Управляемый завал

— Я достаточно подготовленный, чтобы не вкалывать каждый день.

— И рассчитываешь на победу?

— Ага.

Федя только вздохнул. Ждать от приятеля сочувствия он и не думал, но сегодня его снобизм что-то зашкаливал. Границу между ними Женя чертил гораздо чётче, чем Рита. Ладно, хрен с ним. В конце концов, они не друзья, и кое-какие закидоны можно простить.

— Жень, я ещё хотел насчёт биллинга поговорить… — начал он, но Женя демонстративно выставил вперёд обе ладони.

— Не-не-не, только не сегодня. Я хочу работать в рабочие дни, а в выходные отдыхать, а то мы укатимся туда же, куда и твоя новая подружка Рита. Ого, да ты только глянь, что за драма! — Женя круглыми глазами уставился в экран смартфона и подскочил на диване так, что ноутбук чуть не грохнулся на пол. — Скандал-то закончился, но не совсем так, как я ожидал.

— Что там?

Пальцы Жени быстро скроллили ленту, и с каждым движением его глаза округлялись всё сильнее.

— Расстрел без права переписки. Игорю надоел этот срач, и он удалил Риту из чата. С пожеланием больше её не видеть на заездах и замечанием, что клуб его и порядки там тоже устанавливает он.

— А эти, Капулетти? Туда же? — Федя попытался сунуть нос в экран, но Женя тут же спрятал телефон под диванную подушку.

— Остальные сразу же прикусили языки. Жаль, я бы с ней ещё покатался. Но готовиться к гонке ей теперь придётся как-то самостоятельно. Я-то уже во все ближайшие тренировки вписался.

А стоит ли с Женей вообще разговаривать хоть о чём-то, помимо его спортивных амбиций, раздражённо подумал Федя. Очень похоже, что и на проект ему абсолютно фиолетово, а стало быть, Женя ему с этой внезапной флешкой не помощник. Ещё разболтает, кому ни попадя — язык вон, как помело, все сплетни выволок. Выходит, придётся лезть в эту двухколёсную тусовку самому и позориться там на все деньги. Но внезапно проснувшееся желание убиваться на велике надо было как-то обосновать.

— Как называется эта твоя гонка?

— “Бёрнинг тайрс”, — бросил Женя, отвернувшись в монитор. — По идее, не особо сложная. Мне вполне по зубам.

Федя достал свой телефон и застучал по экрану. Ага, вот она. Остался последний слот. Думать надо очень быстро. Может уйти в любой момент.

Господи, да что же я делаю, лихорадочным эхом носилось в Фединой голове, пока его пальцы безошибочно вбивали в нужные поля данные карты, словно приняли это решение за него. Зачем он вообще в это вписывается?

Он прикрыл глаза и снова увидел перед собой залитую солнцем поляну посреди корабельных сосен, пустую утреннюю набережную, почувствовал запах реки, ветер на ночных улицах, по которым он следовал за пульсирующим в темноте алым огоньком Ритиного фонаря. Опять ощутил себя крохотным и слабым существом перед лицом целого мира. Настолько крохотным, что мог позволить себе стать, наконец, свободным.

И ткнул в кнопку “Оплатить”.

— Ну, на победу я не рассчитываю, но готов поспорить с тобой, что до финиша я доеду.

— Через трое суток после старта? — захохотал Женя, осознавший, что именно Федя только что сделал. — Там время ограничено, через шесть часов на финише уже будет пусто.

— И уложусь в лимит времени. Так на что спорим?

— На твою вожделенную премию. Если доедешь, и если Рита согласится у нас работать, я скажу, что это полностью твоя заслуга. Не доедешь — отойдёшь в сторонку.

— А если не согласится?

— Отдашь мне деньгами, тоже мне проблема. Мне трансмиссию давно пора менять. Или хостинг для приложения наконец-то себе нормальный оплачу, со всеми свистелками.

— Договорились, — сказал Федя и развернулся в сторону своей комнаты.

— Эй, ты гонку смотреть будешь, чемпион? — донеслось из-за спины.

— Я лучше поработаю.

Рита вернула телефонную трубку на рычаг и подпёрла подбородок руками. Надо же, как невовремя.

— Рита, — напомнил о себе Петя. — Присоединишься к нам? Ты нам во как нужна.

— Теперь минимум через час, парни. Чайкин велел ему презентацию к завтрашнему совещанию нарисовать.

— За час?!

Ну вот чего он так орёт? Теперь, помимо Петиного взгляда, Риту расстреливали ещё три.

— За час. Ему её через час кому-то показывать. То ли согласовать, то ли просто похвастаться, я не поняла.

— А что, некому больше? — удивился Женя, подняв лохматую голову от экрана. — Ты же тимлид. Выдай задание и занимайся тем, за что тебе платят.

— Для презентации ещё данные надо собрать, — зачем-то начала оправдываться Рита. В кои-то веки Петькина активность оказалась мимо кассы. — А до этого — выяснить, где их брать. Задачу-то Георгий Вениаминович, как всегда, поставил предельно конкретно — достать и сделать красиво. Поэтому в ближайший час я вас не слышу.

Виновник всей этой суеты картинно развёл руками перед коллегами и только сделал первый шаг к своему столу, а она уже угукала в прижатую ухом к плечу трубку, стуча по клавиатуре в поисках нужного отчёта.

Но, автоматически щёлкая мышкой и переключая между собой десяток разных окон, думала Рита совершенно не об отчёте.

Надо же, как эти волки тамбовские из клуба легко её сдали. Пока она по пунктам доказывала Игорю, где и почему конкретно он не прав, на её сторону встало два десятка человек, но стоило только ему потребовать прекратить дискуссию и пригрозить отправить зачинщиков в изгнание, как она моментально осталась в этой битве с ним один на один. Расклад сил, как в анекдоте: один конь — один рябчик. С точки зрения Игоря и его ближайших подпевал, шатая эту трубу, она наезжала не на него персонально, а очерняла репутацию клуба, как в глазах действующих участников, так и потенциальных. Звучало это так, словно всех обсуждаемых косяков за Игорем никогда не числилось, и они были придуманы лично Ритой прямо за завтраком.

Божья роса, ей-богу.

Мышка продолжала щёлкать, одну за одной вставляя нужные цифры в заготовленный шаблон презентации. И пальцы от злости не тряслись. Но внутри Риты всё полыхало так, что ещё немного — и она превратится в ядерный пепел прямо вместе с креслом под её задницей.

Даже Петя побоялся её поддержать, не написав вообще ни строчки, как будто его в этом чате не было. Авторитет Игоря, кажется, дорос до состояния священной коровы и малейшее сомнение теперь означало чуть ли не покушение на Грааль. Игорь не мог быть неправ. Даже если из-за его амбиций доверившиеся ему люди оказывались в опасности.

А тут Рита, коза такая, посмела сказать вслух, что лучше всего репутацию клуба портит сам Игорь, собирая людей на кофе-райд, а потом устраивая из заезда гонку. И замыкающие каждый раз мечутся, собирая отставших, измученных, разочарованных и перепуганных людей и пытаясь как-то им объяснить, что их вины в том, то они отстали, нет никакой. У Игоря ответ на их вопросы всегда был один — надо рассчитывать свои силы и не садиться не в свой поезд. Так они рассчитывали, ё-мое! Только их никто не предупредил, что группа будет гнать, как ошпаренная, растягиваясь и проскакивая на перекрёстках на красный.

Такая постановка вопроса шла вразрез с линией партии.

Поэтому смутьянку Риту снова принесли в жертву раздутому эго Игоря, и никто не посмел за неё вступиться. В который уже раз. Последняя такая дискуссия закончилась их расставанием, а теперь её ещё и из городского клуба выперли. Зашибись.

Может, и в самом деле продать слот? Они кончились ещё вчера, и наверняка кому-то не хватило, с руками оторвут. Видеть Игоря она больше не может, а на гонке они обязательно пересекутся. Не смогут не пересечься, на кемп явится вся городская тусовка — не участвовать, так поболеть за своих, а потом всю ночь выплясывать у костра. А от Риты там теперь будут шарахаться, как от прокажённой.

Она замерла, вздохнула и снова задёргала мышкой.

Отказаться от участия — значит сдаться. Игорь обязательно вывернет это в свою пользу. Дескать, Рита знает, что неправа, не хочет это признавать, потому и носа от стыда не кажет. Да ни за что. Она из принципа будет участвовать. Чего бы это ей не стоило.

Рита бросила взгляд на часы — сорок девять минут, и щёлкнула по кнопке “Отправить”. Теперь у Чайкина есть никому не нужная презентация, на которую на его сраном совещании никто даже не посмотрит. Они не для этого собираются, а для того, чтобы сообщить друг другу, какие они все тут молодцы. А эти презентации — как бубны на совете африканских вождей: аксессуар обязательный, но зачем они нужны, никто давно не помнит.

Фух. Одним геморроем меньше. Кровавая пелена потихоньку таяла, сгустившись в плотное алое пятно.

Перед глазами у Риты маячил предмет, никогда не появлявшийся ранее в её рабочем кабинете, да и теперь неизвестно откуда взявшийся — небольшой круглый букет из кроваво-красных роз, заставляющий чувствовать себя заслуженной матроной, которой его принесли к юбилею. Букет обнаружился на столе ещё утром, и Рита долго пялилась на него так, словно подозревала у себя галлюцинации.

— Тайный поклонник у тебя завёлся, Марго, — прокомментировал находку Петя, ставя букет в пивную кружку — ни одной вазы у них в кабинете сроду не было.

— Откуда это взялось?

— А непонятно. Парни утром нашли, висел на ручке двери.

Варяги переглянулись и синхронно затрясли головами, подтверждая Петины слова.

— Так может, это не мне? Кабинетом ошиблись, например?

— Да некому тут больше. Но вообще-то он точно тебе, там карточка есть.

Рита просунула пальцы между алыми бутонами и вытащила картонку. Всего одно слово, нацарапанное наспех печатными буквами. “Рите”. Да, пожалуй, тут ошибиться было нельзя.

— А ты любишь цветы, Рита? — поинтересовался Женя.

Справедливый вопрос. Тот, кто притащил сюда этот веник, явно им не задавался.

— Да я… в целом без восторгов.

— Неужели тебе совсем неинтересно, кто же это так потратился? — Петя осторожно запустил руку в густые листья, стараясь не поцарапаться. — Раз, два… девять штук. В копеечку букет влетел. Да и не у метро покупали.

— С серьёзными намерениями парень! — кривоватая ухмылка Жени начинала раздражать. — Подозреваешь кого?

— Ни одной идеи, — отбоярилась Рита.

А теперь эти дурацкие розы, пьющие искривлёнными стебельками воду из Петиной кружки, и вовсе смотрелись, словно на похоронах.

Только Рита выдохнула и потянулась к чашке с остывшим кофе, как телефон ожил снова. Чайкин всё же решил выяснить, как в выданный ему бубен эффективнее стучать.

— Семён Наумович, а сборку на стенд уже поставили? — спросила Рита, выбираясь из рабочего кресла. — Чайкин статус запрашивает. Торопится наверх отчитаться.

Хипан заметно смутился и покосился на Фёдора. Тот единственный из всех присутствующих умудрялся делать вид, что в кабинете ничего не изменилось.

— Что случилось? — почуяла неладное Рита.

— Не справились мои парни. Не смогли.

— Опять?

— Без инструкции, говорят, не разобрались.

— Это как? — распахнул зелёные глаза Женя. — Да чего там разбираться, деплой абсолютно стандартный! Вы мне, конечно, рассказывали, что у вас за кадры в подчинении, но это как-то…

— Непрофессионально, — припечатала Рита, пытаясь не сгореть со стыда перед разработчиками.

— Не держатся у нас нормальные, Жень, — пряча глаза, ответил Семён Наумович. — Как только научу чему-то, сразу увольняются. Город-то большой, есть кому оклад поприятнее предложить. Ей-богу, они у нас как мотоциклисты, каждый год новые. Я уже и имена перестал запоминать.

— А ведь была инструкция-то, Семён Наумович, — подал голос Фёдор. — Я лично её писал, чтобы даже домохозяйка смогла развернуть. Насколько я помню, это с вашей стороны обязательное требование было. В репозитории должна лежать. Там отдельная папка со всей документацией.

Семён Наумович взялся за телефон.

— Нету, говорят, — покачал он головой, отнимая трубку от уха.

— Подождите, да не может такого быть, — Фёдор застучал по клавиатуре, и спустя пару минут лицо вытянулось и у него: — Жень, а её тут и в самом деле нет. Что за ерунда?

— Выложи ещё раз, да и дело с концом, — зевнул уставший Женя. — Грохнули, поди, случайно, а теперь отмазываются.

— Придётся продлевать срок работ, Рита, — Хипан потёр пальцами подбородок. — Там весь процесс не меньше, чем на четыре часа, а задерживаться мои парни не любят. Сегодня никак не сможем развернуть. Из-за такой ерунды день потеряли.

— Ладно, — вздохнула Рита. — Выкручусь как-нибудь перед Чайкиным. Только вы уж, Семён Наумович, распечатайте своим мурзикам сегодня эту инструкцию и на стену гвоздями приколотите, чтобы они больше не говорили, что не видели. Завтра кровь из носу должно всё на стенде быть. Пойду к Чайкину на ковёр.

— Рита, можно я с тобой? — поднял взгляд от монитора Фёдор. — У меня к Георгию Вениаминовичу тоже пара вопросов образовалась.

Сквозь тяжёлые шаги Фёдора по коридору Рита слышала из-за спины его тихий голос:

— Рит, я клянусь, что файл там был. Я в пятницу лично его видел.

— Думаешь, специально удалили?

— Думаю, да. Тот, кто это сделал, должен был хорошо знать, что ваши криворукие сисадмины без него не справятся.

— Да не секрет это, Федя. Не первый раз уже они такое выкидывают. Кончится всё тем, что они снова скажут, что у них лапки, и развёртывать будете вы с Женей лично.

— Могу и сам, не проблема, но тебе не кажется, что это уже похоже на саботаж? Вот мне с начальником вашим и надо переговорить. Есть у меня одна мыслишка, кому это всё могло понадобиться.

— Только давай не в лоб, хорошо? Он непредсказуемый, может наломать дров, — Рита взялась за ручку двери в кабинет Чайкина.

Тот уже вовсю разглядывал презентацию, судя по отражению корпоративного дизайна в его фальшивых линзах.

— О, Кудряшова, наконец-то! Пока ты шла, я уже сам разобрался. В принципе…

— Георгий Вениаминович, у нас к вам есть деликатный разговор, — сходу взял быка за рога Фёдор.

Меньше всего Рите в этот момент показалось, что Фёдор собирается быть деликатным. На нём это слово сидело, как позавчера — дедов халат.

— Это насчёт биллинга? Он уже на стенде?

— Задерживаемся, Георгий Вениаминович, — не моргнув глазом, ответила Рита.

— По скорректированному плану срок сегодня.

— Нашли неточность в скрипте, сегодня поправим, — Фёдор не дал ей вставить ни слова, словно торопился на пожар. — Но речь действительно пойдёт о биллинге. Георгий Вениаминович, признаюсь вам честно, я даже не знаю, как начать… настолько всё… Понимаете, произошла странная ситуация. На меня вышли люди из некоей “Гамма-Линк” и сделали, простите, чисто конкретное предложение.

— Какое? — засуетился Чайкин. Ручка, которую он крутил в руках, замерла, а потом мелко застучала по краю стоявшей тут же фарфоровой чашки со свежим кофе, от которого ещё шёл лёгкий пар.

А информация-то его задела, подумала Рита. Вон как глазки забегали. Начальник стал напоминать Рите какого-то мелкого хищника, вроде хорька, лапу которого прищемило капканом, но он пока рассчитывает её оттуда выдернуть.

— Передать им исходники биллинга за вознаграждение. Я, разумеется, послал их подальше, но хочу узнать у вас, что это за люди и почему они меня побеспокоили.

— Конкуренты наши, — Чайкин прекратил барабанить по чашке, стащил с носа очки и уставился на Фёдора. — Стало быть, со своим подрядчиком у них проблемы вышли, раз они к чужим подходы ищут. Не волнуйтесь, нам это только на руку.

— Что за проблемы?

— Да понимаете, ходят слухи, что подрядчик их крупно подставил. Не то, чтобы прямо спланированно — у них основной разработчик неожиданно за границу уехал, уж не знаю, почему, и теперь в проекте пытаются разобраться другие люди. А это время. Поэтому нам и надо быстренько ковать, чтобы успеть первыми.

— Зачем?

— Чтобы их окончательно свалить. Простите, вы в нашем рынке хорошо ориентируетесь?

— Совсем никак, — признался Фёдор. — Поэтому к вам и пришёл за разъяснениями, что тут за ерунда происходит.

— Я так и думал, — Чайкин развалился в кресле и вернул очки на нос. — Понимаете, “Коннект-Телеком” и “Гамма Линк” — игроки примерно… одной весовой категории. И они, и мы сейчас существуем практически в ноль, чтобы была прибыль, и нам, и им требуется поднять тарифы на наши услуги. Но можно и не поднимать, если снизить расходы. Разработанная “Авалон Системс” биллинговая система с приложением даст нашим клиентам возможность самостоятельно управлять своими услугами через личный кабинет, и нам больше не нужно будет столько операционных офисов. Это, знаете ли, очень дорогое удовольствие — аренда помещения, зарплата операторов… Оставим парочку, остальные распустим. А то и вовсе оставим только онлайн.

— И тот, кто внедрит биллинг первым… — начал понимать Фёдор.

— Выиграет всё! — Жора сцепил руки на начинавшем намечаться пузе. — Опоздавший будет вынужден из-за выросших расходов поднять тарифы. И клиенты перетекут туда, где дешевле. Это очень хороший шанс разорить “Гамму-линк” и скупить их на корню по дешёвке. А потом можно и тарифы поднять, никто не помешает. Поэтому биллинг для них — вопрос выживания на рынке. Как и для нас. Жаль даже, что вы их послали, Фёдор, эээ… извините, не знаю вашего отчества. Сейчас имеет значение каждый день, и если бы вы взяли пару дней на подумать, мы бы увеличили фору.

— Мне показалось, что это попытка втянуть меня в промышленный шпионаж. Я в таком не участвую. Ваша служба безопасности именно поэтому настояла на нашем личном присутствии?

— Да. Никто снаружи не должен иметь доступа к репозиторию и серверам. Даже вы. А внутри компании у Кристины Викторовны всё под контролем.

— Простите? — Фёдор непонимающе уставился на младшего Чайкина.

— Ну, Кристина Викторовна Воронцова, это она у нас безопасностью заведует. Все доступы она визирует лично, у неё мышь не проскочит, не беспокойтесь.

— Вы и своих сотрудников подозреваете в корысти, не только нас?

— Как их не подозревать, если они через одного готовы уволиться только потому, что в другом месте оклад больше предложили? Тут за дело только у меня душа болит.

Перед Ритой снова заплескался рассосавшийся было красный туман. Интересно, а Чайкину, точнее его отцу, не приходило в голову, что сотрудникам можно больше платить? И тогда они не будут искать место пожирнее и пытаться заработать левые деньги? Конечно, душа болеть будет, если от удачного внедрения зависит Жорино повышение, а в случае факапа даже отец не сможет протолкнуть его выше.

Она смотрела на начальника и понимала, что этот самодовольный клоп даже не свои мысли сейчас Фёдору пересказывает. Это мысли его папаши, иначе кто бы в здравом уме вообще доверил младшему Чайкину такую стратегическую информацию, которую он сейчас вываливает первому встречному. Ведь теоретически Фёдор сам мог быть крысой, которую они так активно разыскивают, потому-то Жора так легко и поверил в придуманное на коленке враньё насчёт подката со стороны конкурентов. Разработчику даже в репозиторий лезть не надо — наверняка все файлы и у него самого имеются. Рита могла исключить его из подозреваемых только по одной причине — всю поездку он был у неё на виду. И у него совершенно точно не было подседельной сумки. Этот дурачок поехал на сотню с рюкзаком.

К тому же, Чайкин трепался сейчас не только перед Фёдором, но и перед ней, а если бы был чуть поумней — моментально выставил бы её за дверь, чтобы не дать ей узнать, что “Гамма-Линк” готова заплатить за файлы любые деньги. Ведь она сама идеальный кандидат в шпионы: выгоревшая, с дорогостоящим хобби и окладом, не позволяющим заниматься им так, как хотелось бы. И с доступом ко всем исходникам, пусть и не напрямую, а через одни руки. Фёдор не подозревает её ровно потому же, почему и она его. Она тоже всё время была у него на виду.

— Эй, Кудряшова, ты меня вообще слушаешь? — Чайкин повысил голос и Рита вывалилась из своих размышлений обратно в его кабинет.

— Задумалась, Георгий Вениаминович.

— Думай лучше о том, где вы велики теперь парковать будете. Ваша парковка занимает два автомобильных места, поэтому завтра её срежут. Я тебя заранее предупреждаю, чтобы сюрпризом не было.

Рите показалось, что её ударили. Она со свистом втянула воздух в лёгкие, чтобы как-то продышать услышанное.

— Постойте… постойте, а как же клуб?

— Ты ещё не поняла? Нет у нас больше официально никакого клуба. Я ж тебе тут втолковываю, что руководство велело вам больше финансирования не выделять. Времена суровые, каждый рубль на счету. И парковку велено за счёт вашей бандуры расширить. Её ставили на двадцать человек, а вас шестеро всего. Неэффективно.

— А… похода в этом году не будет? Мы уже объявили…

— Можете сами сорганизоваться, если хотите. Это же в выходные, работе не мешает… Эй, куда ты? Я ещё не закончил.

— Ребятам надо сообщить, — бросила Рита и выскочила за дверь, чуть не сбив с ног окликнувшую её в приёмной Надю.

Глава 6

Фёдор отыскал её на лестнице, привалившуюся к стене и размазывающую по щекам слёзы и сопли, которые она никак не могла остановить. Никаких сил, чтобы вернуться в общий кабинет, у Риты не осталось. Ноги просто не шли туда, где придётся объяснять Пете, что они все теперь сами по себе.

— Выйдем во двор, Рит? Поговорим, — неловко предложил Фёдор, и она автоматически кивнула.

Надо попытаться взять себя в руки. И свежий воздух — то, что доктор прописал.

Кое-как, цепляясь одной ногой за другую, Рита выползла во двор и уселась на скамейку, где уже точили лясы две курящие девицы, взглянувшие мельком сквозь неё и снова вернувшиеся к обсуждению громкого развода известного репера и модели, с которой он успел прижить троих детей. Фёдор потерялся где-то по дороге, но Рите показалось, что это и к лучшему — он уже и так стал случайным свидетелем её безобразной истерики, которую она бы предпочла не демонстрировать ни единому человеку на свете. Людей со слабостями обычно с большим удовольствием используют все, кому не лень.

Медленный вдох. И такой же медленный выдох.

Так, что мы имеем с гуся? Свой велик она, пусть и не без беспокойства, может парковать и у МФЦ рядом с офисом. Их основные клиенты не в том возрасте уже, чтобы пользоваться велопарковкой, и она обычно пустует. Просто замок нужен понадёжнее, а так... И камера висит. Разве что Женин велик там оставлять нельзя — такую дорогую игрушку разберут на части прямо под камерой, но спасение утопающего в данном случае — забота самого утопающего, выкрутится.

Деньгами своими Чайкины пусть подавятся, отменять поход она не собирается. У них с Петей уже и маршрут готов, и стоянка у озера присмотрена. Скинутся ребята на еду и всё. С гонкой вот сложнее. Тренироваться можно самостоятельно, без плана. Просто на это надо выкроить время.

Да и желание где-то найти, шепнул тихий голосок где-то глубоко внутри.

Девицы за её плечом закурили по второй и перешли к перечислению недвижимости скандальных селебрити, подлежащей разделу, и подробностей их брачного контракта, делая справедливый вывод, что без толкового адвоката модель, даже несмотря на свой выводок, вполне может остаться с голой жопой не только на рекламных фото в журналах.

В носу снова защипало. Да что ж за сволочи-то кругом, а? Вот ей-богу, если бы она прямо сейчас знала, кто в их офисе шпионит в пользу “Гаммы Линк”, она бы три раза подумала уже, стоит ли его сдавать, настолько руководство “Коннект-Телеком” было ей отвратительнее любого патентованного злыдня. Даже отвратительнее Игоря, у него хотя бы логика какая-то прослеживается.

— Держи, тебе умыться надо, — возникший из ниоткуда Фёдор протягивал ей пластиковую бутылку с водой.

Девицы побросали сигареты и испарились со скамейки, стоило ему только обратить в их сторону многозначительный взгляд.

Понятно теперь, куда он пропадал — тормознул у вендингового аппарата, давно покрытого пылью, потому что покупать там что-то втридорога в конторе дураков не было.

А теперь, стало быть, нашёлся один.

Не дожидаясь её ответа, Фёдор свернул с бутылки крышечку, и она покорно подставила ладони под прохладную воду, а потом опустила в неё опухшее от слёз лицо, разбрызгивая половину на подол. Когда Рита подняла взгляд, в бутылке уже не осталось ни капли. Жаль, пара глоточков ей бы не помешала. В горле продолжало першить, и любой звук лип к нему, не выходя на волю, даже нытьё.

— Пить хочешь? — Фёдор, словно фокусник, вытащил из-под мышки ещё одну бутылку, на этот раз с колой.

Будто мысли читает, не иначе, мелькнуло в голове у Риты, пока пальцы принимали у него бутылку со сладкой жижей.

— Спасибо, — буркнула она, утолив жажду.

— Где ты теперь парковаться будешь?

— Да у соседнего здания. Велика беда.

— Я тогда тоже там буду, — Фёдор уселся на скамейку рядом с ней и подставил лицо солнцу. — Я с Женей в гонку вписался, мне теперь тренироваться надо. Завтра же начну в офис на велике ездить.