Наследница: Дар Аэртейл

– Да кто сейчас кого слушает, Шая, – тут же встряла Мирая, полностью игнорируя пришельца. – Король намедни издал указ, велел всем ремесленникам на площади собраться. И что ты думаешь? Портной не пришел! Дрых в своей кровати, пока государь налоги повышал. Теперь вместо двух серебряных целых пять платить придется.

– Вот смеху-то будет, когда его стража при всех повяжет! – захихикала Шая. – А конкурент его из соседней лавки, небось, от радости в пляс пустится!

– А я, кстати, видела, как сапожник покупал у лекаря сонный отвар. Уж не он ли его и усыпил?

О Живчике снова забыли. Поняв, что из этого потока пустословия не выудить и крупицы полезной информации, он развернулся и полетел домой. Требовать обед. Отдыхать от надоедливых сплетниц. Поиск работы для мага – задача невыполнимая. Пусть Рэния сама этим занимается. В конце концов, это ей нужна работа, а не ему.

***

– Мы обречены! – уже час Лизетта рыдала у меня на плече, и никакие уговоры на нее не действовали.

Ее надежда заработать на зельях рассыпалась в прах. Перебрав свои скудные запасы, она поняла, что для мало-мальски приличного отвара не хватает и половины ингредиентов, а денег на их покупку у нас не было. Мой день был не лучше. Я обошла все известные мне места, предлагая свои услуги в качестве наемницы, посудомойки, кого угодно – тщетно. Стража, на которую я возлагала последнюю надежду, не только не помогла, но и с презрением прогнала прочь, обозвав «недомагом, отвлекающим от дел». Вернувшийся Живчик, мрачный, как грозовая туча, лишь подтвердил общую картину – работы для мага в этом городе не было.

– Мы обречены, – подтвердил попугай, вынося окончательный вердикт.

– Что же нам теперь делать?! – с новой силой зашлась в рыданиях Лизетта. Мнение Живчика, казалось, поставило на нашем будущем жирный крест.

– Будем помойными крысами, – мрачно пошутила я. – Отбирать еду у кошек и шипеть на прохожих.

Рыдания прекратились, но теперь на меня уставились две пары укоризненных глаз.

– Что? – я пожала плечами. – Есть план получше?

– Может, к отцу твоему сходить? – предложил Живчик. – Сжалится, денег подкинет.

– Нет! – вскинулась Лизетта. – Этому не бывать! Лучше умереть, чем так унижаться! У нас еще есть деньги, нельзя терять надежду!

– И не скажешь, что это ты тут полвечера панику разводишь, – заметила я, подбирая со стола недоеденное яблоко. Вот и ужин.

– Верно! Хватит ныть! – она решительно вытерла слезы. – Завтра отправимся на поиски все вместе.

– Думаешь, если мы будем ходить табором, кто-то сжалится? – Живчик с тоской посмотрел, как я расправляюсь с его потенциальным ужином.

– Может, и да. А теперь – спать! Завтра будет тяжелый день.

На этот раз мы были умнее. Старый матрас перекочевал из спальни к очагу. Не королевская перина, но и не голый пол. Засыпали мы под сопение попугая, умиротворяющее потрескивание поленьев в камине, а вот проснулись от громких стуков в дверь. Кто-то очень настойчиво ломился в дом. Чудо, что она еще не слетела с петель.

– Кто это? – прошептала Лизетта, еле разлепив уславшие глаза.

– Сейчас узнаем, – так же шепотом ответила я, чувствуя, как по спине бежит холодок.

– Кого это там демоны на ночь глядя принесли?! – заорал бесстрашный попугай, разбуженный и крайне недовольный.

– А ну открой, и узнаешь! Или у наших курочек кишка тонка? – за дверью раздался хриплый, пропитый голос, а за ним – сальный, пьяный смех.

– Слышь, Дриг, они – курочки, а ты – петух! Пришел в их курятник! Ха-ха-ха! – заржал второй.

– Заткнись, идиот. – Глухой удар, сдавленный вскрик. Дриг шутку явно не оценил. – Выходите по-хорошему. Если мне придется ломать дверь, вы об этом сильно пожалеете.

Вот и началось. То, чего я боялась больше всего. Как же быстро они нас нашли. Вскочив с нашего импровизированного ложа, я накинула на Лизетту одеяло и, приказав сидеть тихо, шагнула к выходу.

– Чего надо? – резко распахнув дверь, я впилась взглядом в ночных гостей. Те самые. Стражники из переулка. Только сержанта с ними не было.

– Ух, какая дерзкая, – Дриг смерил меня грязным, оценивающим взглядом, от которого хотелось съежиться, забиться в самый темный угол. Но я стояла, не шелохнувшись. За моей спиной была Лизетта.

– Чем обязаны в столь поздний час? – я старалась, чтобы голос звучал строго, но он предательски дрогнул.

– С новосельем пришли поздравить. Такие милашки в наших краях – редкость, правда, Дриг?

Тот снова ухмыльнулся, не сводя с меня глаз.

– Да, эта хороша. Но вторая еще лучше – ангелочек белокурый. Так что добро пожаловать. Только вам, девочки, нужно усвоить пару правил, если хотите жить здесь спокойно.

– Мы не нарушали законов королевства. Все остальное называется разбоем и шантажом.

– Может, и так. Да только до королевского замка отсюда далековато, не находишь? – Дриг хищно улыбнулся и по-хозяйски оперся о дверной косяк. – Хочешь жить спокойно – плати. Нечем? Что ж, мы найдем тебе другое призвание. А будешь дергаться – раскрасим твое личико в синие и красные тона.

– И не только личико, – скабрезно ухмыльнулся второй, уперев руки в бока.

– Сколько? – мой голос был тихим и ровным.

– О, деловой разговор. По три серебряных с каждой. За птичку, так и быть, скину – один.

В этот момент я поняла: выхода нет. Платить – значит, стать их рабыней. Они будут приходить снова и снова, повышая цену, пока не отнимут все, включая нашу волю. Стоит один раз проявить слабость – и мы утонем.

– Не дороговато ли за жизнь в этой дыре, Дриг?

– Будешь паинькой – может, и скину. А если совсем туго, могу и работу предложить. Прибыльную. И приятную.

– Да, – поддакнул Гиз, – послушных девочек мы любим. Может, и сержант…

– Заткнись, Гиз!

– Конечно-конечно, Дриг, ты будешь первым, несомненно.

– И что за работа? – я позволила себе лишь легкий изгиб брови.

– Самая подходящая для таких красоток, – он осклабился. – Бордель. Вам там будут рады. Я договорюсь.

Это было последнее, что я позволила ему сказать.

Резко захлопнув дверь перед носом бандитов, я выгадала себе секунду, чтобы сконцентрироваться и сплести заклятье. Секундное замешательство сменилось яростью. Раздался оглушительный треск – один из них с размаху высадил дверь ногой. Та, не выдержав, сорвалась с петель и рухнула внутрь, и оба громилы, не раздумывая, шагнули в темный проем.

– Эй, ты че?! – взревел Дриг, но было поздно.

Заклинание ветряного серпа, сорвавшись с моих пальцев, невидимым лезвием ударило его в грудь, выметая из дома и швыряя на землю у крыльца. Второй, взревев, кинулся на меня. Но гнилые доски, уже однажды предавшие нас, не выдержали его тяжести и с оглушительным треском рухнули, увлекая громилу за собой. Я успела отпрыгнуть в дом, уклоняясь от пытавшихся схватить меня рук, но запнулась и упала на жёсткий, деревянный пол, больно подвернув ногу. Стиснув зубы, я быстро поднялась и выглянула во двор. Дриг уже был на ногах. В его руке блеснул выхваченный из ножен клинок.

– А ты с коготками, значит. Но ничего, на таких, как ты, у нас тоже управа найдется. – Дриг сотворил в воздухе малый магический оберег-щит.

Холодок пробежал по спине. Маг. Он тоже был магом. Вот теперь дело принимало совсем дурной оборот.

– Думала, одна ты такая умная?

– Как же низко ты пал, – прошипела я. – Разбой. Достойное занятие для мага.

– В этой дыре, девочка, есть только одно правило: либо ты жрешь, либо жрут тебя.

– Таких, как ты, должны лишать лицензии и гноить в тюрьме!

– А таких, как ты, я сдаю в бордели и неплохо на этом зарабатываю! – Он расхохотался – громко, самодовольно. И в этот миг потерял бдительность.

Огненный вихрь, сорвавшийся с моих пальцев, с легкостью пробил его хлипкий щит. Пламя окутало его с головой. Тонкая кольчуга мгновенно раскалилась, волосы, не защищенные шлемом, вспыхнули, как солома. С диким, нечеловеческим воплем Дриг выронил меч и рухнул на землю, пытаясь сбить с себя огонь. Гиз, выбравшись наконец из-под обломков, кинулся к нему, пытаясь потушить пламя своим плащом.

– Что здесь происходит?!

Голос, властный и трезвый, прорезал ночную тишину. Сердце ухнуло в пятки. Третий. Сержант. Теперь мне точно конец. Очаг манны был почти на нуле, а против троих я не выстою.

– Сержант! – я сделала шаг вперед, стараясь, чтобы голос звучал как можно более испуганно и в то же время праведно. – Эти люди… они назвались стражниками… ворвались ко мне, вымогали деньги, угрожали… Законами ведь не запрещено жить в городе?

– Верно. Что-то я вас здесь раньше не видел. Недавно приехали? – его взгляд был холодным и оценивающим.

– Вчера. Здесь раньше мой дедушка жил, но он уехал к отцу в деревню. Я пока за домом смотрю.

– Используете магию? Лицензия имеется?

– Да-да, вот! – Лизетта, выглянув из-за двери, протянула ему мой скрученный в свиток пергамент.

– Дедушка, значит… – он окинул меня долгим, непроницаемым взглядом. – Что ж, добро пожаловать. А этих я заберу. – Он подошел к скулящему Дригу и, грубо схватив за шиворот, рывком поставил на ноги. – Больше они вас не потревожат. Мы лишь проверяли, не устроил ли кто в пустующем доме притон. – Его взгляд впился в лицо подчиненного. – Правда, рядовой Дриг?

– Д-да… – едва ворочая языком, прохрипел Дриг, покорно кивая.

– Вот и славно, – отрезал сержант. – Убирайтесь. – Он развернулся к нам. – А вам, сударыня, доброй ночи.

Сработало. Он не стал рисковать. Связываться с лицензированным магом, у которого, к тому же, есть семья, – себе дороже. Исчезновение такой, как я, неминуемо привело бы к разбирательству, и он, как ответственный за район, стал бы первым подозреваемым. Что ни говори, а жизнь мага в этом королевстве все еще чего-то стоила.

Когда их шаги затихли вдали, мы остались одни посреди ночного кошмара. Сон бежал от нас. Адреналин и пережитый ужас не давали покоя. Всю ночь, до самого рассвета, мы молча чинили наше многострадальное крыльцо.

***

Отойдя шагов на сто от жилища новоиспеченного мага, Куртц, все еще не выпуская своего подчиненного, остановился на одно мгновение дабы осмотреться.

Темнота и мрак пропитывали район трущоб, что стелился вдоль всего периметра стен. Убедившись в отсутствии слежки и намека на лишние глаза и уши, сержант свернул в крохотный переулок, шириной в три шага. Рядовой Гиз, незадачливо повертев головой, как типичный подпевала, последовал за своим командиром. А вот Дригу было не позавидовать. Находясь в стальной хватке своего командира ему только и оставалось, что еле как перебирать ногами пытаясь идти самому, но по сути все еще находиться на весу. «Да уж ну и силища…» – промелькнула мысль в голове несчастного. А ведь сержант не многим старше его самого, но, тем не менее, громиле оставалось лишь болтаться тряпичной и безвольной куклой.

Пройдя вглубь переулка еще с дюжину шагов, сержант резко остановился и одним махом руки с зажатым в ней воротником мантии рядового, впечатал того в стену напротив.

– Ух-х-гк…– только и смог выдавить из себя Дриг.

Хватка сержанта ослабла лишь на миг.

– Сержант! – Хотел было обратиться Гиз к своему командиру, чтобы хоть как-то объяснить сложившуюся ситуацию, уж он-то знал, каков сержант бывает в гневе. Но моментально получил мощную пощечину от Куртца.

– Вы, черти, совсем ополоумели, навоз вам в глотки! – Прошипел сквозь зубы взбешенный Куртц. Хлестким, но очень точным ударом кольчужной перчатки, заехал Дригу под дых.

– Вы чем, едрить вас за ногу, думали! На мага! Лицензированного! В трущобах! – Продолжал шипеть сержант на своих подчиненных, плюясь как разъяренный аспид. Не забывая при этом после каждого слова прикладывать незадачливого подчиненного к холодной кирпичной стене.

– Но мы же были без свидетелей… Кха… – Попытался оправдаться Гиз, сплевывая кровь и крошки зубов. Всё-таки оплеуха не прошла бесследно.

Сержант будто отмахнулся от назойливой мухи, полностью обратил все свое внимание на Дрига.

– Ладно Гиз, дворняга необразованная, но ты то! Дриг! Даром что маг, и ты туда же! – Все больше и больше распалялся сержант. Отпустив Дрига Куртц переключился на Гиза. Взяв бедолагу руками за голову, сомкнул его лицо своей бульдожьей хваткой. – Вот скажи мне, Гиз, скажи дружище, что мешало более деликатно отнестись к своей обязанности, а? Ну чего же ты молчишь, ублюдок мать твою!

– Пощади, командир… – Только и выдавил бедняга Гиз, сопя от боли.

Помяв лицо рядового, сержант похлопал того по щекам и отойдя на пару шагов, оперся спиной к стене.

– Ладно… Ладно… Молодость и тупость это дело такое… Временное… – Резко сменив свой настрой начал размышлять сержант, закусив указательный палец кольчужной перчатки и совершенно не замечая, что он в чужой крови.

Его подчиненные замерли. Они знали эту перемену в командире. Словно бешеный волк, он мог рвать глотки на ровном месте, а в следующую секунду, не переводя духа, холодно и расчетливо отдавать приказы. О кровавых привычках сержанта Куртца в казармах западных ворот ходили легенды.

– И вот как мы поступим. Ротному пока ни слова. Ты, Гиз, возьми отгул, нечего приходить в казармы с разбитым лицом, не по уставу это. А ты Дриг ему поможешь. Ну, вы сами знаете, что да как. Возьмите Нокса, и-и-и… Нет, Менга не трогайте, он в оружейной по приказу старшины… Сирта возьмите, точно! Берите на слежку этих девок. Только по скромнее, и себя не светите. – Раздал указания сержант

– А зачем они вам, командир? – отдышавшись, спросил Дриг – Это же просто девчонки, толку нам от них.

– А за тем, петушья ляжка, что ты Дриг – отвесил Куртц подзатыльник своему подчиненному – совершил, возможно, самую глупую и страшную ошибку в своей никчемной жизни, а именно засветил свои способности. И нам остается только уповать на бабскую глупость.

Такая очевидная мысль Дригу почему-то в голову не пришла, возможно, из-за хорошей взбучки, устроенной сержантом, а может из-за собственной недальновидности.

– Ладно, расходимся. Своих увидите если, скажите, что в увольнительной. Я капитану так и доложу. И вот еще что, разузнайте про вторую, блондинка, которая, один маг – это плохо, а два – это еще хуже. Не хватало, чтобы они мешали нам обмывать наши темные делишки.

–Будет исполнено! – не стройным хором ответили горе подчиненные.

Подхватив под руку своего незадачливого товарища, Гиз потащил его в ближайший кабак. Вести его к себе он не рискнул. Во-первых, его лачуга стояла в двух шагах от дома этих ведьм, а во-вторых, показываться им на глаза в таком виде не было ни малейшего желания.

Гиз ненавидел магов. За их высокомерие, за подлые трюки, за то, что одним щелчком пальцев они могли превратить в пыль такого, как он. Своего туповатого дружка он, конечно, уважал, но… сержанта боялся больше. А приказ был ясен: следить и докладывать.

– Вот же гадство, а дружище Гиз? Всякая шалупонь вроде этих детей заканчивает свои академии, да становятся полноправными магами. Нам беднякам как потом жить? – завел свою любимую тему нытья горе маг.

– Заткнись Дриг! Скажи спасибо нашему сержанту, ведь он взял нас под свое крыло. Сделал нас людьми, записал в стражи. Тебе, дураку, нашел учителя и оплатил его.

– Да-а-а… Сержант Куртц великий человек. – Протянул Дриг, но Гиз не смог понять насмешка то была или друг полон серьезности.

Маги-недоучки со слабым очагом манны не были редкостью в городской страже. Колдовать на службе им, как правило, не позволяли – то ли во избежание несчастных случаев, то ли из-за отсутствия лицензии. Закон был един для всех, будь ты кузнец, торгаш или солдат. А Карающие не дремали. Узнай они, что сержант тайно натаскивает подчиненных для своих темных дел, – с плеч полетела бы не одна голова.

Куртц сильно рисковал, наняв для Дрига учителя, но игра стоила свеч. Дриг легко усмирял строптивых, выслеживал беглецов и вообще был для сержанта незаменимой палочкой-выручалочкой. Да и самому Дригу деваться было некуда. Собственная семья вышвырнула его на улицу еще щенком – нечем было кормить.

Гизу повезло не больше. Верный служака, прошедший с Куртцем не одну войну, он так и не выслужил себе ни чина, ни уважения. Жалкое жалованье простого стражника, которого едва хватало на еду, не говоря уже о выпивке и девках. Поэтому, когда сержант предложил «взять в оборот» местных лавочников, Гиз согласился не раздумывая. Наконец-то в руках зашелестели деньги.

– Ладно, Дриг, – прохрипел Гиз, помогая товарищу подняться. – Не будем подводить сержанта. Надо что-то думать. Подключим Нокса и Сирта, составим план. В одном Куртц прав – это соседство пахнет большими неприятностями.

Сплюнув на грязную брусчатку остатки крови и выбитых зубов, они побрели прочь, растворяясь в темноте.

Глава 3. Дела семейные

Утро встретило нас серой, безрадостной хмуростью. Невыспавшиеся, с гудящими от боли спинами, мы пересчитывали остатки нашего бюджета. Приговор был окончательным и обжалованию не подлежал: денег хватит от силы на пару дней жалкой, голодной жизни.

– А может… – тихий, почти беззвучный шепот Лизетты заставил меня вздрогнуть, – предложение того стражника было не таким уж и плохим? В борделях, наверное, хорошо платят.

Мои кулаки сжались сами собой.

– Ты хоть понимаешь, о чем говоришь?

– Я не маленькая, Рэнь! И не глупая! Я все понимаю! – в ее голосе звенели слезы обиды.

– Да?! – ярость взорвалась во мне. – Тогда раздевайся! – В следующее мгновение я уже впилась пальцами в ее плечи.

– Что ты делаешь?! Пусти!

– Раздевайся, я сказала! Тебе же понравилось предложение! Сейчас выставим тебя на улицу полуголой, посмотрим, как тебе понравится!

– Я не пойду на улицу!

– Девочки, я понимаю, обстановка накаляется, – осторожно вставил Живчик, – но мне кажется, это уже слишком…

– Погоди! – отрезала я, не сводя с Лизетты горящего взгляда. – У нас тут принцесса в проститутки нанимается! Смелая какая!

– А что делать?! С голоду подыхать?!

– Но не ноги же раздвигать перед каждым ублюдком!

Ярость, горячая и слепая, схлестнулась с ледяным ужасом отчаяния. Крик перешел в рыдания. Мы просто сидели на полу, обнявшись, и плакали – от бессилия, от страха, от унижения.

– Наревелись? – голос Живчика был непривычно тихим. – Может, хватит? Работа сама к вам не придет.

Лизетта отстранилась, вытирая глаза.

– Прости. Ты права, это была глупая идея.

– И ты меня прости. Я сорвалась. – Я поднялась на ноги, отряхивая пыль. – Тогда – вперед. На торговую площадь. Вместе. Попробуем вырвать хотя бы один заказ с доски объявлений

Лизетта ссыпала в карман последние медяки и, плеснув в лицо ледяной водой, попыталась смыть с себя остатки ночного кошмара. Приведя себя в порядок, мы вышли из дома.

Наш район, как всегда, был предоставлен сам себе – лишь одинокий стражник дремал у ворот, обняв алебарду. Но стоило нам пересечь невидимую границу, отделявшую нищету от богатства, как мы тут же наткнулись на сытый, самодовольный патруль.

– Вот тебе и разница, – прошептала Лизетта. – Нищие никому не нужны.

– Эти дома грабят ничуть не реже, – прокаркал ей в ответ Живчик. – Здешняя стража – просто красивая картинка. Декорация, создающая видимость порядка.

Блестящие шлемы повернулись в нашу сторону. Взгляды стражников были холодными и пустыми, но я почувствовала, как в них мелькнул недобрый интерес. Мило улыбнувшись, я подхватила Лизетту под руку и потащила своих болтливых спутников прочь.

Мы едва успели свернуть за угол, как тишину полудня разорвал леденящий душу вопль. Из дверей богатого особняка вылетела растрепанная женщина в ночной сорочке, с перекошенным от ужаса лицом.

– Помогите! Умоляю!

– Что случилось, сударыня? – Лизетта, разумеется, не могла пройти мимо.

Женщина, увидев в ней родственную душу, тут же бросилась ей на шею, сотрясаясь в рыданиях.

– Там… там… Чудовище!

– Где «там»? Можно конкретнее? – не выдержала я.

Она отстранилась и зло зыркнула на меня.

– В доме, где же еще?!

– Рэнь, давай посмотрим? – в глазах Лизетты уже загорелся азарт.

– Зачем? Чтобы снова вляпаться в неприятности? К тому же, тебе нельзя колдовать.

– Ну пожалуйста! – их голоса слились в отчаянной мольбе, и я поняла, что проиграла.

Я тяжело вздохнула. Ну вот. Начинается.

– Хорошо. Вы стойте здесь. Я зайду и осмотрюсь. Живчик, ты тоже остаешься.

– Не больно-то и хотелось, – пробурчал он.

И в этом я была с ним полностью согласна. Лезть в пасть к неведомому чудовищу мне хотелось меньше всего. Но спорить с двумя перепуганными женщинами было бесполезно.

Сотворив воздушный щит и зажав в ладони парящий сгусток света, я осторожно, стараясь не шуметь, переступила порог близ стоящего дома, где были распахнуты настежь двери. Просторная круглая зала. Дорогие ковры, пыльные гобелены на стенах, лестницы, устланные ковровой дорожкой, уходящие куда-то вверх. Ничего необычного. Никаких следов борьбы.

«Слева спальня! Монстр там!» – донесся с улицы ее визгливый голос перепуганной женщины.

«Конечно, – мысленно огрызнулась я. – Иди прямо в пасть к чудовищу, девочка. Будешь ему отличной закуской».

Каждый мой шаг по темным половицам из дорогой древесины, отзывался оглушительным скрипом, сводя на нет все попытки двигаться бесшумно. Если в спальне и был монстр, он уже давно знал о моем приближении. Дверь в спальню, разумеется, тоже заскрипела, словно жалуясь на судьбу. Неужели в этом богатом доме не нашлось капли масла?

Прямо по среди спальни стояла широкая кровать с разбросанными в разные стороны подушками, резные столики, усыпанные женскими безделушками по бокам от нее. Комната была залита солнечный светом, который отражался в большом, изящном зеркале, пускал причудливых зайчиков по стенам с белыми, украшенных золотыми обоями. Никого. Ничего.

«Тьфу! – я едва не сплюнула на паркет. – Нечего дрыхнуть до обеда, тогда и кошмары сниться не будут».

Злость захлестнула меня. Я развернулась, намереваясь высказать этой истеричке все, что я о ней думаю. Прямо в дверях я налетела на Лизетту. Она дрожала, как осиновый лист, и судорожно сжимала в руке маленький кинжал. Живчика, разумеется, рядом не было. Трусливая птица.

– Я же сказала тебе ждать на улице! – прошипела я. – Там пусто. Ни следа магии.

Не успела я договорить, как хозяйка дома, отшвырнув Лизетту, пронеслась мимо меня прямо в спальню.

– Как это нет?! – взвизгнула она. – Оно снова исчезло! Вильям! Немедленно иди сюда!

Из соседней комнаты вышел тучный, холеный мужчина в дорогом кафтане. На его лице не было и тени сна, видно, что мужчина давно проснулся и был явно недоволен тем, что разбушевавшаяся жена отвлекала его от утренних дел.

– Роза, что опять стряслось? – пробурчал он. – И кто это такие?

– Вильям! Оно снова приходило!

– И что? Пора бы привыкнуть.

– Из-за этой твари ушли все слуги! В доме холод, а по ночам бродит это чудовище! Найми мага, у нас же есть деньги!

– Я уже говорил тебе, Роза, – отрезал он, – я не собираюсь платить шайке шарлатанов! Само пройдет, подумаешь, привидение!

– Я больше так не могу! – взвизгнула Роза и ткнула в меня пальцем. Она топала ногами и трясла головой, у женщины явно началась истерика. – Ты! Ты ведь маг?!

Настало мое время.

– Да. И привидений не существует.

– Вот! – торжествующе оживился Вильям, тыча в меня пальцем. – Я же говорил! Если привидений нет, что за гадина бродит у нас, а?! Шарлатаны!

– Привидений – нет, – холодно отчеканила я, глядя ему прямо в глаза. – Есть призраки – творения некромантов. Существа, подчиненные воле своего создателя, способные находиться в нашем мире не более нескольких часов. И поверьте, если бы это был призрак, вы бы сейчас со мной не разговаривали. От них не убегают, просто выйдя из дома. Меня зовут Рэнния Ашера. Я – боевой маг Астара. Лицензия при мне. И если вы хотите снова спать спокойно, я могу вам в этом помочь.

– Госпожа маг! Умоляю, помогите! Мы заплатим, сколько скажете! – Роза вцепилась в меня, как утопающий в соломинку.

– Нет! – рявкнул Вильям.

– Да! – взвизгнула она. – Или я ухожу от тебя! Прямо сейчас!

– Ладно! – сдался он. – Но не говори потом, что я не предупреждал!

После недолгой, но яростной перепалки, контракт был заключен. Правда, жадный Вильям сбил цену до двух серебряных. Для нас и это было целое состояние. Мы потребовали половину вперед и беспрепятственный доступ в дом. Скривившись, он выгреб из кармана горсть медяков и с презрением сунул их в ладонь Лизетты.

– Хватит с вас. Можете начинать. Но если в доме пропадет хоть иголка, пеняйте на себя.

– Какой же ты отвратительный, Вил, – проворковала Роза явно довольная, что ее угрозы подействовали на мужа. Сияя, женщина упорхнула в соседнюю комнату наводить марафет. Мы остались стоять посреди спальни, все еще не в силах поверить в свою удачу.