Эти миры должны жить!

- Мы на крючке, но, думаю, я смогу направитьнас под уклон. Держитесь крепче.

Затем в обзорном объективе, который отображалэтот сегмент космоса, находящийся прямо перед ним, Флик Малдун увидел быстроувеличивающийся шар, который был Деймосом, меньшим спутником Марса. Он выгляделкак огромная, изможденная кроваво-красная скала, которая стремительно пыталасьзакрыть обзорную панель. Малдун на мгновение осознал, что видит острые, какбритва, утесы, высокие скалистые плато и зазубренные вершины, не покрытыерастительностью. Затем моторы пронзительно взвыли в знак протеста, нос «Либерти»резко взял вверх и корабль ударился с оглушительным треском… отскочил...сердито встряхнулся... и со скрежетом остановился....

Глава 8

Сила Марса

- Ну что ж! - сказал Флик Малдун.-С нами случается всякое.

Ларк О'Дэй нажал на последнюю кнопку, котораязаглушила двигатели «Либерти» и корабль послушно лег на скалистой поверхностиспутника.

- Вот так, - угрюмо сказал пилот, - С вами всев порядке, ребята? Как насчет вас, Малдун?

Флик поднялся со стула, осторожно разминаяруки и ноги.

- Кажется, с ними все в порядке", -осторожно признал он. - Я проверю их на наличие дефектов, когда мурашки по кожепройдут.

Ларк подошел к системе внутренней связи,отправляя запросы в дальние отсеки корабля.

- У всех все в порядке? Пострадавших нет?

Ответы были обнадеживающими, хотя и несколькобогохульными. Типичным был ответ Слопса, корабельного повара. Он раздраженнопрорычал:

- Я в порядке, лейтенант, но вот суп на ужинне обещаю. Лучше вам прямо сейчас же подняться на кухню с ложками, иначе ужинрассыплется по всему полу.

На пандусе послышались шаги. Дверьраспахнулась, впуская оживленную четверку ученых. Все они были взволнованны, иГэри Лэйн нервно спросил:

- Хью... Ларк... Что это? Где мы? Мы не наМарсе?

- Нет, - покачал головой Уоррен. - Мы примернов двенадцати тысячах миль от нашей цели. Это то, что вы могли бы назвать«тайм-аут по команде». Мы заблокированы гравитацией. Вы пытались заставить ееотреагировать, Ларк?

О'Дэй снова принялся нажимать кнопкиактивации. На этот раз он сказал:

- Да, но ничего не вышло. Просто нам повезло.Мы попали в один из непредсказуемых магнитных периодов Деймоса и замерзликрепче, чем кабанчик в плутонианской луже.

- Как долго, - спросил Малдун, - - будетдействовать этот магнитный захват? -

- Это, Малдун, так же непредсказуемо, как исамо явление, – ответил за навигаторов доктор Брайант. – Иногда эти периодыдлятся всего несколько часов, в других случаях они растягиваются на месяцы.Боюсь, мы должны просто дать себе слово оставаться здесь столько, сколькопотребуется.

- В таком случае, - протянул Ларк О'Дэй,вставая и небрежно потягиваясь, - я, пожалуй, прогуляюсь на улицу и проверю, неразошлись ли швы, пока мы пекли блинчики. Хью, пойдешь со мной?

Он снял со стеллажей на стене рубки управленияпару фабрикоидных балджеров, но прежде, чем они со шкипером успели облачиться вгерметичные костюмы, произошло нечто не столько тревожное, сколько неожиданное.Из воздушного шлюза по правому борту в противоположной части корабля донессяскрежет входного сигнала, затем свист выходящего воздуха, когда кто-то иличто-то снаружи включило открывающее устройство. Мгновение присутствующие взамешательстве смотрели друг на друга, затем, как один, повернулись и бросилиськ порталу. Они подошли к внутренней двери как раз в тот момент, когда дверьшлюза открылась, впуская две фигуры, одетые в толстяки. Тот, что был повыше,шагнул вперед, раскинув руки в жесте мирных намерений, и тихий приятный голоспроизнес:

- Приветствую вас, друзья. Мы приглашаем вас внаше крошечное убежище.

Затем шлем Балджера был откинут, и они увидели лицо коренногомарсианина с раскосыми глазами и кожей цвета слоновой кости. И снова бывшийпират Ларк О'Дэй, зарекомендовал себя ценным дополнением к вечеринке. Онподошел к вновь прибывшим, поприветствовав их как единственный, кто был знакомс марсианскими обычаями, вежливо сказал:

- Добро пожаловать, о брат из древнего мира. Твое присутствие - каквода на пересохшем от солнца языке. Твой визит - большая честь для нас.

Не прозвучало ни одного слова удивления, ни единого вопроса о том,откуда взялись эти двое незваных гостей. И хотя на бесстрастном лице старогомарсианина не дрогнул ни один мускул, было очевидно, что он был рад найти средиэтой группы человека, уважающего формальности своего народа. Он поклонился всвою очередь и вежливо поздоровался.

- Вы очень добры. Дворняга без приглашения лает у ворот вежливогочеловека.

- Яркое солнце тоже всходит без предупреждения, - галантно ответилО'Дэй, - зажигая новую жизнь в угасающих душах. - Не соблаговолит ли вашасветлость осчастливить наше скромное судно своим присутствием?

Марсианин поклонился, и без дальнейших слов он и его спутникпоследовали за остальными в комнату отдыха. Когда все удобно устроились,посетитель возобновил беседу. К облегчению всех землян он делал это в манереодновременно приятной и резкой.

- Я очарован, капитан, - обратился он к О'Дэю, поскольку главарьпиратов, как и Уоррен, носил знаки отличия космического капитана, - вашимпринятием и использованием наших марсианских ритуалов приветствия. Но как бы яни гордился нашими обычаями, должен признать,что, когда возникает необходимость, наши формальности отнимают слишкоммного времени, поэтому, давайте говоритьв манере вашего народа и, как вы, земляне, метко выражаетесь, "перейдем кделу".

- Вы, конечно, знаете, что приземлились на планетоиде Чоу-шен, которуюземляне называют Деймосом. Надеюсь, ваш корабль не пострадал?

- Я думаю, что нет, сэр, - ответил О'Дей. - Мы как раз собирались провести осмотр, когдавы прибыли.

- Это хорошо. А теперь, пожалуйста, расскажите, с какой целью выприлетели на Марс?

- Ну, сэр, это довольно долгая история, - медленно начал Ларк. - Я быхотел, чтобы мой друг все объяснил. Он знает факты лучше меня. А пока, можетбыть, ваш спутник, - он кивнул на второго марсианина, более худощавого, которыйдо сих пор не снял шлем, - устроится поудобнее?..

Старый марсианин позволил себе слегка улыбнуться и пробормотал:

- Хотя ваш корабль и находится на марсианской земле, это часть Земли. Исказано: «Мудрыйпутешественник ест местный хлеб». Так что, я полагаю, это неповредит.

Он повернулся и заговорил быстрыми, отрывистыми фразами со своимнапарником. После секундного колебания тот снял свой головной убор.

Это был не марсианин-мужчина, это была девушка. Ее удлиненные,миндалевидной формы глаза были черными, как терн, и блестящими, скромноскрытыми под опущенными веками, которые, словно бархатная бахрома, лежали нанежном лице бледного янтарного оттенка. Ее черные блестящие волосы были уложенывысоко на затылке в сложную, но эффектную прическу. Глядя на нее, Гэри Лэйн былпоражен благородным обаянием и красотой марсианских женщин. Она была, как онподумал, самым прекрасным созданием, которое он когда-либо видел, - ну, вовсяком случае, вторым по красоте после... Его предательские глаза искалиподдержки, когда он взглянул на НоруПауэлл. И когда их взгляды встретились, он слегка покраснел.

Флик Малдун, верный поклонник женской привлекательности, громкосглотнул и, возможно, выразил бы свое восхищение, если бы не Хью Уоррен, сильно ткнувший его под ребра. Но больше всего вид девушки поразил Ларка О'Дэя. Глаза красивогокорсара расширились от искреннего восхищения, а в их темно-коричневой глубинезажглась искра, и он приоткрыл рот. Молодой доктор Лейн начал свой рассказ.

- Ну, видите ли, сэр....

- Меня зовут Кан Цао, - прервал его пожилой марсианин, - а это моядочь - Пен-Нхи.

Земляне быстро представились один за другим. Затем Гэри снова продолжилрассказывать свою историю. И здесь, в этой тихой комнате, на одном из самыхкрошечных спутников Солнечной системы, он нашел свою самую отзывчивуюаудиторию. Старый марсианин слушал серьезно и внимательно. Когда он закончил,Кан Цао сказал:

- Я нахожу это странным, но не невероятным рассказом, доктор Лейн. Вы упомянули доказательство, математическиевычисления. Могу я взглянуть на них?

И когда некоторое время спустя он оторвал взгляд от изучения расчетовученого из другого мира...

- Нет никаких сомнений, - сказал он, - что все, что вы сказали,является абсолютной и ужасающей правдой. Однако один вопрос вы оставили безответа. Зачем вы прилетели на Марс?

- Затем, что нам кое-что нужно свашей планеты, - откровенно ответил Гэри, Мы знаем, что виновники этойкатастрофы находятся за пределами нашей солнечной системы. Людям неизвестенкосмический корабль, способный унести нас за пределы нашей маленькой галактики.Но если бы весь человеческий разум, остроумие и мудрость каждой планеты моглибы внести свой вклад, можно было бы построить такой корабль. Мы надеялисьполучить четыре необходимых элемента с четырех основных планет. Секретгипатомного двигателя от Земля, топливо с Венеры, секрет сверхсветовыхпутешествий - с Юпитера.

- А с Марса?

- С Марса, - медленно произнес Гэри, - жизненно важный подарок. Вашсамый заветный оборонительный военный секрет... энергетический щит. Да, мызнаем, что он у вас есть, сэр. Мы знаем об этом, потому что, к нашему стыду, выбыли вынуждены несколько раз применять это против космических кораблей Земли.Ваша наука открыла некую форму силового поля, которое непробиваемо для любогоизвестного оружия. Наши самые тяжелые ядерные снаряды, тепловые лучи,игольчатые лучи и взрывы роторов надежно защищены великолепным барьером,изобретенным вашими людьми.

Таким щитом должна быть оснащена «Либерти», если она собираетсясовершить долгое и трудное путешествие через космос к враждебному краю. Нетолько все путешествие сопряжено с опасностью столкновения с неуправляемымиастероидами, частицами космического мусора и тому подобным... Но когда мыдостигнем места назначения, нам понадобится защита от любого мыслимого оружия,которое может применить против нас наш враг. Следовательно, то, о чем мыпросим, является жизненно важным условием безопасности и успеха нашей миссии

Кан ненадолго задумался.

- Это правда, - признал он, - у нас есть силовой щит, о котором выговорите. Но вы допустили одну ошибку. Это не совсем то защитное оружие, какимвы его себе представляете. Это, на самом деле, причина, по которой ваш корабльлежит сейчас на Деймосе.

- Что? Вы имеете в виду усиленный магнетизм?

- Совершенно верно, капитан. Именно по этой причине я живу здесь, наэтом аванпосте, в двенадцати тысячах миль от моей любимой родины. Мы, жителиМарса, установили здесь мощную энергетическую установку, способную направлятьсвой магнитный луч на любое судно, приближающееся к нашей планете. На Фобосе есть еще одна подобная станция.Каждой из этих лабораторий управляют опытные ученые. Когда космическиеаппараты, которые, как у нас есть основания полагать, могут иметь враждебныенамерения, приближаясь к Марсу,включается система, превращая эти спутники в гигантские магниты огромноймощности.

- Вот почему, — он немного печально улыбнулся, - в нескольких случаях земные корабли терпеликрушение на Деймосе и Фобосе. Нам было ясно, что они планировали нарушитьспокойствие нашего общества.

- Но как же мы?, - Воскликнул Флик Малдун. - Мы пришли сюда не с пустыми руками. Наша цельбыла достаточно мирной.

- Теперь я знаю это, друг мой, - мягко сказал доктор Кан. - Но вы должны признать, что обстоятельствабыли против вас. О вашем прибытии предвещали сообщения опредательстве иворовстве с Земли, о жестоком принуждении и преданности каперу на Венере. Мы незнали, чего вы хотели, но... - Старый марсианин пожал плечами, - мы подумали,что лучше отложить ваше прибытие до тех пор, пока вас не допросят.

О'Дэй, которому трудно было следить за ходом разговора, так сильно еговнимание было приковано к дочери ученого, внезапно спросил:

- И теперь, когда вы знаете, доктор Кан, каково ваше решение?

Удлиненные темные глаза пожилого марсианина, казалось, скрылись застранно задумчивыми складки век. Он долго обдумывал этот вопрос. Он сидел молча и бесстрастно, как изваяниеБудды земной расы, на представителей которой он был так сильно похож. Затем онсказал:

- На это может быть только один ответ, мой друг. И в таком вопросе яволен говорить не только от своего имени, но и от имени всего моего народа. Выполучите то, за чем пришли

- Это правда, доктор? - воскликнул Гэри Лейн.

- Вы не шутите? - крикнулМалдун.

Кан остановил их изъявления благодарности движением руки.

- Да, вы получите все, что вам нужно. Мы, марсиане, - миролюбивая раса.То, что вы назвали "боевым оружием", мы используем просто иисключительно в качестве защитной меры от агрессии. Но теперь, похоже, пришловремя обратить это оружие против незваного гостя, обладающего невероятнойсилой. Таким образом, вы получите то, что вам нужно. Но есть одно маленькое условие...

«Вот и все, - мрачно подумал Лейн, -ложка дегтя в бочке меда. Ты никогда ничего не получаешь просто так». Но вслух он вежливо спросил:

- И что это, доктор Кан?

- Мы хотим, - ответил пожилой марсианин, - чтобы нам с дочерью разрешили установить оборудование на «Либерти» самим.

- Ну, конечно! - сказал Гэри.

- И, - продолжил доктор Кан, - чтобы нам также разрешили присоединитьсяк вашей группе.

И впервые за все время разговора на его лице промелькнуло какое-товыражение и улыбка тронула уголки его губ.

- Видите ли, мой друг, хотя нас, марсиан, называют бесстрастными, мывовсе не лишены любопытства. Этот поиск, в которые вы ввязались, несут в себезахватывающий вызов, который меня очень волнует. Я старый человек, но,возможно, мои знания окажутся полезными...

- Пожалуйста, доктор Кан, ни слова больше! - Вмешался доктор Брайант. -Мы должны быть не только счастливы, но и горды приветствовать вас на нашемкорабле.

Ларк О'Дэй беспокойно заерзал.

- Но как же ваша дочь, доктор Кан? Это опасное путешествие. Вряд ли этоподходящее предприятие для девушки благородного воспитания.

- Куда я еду, туда и моя дочь. И я заметил, что в вашем составе ужеесть одна утонченная и, как я понимаю, образованная женщина. Я думаю, что нетак уж неразумно ожидать, что моя дочь обнаружит, что окружена друзьями,которые более чем готовы обеспечить ей комфорт и счастье.

И на этот раз он широко улыбнулся внезапно смутившейся Ларк О'Дэй. Гэри Лейн тоже усмехнулся.Оказалось, что якобы «бесстрастный» марсианин, помимо всего прочего, не быллишен восхитительного чувства юмора.

Глава 9

Ограничение скорости—186 000 миль в час!

Доктор Кан Цао и его дочь, красавицаПен-Нхи, в тот же день перевезли аптечки и оборудование на борт «Либерти».События следующей недели были наполнены не столько приключениями, сколькообычной тяжелой и упорной работой. По предложению доктора Кана, «Либерти» задержалась на Деймосе до тех пор, пока не была завершенаустановка нового силового щита.

«Это открытие, - сказал марсианскийученый, - на удивление простое. С тем небольшим оборудованием, которое мы сдочерью взяли на борт, и с теми стандартными запасами, которые можно найти наборту вашего корабля мы можем сделатьего неприступным. Так что давайте не будем терять времени и отправимся в путь.Мы установим его по пути к Юпитеру».

И это они сделали на виду у всего экипажа «Либерти». Несмотря на это, лишь немногие смогливпоследствии сказать, что именно было сделано, или почему такие незначительныеизменения имели такое огромное значение. Старый Дуглас Себолд, главный инженеркорабля, открыто признал свою неспособность понять принцип действия силовогополя: «Они спустились сюда, в машинноеотделение, марсианин и его дочь. Паручасов они суетились, не сказав ни слова никому из нас, кроме, может быть,вежливого «Как дела?» и «Всего хорошего!» И что они сделали, когда ушли?Подключил небольшой моток провода здесь, конденсатор там и еще какую-тоштуковину, но, похоже, ни то, ни другое не должно ничего делать!»

Лейтенант Макдональд жаловался примерно нато же самое:

- Они вскрыли блоки управления иперебросили несколько шунтов через реле.Затем они протянули один кабель к аппарату для инъекций. Но, насколько я могу судить, то, что они сделалине должно сильно повлиять на работу корабля. - Он с сомнением уставился наГэри. - Ты же не думаешь, что старик водит нас за нос, не так ли? Притворяется,что развлекается, когда на самом деле все, что он делает, - это крадетсекретные данные о биатомных ресурсах Земли?

Ларк О'Дэй, сидевший за соседним столом,поднял голову и мрачно посмотрел на него.

- Мак, - посоветовал он, - если бы ядумал, что ты действительно так думаешь, я бы подошел к тебе и засунул твоелицо так глубоко в глотку, что у тебя в животе появился бы вид солитера. Всем,кто жалуется на доктора Кана, - ухмыльнулся Гэри. - Но, нет, Мак, я уверен, что ты ошибаешься. Как толькомы достигнем пояса астероидов, доктор Кан пообещал нам доказать, что силовойщит установлен и исправно работает.

Этим заверением все остались довольны,пока через десять дней «Либерти» не приблизилась в пределы досягаемостиогромного скопления движущихся тел, которое космонавты называют «Болотом» -пояс из мириады астероидов размером от крошечных гранул из горных пород вподдерживающие жизнь горы материи, размеры которых превышают размеры многихспутников. И только когда они достигли этой точки, доктор Кан представилобещанное доказательство.

Когда лидеры миссии собрались вконтрольной башне, он сказал:

- А теперь, для тех из вас, у кого не быловозможности увидеть работу марсианского силового щита, небольшая демонстрацияможет оказаться полезной. Кто за пультом управления? Хорошо! Ларк, друг мой...Ты видишь этот астероид, движущийся в пределах нашего поля зрения слеванаправо?

Пальцы О'Дэя беспрерывно порхали надклавиатурой, пока корабль прокладывал себе путь через коварный пояс. Оннапряженно кивнул.

- Я вижу его, и сейчас я убираюсь с егопути. Если эта штука врежется в нас, «Либерти» превратится в маленький комокпокореженного металла, парящий в космосе.

- Напротив, - спокойно сказал доктор Кан,- не пытайтесь избежать столкновения с планетоидом, прокладывайте курснепосредственно к нему.

- Непосредственно? - сглотнул Ларк.

- Да, будьте столь любезны.

Затем доктор Кан подошел к пульту и нажална единственную черную кнопку, которую он установил на приборной панели.

- Направляйся прямо к этой скале на самойбольшой скорости, какую только сможешь развить.

О'Дэй изобразил улыбку, похожую набезумную, пожал плечами и сделал, как велел старый марсианин. Жребий был брошенокончательно, и Лейн мог только посочувствовать отчаянному пилоту «Либерти».Его самого охватили дурные предчувствия, когда крейсер на огромной скоростиналетел на обломок скалы, достаточно большой, чтобы разнести корабль намиллиарды искореженных заклепок. Не было ничего приятного и в том, чтобысмотреть в иллюминатор, наблюдая, как смертоносный астероид становится всебольше и смертоноснее, становясь похожим на серого, мрачного, изможденного ивнушающего страх каменного зверя, чьи зияющие каньоны, как клыки, были готовыдля уничтожения.

Сердце Лейна пропустило удар... затем ещеодин... затем его сердце забилось сильнее от волнения, от которого у негоувлажнились ладони и пересохли губы. Онбросил нервный взгляд на доктора Кана. Но лицо старого марсианина былобесстрастным.

Флик Малдун был откровенно удивлен, а НораПауэлл встала рядом с Уорреном в другомконце комнаты, придвинувшись ближе к крепкому космическому капитану, словножелая ощутить в его присутствии хоть какое-то утешение

При той скорости, с которой они летели,если что-нибудь не предпринять немедленно! Это был бы всего лишь вопроснескольких мгновений, прежде чем...

Гэри не удивился, услышав, как из толпывосхищенных зрителей вырвался крик. Это был маленький доктор Анджерс сангельским личиком.

- О'Дэй, в сторону! Это провал! Мы сейчасразобьемся! Берегись!

Но в этот момент произошел внезапный,ошеломляющий поворот. Не жесткий и не шокирующий, но такое ощущение, как будто «Либерти»с головой погрузился в массу губчатой резины. Нос корабля взлетел вверх,ужасное видение в иллюминаторе внезапно исчезло из виду, и мгновение спустя скала, которая грозиланеминуемой гибелью всем находившимся на борту, осталась далеко позади!

Доктор Кан улыбнулся.

- Видите, друзья мои.

- Это— это нас отшвырнуло! - Удивлённовоскликнул О'Дэй. - Нас подбросило вверхи закружило, мы удаляемся от него, как от резинового мячика!

- Вот именно, - сказал марсианин. - Нашкорабль заключен в электрическую сферу, сквозь которую не может проникнутьникакаяматерия. Податливый барьер, который смягчает удар при столкновении. Такназываемое «Болото» больше не представляет для нас опасности, друзья мои. Выможете, если хотите, взять управление на себя и следовать заданным курсом кместу назначения.

Юпитер развернулся на своей гигантскойорбите и таким образом, отважной космической команде предстояло путешествиепродолжительностью более трех земных недель. Торговые суда обычно отзывались обэтом путешествии, как о скучном, нудном занятии. Но те, кто находился на борту «Либерти»,отнюдь, не находили его таким. Им было чем занять каждый час своегободрствования.

Во-первых, по мере приближения финальнойстадии, их приключения, казалось, окончательно решалась проблема, которая досих пор оставалась нерешенной. Это определение того, в какой именно секторкосмоса им следует направить свой полет, когда,и если, им удастся получить отсовета Юпитера разрешение на четвертый изнеобходимых займов.

- Проксима Центавра, - сказал доктор БорисАнджерс, - Это, конечно, цель, к которой мы должны стремиться.

Гэри с сомнением сказал:

- Я неуверен, - с сомнением сказал Гэри. -Исследования Милликина и более поздние исследования Маркварта и ТомпсонаБлейна, по-видимому, указывают на то, что космические лучи исходят не из этогосектора космоса, а скорее из окрестностей Сириуса.

- Но, - настаивал маленький евразиец, -наше главное желание - сбежать из этой галактики. И, конечно, Проксима Центавра- наша ближайшая соседка.

- Ближайшая, да. Но, направляясь к ней, мыдвинемся в направлении, противоположном тому, в котором, как я думаю, намследует двигаться. Нет, Сириус - этозвезда, которую мы должны искать. Там и есть ответ на нашу проблему.

Флик Малдун переводил взгляд с одного издвух спорящих ученых на другого, и его честное лицо исказилось от изумления.

- Вы что, спятили? - требовательно спросилон. - Вы говорите о Проксиме Центавра и Сириусе так, словно это экскурсиивыходного дня. Если я не забыл все, что говорил мне профессор астрономии,расстояние до Проксимы Центавра составляет около четырех световых лет. Сириус вдва раза дальше. При той скорости, с которой мы летим, это займет у нас около6500 лет, и, черт возьми, почти 14 000, чтобы добраться до Сириуса! Что мыделаем, чтобы прожить так долго? Едим витамины?

- Тебе лучше заняться своими фотографиями,Флик, - улыбнулся Лейн. - Неужели ты до сих пор не понял, что главная цельнашего полета к Юпитеру - узнать секрет путешествия со сверхсветовой скоростью?Если они раскроют нам этот секрет, мы сможем добраться до места назначенияза... ну, я точно не знаю, сколько времени. Это во многом будет зависеть оттого, насколько мы сможем превысить так называемую «предельную скорость».

- Мой мальчик, я предлагаю вамиспользовать этот термин с величайшим уважением, - вмешался доктор Кан. - Это не просто "так называемая"предельная скорость. Скорость света на самом деле, - это наибольшая скорость, скоторой материя может перемещаться, сохраняя при этом свою целостную форму. Припревышении этой скорости масса становится бесконечной. Что произойдет потом,никто не знает. Боюсь, нам придется смириться с долгим и изнурительнымпутешествием продолжительностью в девять земных лет.

- Мы не можем позволить себе прожитьдевять лет, - напряженно сказал Гэри. - Я не думаю о нашем собственномдискомфорте, я вспоминаю наши расчеты. Согласно этим цифрам, точка угасанияСолнца будет достигнута не через годы, а через месяцы! Возможно, недели! Прежде чем мы сможемдостичь нашей цели - вселенной, которойбольше не будет!

- Тем более, - настаивал доктор Анджерс, -за то, что направился к ПроксимаЦентавре, мой юный друг. Я старше вас и очень много лет изучал космическоеизлучение. Уверяю вас, нет никаких оснований полагать, что одно внегалактическоенаправление более вероятно, чем другое.

Гэри странно взглянул на мужчину. Это былоне похоже на Анджерса - выставлять напоказ свой возраст и мудрость. В равнойстепени и не похоже на маленького ученого - достигать таких высот нервноговозбуждения. Гэри медленно произнес:

- Что ж, доктор, это общее собрание. Я нехочу диктовать наш курс и готов поставить это решение на голосование всей нашейгруппы.