Киберпсихология коммуникаций

Особое значение приобретают соцсети для молодежи. Подростки интенсивно вовлечены в виртуальное пространство, посвящают видеоиграм, соцсетям и просмотру других видов мультимедийного контента значительную часть свободного времени.

Массмедиа представляют собой своеобразный мост между обществом и культурой. Они формируют новое цифровое пространство, позволяя людям быстро находить друзей, загружать фотографии и видеоролики, поддерживать диалог. Для людей виртуальное пространство стало местом самовыражения и саморазвития.

4.2. Психологическое воздействие СМИ

Средства массовой информации представляют собой социальный институт, системно воздействующий на культурные и общественные процессы. Их функционал заключается в создании коммуникативного пространства для трансляции идей, ценностей и актуальной информации. Медиасфера формирует социальные нормы, идеологические конструкты и поведенческие паттерны. Эмпирические исследования подтверждают корреляционную зависимость между медиа-дискурсом и социокультурными изменениями (Sheehan, 2003).

Например, исследование периода китайской коммунистической революции демонстрирует систематическое использование пропагандистских технологий для модификации гендерных установок. Государственная медиаполитика была направлена на трансформацию традиционных социальных ролей через:

1) Таргетированное рекламное воздействие.

2) Конструирование новых женских образов в СМИ.

3) Экономическую мотивацию коммерческих структур.

Результатом стало увеличение показателей женской занятости на 37 % в период 1950-1960 гг., что способствовало росту ВВП на 12 % за десятилетие (Sheehan, 2003).

В сфере медиа-развлечений наблюдается аналогичный способ воздействия. Исследования выявляют когнитивные искажения при восприятии развлекательного контента, эффект культивации через повторяющиеся нарративы, формирование ложных социальных представлений (Shrum, 2002; Sangalang, 2014).

Теория культивации (англ. Cultivation Theory), разработанная американским исследователем Джорджем Гербнером в 1960-х годах, представляет собой концептуальную модель анализа долгосрочных эффектов телевизионного воздействия на массовое сознание. В рамках масштабного исследовательского проекта «Культурные индикаторы» Дж. Гербнер установил, что систематическое потребление телевизионного контента приводит к формированию у аудитории субъективной реальности, сильно отклоняющейся от объективных социальных показателей. Главные положения теории включают три тезиса: во-первых, телевидение выступает унифицирующим фактором, создающим гомогенизированную «мейнстрим-культуру»; во-вторых, интенсивность культивационного эффекта прямо коррелирует с временными затратами на телепросмотр; в-третьих, телевидение систематически искажает восприятие социальной реальности, в частности, через гиперболизацию уровня насилия («синдром злого мира»). Но концепция Дж. Гербнера демонстрирует ограниченную объяснительную силу при анализе новых медиаформатов и не учитывает фактор избирательного восприятия.

Культурологический анализ медиавоздействия дает возможность выявить способы формирования нормативных представлений. Особенно рельефно он проявляется в сфере потребительского поведения, где рекламные сообщения конструируют социально одобряемые модели внешности, стиля жизни и статусного потребления. Медиа дискурс влияет на восприятие расовых, гендерных и возрастных стереотипов и на самоидентификацию личности.

Цифровая среда не отменяет, а трансформирует основы медиавоздействия, добавляя к ним новые измерения, например, алгоритмическую селекцию информации и эффект «эхо-камеры» в социальных сетях. С момента разработки концепции Всемирной паутины Тимом Бернерсом-Ли в 1989 году произошла фундаментальная трансформация медиаландшафта. Новые медиа представляют собой систему интерактивной коммуникации, где пользователи трансформировались из пассивных реципиентов в активных продуцентов контента.

Средства массовой информации функционируют как системообразующий элемент маркетинговых коммуникаций и распределительный механизм для рекламных сообщений. «Понимание часто бессознательных психологических процессов потребителей влияет на маркетинговые коммуникации» (Balalle, 2016). Маркетинг требует стратегического планирования с применением психологических моделей потребительского поведения и таргетинга11.

Методология таргетирования предполагает:

1) Сегментацию аудитории на основе психографических параметров.

2) Оптимизацию медиаканалов по показателям вовлеченности.

3) Конструирование интерактивных рекламных форматов.

Возможность одновременного доступа к новостным порталам, телевизионному контенту и радиотрансляциям через единый цифровой интерфейс привела к технологической конвергенции. Она значительно преобразила взаимодействие человека с информацией. Одновременное использование разных форматов коммуникации создает среду, способствующую развитию мультизадачности.

Постоянный доступ к множеству каналов потребления информации усиливает зависимость от гаджетов. Человек испытывает дискомфорт, оставаясь без подключения к интернету даже на короткое время. Феномен получил название номофобия («страх остаться без мобильного телефона»). Интерактивные возможности современных платформ усиливают эмоциональную реакцию зрителей и читателей. Возможность комментирования и лайков заставляет людей быстрее реагировать на события, формируя чувство причастности к происходящему.

СМИ влияют на психику человека следующим образом:

Формируют новую форму поведения, основанную на постоянной доступности разнородных видов информации.

Повышают уровень когнитивной нагрузки и требует развития новых навыков обработки больших объемов данных.

Создают новые формы социальной интеграции и эмоциональной реакции на окружающую действительность.

Новые медиа представляют собой качественную трансформацию существующих коммуникационных моделей, их главные характеристики:

Цифровая природа распространения.

Платформенная независимость.

Нелинейный характер потребления контента.

Экспоненциальный рост цифровых медиа обусловлен их аппаратной независимостью – доступность через компьютерные системы и мобильные устройства создает условия для глобального проникновения. Рост сопровождается значительными изменениями в восприятии информации.

Пространство восприятия образуют повестка дня, прайминг и фрейминг.

Повестка дня представляет собой процесс, при котором СМИ акцентируют внимание общественности на инциденты или проблемы, делая их значимыми в общественном сознании. Чем чаще событие освещается в прессе, тем важнее оно становится для населения.

Следующий элемент – прайминг. Прайминг (от англ. prime – рус. подготовка, запуск) – когнитивный процесс, при котором предшествующий контент (стимул) неосознанно влияет на обработку последующей информации. Для прайминга характерна активация ассоциативных сетей в памяти (например, упоминание слова «врач» повышает скорость распознавания слова «больница»). Прайминг нашел следующие способы применения в массмедиа: новостные заголовки могут «подготовить» аудиторию к интерпретации событий, реклама использует прайминг для усиления узнаваемости бренда, обусловливает восприятие действительности зрителями посредством создания ориентиров для оценки деятельности политиков и государственных структур. Частое обсуждение индикаторов, например, темпов роста экономики или уровня инфляции, заставляет зрителей ассоциировать успешность управления с указанными параметрами.

Фрейминг (от англ. frame – рус. рамка, структура) определяет форму подачи информации, подчеркивая отдельные аспекты события и формирует взгляд на ситуацию. Фрейминг представляет собой способ подачи информации, который направляет восприятие аудитории. Он формирует «рамки» интерпретации. Например, экономический рост можно представить, как «улучшение жизни» или как «усиление неравенства», фраза «10 % безработных» воспринимается хуже, чем «90 % трудоустроенных». Об одном и том же кризисе может сообщаться как о временном затруднении или как о катастрофическом следствии неверных управленческих решений, вызывая разные эмоции и убеждения у аудитории (Price, Tewksbury, 1997).

Прайминг и фрейминг – это взаимосвязанные, но концептуально разные когнитивные способы медиавоздействия. Оба эффекта применяют в медиа манипуляциях. Прайминг работает на уровне подсознательных ассоциаций, а фрейминг – на уровне смысловых интерпретаций.

Повестка дня, прайминг и фрейминг находятся в тесной взаимосвязи. Через выборы тем, создание критериев оценки и подачу материала СМИ активно участвуют в формировании коллективного сознания, направляя взгляды и предпочтения общественности.

Сегодня классические формы убеждения, например, реклама и политическая агитация, дополнены алгоритмизированными методами воздействия. Интернет-технологии строят детальные профили пользователей и точно подбирают месседж, адресованный индивидуально каждому человеку. Использование больших массивов данных дает возможность эффективнее контролировать поведение аудитории, стимулируя лояльность к продуктам, брендам или идеологиям.

Цифровая эпоха принесла риски. Манипуляции стали незаметнее и тоньше, они формируют предвзятые взгляды и усиливают социальную фрагментацию. Особую опасность представляют автоматизированные системы рекомендаций, создающие замкнутые «эхо-камеры», ограничивающие разнообразие взглядов и ослабляющие критическое мышление.

4.3. Когнитивные процессы при потреблении медиа

Исследования киберпсихологии фокусируются на когнитивных особенностях, которые сопровождают взаимодействие человека с разными информационными потоками. В условиях стремительного роста объемов информации, с которыми сталкивается человек, особое внимание уделяется селективному восприятию медиаконтента. «Внимание направлено на селективное выделение информации из многообразия медиаданных, игнорируя несущественные детали» (Salimi, 2021). Сегодня потребителем медиа отбирается часть поступающих сообщений, которая соответствует его интересам.

Селективное восприятие информации основано на когнитивных схемах, которые формируются на основе предыдущего опыта, социальных установок и эмоциональных предпочтений. Пользователи чаще обращают внимание на информацию, которая соответствует существующим убеждениям. Явление называется эффектом подтверждающего отбора, оно подразумевает, что индивид имеет тенденцию игнорировать или минимизировать значимость фактов, противоречащих его взглядам.

Еще один аспект киберпсихологии – феномен, известный как «эффект третьего лица» – индивид склонен преувеличивать влияние медиа на других людей, а воздействие медиа на его установки и поведение недооценивается. Феномен связан с потребностью сохранить позитивную самооценку. Признание того, что медиа влияют на собственные убеждения, воспринимается как угроза автономии и независимости личности.

Парадоксально, но люди, которые считают себя наиболее устойчивыми к пропаганде и медийному воздействию, часто демонстрируют значительные изменения в своих установках после контакта с медиаконтентом.

С развитием цифровых технологий возник новый когнитивный феномен, получивший название «цифровая амнезия». Исследования, проведенные Б. Спарро и его коллегами в 2011 году, показали, что доступ к онлайн-информации меняет стратегии запоминания у людей. Они становятся менее способными сохранять в памяти факты, но лучше запоминают место, где могут найти нужную информацию (Sparrow, 2011).

Цифровая амнезия отражает адаптацию когнитивных процессов к избыточной информации, когда мозг оптимизирует ресурсы, делегируя функцию хранения данных внешним цифровым носителям.

Перестройка мнемоники может иметь негативные последствия. Она снижает способность к глубокой обработке информации и критическому мышлению. Люди становятся менее внимательными к деталям и неспособными анализировать полученные данные.

Указанные когнитивные особенности медиавосприятия позволяют объяснить, почему информационные кампании часто оказываются менее продуктивными, чем ожидалось, что может быть связано, как с эффектом третьего лица, так и с поверхностным усвоением знаний, вызванных цифровой амнезией.

Медиапотребление реализуется через совокупность сложных когнитивных операций, обеспечивающих восприятие, интерпретацию и запоминание информации. Восприятие происходит посредством трансформации полученной информации в семантически значимую структуру, зависящую от предыдущего опыта, задач и состояния организма. Память сохраняет полученные сведения и воспроизводит их при необходимости.

Перечисленные когнитивные операции обеспечивают результативную обработку и интеграцию содержимого медиа в общую систему личного опыта и знаний.

Значимость каждой составляющей проявляется следующим образом. Внимание регулирует глубину погруженности в материал, предопределяя объем усваиваемой информации (Scott, 2015). Восприятие интерпретирует полученные сигналы, наделяя их смыслом и контекстом. Память удерживает полученные данные, обеспечивая накопление знаний и культурный рост.

Дополнительным фактором, усложняющим медиапотребление, выступают когнитивные искажения, приводящие к необъективным выводам. Они включают тенденцию искать подтверждающую информацию, излишнюю привязанность к первым услышанным утверждениям и переоценку доступности сведений.

Массовое медиапотребление содействует запоминанию новых слов и выражений, изменению структуры языка и внедрению инноваций в общение. Медиа сильно влияют на детскую аудиторию, чей активный словарь пополняется за счет просмотра образовательных передач и чтения электронных ресурсов.

4.4. Эмоциональные и социальные последствия потребления медиа

Интернет-медиа оказывают разное влияние на эмоциональное состояние зрителей и формирование социальных связей (табл. 4.1). Чтобы избежать возможных негативных последствий нужно контролировать время, проведенное в интернете.

Таблица 4.1

Эмоциональные и социальные последствия потребления интернет-медиа

Для привлечения внимания аудитории медиасистемы регулярно обращаются к контенту, вызывающему чувство страха. Частый просмотр устрашающего контента стал неотъемлемой чертой новостных потоков, поддерживаемых круглосуточным циклом новостей и алгоритмами ранжирования публикаций.

Около 70 % новостных материалов содержат отчеты о криминальных инцидентах, террористических актах, природных катаклизмах и эпидемиях, несмотря на то, что подобные происшествия составляют незначительную долю реальных событий. Внимание к треш-информации объясняется несколькими причинами. Во-первых, негативное содержание привлекает больше внимания читателей и зрителей, чем нейтральное или положительное (Harcup и O'Neill, 2017). Во-вторых, интерес аудитории увеличивает число просмотров и кликов, повышая доходы рекламодателей.

Ответ на причину усиления такого рода нарративов дает теория культивации Дж. Гербнера, по которой длительное воздействие тревожащего медиаконтента вызывает деформацию картины мира у аудитории. Читатели, регулярно следящие за новостями, склонны преувеличивать реальную частоту преступлений и проявлять повышенное беспокойство о собственной безопасности.

Еще один механизм воздействия – повышение активности миндалин головного мозга, отвечающих за обработку эмоций страха и беспокойства. Нейробиологическое исследование показало, что просмотр новостей, вызывающих чувство страха, стимулирует работу миндалевидного тела, улучшая запоминание негативной информации (Morrisи и др., 2022). Повторяющиеся публикации о потенциальных угрозах закрепляют состояние постоянной настороженности и тревоги.

Социальные сети дополнительно усиливают эффект тревожности за счет быстрого распространения негативных новостей и групповой поляризации мнений. Панические настроения передаются быстрее, чем положительные или спокойные сообщения (Vosoughi и др., 2018).

Последствия такого подхода серьезны. Наблюдается неправильное восприятие рисков. Люди полагают – угроза смерти от терроризма велика, несмотря на то, что статистически она близка к нулю (около 0,01 %). Другое следствие – укрепление поддержки авторитарных режимов и ужесточение контроля над людьми.

Негативная новостная информация вызывает гнев, значительно влияет на эмоции, а позитивная – средне. Положительные новости снижают уровень нервозности, беспокойства и одиночества (Chew, 2024).

Включение агрессивных и тревожных новостей в ежедневный медийный рацион ведет к ухудшению психоэмоционального состояния аудитории и негативно отражается на функционировании демократических институтов. Решение указанной проблемы требует совместных усилий ученых, представителей прессы и регуляторов для улучшения качества и сбалансированности новостного потока.

В эпоху гиперподключенности наблюдается парадокс одиночества: треть взрослого населения индустриально развитых стран жалуется на нехватку близких связей (World Health Organization, 2023). Доля активных подписчиков социальных сетей достигла 92 %, от общего числа пользователей, но масштаб участия в социальной жизни снизился на 15 % в 2022 году с 2010 года (Pew Research Center, 2023). Чувство одиночества связано с ростом депрессий на 40 % и увеличением случаев суицидальных мыслей на 35 % (Holt-Lunstad, 2022).

Онлайн-взаимодействие формируется вокруг слабых связей, упуская глубину глубоких взаимоотношений (Dunbar, 2016).

Алгоритмически подобранные ленты ведут к чувству усталости от постоянных сравнений («страх пропустить что-то важное»). Пользователям предлагаются персонифицированные рекомендации, сужающие круг знакомств и исключающие противоречивые точки зрения (Pariser, 2011). Платформы поощряют разделение на враждующие лагеря, усиливая раскол в обществе и снижая уровень доверия.

Время, проведенное в интернете, отрицательно коррелирует с количеством живых контактов: каждая дополнительная минута в сети уменьшает живое общение (Przybylski и Weinstein, 2019). Изолированные пользователи оказываются более уязвимыми для экстремистских идей и радикальных воззрений.

Рассмотрим пути преодоления одиночества, это может быть минимализм в технологиях – сознательное ограничение использования устройств и сервисов (Newport, 2019). Чтобы уменьшить чувство одиночества, полезно сочетать личные встречи и онлайн-взаимодействие. Например, участие в клубах взаимопомощи и регулярных мероприятиях в реальной жизни помогает наладить контакты. Нужно проектировать городскую среду таким образом, чтобы она поощряла социальные связи и создавала условия для комфортного общения. Для уменьшения тревожности предлагается внедрять практику позитивной журналистики, рассказывающей о мерах профилактики и борьбы с опасностями, повышать медиаграмотность, обеспечить прозрачность и контроль алгоритмов распределения контента в соцсетях.

Интернет-коммуникация вызывает еще один психологический феномен – эмпатию к вымышленным героям. Несмотря на то, что люди знают о нереальности персонажей, их переживания и победы часто вызывают сильные эмоциональные реакции. Мозг обрабатывает придуманные истории так же, как и жизненные, благодаря активации зеркальных нейронов. Наблюдение за эмоциями на экране запускает нейронные реакции, сходные с реальными переживаниями (Gallese и Goldman, 1998). Образуются парасоциальные отношения: зрители формируют односторонние связи с персонажами, относясь к ним как к реальным социальным сущностям. Эмпатия к вымышленным лицам может быть следствием эволюционно развившегося просоциального инстинкта.

Воплощается симуляция – мозг воспроизводит сенсорные и эмоциональные состояния, изображенные в медиа (Niedenthal, 2007). Исследования МРТ показывают перекрывающуюся активацию передней поясной извилины (эмпатия к боли) и островковой доли (эмоциональная обработка) при наблюдении за вымышленными страданиями (Nummenmaa и др., 2012). Эмпатия при потреблении медиаконтента усиливается за счет погружения в историю и приводит к эмоциональной вовлеченности (Green и Brock, 2000). Усиление эмпатии происходит за счет принятия точки зрения персонажа (Cohen, 2001).

Вопросы для обсуждения

1. Как вы понимаете категорию «массмедиа»?

2. Какова главная функция массмедиа?

3. Какие проблемы возникают в массмедиа?

4. Опишите функцию социального контроля, которую выполняют СМИ.

5. В чем главные положения теории культивации?

6. Как цифровая среда трансформирует базовые механизмы медиавоздействия?

7. В чем состоит метод таргетирования?

8. Расскажите о процессах, происходящих в сфере массмедиа: повестка дня, прайминг и фрейминг.

9. Какие методы позволяют контролировать мышление и поведение интернет-аудитории?

10. Какие когнитивные процессы происходят при потреблении медиа?

11. В чем причина селективного восприятия информации?

12. Что представляет собой цифровая амнезия?

13. Какие факторы усложняют медиапотребление?

14. С какой целью массмедиа регулярно обращаются к контенту, вызывающему чувство страха?

15. Каковы социальные последствия потребления медиа?

16. В чем причины парадокса между всеобщей подключенностью и ощущением одиночества?

17. Расскажите о психологическом феномене «эмпатия к вымышленным персонажам».

Глава 5. Коммуникация в виртуальной среде

5.1. Особенности синхронного и асинхронного общения

Коммуникация в виртуальной среде представляет собой сложный процесс обмена информацией с использованием цифровых технологий и интернет-платформ. В условиях глобализации и стремительного развития информационных технологий виртуальная коммуникация стала неотъемлемой частью повседневной жизни. Интернет-коммуникации охватывают текстовые сообщения, визуальные, аудиовизуальные и мультимедийные форматы, расширяют возможности для передачи информации.

Виртуальные коммуникации могут быть асинхронными и синхронными. Асинхронная коммуникация предполагает, что участники взаимодействия могут обмениваться сообщениями в разное время, она дает время на обдумывание ответов. Асинхронная коммуникация проявляется в электронных письмах, форумах и социальных сетях, где пользователи могут возвращаться к обсуждениям и вносить комментарии в удобное для них время. Асинхронные среды допускают временную гибкость, но нарушают ход разговора, требуя четкой координации.

Синхронная коммуникация происходит в реальном времени, что характерно для видеозвонков, онлайн-чатов и вебинаров. Субъекты общения могут мгновенно реагировать на сообщения, создавая ощущение непосредственного общения.

Синхронные платформы возвращают визуальные и аудиальные элементы, но вносят новые искажения. Исследования показывают, что длительное общение с помощью видео вызывает усталость, обусловленную чрезмерным зрительным контактом, ограниченной подвижностью и когнитивной нагрузкой, связанной с самоконтролем (Bailenson, 2021).

Достоинства синхронных коммуникаций – оперативность и интерактивность; участники получают быстрый ответ, что снижает коммуникативные задержки и способствует поддержанию диалога. Совместное обсуждение в реальном времени повышает мотивацию и позволяет точнее согласовывать позиции. Но синхронный формат предъявляет высокие требования к организации общения: необходимы совпадение временных интервалов, стабильность соединения, минимизация технических сбоев. Часть участников может оказаться исключенной из процесса, ведение беседы требует навыков модерации.

Асинхронные коммуникации обеспечивают независимость от синхронного присутствия, предоставляя участникам время на осмысление и подготовку ответов. Они способствуют более содержательной аргументации и снижают эмоциональные реакции, возникающие при мгновенном обмене репликами. Но асинхронный характер коммуникаций может замедлять принятие решений и ослаблять ощущение непосредственного контакта между участниками, возможны различия в трактовке сообщений и трудности в поддержании целостного хода обсуждения.

В контексте бизнеса виртуальная коммуникация становится необходимым инструментом для повышения эффективности деятельности. Компании используют разные онлайн-платформы для организации работы с клиентами и партнерами, для обучения сотрудников. Эффективность распределенных команд, работающих в разных временных зонах, обеспечивается инструментами коллаборации – видеосвязью, онлайн-чатами, облачными платформами. Общение в удаленном режиме по сравнению с личным контактом отличается особенностями и ограничениями. Невозможность личного контакта вынуждает полагаться на косвенные знаки и символы, что существенно меняет форму коммуникации (Walther, 1996). Например, текстовый обмен информацией устраняет паралингвистические сигналы (невербальные), вынуждая участников компенсировать их лексическими и синтаксическими решениями.