Ветер чужих земель

– Я тя отучу бухать! – заорал он, вытягивая кнут, доставая конюха. – Ты у меня на всю жизнь горькую забудешь!

– Ваше Сиятельство! – взвизгнул тот, бросаясь к Фарису, прячась за ним. – Юбилей у сестры! Потом именины у матери!

– А послезавтра у меня день рождения! Опять нажрешься?! – хлыст описал дугу, чудом не задев кучера, опустился на спину конюха.

– Фарис! Помоги! – взмолился несчастный. – Его Сиятельство меня убьют!

– А я тебя предупреждал, – поднял вверх палец кучер. – Предупреждал?

– Да–а!!! – заорал тот, снова получив.

– Моли графа на коленях! – Фарис толкнул парня на землю.

Тот с готовностью распластался перед Рейвеном, воздел к нему руки.

– Ваше Сиятельство! Помилуйте! Простите! Не повторится больше! – голос конюха дрожал. – Богами молю!

Макс приблизился к другу, выхватил кнут, посмотрел осуждающе.

– Хорош. Он все понял. Оставь его.

Рейвен медленно повернулся.

– Тоже захотел?

Макс попятился. Фарис тут же втиснулся между ними.

– Стоп! Спокойно! – он вытащил из руки Макса хлыст, повесил себе на шею. – Все. Разобрались.

– Ваше Сия…

– Да уйди ты отсюда! – гаркнул кучер на конюха.

Тот подхватился и исчез в направлении конюшни.

Рейвен смерил Макса яростным взглядом:

– Не учи меня обращаться с прислугой!

– Ты его до смерти запороть хотел?! – вскинул голову парень.

– Я. Здесь. Хозяин. – отрывисто проговорил граф. – Они все мои! Захочу – отпущу, захочу – убью!

– Они живые! – воскликнул Макс.

– Эй! – Фарис поднял руки. – Вы чего?!

– Пшел вон! – процедил Рейвен.

Кучер, к удивлению парня, отстранился.

– Мне плевать, живые они или нет! – граф отступил от парня. – Таких, как они, в Ристаре полно! А ты такой правильный, да?

«Неужели, будет бить?! – с ужасом подумал Макс, отступая на два шага, – я его этим вывел?»

– Ребята! – воскликнул кучер.

– Заткнись! – заорал граф. – Я велел тебе исчезнуть!

Фарис отошел подальше.

– Я не правильный! – в тон Рейвену ответил Макс, внимательно следя за его руками. – Я нормальный! А ты бешеный! Нельзя кидаться на всех из-за ерунды!

– Это не твое дело!

Граф занес руку, но саданул коленом. Макс сложился пополам. Тут же разогнулся, пока Рейвен находился близко, ударил без размаха под челюсть. Тот не ожидал, но нашелся быстро: в развороте подсек парня. Он грохнулся на спину, но, спасая собственную шкуру, не давая графу насесть, в последний момент откатился, вскочил. Не понимая, из какого угла сознания, вылез этот прием, может, из кино, может, во дворе кто показывал, перехватил, летящий в лицо, кулак, заломил руку за спину, резко дернул. Тело графа выгнулось дугой.

– Сволочь. – сквозь зубы бросил тот.

– Сам такой! – поморщился Макс.

Рейвен резко подался назад. Парень оказался на коленях, выпустил руку. Граф одним движением очутился за его спиной, зажал шею того между бицепсом и предплечьем, рывком поставил на ноги. Макс, задыхаясь, съездил локтем под дых, высвобождаясь из цепких объятий. Пока Рейвен приходил в себя, ударил кулаком в лицо. Метил в глаз, попал снова в челюсть, но, увидав ручеек, стекающий с угла рассеченных губ, удовлетворенно кивнул.

– Так, да? – граф выхватил из-за голенища сапога кинжал.

– Рейв! – заорал Фарис. – Прекрати!

– Дай ему нож! – приказал граф.

Кучер покачал головой, достал свой кинжал, кинул к ногам парня. Тот подхватил, выставил перед собой и, сам себе удивляясь, машинально пошел по дуге. Рейвен криво ухмыльнулся, сжал кинжал обратным хватом.

Макс никогда не дрался на ножах, понятия не имел, как это происходит. Граф сделал выпад, ударил наотмашь, свободной рукой закрывая пресс. Парень ловко увернулся, принял удар на лезвие, удержал напор. Стоящий в стороне Фарис удивлено хмыкнул. Рейвен навис, вжимая в пол. Макс выдохнул, бросился ему в ноги, выводя из равновесия. Рейвен успел отстраниться.

«Слишком быстро двигается, – мелькнула мысль, – валить его бесполезно».

Граф развернулся. Кинжал задел грудь младшего, вспоров ткань рубахи, оставив на коже красную полосу.

И это было худшее.

Запах собственной крови ударил в нос. Макса будто перемкнуло изнутри. Мир на секунду стал ярче, быстрее, ближе. Он рванул вперед, перехватил запястье Рейвена, и даже не понял, как именно рука с ножом нашла цель.

Лезвие хищно блеснуло, со всей дури вонзилось в плечо графа по самую рукоять. Тот сжал зубы, отпихнул от себя парня.

Макс пролетел полтора метра, приземлился на пятую точку, во все глаза уставился на друга. И тут до него дошло, что он наделал.

– Рейв, – парень взвился на ноги, – прости. Я не хотел…

– Оказывается, драться ты умеешь. – сквозь зубы процедил тот, хватаясь за рукоятку, торчащую из раны.

Фарис подскочил, вытащил лезвие. Кровь хлынула ручьем. Рейвен прижал ладонь к ране.

– Так ты специально? – растеряно протянул Макс, посмотрел на кучера. – И ты понял?

– Понял. Если б Рейв по–настоящему с тобой дрался, тебя бы уже похоронили. – и тихо добавил. – А если б по–настоящему на меня так орал – то его… И запомни раз и навсегда: никогда при слугах и вообще при чужих не говори таким тоном с хозяином. Ни–ког–да. Это касается не только Рейвена, а любого дворянина. Другой бы на его месте тебя убил. Понял? И хорош обижаться.

– Глупо! – Макс надул губы. – Идиоты!

– Ну как-то же тебя надо учить. – граф легонько толкнул парня. – Твои ошибки. Не держи кинжал прямым хватом. Его, при подходящем случае, нужно всадить в кого-то. Неудобно это делать прямым и защищаться так сложно. Ты удержал удар только потому, что я не стал валить тебя. Свободная рука должна закрывать уязвимые места, а не болтаться и не мешать двигаться. Ноги, Макс, ноги всегда должны быть полусогнутыми. Это относится и к бою на мечах. Возьми меч.

– Рейв, ты ранен. Может, потом? – посмотрел на него парень.

– Бери, говорю! – Рейвен скинул рубашку, взглянул на рану. – Ничего страшного тут нет. Фарис, дай рубаху и составь Максу компанию. Меня там ждут.

Кучер удалился в конюшню, вернулся со своим оружием.

– Рейв, полуторник для него пока сложноват. – скептически покачал головой он.

– Пускай попробует просто подержать. – на ходу махнул рукой граф.– Драться он на деревяшках будет. Я пойду, а ты покажи ему стойку и как двигаться.

– Что? – не понял Макс.

– Стойка, – Фарис слегка согнул ноги, выставил оружие перед собой. – Правильная. Академическая.

Парень попытался скопировать, вспомнил, как в юности его учили кататься на роликах, почувствовал себя идиотом.

– Спину прямо! – кучер больно хлопнул по спине.

Макс согнул ноги, выпрямил спину, вытянул перед собой руки с мечом: тут же заломило что-то в боку. Он выдохнул, разогнулся, снова изобразил стойку. Постоял минуты три.

– Ну? Дальше что?

– Сначала это запомни. – хмыкнул кучер. – Умничать будешь потом.

– Не представляю, что в такой позе можно дольше выдержать! – парень снова принял позу. – Потом всю жизнь так ходить будешь!

– Ты стоишь неправильно! – Фарис ловко изобразил живой пример. – смотри. Одна нога должна быть под оружием, вторая – под плечом. А ты чего он раскорячился?

– Да я…

– Правую – вперед. Левую – назад и перпендикулярно правой. Центр тяжести – строго под собой.

Макс сосредоточился, выдвинул ногу вперед.

– На шпагат не садись! – хмыкнул кучер. – Не верю, что у тебя такой огромный центр тяжести! Теперь пошли. Двигаемся шагами.

Они медленно двинулись по дуге.

– Спина прямая! – гаркнул Фарис. – Чего ты подскакиваешь? Шагами, я сказал. Мелкими. Приставными. Вот. На меня смотри, не на ноги свои! Ноги от земли не отрывать! Не разворачивать! Спина! Да не гляди ты в пол!

– Нереально! – взвыл Макс, разгибаясь. – Это физически невозможно! Как можно идти в такой позе в сторону, не отрывая ног от земли?!

– Я имею в виду, не обе сразу! – пояснил кучер. – По одной. По очереди. Ты же скачешь, как коза!

Макс яростно зыркнул в его сторону.

– Так тебя легко вывести из равновесия. – пояснил Фарис. – А это верная смерть на поле боя. Ладно, хорош. Оттачивай пока это.

Рейвен подошел незаметно, последил за тренировкой, забрал у Макса меч.

Парень устроился в сторонке и наблюдал.

Это был дружеский бой, без злобы, но выглядело все так натурально, что сердце замирало каждый раз, когда сталь сходилась с лязгом.

Они двигались быстро и экономно, будто каждый шаг давно выверен. Ни лишних замахов, ни лишних слов. Только металл, дыхание и короткие взгляды.

И Макс внезапно понял главное: он хочет не «научиться махать мечом». Он хочет когда-нибудь так же уверенно стоять на ногах в этом мире. Не дрожать. Не оправдываться.

Он смотрел, как бьются старшие вампиры, и впервые за долгое время не чувствовал себя лишним.