Взорванный Донбасс

- Что, покататься не предложили? - спросил его Толик.

- Да нет, мне и не надо, я ещё на серфингах не катался. Сейчас посмотрим, поучимся.

Как выяснилось далее, учиться было особо нечему, а вот посмеяться повод был.

Отец Сони – спортивный и ещё вполне молодой человек, лихо кинулся укрощать серфинг, но далеко не сразу сумел удержать равновесие на доске, и несколько раз плюхался в воду, поднимая облако брызг. Человеком он был, по всей видимости, упорным и попыток своих не бросал, не обращая внимания хихиканье, загорающей на пляже публики. Она, утомлённая солнцем и ленью, была рада понаблюдать бесплатное шоу. Укротитель заморского плавсредства наконец закрепился на доске и даже стал устанавливать над ней парус, поднимая его за верёвку. Однако парус, как и доска, тоже оказался строптивым, и непрерывно падал в воду, причём валился то на одну то на другую сторону, раскачивая отчаянного серфингиста и вынуждая его соскакивать в воду. Наконец ему это занятие надоело и, крикнув дочери:

- Держи серфинг за веревку, я за кедами. Ноги скользят, - покинул пляж.

Соня взяла верёвку в руки, стараясь не дать волне утащить серфинг в море, но стоило папе скрыться с глаз, как она удивительно ловко вскочила на доску и, рывком подняв парус, заскользила по волнам по одобрительные хлопки отдыхающих.

- Вот даёт девчонка, видно умеет, а папахен валенок, хоть и мачо, - с восхищением сказал Петя, глядя как девушка, широко расставив свои длинные стройные ножки, легко удерживает равновесие на доске.

- Да, уж утёрла нос папику, а так посмотришь, шкиля-шкилей, а на самом деле крепкая, - поддержал его восхищение Толик.

Не успели зрители обсудить такой феномен победы девчонки над серфингом, как его уже унесло далеко в море, и фигурка девушки над водой стала не больше стрекозы на ветке. Потом она и вовсе исчезла. Заинтересованные зрители вскочили на ноги, пытаясь понять, куда пропала девчонка. Только дальнозоркие разглядели, что она барахтается в воде, пытаясь забраться на доску. Подождав немного Петя, сказал приятелю:

- Ты гони к дяде Лехе, пусть организует спасательную лодку, а я поплыву за ней. Похоже, ей там сейчас невесело.

Недолго думая, он кинулся в воду и быстро преодолев широкую илистую мель, поплыл в направлении незадачливой серфингистки, отметив, что вода в Азове хоть и грязная, но сравнению с Черным морем, но практически пресная. Приближаясь к терпящему бедствие серфингу, Петя понял, что Соня пытается залезть на доску, но то, что у неё хорошо получилось на мелководье, тут на глубине не получалось ни в какую, да и силы уже были на исходе. Когда до доски оставалось не более пятидесяти метров, девушка увидела плывущего к ней спасателя и, прекратив свои попытки обуздать серфинг, легла на него поперек и начала беспечно болтать ногами, всем своим видом показывая, что все у неё в порядке, просто решила искупаться.

- Привет, Сонча? Тебе тут не скучно? – весело спросил ее Петя, пристраиваясь рядом.

- Видишь, загораю, и почему это вдруг Сонча? - косо взглянула на него девчонка, не выразив на лице ни благодарности, ни радости от того, что она теперь не одна с этой неуправляемой доской.

- Я вообще-то Пётр, разрешите представиться, - церемонно ответил Петя, скрывая тот факт, что догнать серфинг ему было нелегко, - а вот вы, мадмуазель, далеко не Соня, а самая настоящая Сонча. Потому, что Соня никогда бы не рискнула встать на этот неуправляемый снаряд, а девочка Сонча, такая же дерзкая, как ваше южное солнце сделала это, не задумываясь о последствиях.

- Ты, что из России? – ответила на его сентенции девушка.

-Точно, с оттудова, как говорит мой друг Толик! А как ты догадалась? Я же в одних плавках, ни тебе косоворотки, ни плисовых сапог, ни гармони, ни бутылки самогона за поясом, ни медведя рядом.

- А чего тут понимать? Я бы в осадок выпала, если бы кто-то из наших так загнул: «рискнула», «дерзкая», «последствия» и «г, г, г, г, г».

- Что не нравится? Мне тут уже ставили на вид, что я шкодно разговариваю, а я просто Шкодин Петр и говорю по-питерски.

- А чего ты сюда припхнулся?

- Да, лексикончик у вас, мадмуазель, еще тот! Но, если припхнулся, означает - «приплыл», отвечаю, спасать мисс Приазовье, терпящую бедствие в водах Азовского океана.

- Припхнулся на Украину. Что москалям Крыма мало?

- Ах вот оно что! Я имею дело с мадмуазель Укропчик! Ну ладно, я тогда поплыл дальше, может быть, там хорошие девчонки тонут. Или всё-таки будем спасаться?

- А почему ты в шляпе плаваешь? - вместо ответа спросила Соня.

Петя, как вышел на берег в панаме, так и поплыл в ней в море, резонно полагая, что в воде загореть можно сильнее, чем на суше. Панаму защитного цвета с большими полями с двумя дырочками на боку он купил в Питере и носил, глубоко надвинув на лоб, чтобы солнце не припекало полосы ожогов на лице, а люди не донимали его вопросами, что на нем начерчено. В воде поля панами намокли и обвисли, ещё больше занавесив лицо.

- Это моя купальная шапочка, к тому же, я уже совсем лысый, и не хочется, чтобы лысина обгорала на вашем сумасшедшем солнце.

- Брешет ты все, слишком молодой, чтобы быть лысым, - сердито заявила Соня, давай поплыли к берегу, я уже замёрзла.

- Да, уж в любезности вас мадам, не заподозришь, - заметил Петя и, развернув доску носом в берегу, положив на неё парус, предложил:

- Плывём к берегу, будем за края держаться и ногами работать, так сказать, на двухмоторном двигаться. Ты раньше то, каталась на серфинге? - поинтересовался он, когда расстояние между ними и берегом стало сокращаться.

- Нет, а что? – последовал нелюбезный ответ.

- Ну, ты и отчаянная, не каталась, а взобралась и понеслась.

- У нас тут все смелые. Только полезьте, отдачей замучаетесь, - сердито ответила она.

Потом плыли молча, и когда до берега уже оставалось половина пути, от него отошла лодка, на вёслах которой сидел Толик и отец Сони.

Отец не стал выговаривать дочери за то, что чуть не умер от страха, когда узнал, что её унесло в море, он не хотел позорить себя и ее перед незнакомыми парнями, и, поравнявшись с серфингом, он только сказал:

- Залезайте в лодку, веревку отдай мне.

Привязав серфинг к корме, он молчком сел на весла, и через пять минут лодка упёрлась носом во влажный песок пляжа.

- Вадим, - подал мужчина руку Петру. - Спасибо тебе за дочку.

«Крепкая у папаши хватка, - заметил Петя после обмена рукопожатиями. - Силён мужик, только с серфингом сплоховал».

- Так, спасатели, - продолжил Вадим, - Толик мне уже доложил, что вы живёте в доме у Лехи и с утра съели только по куску жареной рыбы. Так что приглашаю вас на обед, отметим славное спасение этой экстремалки. - При этом он с такой любовью взглянул на стоящую рядом хмурую Соню, что не было никакого сомнения, что дочь для него в этой жизни все: и радость, и любовь. - А пока помогите мне донести эту непутёвую доску до дома, - кивнул он в сторону серфинга.

Доску с парусом несли втроём и сразу за первым рядом домов уперлись в высокий длинный забор, обложенный темной кафельной плиткой, смахивающий на скучную тюремную стену. Это впечатление усиливала бронированная калитка с домофоном и глазком видеонаблюдения.

«Не хило! - подумал Петя, - Серьёзно устроились».

За мрачным забором открывался вид на большой серый дом, современной архитектуры в стиле хай-тек, окруженный зелёным газоном с пятнами цветов. Стоило открыться воротам, как к вошедшим с весёлым лаем выскочил пёс. Он был по- настоящему красив: рыжий окрас с белым подпалом, аккуратные острые ушки и умная морда с чёрными глазами.

- Персик, Персик, - запричитала над ним Соня, склонившись к псу. - Где ты был, почему ты меня не спасал?

Перс припрыгивал от радости и норовил лизнуть хозяйку в нос. Оригинальным было и внутреннее убранство дома, с большим холлом и картинной галереей на первом этаже и тремя спальнями и обширной открытой верандой на этаже втором. Поражало то, что в этой загородной, стоящей на берегу моря вилле, было мало окон, посему в доме на всех этажах было сумрачно и горел свет, а сам дом фасадом бы развернут не в сторону моря, а на лиманы.

- А почему ваш дом развернут на лиманы? – поинтересовался Петя у проводившего экскурсию по вилле Вадима.

- Вид на море все равно соседние дома загораживают, а лиман ничем не закрыт и вечером с веранды мы наблюдаем за закатом солнца. Великолепное, я вам скажу, зрелище! Может быть, и вы полюбуетесь, дело к вечеру. А пока пойдем, посмотрим, что там нам молодая хозяйка большого дома приготовила.

- Не молодая хозяйка, а маленькая,- вышла из кухонной ниши Соня, мрачно насупившись. - Я что-то не пойму, почему мужчины ходят в помещении в головном уборе?

При этих словах она неожиданно подскочила к Петру и стащила с его головы панаму, которую он так и не решался снять.

- А! Я же говорила, что брешет! Нет, у него лысины, а есть рыжие кацапские лохмы! - заскакала Соня по комнате, размахивая над головой ещё не высохшей панамкой.

- Соня, ты чего спятила? Как ты гостей встречаешь? – прикрикнул на девчонку отец. - Ребята не обращайте на неё внимания, проходите в холл.

В просторном холле нижнего этажа здания с огромным плазменным телевизором на стене, вокруг низкого стола, заставленного тарелками с бутербродами, стояли глубокие плетёные кресла, с белыми подушками.

- Присаживайтесь, - широким жестом пригласил хозяин.

Петя сразу откликнулся на его приглашение и буквально утонул в мягких подушках кресел, а Толик, в видавшем виды спортивном костюме, долго топтался, не решаясь присесть. В конец концов он с виноватым видом все же сел на краешек кресла, бросая жадные взгляды на тарелку с бутербродами. Однако до них дело дошло не сразу. Вначале выпили вина за счастливое спасение Сони, которая, однако, не разделяла всеобщей радости, а сохраняла мрачное выражение лица. Как ни странно, это её совсем не портило. Красавицей её вряд ли можно было назвать, но неправильные черты лица её были так удачно подогнаны друг к другу, что и улыбаясь, и хмурясь она выглядела весьма привлекательно и наверняка знала об этом. Когда была выпита уже вторая бутылка французского вина, Вадим, желая видимо вывести дочь из сумеречного настроения, сказал:

- Соня, что ты все дуешься? Все ведь хорошо закончилось. Ты спасена, теперь давай развлекай гостей.

- Я дуюсь? – вдруг встрепенулась Соня. – Ничуть ни бывало! Сейчас развлеку.

После этих слов она встала перед телевизором и голосом ведущей школьного концерта объявила:

- Выступает Петренко София. Песня. И тут же затянула: Вино, пиво, водочка, плывет по морю лодочка.

Пела она, кривляясь и пританцовывая. Парни недоуменно смотрели на неё, не понимая, шути она или все это всерьёз.

- Соня, ты чего? - перебил ее отец.

- А что не нравится? – округлила глаза девушка. – Тогда спою русскую народную: «Гуляй Россия и плачь Европа, а у меня самая, самая, самая красивая опа!».

Исполняла она этот куплет, повернувшись к зрителям спиной и похлопывая себя по упругим ягодицам.

- Так, все понятно, у нас истерика после пережитого стресса. Идемте парни, я вам лучше картины покажу.

Ребята ушли, а Соня демонстративно уселась смотреть телевизор.

«Странная девчонка. Совсем на Ирину не похожа. Та мила и скромна, а это просто чертёнок какой-то. Вредничает, злится, придуривается. Чего ей неймётся?». – раздумывал Петя, переходя от одной картины к другой. Как он не старался все забыть, но мысли об Ирине постоянно приходили в голову. Её образ неотступно преследовал его, заставляя сравнивать со всеми попадающимися на пути девчонками. Его мучили эротические сны, где они были вместе, и он стонал от подступившего желания. Однако глубокая мужская обида за то, что не поняла, не поддержала в нужное время, уткнувшись в свои проблемы, останавливала его и не давала возможности набрать номер её телефона и крикнуть в трубку: «Ириска, я люблю тебя!» Сама она так и не позвонила, а он ждал звонка с той самой минуты, как они расстались у метро.

Задумавшись, Петр вначале даже не понял, что автором, картин, развешенных по стенам просторного холла, был хозяин дома, так не вязались эти полные тонкой поэзии полотна с чайками, морем и ковыльной степью с брутальным видом хозяина. «Ему бы крутые тачки писать или гонки, а он птичек и цветочки рисует. Странная семейка, одна злючка, а это лирик - тяжеловес», - удивлялся молча Петя. Когда осмотр вернисажа закончился, Вадим предложил парням подняться на веранду полюбоваться закатным солнцем.

- А можно я телик посмотрю? Давно не видел. У Лехи нет, - попросил его Толик.

- Да, пожалуйста, а мы с Петром пойдем, полюбуемся закатом, с готовностью ответил Вадим.

Лиман в лучах заходящего солнца выглядел потрясающе. Главной частью закатной картины было солнце, ярко красное ярило, садящееся в ярко алые облака, укрывавшие горизонт.

- Ветер завтра будет, солнце красное и облака, - произнёс Вадим, потом помолчав неожиданно спросил:

- Скажи, зачем это тебе?

- В смысле чего? – удивился такому вопросу Петр.

- Зачем тебе лезть в наши местные разборки?

- Я вас не понимаю. Какие разборки? - искренне удивился Петя.

- Все ты прекрасно понимаешь, - раздражённо заметил Вадим. - Могу спросить яснее: зачем ты сюда приехал, зачем собрался воевать, зачем решил отдать свою молодую жизнь за чужие интересы, о которых не имеешь ни малейшего представления?

- Странные какие-то вещи вы говорите…, - начал было уходить от ответа Петр, удивляясь, откуда известна Вадиму цель его приезда в Донбасс.

- Ничего странного в моих вопросах нет. Я знаю, что Леха промышляет извозом добровольцев в Донбасс. Тут многие об этом знают, но молчат. Народ ещё не понимает за кого держаться, и чья возьмёт. Если бы были уверены, что новая власть победит, давно бы сдали Леху, что набрать себе очки. Народ местный совершенно безыдейный. Никто из них не работает, а поэтому от любой власти хотят только одного, чтобы их не трогали.

- Да, Алексей Валерьевич говорил, что здесь никто не работает, - решил увести разговор от опасной темы. Я только не пойму, чем живут?

- Это ты Леху так величаешь? Я и не знал, что у этого балабола такое пышное имя и отчество. Я у него рыбу покупаю. Сам ловит, и греки ему дают, он им сети вяжет. Леха зарабатывает на всем, лишь бы не сильно напрягаться и быть вольной птицей. Тут действительно никто не работает ни на заводах, ни у фермеров. Кто рыбачит, что помидоры растит, кто отдыхающих в сараях держит, а кто, как Леха, зарабатывает всем, чем придётся. Они и в Союзе не работали. Власть никогда особо не почитали, ну а теперь совсем в анархию ударились. Но ты меня от темы не уводи, зачем воевать собрался?

- Я еду в Донецк к деду, родители попросили его проведать, а он меня сюда отправил покупаться и позагорать. Я всего на три дня и назад.

- Не хочешь говорить, не говори, но меня послушай. Здесь начинается кровавый замес, мясо полетит по всему Донбассу. Сейчас долбят Славянск, потом по всему региону пойдёт. Замутили это все наши донецкие олигархи, когда киевские клоуны с днепропетровцами решили у них заводы отжать. Однако, по глупости своей, власть они из рук отпустили, поссорившись с Янеком. Донецкий криминал долго его растил, наверх своего человека протолкнул, легализовался при нем и стал самой уважаемой частью общества. Днепровских смогли победить, всей страной стали управлять, отстёгивая своему гаранту и протеже по малости. Однако, Янек став президентом, тоже захотел свой кусок масла на свою краюху хлеба. Терпел, пока сыны не подросли, а потом давай своего требовать. Свою банду сколотил, своих людей в силовые структуры поставил. Забыковал и давай оставшуюся госсобственность себе отжимать. Его друзья - олигархи возмутились: «А нам?» и, объединившись со своими конкурентами – днепропетровскими, замутили Майдан, сваливший прежнюю власть. Янек со своей «семьей» быстро слинял, а они остались. Однако быстро догадавшись, что попали - сожрут их днепропетровские и центровики - давай народ в Донбассе баламутить, захватывать одну горадминистрацию за другой, своих ребят там сажать. Типа, народ власть в руки взял. Создали народные отряды самообороны из своей и нанятой братвы. Мало того, перетерли с русскими бизнес- партнерами и те им командос выслали, во главе с бывшим ГРУшником Стрелецким, чтобы изобразить поддержку России.

- Вы, что хотите сказать, что Стрелецкий с командой пришёл в Славянск по приглашению местных олигархов? - удивлённо спросил Петя.

- А ты что решил, что идёшь воевать в отряде с российских Робин Гудов, которые вдруг собрались и пришли помогать братскому народу? Запомни, только одиночки могут быть добровольцами, а если в Донбасс зашёл отряд, пускай и из пятидесяти человек, то наверняка по предварительному сговору и при спонсорской поддержке. Я даже знаю этого спонсора, мы с ним пересекались по бизнесу, он спасителя России из себя изображает. Стрелецкий у него отдел безопасности возглавлял. Это человек войны, воевал во всех горячих точках, поэтому быстро собрал команду и вперёд за русский мир в Донбассе! Не Кремль же выслал его воевать Украину такими малыми силами? Причём заметь, никто их не тронул: ни милиция, ни СБУ, ни внутренние войска. Такое могло быть только, если все делалось по воле хозяина Донбасса, которым является наш олигарх Алиев. Однако, Киев, не будь дурак, буром попер на Донбасс за алиевским добром. Новоявленные руководители Неньки «щирые украинцы» Турчинов с Яценюком антитеррористическую операцию (АТО) объявили, войска послали Славянск воевать. Ещё один палестинский казак Коломойский Беня раскошелился на добровольческие батальоны и, совершенно не стесняясь, назвав их жидобандерами, послал их на помощь АТО. Наверняка ему металлургические заводы Донбасса были обещаны. Вот началось рубилово за большие бабки. Зачем оно тебе?

Вадим говорил это очень эмоционально, было видно, что высказанное не было экспромтом, а это его продуманная и выстроенная позиция.

- Для чего я тебе все это рассказываю? – спросил он Петю. - Просто вижу, хороший парень приехал, по всей видимости, мстить, не понимая, что отомстить можно только одному, ну группе людей, а системе отомстить нельзя, можно только погубить себя.

- Я вам повторяю, что я приехал сюда отдыхать и скоро возвращаюсь назад, но если бы даже приехал мстить, то, безусловно, в одиночку бы под ваши танки бы не бросился. Вы же не будете отрицать, что в Донбассе начинается гражданская война? – ответил Петя.

- Да, как это не ужасно звучит, но ты прав. Донбасс запылал. Сейчас во всю грохочет Славянск и все вокруг него, и нет гарантии, что огонь не распространится по всей территории Донбасса. Любому дураку понятно, что разводить костер на ветру на сухой траве нельзя! Однако, наш олигарх Алиев университетов не кончал, что там университетов, школу наверняка не закончил. Никаких законов развития природы и общества не знает. Отнять и убить – знает, как бабки прокрутить, тоже, а вот что такое классовая ненависть и борьба не догадывается. Он зажёг костёр на сухой траве народной ненависти, которая не могла не появиться при том уровне эксплуатации, который был в Донбассе. Ведь простой народ никогда своё советское прошлое не забывал, где все были примерно равны и одинаково бедны. Это их больше устраивало, чем нынешнее положение, когда они с сошкой, а другие с поварёшкой: себе по полной, а рабочим, только чтобы не сдохли. Я ведь тоже бизнесмен и аналогично себя веду. Меня отец и мать - бывшие коммунисты, стыдят, а я говорю, что по-другому нельзя - прогорю. Тем более, мне и конкуренты не простят, если я своих работников буду баловать.

Было заметно, что Вадим немало выпил, как это и хочет покаяться, или, по крайней мере, выговориться, понимая, что беда подступает к его дому, и он сам отчасти в этом виноват.

- Да, с народом у нас промашка вышла. Мы думали, он нам руки должен целовать за то, что ему работу даём, а он только и ждал, чтобы нам красного петуха пустить и народное добро, нажитое в советской стране, вернуть. Стоило этим Майданом власть ослабить, а народу оружие в руки дать, как он в ополчение потянулся. Вожаки для народного бунта всегда найдутся. Кто раньше слышал про Мозговых, Бетменов, Бесов, а теперь весь интернет ими бредит. Ещё бы народные атаманы, требующие народовластия, национализации и равноправия. Что уж про Стрелецкого говорить! Все были уверены, что за ним не какой-то малоизвестный шеф, а вся Россия стоит, и она то, своих в беде не бросит.

Когда наши олигархи поняли, что сами свой дом подожгли, тут же кинулись в Киев договариваться, а те давай пожар керосином тушить: Славянск, Мариуполь, Одесса. А народ в ответ референдум в Донбассе устроил и сказал Киеву: «Пошли вы …, мы теперь независимые!» И понеслось! Я думал, Порошенко придёт, войну остановит и все наладится, а он пришёл ещё инаугурацию не провёл, а уже Славянск стали бомбить с удвоенной силой. Одним словом, беда у нас в Донбассе, и она будет только разрастаться и разрастаться.

- А вы сами за кого? – спросил Петр.

- Я за свою семью, за свой дом и за свой бизнес. Я за мир, так как всему тому, что я люблю, нужен мир.

- А дочка?

- Она за Украину. Им в школе и в универе, сильно мозги запудрили древними украми, русскими оккупантами и европейским происхождением. Кому не хочется считаться великой нацией, прародительницей всей цивилизации? Кому не хочется стать законным, а не географическим европейцем?

- Русским, например, - ответил на этот риторический вопрос Петр.

-Это потому, что вы самодостаточные, а украинцы никак в своей нации не укрепятся, им все подпорки нужны.

- А вы кто по национальности?

- Я родился и вырос в России, но родители этнические украинцы из Чернигова. Уже взрослым переехал сюда, женившись на украинке, здесь основал бизнес, так что теперь и я украинец. Зря ваша пропаганда все твердит, что мы единый народ. Нет этого единства уже давно, и Украина уже состоялась, чтобы кто об этом не говорил. Хромая, бедная склонная к склокам и скандалам, но страна, где большинство не считает себя русскими. Так что знай, без боя они свою Неньку не отдадут, разве что на полное содержание, а оно вам надо?

- Мне Украина не нужна, но и терпеть на своих границах фашистское государство я не хочу. Не мне, так моим детям придётся воевать с нацистской Украиной. Вон главарь ваших фашиков - Ярош говорит, что процветание Украины возможно только в условиях, когда не будет России и призывает воевать с нами. Что мы должны в этих условиях делать? Только бить врага на его территории.

- А так ты идейный оказывается, а прикидывался. Чем ты лучше Яроша?

- Буквально два месяца назад я не был идейным, но дружки Яроша в Одессе мне хорошо объяснили, что будет с русскими, возьми бандеровцы верх. В отличие от него, я не собираюсь завоёвывать Украину, я собираюсь уничтожать здесь фашистов.

- Ах, так ты в Одессе в замес попал, а я смотрю, что это у тебя лицо в ожогах. Тогда хватит дискутировать, тебя не переубедить, но ты должен отдавать себе отчёт, что тебе есть, что терять на этой войне, ты не Толик. Что его - работягу ждёт впереди? Пыль и грязь, тяжёлая работа, нищая зарплата и пьянство от этой скотской жизни. У тебя же вся жизнь впереди: учишься в Питере, парень симпатичный, язык хорошо подвешен, речь правильная - это прекрасный социальный лифт, как сейчас говорят. А ты его хочешь подставить под шальную пулю или ещё хуже под мину или снаряд, который разнесёт его вдребезги. Не жалко?

- Если я скажу жалко, я начну колебаться, а этого, когда собираешься делать серьёзное дело, допускать нельзя, поэтому я отвечу так: Все у меня получится и победа над фашизмом и социальный лифт, - серьёзно ответил на слова хозяина дома Пётр.

- Да, не случайно родители дали тебе такое имя. Петр - кремень в переводе с латыни. Сказал, как отрезал. – Покачал головой Вадим, ладно пусть все так и будет, а пока давай зайдём ещё в одну комнату, которую я вам не показывал.

В комнате со стеклянными стенами - окнами на полу стояли картины, с которых на мир глядело солнце, цветы и сияла радуга.

- Это картины Сони, она не хочет их вешать рядом с моими.

- Я и говорю, что она Сонча, а не Соня, а она не верит, - произнёс Петя, разглядывая картины. – Радостные они, совсем не такие хмурые, как она сама.

- Это что-то на неё нашло. Сам не пойму? Веселая она девчонка. Может быть, в тебе врага видит? Хотя в прошлом году мы были у моих родителей на Урале, и она хорошо дружила с русскими ребятами. Ладно, идём вниз, может быть уже отошла.

Похоже, Соня действительно уже отошла, потому, что на нижнем холле раздавался её весёлый смех, повизгивания и удивлённое бурчание Толика:

- Ты чего, сбрендила?

Как выяснилось, в холле шла битва. Толик сидел, вжавшись в кресло, а Соня лупила его подушкой, сверкая глазами и сияя ямочками на щёчках, которые необыкновенно ей шли.

- Соня, прекрати. Сколько можно истерить? – вырвал из рук дочери подушку Вадим. - Все ты уже не в море, а на суше, хватит, пора приходить в себя. Веди лучше ребят на пляж, они из-за тебя искупаться путём не смогли.