.

Покинув комнату друга, Райс медленно направился к своему корпусу. Ночная Академия всегда казалась ему особенным местом. На аллеях уже зажглись магические фонари. Их мягкий свет ложился на каменные дорожки золотистыми пятнами. Большинство студентов разъехались по домам на каникулы, и привычный шум сменился почти непривычной тишиной. Где-то далеко светилось несколько окон. Остальная Академия спала. И тени наконец покинули академию, и воздух стал легче.

Шагая по пустой аллее, Райс неожиданно усмехнулся собственным мыслям. Когда-то ему казалось важным, что София выбрала не его. Он ревновал и злился, старался убедить себя, что это просто увлечение. Сейчас всё это выглядело не серьёзным, даже смешным. Слишком многое изменилось.

София умела привлекать внимание людей. Не красотой, хотя её сложно было не заметить. Не загадочностью, хотя загадок вокруг неё всегда хватало. Дело было в другом. Она умела заставить человека чувствовать себя живым. Рядом с ней невозможно было оставаться равнодушным.

— Была…

Слово сорвалось раньше, чем он успел себя остановить. Райс резко замер посреди аллеи. Потом зло качнул головой.

— Не была. Есть. Она жива. Обязана быть живой.

Однако червячок сомнения уже успел пробраться в сердце. И сколько бы Райс ни пытался его прогнать, неприятное чувство не исчезало. Если видение было правдой… Нет. Он не позволит себе думать об этом. Не сейчас.

Сначала нужно дождаться Кристофа. А уже после искать ответы на вопросы, которых с каждым днём становилось всё больше.

Райс решил не возвращаться сегодня к Арону с дневником. Уже возле своего корпуса он вдруг остановился и понял, что не готов просто сидеть и ждать. Слишком многое не сходилось и оставалось за гранью понимания.

Поднявшись к себе, он запер дверь и сразу направился к письменному столу. На столешницу легли потрёпанные записи по пророческой магии, колода карт и несколько старых трактатов, которые он когда-то изучал ещё на младших курсах. Райс редко прибегал к подобным методам. Обычно дар сам подсказывал нужные моменты. Но сейчас времени ждать не было.

Он зажёг свечу, сосредоточился и попытался войти в состояние транса. Ничего. Лишь мерцание огня перед глазами. Он выдохнул и попробовал снова. Второй раз оказался не лучше первого. Тишина. Пустота. Будто кто-то поставил между ним и будущим непроницаемую стену. Раздражение медленно поднималось внутри. На третьей попытке сознание всё-таки дрогнуло. Перед глазами вспыхнул яркий свет. На мгновение показалось, что сейчас появится образ, зацепка, хоть что-нибудь, но видение рассыпалось прежде, чем успело оформиться. Голову пронзила резкая боль. Райс тихо выругался и откинулся на спинку кресла, прикрывая глаза ладонью. Дар провидца никогда не подчинялся приказам. Чем сильнее он пытался увидеть что-то конкретное, тем упрямее молчало будущее. Словно само сопротивлялось. Он вновь подумал о двери. О том силуэте, который видел сквозь магическое зрение. О Софии и её исчезновении. О том, что всё происходящее слишком сильно напоминало не случайность, а чью-то тщательно продуманную игру.

Но ответы не приходили. Лишь нарастала усталость. Тяжёлая, вязкая, проникающая под кожу. Через несколько часов Райс всё-таки признал поражение на сегодня. Он даже не смог переодеться, просто рухнул на кровать поверх покрывала и почти сразу провалился в тревожный сон, в котором за каждой дверью его ждали лишь новые загадки.

_____

Тем временем Арон остался один. Когда за другом закрылась дверь, комната неожиданно показалась непривычно просторной и пустой. Словно вместе с Софией из неё исчезло что-то ещё. Что-то важное, без чего привычный мир вдруг потерял часть красок. Он долго сидел за столом, окружённый книгами и свитками. За последние недели здесь накопилось столько материалов о Земле, переходах между мирами и старых легендах, что стол давно превратился в исследовательский архив. Раньше это занятие захватывало его, теперь он просто смотрел на страницы и не видел слов. Буквы расплывались перед глазами. Мысли снова и снова возвращались к одному и тому же моменту, к последним секундам, взгляду Софии, её побледневшему лицу, как она пыталась вдохнуть. К тому, как он держал её за руку, совершенно не понимая, чем может помочь. И к тому мгновению, когда её глаза остекленели, а тело исчезло прямо у него на руках. Каждый раз воспоминание било так же больно, как и впервые.

Арон резко захлопнул лежавшую перед ним книгу. Звук показался оглушительно громким в тишине комнаты. Он провёл ладонью по лицу и устало выдохнул. Так продолжаться больше не могло. Он почти не спал и не ел. Постоянно думал только об одном. Где она сейчас? Жива ли? Страдает ли? И можно ли вообще её вернуть? Ответов не было. Только бесконечная пустота.

Открыв ящик стола, он достал небольшой флакон с тёмной настойкой. Когда-то Райс вручил её ему после особенно тяжёлого турнира. Тогда Арон долго смеялся над другом, уверяя, что прекрасно справится и без подобных средств. Теперь ему было не до смеха. Он сделал несколько глотков. Горечь мгновенно обожгла язык. Поморщившись, убрал флакон обратно. Потом медленно собрал разбросанные записи, сложил книги стопкой и впервые за долгое время позволил себе перестать искать ответы хотя бы на одну ночь.

Сон пришёл не сразу. Тело всё ещё оставалось напряжённым, будто готовилось к удару. Но постепенно настойка начала действовать. Мысли становились тише, тревога отступала и наконец его поглотила темнота.

_____

Утром Академия ожила. После каникул коридоры вновь наполнялись голосами студентов, шумом шагов и привычной суетой. Жизнь возвращалась в своё русло для всех, кроме тех, кто потерял кого-то важного.

Через несколько недель команде предстоял новый матч по сфере. Тарвен был уверен, что в этом году они способны взять кубок. Проблема заключалась лишь в том, что их капитан уже несколько месяцев выглядел так, словно ему самому стало безразлично всё происходящее.

Поначалу тренер злился и кричал, назначал дополнительные нагрузки. Гонял Арона по полю сильнее остальных. Но довольно быстро понял: дело не в лени. И не в потере интереса к спорту, а наоборот, Арон тренировался так, словно пытался уничтожить себя усталостью. Бегал до дрожи в ногах. Работал до потемнения в глазах. Каждый день доводил себя до состояния, когда вечером просто падал на кровать без сил. Будто надеялся заглушить физической болью то, что происходило внутри.

Перед началом очередной тренировки Тарвен остановил. Остальные игроки уже разминались на поле. Слышались выкрики и смех. Обычная жизнь продолжалась.

— Ну что, капитан, как настрой?

Арон автоматически попытался изобразить привычную ухмылку. Ту самую, которой всегда прикрывал любые проблемы. Но сегодня она вышла слишком натянутой.

Тарвен только хмыкнул.

— Вот именно.

Некоторое время они молчали, наблюдая за тренировкой.

Затем тренер кивнул в сторону команды.

— Видишь их?

— Вижу.

— Они тоже видят тебя.

Арон медленно опустил взгляд. Он уже понимал, к чему идёт разговор.

— Ты капитан. Для них ты не просто лучший игрок. Ты человек, за которым они идут.

Тарвен обвёл рукой стадион.

— И сейчас каждый из них чувствует, что тебя здесь нет.

Слова попали точно в цель, потому что это была правда. Даже находясь рядом с командой, мыслями он постоянно возвращался к Софии. К вопросам, на которые никто не мог ответить.

После долгой паузы он тихо произнёс:

— Вам стоит выбрать другого капитана.

Тарвен даже не задумался.

— Нет.

— Почему?

— Потому что им не нужен новый капитан.

Он посмотрел прямо ему в глаза.

— Им нужен их лидер.

Арон невольно замер.

— Тот самый упрямый мальчишка, который готов был сцепиться с кем угодно ради своей команды. Тот, кто первым выходил на поле и последним уходил с него. Тот, кто заставлял остальных верить в победу даже тогда, когда шансов почти не оставалось.

Что-то болезненно сжалось внутри. Когда-то это действительно был он. Сейчас же ему казалось, будто тот человек остался где-то в прошлом.

— Они должны знать, что ты их не бросишь, — продолжил Тарвен. — Что поведёшь вперёд. Как всегда.

Арон сжал кулаки.

— Вы не понимаете.

— Возможно.

Тренер неожиданно усмехнулся.

Впервые за весь разговор.

— Но одну вещь я понимаю очень хорошо.

Арон вопросительно посмотрел на него.

— Я тоже когда-то был влюблён.

На несколько секунд он даже растерялся.

— Правда?

— Не смотри так. Когда-то я тоже был молодым идиотом.

В его глазах мелькнуло что-то далёкое, тёплое, почти болезненное.

— Первая любовь редко заканчивается красиво. Особенно когда кажется, что без этого человека дальше жить невозможно.

Арон отвёл взгляд. Горло вдруг неприятно сдавило.

— Но вы справились…

Тарвен усмехнулся.

— Как видишь.

Он положил тяжёлую ладонь ему на плечо.

— На поле ты нужен мне собранным и с холодной головой. А за его пределами можешь искать ответы, спасать мир, разгадывать древние тайны или просить помощи у друзей.

Его голос стал мягче.

— И если помощь понадобится от меня, просто скажи.

Несколько секунд Арон молчал, потом коротко кивнул, в груди всё ещё оставалась боль, но впервые за долгое время она перестала казаться такой безысходной.

Тарвен хлопнул его по спине.

— А теперь хватит жалеть себя. Бегом по стадиону.

Арон фыркнул и неожиданно для самого себя улыбнулся. Совсем немного, но на этот раз улыбка была настоящей.

_____

После тренировки Арон чувствовал себя непривычно живым. Усталость приятно гудела в мышцах, одежда прилипала к телу после душа, а в голове впервые за долгое время не было бесконечного круга из тревоги, надежды и отчаяния.

Разговор с Тарвеном неожиданно помог. Не потому, что тренер сказал что-то особенное. Просто кто-то наконец напомнил ему, что жизнь вокруг не остановилась.

Вернувшись в комнату, Арон бросил полотенце на спинку стула и начал собираться. Парни из команды давно уговаривали его выбраться в город пообедать, посидеть в любимом баре «Лисья нора», поспорить о предстоящем матче. Раньше он бы отказался, но сегодня впервые согласился. И по лицам товарищей на тренировке было видно, что это решение обрадовало их едва ли не больше, чем удачно проведённая игра.

Арон как раз надевал футболку, когда заметил движение на столе. Крышка связного подрагивала. Сердце мгновенно ухнуло вниз. Он ждал вестей только от одного человека. Подойдя к столу в два шага он схватил артефакт, достав записку, узнал почерк Кристофа. Пальцы вдруг стали непослушными. Всего одна строчка. «Я в городе. Приходите к ужину. У меня есть новости».

Несколько секунд он просто смотрел на текст, даже не моргая, зачем перечитал ещё раз. Словно боялся, что слова исчезнут. Новости. За последние месяцы это слово стало одновременно самым желанным и самым страшным. Потому что новости могли означать всё что угодно. Арон резко поднялся, его сердце уже колотилось где-то в горле. Он схватил куртку и практически выбежал из комнаты. Мысли лихорадочно метались. Кристоф никогда не присылал подобных сообщений просто так. Если он написал, значит что-то нашёл, что-то важное. Возможно… Арон заставил себя остановиться. Не надейся раньше времени. Он уже слишком много раз обжигался о надежду. Возле выхода из корпуса его нагнал Вейл.

— Ты куда так несёшься?

— Кристоф вернулся.

Вейл замер.

— Серьёзно?

Арон молча показал сообщение. Через несколько секунд рядом уже оказался Райс, потом Мириам и Милли. Словно сама Академия решила собрать их всех вместе.