Я – Петра

– Ну ты даёшь, пушистый! Может, показалось?

Котёнок снисходительно глянул на меня и начал умываться.

– Слушай, а если этот Володиров морс тебе так пришёлся, может, мы тебя Морсом назовём? Как тебе? Морс! А ещё можно Мор или Морсик! Нравится?

Котёнок бросил умываться и слегка ошарашенно, приоткрыв пасть, посмотрел на меня. Немая сцена длилась недолго. Кот прыгнул ко мне в руки и громко затарахтел и завертелся в моих ладонях.

– Вот и отлично, значит, Морс!

В дверь постучали.

– Войдите!

На пороге появились комендантша и давешняя кудрявая девица в полосатой юбке, а за ней, независимо подняв хвост, вальяжно зашёл огромный черный кот.

– Так! Петра! Это твоя соседка, Уйля Стропа. Познакомитесь сами, – госпожа Регина целеустремлённо прошла к висящему ключу от двери.

– Петра, возьми ключ, передай Уйле. Так, ну чего сидишь? Быстро!

Я подскочила, будто меня толкнули, взяла ключ, передала девушке. По стенам опять пробежала золотистая волна.

– Так, тебя охрана признала. Теперь ты тут живёшь. Так, ключ на место!

– Постойте, госпожа Регина! Это что же, любой придёт, возьмёт ключ в руки и сможет к нам легко зайти? Так просто?

– Нет, Петра, не так просто! Этот ключ видишь только ты и твоя соседка. Ну и еще одна соседка, если будет. На приём-то остался только один день. Так, все, кто хотел, уже пришли. Запас в этом ключе только на троих рассчитан. Так что не трусь, никто к вам без вас не зайдет!

Она подмигнула мне.

– Так, устраивайтесь тут, я пошла, доброй ночи, – и гномка вышла, прикрыв за собой дверь.

– Доброй ночи, – одновременно сказали мы с соседкой, переглянулись и рассмеялись.

– Мадам Так? – сказала новая соседка и показала глазами на дверь.

– Точно!

– Ну, привет, э… прости, что я тебя уронила тогда. Торопилась, – девчонка тряхнула тёмно-рыжими кудрями.

Вообще, она была милая. Повыше меня, глаза темно-зелёные, как болотная вода, высокий лоб, улыбчивые губы.

– Да ничего, бывает. Кто это за тобой гнался? Если секрет, не говори.

– Да какой секрет! – отмахнулась девушка, – Отец это мой. Они с матерью не хотели, чтобы я в Академию поступала. А я сбежала. Приехала сюда, не успела в главное здание зайти, как тут он! Как его сюда пропустили? Я думала, смогла от погони уйти ещё там, в деревне. Да и не верила, что они за мной помчатся так далеко. Ну вот, я и побежала. И Клем со мной.

– Слушай, ты есть хочешь? – я достала чашки, разлила остатки морса и подвинула ей пирог.

– Ага, я такая голодная! Меня зовут Уйля, – уже жуя, говорила девушка, – а ты Петра?

– Ага, а это твой кот?

– Не кот, фамильяр, как твой. Только твой маленький еще.

– Фамильяр? – у меня отвисла челюсть.

Я знала, кто такие фамильяры и что у ведьм они бывают. Но только, чтобы и мой котёнок тоже фамильяр? Ну, Володир даёт, ну непрост!

– Конечно! Ты же ведьма?

– Я? Нет, конечно! У меня целительский дар.

– Не может быть! Фамильяры есть только у ведьм. Вот я Клема призвала сама в десять лет. Да, Клем?

Черный котище в это время спускался по лестнице со второго этажа.

– Да, Уйля, что ты спрашиваешь? – кот прыгнул и уселся на лавку рядом с хозяйкой. Та разломила свой пирог и отдала половину коту.

– Он, что? Говорит? – я не переставала удивляться.

– Конечно, – фыркнула Уйля, – а то ты не знаешь, что фамильяры умеют говорить.

– Не умеют! Они с хозяйкой могут только мысленно общаться! Так моя тётка Аната объясняла. Хотя, Виль же говорит. Виль это медведь, у нас в лесу живёт. Тётка Аната говорит, что он фамильяр.

– Да? Ну вот. Клем же говорит! Да, это Клементий!

– Клементий четвёртый, фамильяр в тридцать восьмом поколении! – котище выпрямился на лавке и склонил голову.

– Очень приятно! Уйля, постой, а ты сказала, что мой Морс тоже фамильяр?

– Конечно, а то ты сама не видишь?

– Не вижу! Откуда знаешь?

– Ладно! Дай ему своей магии.

– Как?

– Как обычно! Как ты магией делишься?

– А?

– Слушай, ну ты… Ладно, смотри!

Уйля протянула руку к своему коту, погладила его по голове, выпустила из пальцев пару фиолетовых поблёскивающих искорок. Они легко впитались в черную шерсть.

– Пробуй!

– Ага… Морсик, иди сюда!

Я подхватила котёнка под животик, погладила его по ушам и попробовала призвать свои искорки. Они тут же заструились по пальцам, запросто перескочили на шкурку котёнка и тут же впитались. Потом ещё и ещё.

– Эй, хватит, а то объестся! Он и так уже, смотри!

Котёнка передёрнуло, и уши как будто выросли чуть-чуть. Потом Морс зевнул, свернулся клубком в руках и прикрыл зелёные глазищи.

– А он что, вот так сразу заснул? – я уже устала удивляться.

– А как ты хотела? Фамильяр – это магическое животное. Ему помимо обычной еды нужна твоя магия. Ещё чуть-чуть подрастёт и заговорит. Так, откуда ты говоришь, его взяла? Если не призывала? – Уйля внимательно чуть исподлобья смотрела на меня.

– Я не говорила, – пожала плечами.

– Ну не хочешь, не говори, – Уйля пошла на второй этаж, – какие у нас кровати, ты смотрела?

– Пойдём, я там ещё не была, – отправилась за ней следом.

Второй этаж башенки оказался очень уютным. Три кровати упирались головой в каминную стену. У каждой стояла тумбочка. Стену подпирал шкаф для одежды. В противоположной было большое окно.

– Эта моя! – сказали мы с Уйлей одновременно и рванули к разным кроватям. Она – к окну, а я к стене. Осталась пустая кровать посередине.

Мы переглянулись и опять расхохотались. На каждой кровати лежало свёрнутое покрывало, постельное белье и пара полотенец белого цвета. Как только я плюхнулась на кровать мой набор белья позеленел, у Уйли стал светло-фиолетовым.

И у меня, и у соседки вещей не оказалось совсем. Ну мой-то багаж дядька Жуй обещал оставить в доме своей сестры. Надо завтра сходить забрать. А вот Уйля, похоже, без вещей. Ну да ладно, форму скоро выдадут.

Мы сходили по очереди в душ и наконец угомонились. Уже уплывая в сон, услышала:

– Прорвёмся, Клем!

– Спи, Уйля, мр-р-р-р…

Глава 7

Подслушанный разговор

Проснулась я рано. Морс сопел в волосах. Аккуратно переложила его на подушку и принялась переплетать косу. Потом потихоньку оделась, подхватила сонного котёнка под живот и тихо пошла вниз. Кинула взгляд на соседку и замерла, открыв рот от удивления.

Уйля сладко посапывала, подложив ладошку под щёку. Её волосы, растрепавшись, лежали на подушке. Только задорных вчерашних кудрей не было. Абсолютно ровные пряди блестящими под утренним лучом солнца тёмно-золотыми волнами текли вокруг умиротворённого лица. Поднял голову Клементий, лежащий у неё в ногах, вопросительно посмотрел на меня, мол, что не так? Я закрыла рот, махнула ему, что всё в порядке и на цыпочках спустилась по лестнице. Ну волосы, ну не вьются. Всё-таки, Уйля удивительная девушка.

Допила морс из бутылки на столе. Обулась, подхватила куртку и пошла добывать свой багаж. Спустившись на первый этаж общежития, обнаружила под лестницей маленькую дверь. Она была открыта и выводила на торец нашего крыла. О, это же хорошо! Есть потайная дверь, не обязательно идти через центральный вход и представать пред хитрые очи нашей мадам Так.

Осенний день набирал красок, солнышко подсвечивало фонтан впереди, ставило розовые галочки на фонари. К калитке я подходила с внутренним трепетом, а вдруг не выпустит? Когда уже стояла перед воротами, из привратницкой вышел господин Ирте Клаусс.

– О, невнимательная Петра, доброе утро!

– Доброе утро, господин Ирте! Рада вас видеть!

– В город идешь? – пышные усы его любопытно встопорщились.

– Да, господин Ирте, а не подскажете мне, как дойти до Кленовой улицы? – я вопросительно склонила голову набок.

На Кленовой жила сестра дядьки Жуя, где он должен был оставить мою сумку с вещами.

– До Кленовой? Неблизко… Может, возьмёшь извозчика?

– Жалко монетки тратить, сама дойду, – я махнула рукой.

– Тогда могу тебе магический маячок дать, только с возвратом! – привратник сурово посмотрел на меня, сдвинув брови.

– А что это такое?

– Сейчас, – господин Ирте скрылся за дверью.

Пока ждала, смотрела вокруг. То ли было ещё очень рано, то ли потому, что до учёбы оставалась пара дней, но никого из студентов или магистров вокруг не наблюдалось. Встающее солнце красило в розовый цвет главное здание. Основная длинная часть в три этажа напоминала старинную шкатулку. Казалось, фигурную с маленькими башенками крышу можно откинуть и заглянуть внутрь. Большие глазастые окна, а вокруг плавные узоры, напоминающие то ли растения, то ли морскую пену. На крыше сидели каменные горгульи с нежно-розовыми страшными мордами. По углам к «шкатулке» лепились массивные четырехэтажные строения с плоскими крышами, обнесёнными черные кружевными перилами. На внешних углах, сложив крылья, сидели огромные каменные грифоны. Выглядели они совершенно как настоящие. Их суровые розовые взгляды устремлялись вдаль.

Слева виднелось наше общежитие. Я насчитала пять этажей. Значит, мы с Уйлей живем на шестом башенно-чердачном. На каждом крыле виднелось по три башенки. То есть три смотрели на ворота и три в обратную сторону. А между ними герб академии. Э, постойте, наша башня номер семь, а на крыше я сейчас ясно видела шесть крыш башенок. Где еще одна? Тут меня окликнул господин Ирте.

– Петра, бери камешек в руки, я его настроил на Кленовую улицу.

Он положил мне в ладошку неровный голубоватый камень, опоясанный серебристым колечком. Углом в основание ладони.

– Очень просто, держи его так, как он сейчас лежит, и, вот смотри, в ту сторону, куда идти, на камне появляется красное пятнышко, видишь?

– Да, – сейчас красное пятнышко велело идти прямо в ворота, – А что это такое, господин Ирте?

– Артефакт это. Есть у нас один умелец, всего-то на втором курсе учится, а такие забавные вещи делает. Только, Петра, – взгляд привратника посуровел, а усы забавно опустились вниз, – с возвратом!

– Да, конечно, господин Ирте, я сумку свою заберу и тут же в Академию, и маячок сразу отдам, спасибо большое!

Я сжала камень. Он был тёплым. Нагрелся, наверное, от ладони.

– Ну, иди и возвращайся скорей, – привратник подтолкнул меня к калитке.

– Ой, господин Ирте, а она меня выпустит? Я хочу сказать, калитка? Я же…

– Петра, – он покачал головой, – невнимательная Петра, давай-ка, приложи руку!

Приложила ладонь к пластинке, замок щёлкнул, калитка открылась.

– Ну, невнимательная Петра, защита общежития тебя признала, теперь ты здешняя студентка, тебя все двери уже «знают»!

– Ага, понятно!

Я вылетела за ворота, глянула на камень и решительно повернула налево.

Тенистая улица, на которую выходили ворота Академии привела меня на небольшую площадь с фонтаном. Несмотря на то, что столица стояла на холмах и приходилось идти то вверх, то вниз, почти на каждой площади и в каждом сквере был свой фонтан. Надо спросить у старожилов, может, у Бернивальда есть и другое название? Например, город ста фонтанов? Но одно несомненно – маги воды немало усилий приложили при строительстве.

Яркий осенний день понемногу набирал силу. Высокое небо, солнце, желтые, красные, багровые листья на деревьях создавали впечатление, что я оказалась в картине, написанной толстыми сильными мазками широкой кисти. Звенела вода в фонтанах, гомонили торговые ряды, постоянно попадавшиеся то тут, то там. Оживленно переговаривались нарядные жители. В тёмных широких штанах и куртке я сама себе казалась на этой картине лишним невзрачным пятном. Хотелось, чтобы меня не замечали, чтобы не портила впечатление от пряного и красочного города.

Так и продвигалась к своей цели, с интересом поглядывая по сторонам, и стараясь не попадаться ни у кого на пути. Котёнок дрых во внутреннем широком кармане, грея меня изнутри. Я с удовольствием вдыхала прозрачный вкусный воздух, такой, что, казалось, его можно резать кусками.

Единственное, что омрачало взгляд, это небольшие разрушения. То трещина по стене, разорвавшая побеги дикого винограда, то отломанный кусок парапета фонтана, то перевернутая скамейка. Всё это не оставалось без внимания властей. Уже суетились рядом мастеровые. Зеваки, собравшиеся вокруг, давали ненужные советы. Несмотря на ранний час, город уже жил шумной и суетливой жизнью.

Дойдя до Дворцового холма, я вышла на набережную. Широкая изумрудная река неторопливо текла, огибая холмы, на которых раскинулся город. Набережная выглядела очень ухоженной. Через равное расстояние стояли уютные деревянные лавочки. Между ними тянулись вверх одинаковые деревья. Казалось, что всё здесь продумано до мельчайших деталей. Река звалась Вальда. Дядюшка Олли рассказывал мне по дороге.

Да, далеко забралась Академия. Кленовая улица оказалась на другом конце города. Но я, зачарованная им, не замечала расстояния.

По набережной пришлось идти довольно долго, оставляя позади Дворцовый холм. И, чем дальше от него, тем оживлённее становилось вокруг, и проще была одежда горожан. Домики лепились друг к другу всё плотнее. Маленькие магазинчики сменялись кондитерскими, тавернами. Местами появились открытые торговые ряды. Атмосфера напоминала солидную городскую ярмарку.

Я с удовольствием вглядывалась в товары, выставленные на продажу, вместе с другими горожанами переходя от одного прилавка к другому. От реки тянуло свежестью, а от домиков шли запахи жареной рыбки, которой торговали на каждом углу. Заворачивали в маленькие бумажные кульки. Несмотря на гудящие ноги, настроение было праздничное.

Жуя пирожок с яблоками, обратила внимание на гвардейцев в красно-белой форме, неторопливо следующих вдоль улицы. Что-то в них привлекало моё внимание, заставляя не выпускать их из вида. Они делали вид, что просто прогуливаются, но мне казалось, что выполняют приказ. Приглядевшись, я поняла, что гвардейцы следуют на некотором расстоянии за парой высоких мужчин, одетых вроде просто, но с лоском. Вообще их выдавала ткань одежды, плотная и явно дорогая. Чем больше я приглядывалась, тем более была уверена, что сопровождают и охраняют именно их.

Всмотрелась повнимательнее. Ба! Правый, в чёрном с серебром сюртуке, был вчера со мной в приёмной комиссии. Вероятно, именно его и охраняют, подумалось мне. Тут обернулся второй, и я оторопела. Это был мой пришелец, которому я вылечила перелом. Одет он был проще, чем первый, но белая рубашка выгодно оттеняла загорелую кожу лица, а серая куртка была небрежно наброшена на широкие плечи.

Сердце застучало чаще. Опустив глаза и спрятав косу под куртку, пристроилась немного позади, умоляя про себя, чтобы они не заметили скромную маленькую девушку. Мне нет дела до них, а им до меня. Нет до меня дела никому, я сказала! Глянув искоса на гвардейцев, поняла, что, хотя они иногда окидывали людей вокруг пристальным взглядом, я не попадала в круг их внимания.

Мои, как оказалось, знакомые, шли по набережной и вели негромкий разговор. Пристроившись сзади и делая вид, что просто гуляю, я ясно слышала каждое слово.

– Много разрушений? – мой пришелец равнодушно глядел по сторонам.

– Много, но мелких, – ответил чёрный, – больше всего в бедных кварталах. Но, знаешь? Из особняков почти полностью разрушен дом Грэйса!

– Почти?

– Остались только надворные постройки. Жертв нет. Грэйс будет взбешён. Вернее, уже наверняка взбешён. Когда вы вернулись?

– Мы не вернулись. Вернулся я. Один. И мне удивительно, что от них нет вестей, – ответил мой незнакомец.

– Вы уехали, вернее ушли порталом пять дней назад, ждать вас надо было через три дня, с чего шум поднимать? Никто и не ждал так рано, – мужчина пожал плечами.

– Через два дня после приезда я получил по голове. Охота была в самом разгаре. Что-то или кто-то попытался напугать моего коня. Тот решил меня сбросить. И тут я получил по затылку, и там бы и лежал до сих пор, если бы чудом мне в руку не попал портальный амулет. Я, видимо, пытался вернуться сюда, но сбил координаты и меня выкинуло в предгорьях Дангар, где я и свалился без сознания со скалы. Ногу сломал, – он поморщился, – Потом пришёл в себя, почуял рядом жильё и смог до него добраться. Там опять потерял сознание, но мне повезло, и я наткнулся на невоспитанную девчонку, которая вылечила мне ногу. Голову почему-то лечить не стала, зараза такая…

– Постой, Арн, я ничего не понимаю! Где ты болтался эти два дня? И где остальные? Это что, покушение? Надо сообщить отцу?

А я про себя отметила, что моего пришельца, зовут Арн.

– Я же говорю, валялся на заимке в предгорьях Дангар, магия на нуле, нога сломана, на затылке шишка. Может, и покушение…

– Лекарю показался? Выглядишь не очень…

– Да, доктор Линнан вчера сказал, что нога у меня и правда была сломана, без смещения, к счастью, и сейчас видны остатки лечения, кстати, довольно грамотного. Шишку вылечил, синяк убрал, сотрясения нет. «Регенерация в вашей семье на высоком уровне!», – Арн явно кого-то передразнил.

– Он так и сказал? Грамотное лечение? – чёрный с интересом глядел на Арна.

– «Всё сделано очень аккуратно. Я бы хотел знать, кто у нас на таком высоком уровне работает?» – Арн опять передразнивал, наверное, упомянутого доктора Линнана.

– У них, в гильдии докторов? – переспросил черный.

– Да! А когда я сказал, что лечила меня деревенская травница, молодая невоспитанная девчонка, он завопил: «Не может быть! И где она?», – Арн фыркнул как кошка.

– И где она? – повторил чёрный.

– А в этом и вопрос, Варон! Я её потерял по дороге, – теперь Арн пожал плечами.

Ага! Чёрного зовут Варон!

– Как это потерял? – поперхнулся Варон.

– За этим я тебя и звал так срочно, её надо найти, – Арн внимательно глянул на собеседника.

– Хорошо, как её зовут, откуда она, как ты умудрился её потерять?

– Я нашёл её в предгорьях Дангар на заимке в лесу, – терпеливо повторил Арн, – а вот как её зовут, откуда она взялась там и куда направлялась, я не знаю. Знаю только, что ей нужно было в столицу.

– И как я должен, по-твоему, её найти? – Варон потер лоб, – и вот ещё, ты уже два раза назвал её невоспитанной?

Арн покачал головой.

Арнаэр вышел на крыльцо. Девицы не было. Он завертел головой. Площадь опустела. По рядам ходило всего несколько человек, но сворачиваться продавцы ещё не начинали. Так! Его не было каких-то … он посмотрел на солнце, потом схватился за хронометр в кармане, три часа. Три часа! Тёмная, уже прошло три часа! А он сказал ей – на минутку. И её, конечно же, куда-то понесло.

Вся площадь просматривалась насквозь, тоненькой светловолосой фигурки в широких штанах с сумкой через плечо не было видно. Арн почувствовал глухое беспокойство. Странно! Когда это он начал чувствовать ответственность за неё? И, главное, почему? Какая-то невоспитанная девчонка дерзила ему. Да, он ей должен. За лечение. И это только чувство долга и никак иначе!

И из этого чувства долга её надо найти. Нужно подключить Варона и сказать ему, чтобы искал… Боги, а как её зовут? Тут до Арна дошло, что он тоже ей не представлялся. Вот это случай. Что он скажет Варону? Пойди в Траш и найди не знаю кого? Девчонку светловолосую с даром целителя? Как будто она одна такая. О! А какая там рядом деревня?

Все эти мысли скакали беспорядочно в голове Арна, пока он бегал по площади и заглядывал во все уголки. Обежав по кругу пару раз, он остановился у аптеки. На верхней ступеньке стоял гном, который, почесывая локти, немного снисходительно поглядывал на него сверху. Арн почувствовал себя дураком. Сам грязный, сказывалось валяние в лесу и на полу в избушке, в замызганной одежде, лохматый… Проходимец, не иначе!

– Господин, наше почтение! Чем-нибудь помочь? – осведомился гном.

– Нет, спасибо, любезнейший, ничего не нужно, – ощущая себя идиотом, Арн выпрямился и пошел вниз по улице.

– Где ты её потерял? – Варон внимательно глядел на Арна.

– В Траше, – нехотя ответил Арн.

– Ты с перевала прыгнул обратно в Траш? Зачем?

– Зачем? Тёмный понёс! Кстати, артефакт забрал, девчонку потерял, – Арн с равнодушным видом смотрел в сторону реки.

– Камень? Ты его нашёл? Где? В сейфе у градоначальника?

– Нет, сейф проверил ещё в первый день. Ничего там не было. Да и не чувствовал я его, никакой сейф не скроет эманаций камня, – Арн стал внезапно абсолютно серьёзен, – Слушай, кто бы ни взял его, они хотели либо меня подставить, либо выбивают моих людей. Камень был в вещах Бернарда, моего слуги. Причём, когда мы приехали и разместились, его не было. Ты же знаешь, что я настроен на эманации камня? Как они смогли его от меня спрятать? И зачем потом достали? А может, для того и стукнули по голове, чтобы незаметно подбросить камень? Сам Тёмный понёс меня обратно в Траш. И уже на площади я ясно понял, что камень здесь. Свита вся в этот момент сидела в охотничьем домике. Видимо, меня искали и вам сюда не сообщали. Я пошёл и взял. А девчонку потерял…

– Арн, ты меня в гроб вгонишь! Тут артефакт, от которого зависит благосостояние города, власть, а ты всё про невоспитанную девчонку! – повысил голос Варон.

– Варон, надо вызвать Эртариэль сюда. Только она может вернуть заклинаниям зачарования силу, поставить камень на место и остановить разрушения. Магия эльфов наиболее близка магии фей. Вернее, на место я его уже положил, да толку, – он махнул рукой.

– Понял. К ним уже летит курьер, вчера ещё отправил. Подумал, что надо подстраховаться. Но, ведь ты знаешь, что наши отношения с эльфами…

– Думаешь, не приедет?

– Да нет, приедет, но сколько это займёт времени…

– Да уж, вопрос о смерти Андомиэль до сих пор открыт.

– Чувствуешь боль? Прости…

– Нет, я не знал её, вернее, не успел узнать, так что… Ладно, вопрос решён, а теперь найди мне девчонку!

– Слушай, может, она ещё не доехала сюда? От Траша три дня пути!

Тут Арн запнулся, легко подпрыгнул, обернулся посмотреть, что ему попалось под ногу, и уставился прямо на меня. Я сперва оторопела, а после подскочила и рванула в ближайшую дверь, которая хлопнула за мной, звякнув колокольчиком, отрезая от звуков оживленной улицы. Последнее, что я услышала, было:

– Варон! Это она!

Проскочив до прилавка, обратилась к стоящему тут же продавцу:

– У вас есть черный ход?

– Есть, госпожа, – продавцу было всё равно.

– Выпустите меня через черный ход! Скорее! – я оглянулась на дверь. Сквозь стекло мне показалось какое-то движение.

– Да, госпожа, вот сюда проходите, – продавец открыл мне дверь слева от прилавка и тут же закрыл её за мной.

– Что вы хотели, господа гвардейцы? У нас прекрасные ткани…

За дверью оказался темный коридор, по которому я бросилась опрометью, вылетела в дверь в конце и оказалась на другой улице. Перебежав её, заскочила в кондитерскую с название «Чай и краски». Выскочила уже на другую улицу по подсказке милой девочки в зелёном передничке. И припустила вниз по улице, даже не поглядев на её название на домах. Пробежав сквер и небольшую площадь, остановилась, тяжело дыша, глянула назад. Погони не было. Во внутреннем кармане завозился Морс.

Сердце долбило по рёбрам. Вытащила котёнка, устраивая его в руках, он затарахтел. И меня уже как обычно охватило умиротворение. Посмотрела на свой камень. Красное пятнышко велело мне возвращаться. Но я пошла в другую сторону. Подумаешь, пройду пару лишних улиц. Когда добралась до Кленовой улицы, готова была сесть прямо на мостовую, только бы никуда больше не идти.

По дороге я думала, а чего я, собственно, бросилась бежать? Этот Арн обещал мне заплатить. Может, стоило как раз потребовать оплаты? У него однозначно есть деньги, он добывал артефакт. Может, заказ выполнял какой? И вообще, может, он просто вор? Вопросы оставались без ответов. Я не знала, чего мне больше хотелось, найти Арна, сказать ему, какой он гад и взять деньги или никогда его больше не видеть от греха подальше.

Глава 8

Друзья

До начала занятий оставалась пара дней, и мы с Уйлей, нарядившись в новую форму, решили облазить всю территорию Академии, пока есть время, чтобы потом не блуждать. Мадам Так, в смысле, госпожа Регина, выдала нам карту территории и, ориентируясь по ней, мы и пошли сразу после завтрака. Столовую мне показала вечером Уйля, когда я, совершенно обессилевшая, тащила свою сумку в башню. Она на наше счастье уже работала. Зайдя туда в первый раз, я поразилась уютной атмосфере. Высокие сводчатые потолки, медового цвета дерево столов и лавок и свисающие на цепях со стен и потолка круглые светильники, заливающие всё вокруг мягким и тёплым золотистым светом.

Съев вкуснейшую кашу, выпив какао и прихватив по булочке с собой, одним глазом глядя в карту, двинулись по территории академии. Невысокое двухэтажное здание, утопающее в кустах сирени, оказалось лекарней. Дверь туда была открыта настежь и внутри чувствовалось движение. Мелькали светло-зеленые халаты, слышались голоса.