Вот это попадание

София зло отвернулась — но уже через секунду снова смотрела.

Потому что невозможно было не смотреть.

Второй гол.

Третий.

Счёт стал 3:0.

Тренер вскочил.

— ВЫ ЧТО ТВОРИТЕ?! — его голос прокатился по всему стадиону. — Я ВАС ОБОИХ ВЫКИНУ, ЕСЛИ НЕ НАЧНЁТЕ ИГРАТЬ КАК КОМАНДА!

Ноль реакции.

София резко поднялась.

— Идиоты, — процедила она. — Они реально продуют из-за своего упрямства

⸻

Свисток, объявили перерыв. Игроки тяжело дышали, кто-то уже был с перевязками. Воздух пах гарью, потом и металлом.

София не стала думать.

Просто пошла вниз.

Мириам вскрикнула ей вслед, но она уже не слушала. Она подошла, как раз тогда, когда тренер заканчивал свой разнос по поводу их стратегии. Парни стояли рядом, но не вместе.

— Вы закончили? — холодно спросила она.

Оба посмотрели на неё.

— Или вам ещё нужно доказать, кто из вас более упрямый?

Тишина.

— Вы проигрываете не потому, что слабее, — продолжила она. — А потому что ведёте себя как чужие.

Она сделала шаг ближе.

— Вы так легко отказались от своей дружбы, что даже неловко за вас.

Это задело и она это видела.

— Или вы просто были удобны друг другу, пока всё шло по плану? Докажите, что я не права, — тихо добавила она.

Она развернулась и ушла. Не дожидаясь ответа.

⸻

Во втором периоде всё изменилось. Не сразу. Арон сделал перестановку.

Он начал использовать воздух не только для рывков, но и для контроля поля — сбивал противников с траекторий, создавал краткие пустоты, в которые врывался сам или направлял других.

Вейл стал опорой — его водные щиты держали линию, а удары отбрасывали противников, словно волны о скалы.

Райс ускорился.

Земля под его ногами больше не была защитой — она стала оружием. Он ломал ритм противников, сбивал их с шага, открывал коридоры.

Теперь они работали.

Первый перехват.

Передача.

Арон ловит сферу — огонь вспыхивает по руке, воздух сжимается вокруг, удерживая её стабильнее.

Рывок. Гол. Трибуны взрываются.

София даже не заметила, как подалась вперёд.

Игра становится жёстче. Удары сильнее. Скорости выше. К концу второго периода счёт — 5:4.

Академия Врат впереди.

⸻

Третий период начался на пределе. И почти сразу всё пошло вразнос.

Райс перехватил сферу — чётко, чисто. Земля под противником провалилась, и тот потерял равновесие.

Но в следующий момент под самим Райсом рванул чужой импульс. Слишком сильный. Слишком точный.

Его подбросило и резко швырнуло вниз. Хруст был слышен даже на трибунах. София похолодела. Райс не встал.

Он попытался — и тут же стиснул зубы, тело дернулось от боли. Нога была вывернута под неестественным углом. Сломана. Кровь быстро пропитывала ткань.

— Райс… — выдохнула София.

Целители уже бежали. Погрузив на носилки, его унесли с поля. София сорвалась с места. Но Мириам схватила её за руку.

— Стой!

— Пусти!

— Если ты сейчас уйдёшь — он проиграет!

София замерла.

— Арон, — тихо добавила Мириам. — Он решит что ты выбрала.

София обернулась.

Арон стоял на поле.

Один.

И в его взгляде было слишком много.

Она сжала зубы, но осталась.

⸻

Магия начала иссякать, концу периода почти у всех. Сфера становилась тяжелее, грубее. Игра — злее. Теперь это уже была не только магия.

Игроки сталкивались телами, врезались друг в друга на полной скорости, сбивали, толкали, буквально выносили с траекторий. Как в бою. Как в яростной схватке. Арон двигался на пределе.

Воздух ещё слушался его — короткие, резкие импульсы, рывки, удары. Огонь вспыхивал реже, но ярче — как последний ресурс.

Вейл прикрывал.

Остальные дрались.

Иначе это уже нельзя было назвать.

София сжала пальцы до боли.

— Это безумие…

Но не могла отвести взгляд.

Последняя атака. Арон перехватывает сферу. Удар плечом — он буквально сносит одного из противников. Рывок. Воздух толкает его вперёд. Ещё шаг…Ещё…

И он бросает.

Сфера влетает в зону Кардалиса.

Свисток.

Трибуны взрываются. Крики, рев, магия, шум. Академия Врат побеждает. Проходит в следующий тур.

Но София уже не слышит этого. Она разворачивается и бежит в лазарет.

____

Она почти вбежала в целительское крыло, но у самого поворота резко замедлилась.

Из-за угла доносился гул голосов — напряжённых, резких, перебивающих друг друга. Она остановилась, пытаясь перевести дыхание. Сердце всё ещё колотилось после бега, а внутри поднималось неприятное чувство, будто она опоздала… или, наоборот, пришла туда, куда не должна была.

Сделав шаг вперёд, София вышла в приёмную.

Там было многолюдно.

Люди стояли , воздух был плотным от тревоги и раздражения. Девушка плакала — тихо, но без остановки, прижимая к лицу смятый платок. Трое детей сидели рядом, опустив головы, не поднимая глаз.

И София сразу её узнала. Невеста Райса. Та самая.

Её глаза были припухшими, ресницы слиплись от слёз, пальцы нервно теребили ткань платка, словно это был единственный способ не сорваться.

София на секунду замерла.

Затем прошла дальше.

— Здравствуйте… — тихо сказала она.

Её не услышали.

Голоса перекрывали друг друга.

Она остановилась чуть в стороне, вслушиваясь.

— Я имею право его видеть! — голос женщины дрожал от напряжения. — Это мой сын! Видимо мать Райса.

София сжала губы.

— Сейчас не время, — жёстко ответил мужской голос. Спокойный, но непреклонный. — Мы только помешаем. А это явно глава семьи Долан.

Между ними, у входа в коридор, стояла целительница. Уставшая, но собранная. Судя по её выражению лица, она повторяла одно и то же уже не первый раз.

— Пожалуйста, — в очередной раз сказала она, стараясь говорить мягко, — вход в палату запрещён, пока не выйдет главный целитель. Это касается всех.

— Даже семьи? — голос матери сорвался.

— Даже семьи.

София сделала шаг вперёд.

— Здравствуйте, — повторила она уже громче. — Я… к Райсу Долану.

На этот раз её услышали.

Разговор оборвался.

Несколько пар глаз одновременно повернулись к ней.

София на мгновение растерялась. Взгляды были слишком пристальными и чужими.

— Я… — она чуть выпрямилась, — хотела узнать, что с ним. Всё ли в порядке.

Отец Райса посмотрел на неё внимательно, будто оценивая.

— Пока никого не пускают, — спокойно сказал он. — И ничего не объясняют.

София кивнула.

— Понятно.

Короткая пауза.

Ей вдруг стало неуютно стоять здесь — среди их тревоги, их семьи, их… места.

— Ладно, — тихо сказала она. — Спасибо.

Она уже развернулась, чтобы уйти, когда в коридор буквально ввалилась команда.

Громко.

Резко.

С запахом пота, крови и адреналина.

Арон шёл впереди.

За ним — Вейл, заметно прихрамывая, но всё ещё ухмыляясь, словно боль его пока не догнала. Остальные выглядели не лучше: у кого-то были ожоги, у кого-то рассечённые брови, руки в крови, перевязанные наспех пальцы.

Но они смеялись, перебивали друг друга, говорили одновременно. Победа ещё кипела в них.

Арон остановился, заметив Софию.

— О, София, ты уже здесь? — с привычной усмешкой сказал он. — Я думал, ты захочешь сначала поздравить меня.

Она открыла рот — и вдруг поняла, что не знает, что ответить.

— Поздравляю, — тихо сказала она, почти не глядя на него.

Слишком тихо для него. Но он уже отвёл взгляд, заметив родителей Райса.

Лицо на секунду изменилось — стало серьёзнее.

Он подошёл к ним поздороваться.

София стояла чуть в стороне.

И вдруг почувствовала на себе взгляд. Она обернулась.

Невеста Райса.

Та смотрела прямо на неё. Внимательно. Собранно и без слёз.

И от этого взгляда стало не по себе сильнее, чем от всего остального.

София первой отвела глаза.

И пошла к выходу.

⸻

Позади уже начиналась суета.

Целительница быстро пришла в движение, распределяя игроков: кого-то усаживали, кого-то сразу уводили дальше, вглубь крыла. Раздавались короткие команды, шорох бинтов, приглушённые ругательства.

У одного из парней были выбиты пальцы — кисть держали аккуратно, стараясь не шевелить. У другого нос был сломан, кровь всё ещё сочилась, несмотря на попытки остановить её магией. У кого-то ожоги покрывали предплечья тёмными пятнами.

Но никто не жаловался.

Они продолжали обсуждать матч.

Смеялись.

Перебивали друг друга.

Жили этой победой.

София больше не смотрела.

Она вышла в коридор.

И только там позволила себе выдохнуть.

Слишком много.

Слишком громко.

Слишком… не её.

Она замедлила шаг.

Но не остановилась.

Потому что если остановится — придётся думать.

А думать сейчас она не хотела.

Совсем.

Глава 31

София почти вышла из целительского крыла, когда за спиной раздались шаги.

Она не обернулась сразу. Но остановилась.

— Быстро ты убегаешь, — сказал Арон.

Она медленно повернулась.

Он стоял в нескольких шагах. Уставший, с кровью на виске, с обожжённой ладонью — и всё равно собранный. Как будто бой ещё не закончился.

— Там стало слишком шумно, — спокойно ответила она.

Он усмехнулся.

— Странно. Обычно тебе это не мешает.

— Обычно люди не ломают друг другу ноги ради аплодисментов.

Усмешка исчезла. Повисла пауза. Он сделал шаг ближе.

— Значит, понимаешь, что такова игра.

— Я видела достаточно.— София чуть прищурилась.— О, я прекрасно понимаю, что это было.

Тишина натянулась.

— Тогда не делай вид, что кто-то из нас этого хотел, — сказал он жёстче.

— А вы вообще сегодня чего-то хотели? — спокойно парировала она. — Вы даже не пытались играть вместе.

Это задело. Он выдохнул, сдерживая ответ.

— Мы разобрались.

— После того, как почти всё слили, — кивнула она.

Он посмотрел на неё внимательнее. Дольше, чем нужно.

— Легко судить, когда все уже произошло!

— Я не закрывала глаза на процесс, — ответила она.

Пауза.

Он сделал ещё шаг.

Теперь расстояние стало почти личным.

— И что ты увидела?

София не отвела взгляд.

— Двух упрямых людей, которые решили, что их конфликт важнее команды.

Короткая тишина.

— И? — тихо спросил он.

— И одного из них сейчас собирают в палате, — спокойно закончила она.

Это ударило точнее.

Сильнее.

Он замолчал.

На этот раз — по-настоящему.

София уже хотела отвернуться, но он заговорил:

— Он бы тебя сейчас не поддержал.

Она чуть нахмурилась.

— В чём именно?

— В том, что ты считаешь его жертвой.

Пауза.

София склонила голову.

— Я не считаю его жертвой.

— Тогда что?

Она посмотрела прямо на него.

— Человеком, который слишком привык держать всё под контролем. Даже когда это его ломает.

Арон провёл рукой по затылку.

— Он сам сделал этот выбор.

— А ты? — сразу спросила она.

Он не ответил.

И этого снова оказалось достаточно.

София кивнула.

— Вот именно.

На этот раз тишина была не конфликтной. Тяжёлой. Личной.

Арон посмотрел на неё иначе.

— Ты злишься не только из-за него.

София выдохнула и посмотрела в сторону.

— Арон, я не злюсь… Я испугалась за… вас.

— София, посмотри на меня— тихо сказал он, повернув ее лицо аккуратно, здоровой рукой.

Это уже было другим. София на секунду замерла. И это была та самая трещина в её защите.

— Тебе тоже досталось— сказала она тише.

— Это не болит, — тихо сказал он. — Меня куда больше ранит другое…

София не сразу ответила.

Она чувствовала его пальцы на щеке. Чувствовала, как он смотрит — не как обычно, не с привычной насмешкой.

Гораздо серьёзнее. Гораздо ближе.

— И что же? — спросила она, почти шёпотом.

Он не ответил сразу.

Его взгляд на мгновение опустился — к её губам. Почти незаметно. Но она это уловила и не отступила.

— То, что ты так легко готова поставить между нами стену, — сказал он наконец.

София чуть усмехнулась, но в этой усмешке не было лёгкости.

— Между вами, — поправила она тихо. — Не льсти себе.

Это было слабое место. И он это понял.

Его пальцы чуть сильнее сжались её лицо — не больно, но достаточно, чтобы она это почувствовала.

— Ты правда думаешь, что всё так просто?

Она выдержала его взгляд. Но сердце уже сбилось с ритма.

— Я думаю, что ты не привык проигрывать, — сказала она. — Ни в игре, ни… вне её.

— А ты? — тихо спросил он. — Ты привыкла убегать?

София замерла. Вот теперь — попал.

И на секунду в её глазах мелькнуло что-то настоящее. Без защиты. Без иронии.

— Я привыкла выбирать, где не разрушусь, — ответила она так же тихо.

И это было честнее всего, что она говорила.

Он чуть наклонился ближе.

Настолько, что между ними почти не осталось воздуха.

— А если ты уже… внутри этого?

Шаг. Не физический. Глубже. И она это почувствовала, но не отступила. Но и не приблизилась. Замерла где-то между «нельзя» и «слишком поздно». Её разрывала на две части.

— Тогда это плохой выбор, — прошептала она.

Он усмехнулся. Тихо. Почти устало.

— Или самый честный.

И вот это уже было опасно. Слишком близко к тому, что нельзя возвращать назад.

И именно в этот момент:

— О, отлично, вы оба здесь.

Голос Вейла прозвучал резко, почти грубо, разрезая напряжение.

— Райс пришёл в себя, — сказал Вейл, опираясь плечом о косяк. — К нему скоро можно будет. Как только выйдут родители.

Слова повисли в воздухе, словно кто-то резко вернул их в реальность.

Арон медленно убрал руку.

София отступила на шаг — почти незаметно, но этого хватило, чтобы снова выстроить дистанцию.

— Пойдём, — коротко сказал он.

Она кивнула.

Они пошли рядом, но между ними уже было то самое — невидимое напряжение, которое не исчезает, даже если молчать.

У двери палаты они остановились. Изнутри доносились приглушённые голоса. Слишком личные разговоры, чтобы их слышать.

София невольно сжала пальцы.

— Ты можешь не заходить, — тихо сказал Арон.

Она взглянула на него.

— Могу, — согласилась. — Но не хочу.

Он кивнул.

Дверь открылась и из палаты вышли родители Райса. Мать — с заплаканным лицом, отец — с каменной сдержанностью. Они почти не обратили внимания на стоящих в коридоре, погружённые в своё.

Следом появилась она.

Аэлита.

Светлое платье, чуть помятое, как будто она не замечала этого. Пальцы всё ещё сжимали платок. Глаза — покрасневшие, но уже сухие.

Она остановилась, увидев их.

Софию — первой.

Задержала взгляд.

Дольше, чем позволила бы вежливость.

Потом перевела его на Арона.

И едва заметно кивнула.

— Он вас ждёт, — сказала она тихо.

Голос был ровным.

Они вошли вместе.

Запах трав и магии ударил сразу.

Райс лежал на кровати, бледный, с напряжённой линией губ. Нога была зафиксирована — плотная светящаяся шина, в которой ещё пульсировала работа целителей.

Он выглядел сильным. И одновременно — уязвимым так, как никогда.

Рядом с ним, у самой кровати, снова сидела Аэлита.

Она взяла его за руку — осторожно, почти бережно.

И это движение было… слишком нежным.

София остановилась. На долю секунды. И этого оказалось достаточно.

— Аэлита, — спокойно сказал Арон, становясь чуть позади Софии и, как будто невзначай, положив руку ей на плечо. — Рад тебя видеть.

София почувствовала это мгновенно. Это был не жест- заявление.

Аэлита подняла взгляд.

Сначала — на его руку.

Потом — на Софию.

И только после этого — на самого Арона.

— Взаимно, — ответила она, без намека на каплю тепла.

Райс открыл глаза, пытаясь медленно проморгаться.

Его взгляд сразу нашёл Софию. Он не обращал внимания ни на Арона, ни на Аэлилу, словно не замечая, что она держит его за руку.

— Ты… всё-таки пришла, — тихо сказал он.

София сделала шаг вперёд.

— Конечно, — ответила она спокойно. — Ты решил устроить представление, как я могла пропустить.

Слабая тень улыбки коснулась его губ.

— Не лучший мой выход, да?

— Бывали лучше, — согласилась она.

Но голос всё-таки дрогнул.

Совсем чуть-чуть.

Арон медленно убрал руку с её плеча, как будто давая ей пространство. Или… отдавая его.

— Ну, как ты, друг?— сказал Арон.

— Перелом сложный, — ответил Райс. — Целители говорят, восстановят. Вопрос времени.

— Ты выбрал отличное время, чтобы выйти из игры, — заметил Арон.

Райс перевёл на него взгляд.

И вот теперь в палате стало по-настоящему тихо.

— А ты выбрал отличное время, чтобы начать играть в команде, — спокойно ответил он.

Это было не грубо, но точно. София невольно выдохнула. Вот оно. То, что между ними осталось недосказанным.

Аэлита чуть сжала руку Райса.

— Ему нужно отдыхать, — мягко сказала она. — Целитель просил не перегружать.

София кивнула, быстро соглашаясь.

— Да, конечно.

Она сделала шаг назад.

И вдруг почувствовала, как в груди что-то неприятно сжалось. Не из-за слов. Из-за того, как всё выглядит со стороны.

Где чьё место, кто с кем рядом. Кто имеет право держать за руку.

Райс снова посмотрел на неё, будто хотел что-то сказать. Но не стал.

И это было хуже.

— Я зайду позже, поправляйся— сказала София.И развернулась.

Она вышла быстрее, чем хотела. Шаги отдавались в коридоре слишком громко.

Слишком резко. Как будто она убегала. Может так и было, но от себя не убежишь.

⸻

Когда дверь закрылась, она остановилась, сделала глубокий вдох, выдох, прикрыла глаза,

В голове всё смешалось. Арон. Его голос. Его взгляд. Его близость.

Райс. Его тихое «ты всё-таки пришла». Его рука — в чужой руке.

— Отлично, София, — тихо сказала она сама себе. — Просто прекрасно.

И усмехнулась.

Но в этой усмешке не было ни капли лёгкости.

София не успела уйти далеко от палаты, когда за спиной раздались шаги. Она узнала их сразу.

Останавливаться не хотелось, но она всё же замедлилась и через пару секунд обернулась.

Арон догнал её быстро, но теперь не спешил говорить. Несколько мгновений он просто смотрел на неё — внимательно, будто пытаясь понять, что именно она сейчас чувствует.

— Ты вышла так, словно решила поставить точку, — наконец сказал он.

София чуть приподняла бровь.

— А это было бы проблемой?

Он качнул головой.

— Это было бы странно. Особенно учитывая, что ты не из тех, кто уходит, не разобравшись.

Она скрестила руки, но уже без прежней резкости — скорее как привычный способ держать дистанцию.

— Как будто ты знаешь меня. Иногда разбираться уже не в чем, — спокойно ответила она. — Всё становится достаточно очевидным.

Арон сделал шаг ближе.

— Настолько очевидным, что ты даже не попыталась остаться?

— Остаться где? — она посмотрела прямо на него. — В комнате, где у человека есть невеста, и она держит его за руку? Там моя роль предельно ясна.

Он задержал на ней взгляд.

Дольше, чем требовала простая перепалка.

— Ты правда считаешь, что всё сводится к этому? — спросил он тише.

— А к чему ещё? — её голос оставался ровным, но в нём уже не было той холодной отстранённости. — Я не люблю ситуации, в которых приходится делать вид, что я на своём месте, когда это не так.

Он выдохнул, будто сдерживая ответ.

— Ты была там не случайно.

София едва заметно усмехнулась.

— Это ты сейчас пытаешься меня убедить или себя?

На этот раз он не стал уходить от вопроса.

— Я пытаюсь понять, почему тебя это задело сильнее, чем ты хочешь показать.

София отвела взгляд на мгновение, затем снова посмотрела на него.

— Хорошо, — сказала она уже тише. — Потому что мне неприятно чувствовать себя лишней. Этого достаточно честно?

Он чуть приблизился, сокращая расстояние между ними почти до границы личного.

— Ты не выглядела лишней.

— Это не значит, что я так себя не чувствовала.

Эти слова прозвучали без защиты. И именно поэтому — сильнее.

Арон на секунду замолчал, словно впервые услышал не просто ответ, а настоящую причину.

— Ты видишь только внешнюю сторону, — сказал он мягче. — Но внутри всё давно не так просто.

София покачала головой.

— Я как раз вижу слишком хорошо. И именно поэтому не хочу в это влезать.

Она сделала небольшой шаг назад, возвращая себе пространство.

— У вас с ним слишком много незакрытого. И теперь ещё одно. Это не та история, в которой я собираюсь искать себе место.

Он не дал ей закончить движение — его рука на мгновение коснулась её запястья, останавливая.

Не резко. Но достаточно, чтобы она не ушла.

— А если ты уже в этой истории? — тихо сказал он.

София замерла.

Медленно перевела взгляд на его руку, затем на него самого.

— Это не мой выбор, — ответила она спокойно.

Он чуть наклонился ближе, и голос его стал ниже, почти ровным шёпотом:

— А если это мой?

Пауза.

И в этой паузе исчезло всё лишнее — остались только слова и то, что за ними.

София аккуратно высвободила руку.

На этот раз без резкости, но с чёткой границей.

— Тогда ты выбрал неудачный момент, — сказала она.

Он едва заметно усмехнулся.

— Или наоборот — единственно правильный.

Она покачала головой, уже без раздражения — скорее с усталой ясностью.

— Арон, я не хочу быть частью чьих-то недоговорённостей. Особенно таких.

Он сделал ещё полшага ближе.

Теперь между ними почти не осталось расстояния.

— А если это не недоговорённость?

София на секунду задержала дыхание.

— Тогда что?

Он смотрел прямо на неё.

— Тогда это выбор.

И вот здесь она впервые не нашла, что ответить сразу.

Не потому что не могла.

Потому что понимала: любой ответ сейчас что-то изменит.

София отвела взгляд, давая себе секунду.

Потом снова посмотрела на него — уже спокойно.

— Тогда это ещё сложнее, чем я думала, — тихо сказала она.

Она отступила на шаг.

И на этот раз он не остановил её.

— Я не обещаю, что буду в этом разбираться, — добавила она. — Но и делать вид, что ничего не происходит, тоже не стану.

Он наблюдал за ней, не пытаясь перебить.

— Я разберусь сам, — сказал он.

София чуть усмехнулась.

— Вот это уже больше похоже на тебя.

Она развернулась и пошла дальше по коридору.

На этот раз — не спеша. И не убегая.

— София, — тихо сказал он ей вслед.

Она остановилась, но не обернулась.

— Это не закончится просто так.

— Я знаю, — ответила она.

И ушла.

Глава 32

София шла быстро, почти не разбирая дороги. Щёки всё ещё пылали — от злости, от смущения, от той путаницы, в которую она сама себя загнала.

Слишком много всего. Слишком близко. Слишком… не вовремя.

Она сжала губы, пытаясь вернуть привычный контроль.

Соберись.

Она здесь не за этим. Не за взглядами. Не за разговорами, от которых сбивается дыхание. Не за тем, чтобы стоять между двумя лучшими друзьями и чувствовать, как натягивается невидимая нить.

Она должна учиться и вспомнить. Вернуть себе то, что у неё отняли. Чтобы вернуться домой. Подальше от всего этого.

София резко выдохнула и свернула в сторону парка. Тихие аллеи, мягкий свет закатного солнца, едва уловимый аромат цветов — здесь было легче дышать. Она дошла до ближайшей скамьи и опустилась на неё, уперев локти в колени и сцепив пальцы.

Но мысли не утихали а наоборот.

— Надо просто всё обрубить, — тихо сказала она вслух, будто проверяя, как это звучит.

Это было наиболее логичным и правильным.

Райс — помолвлен. Этого уже достаточно. Без вариантов.

Арон…

София на секунду закрыла глаза.

Арон — сложнее, он опаснее. Потому что с ним всё не по правилам. Но итог тот же. Она всё равно уйдёт. Вернётся в свой мир. И оставит это позади.

— Значит, тоже нет, — тихо подвела она итог.

Она усмехнулась, чуть покачав головой.

— София Романовна… — пробормотала она себе под нос. — Тебе вообще-то тридцать пять. То, что здесь тебе восемнадцать, не отменяет здравого смысла.

— Веди себя соответственно.

Это звучало убедительно. Почти. Но внутри что-то упрямо не соглашалось.

Она откинулась на спинку скамьи, глядя куда-то в сторону дорожки, где тени деревьев переплетались с мягким светом фонарей.

И всё же…

Только Арон мог помочь ей вспомнить.

Это было единственное, что не укладывалось в её «идеальный план».