Правило распада

– Нет, я ни в коем случае… – Райли попытался что-то сказать, но его голос сорвался на визгливый писк. – Она же никчемный кусок дерьма, недостойный быть здесь, ты же это знаешь сам.

Беллами перестал быть тенью и двинулся в сторону Райли. Он шел с той же неспешной, хищной грацией, с какой всегда двигался по тренировочному залу. Но сейчас в его движениях была смертельная серьезность.

– Ты знаешь, Райли, из вас двоих кусок дерьма – это только ты, – задумчиво протянул шатен. – Может, ты еще побежишь пожалуешься папочке на то, что девчонка надрала тебе зад на первом же твоем бою? Насколько надо быть жалким, чтобы просить ее ответить за это, да и еще и таким способом?

Райли инстинктивно сделал шаг назад, когда Беллами приблизился к нему. На его лице можно было разглядеть животный, ничем неконтролируемый страх.

– Запомни это ощущение, – голос Арчи был тихим, обманчиво спокойным. Он не двигался, лишь пристально смотрел на Вандервуда, когда тот издал истошный вопль, а его рука искривилась в неестественной позе. – Ощущение гребаной беспомощности.

– Пожалуйста, не надо! – Закричал Райли, падая на колени. Похоже, Арчи реально не шутил, что раздробит ему руку. Похоже, именно этим он сейчас и занимался – ломал ему кости одной, мать вашу, силой мысли.

Я задрожала с новой силой, смотря на все это. Он извивался на полу, корчась от боли и вопя просьбы остановиться, а я ничего не делала и не могла сделать, молча наблюдая за этим.

– Извинись, – все внимание Арчи было сосредоточено на Вандервуде, пока он ломал ему не только кости, но и психику.

– Я н-не буду, – из последних сил проговорил Райли, содрогаясь. Складывалось ощущение, что он вот-вот потеряет сознание.

– Очень жаль, что ты не дорожишь своими ногами, – Беллами покачал головой, и тогда Райли вскрикнул от ужаса.

– Извини! Извини, Прескотт! – Заверещал Вандервуд, а затем рухнул лбом на пол, когда Арчи отпустил его.

– Убирайся, – кинул ему шатен, и Райли предпринял две попытки подняться на едва держащих его ногах, прежде чем наконец смог. Когда его фигура скрылась за поворотом, Арчи наконец посмотрел на меня, а после преодолел расстояние между нами и присел передо мной на корточки.

Тишина, наступившая после ухода Райли, была оглушительной. Я сидела, прислонившись к стене, и пыталась перевести дыхание, втягивая воздух в спазмирующие легкие.

В глазах Арчи вспыхнул гнев, когда он рассматривал мою шею. Складывалось ощущение, что он пожалел о том, что так быстро отпустил Райли. Он едва уловимо взмахнул пальцами, и бретельки моего платья вернулись в то положение, в котором находились изначально. Складывалось еще и впечатление, что эта ситуация как-то лично влияла на него, и дело было вовсе не во мне.

Парень протянул мне руку, предлагая помочь встать, и я от неожиданности ударилась затылком об стену, пока пыталась вжаться в нее еще сильнее.

– Хорошо, что я навеваю на тебя ужас, Прескотт, но у меня нет на это времени, – он тяжело вздохнул. – Давай вставай, я провожу тебя в комнату.

Я недоверчиво посмотрела на него и вложила свои дрожащие пальцы в его. Только сейчас, в попытках подняться, заметила, как сильно меня трясет. Несколько раз мои ноги подкосились на каблуках, но шатен терпеливо (что вообще не было похоже на него) придерживал меня, не давая мне упасть и удерживая мое равновесие.

Чем Беллами ввел меня в ступор еще больше, так это тем, что стянул с себя свой пиджак и накинул его на мои плечи, пока мы медленно шли по коридору. Запах морской соли приятно окутал меня, действуя на меня убаюкивающе.

– Это не первый раз, когда меня пытаются полапать или изнасиловать за то, что я могу ответить, – тихо проговорила я, не узнавая свой осипший голос. Если бы не алкоголь, вряд ли бы я вообще делилась этим. – Такие, как он, всегда находят момент, когда ты в наиболее уязвимом положении.

Он долгое время молчал и не отвечал, но я и не надеялась ни на сочувствие, ни на понимание. Мне было достаточно того, что он спас меня от этой кошмарной участи.

– Ты ошиблась сегодня дважды, – раздался его тихий голос. – Первая ошибка – позволила себе напиться до беспамятства в месте, где тебя ненавидит каждый второй. Вторая – решила, что можешь позволить себе в таком состоянии идти одной.

Он был чертовски прав, и мне нечего ему было возразить.

– Твоя сила должна заключаться прежде всего в ответственности. В том числе и ответственности за собственную уязвимость. Ты не можешь просто демонстрировать клыки и надеяться, что всё спустят тебе с рук. Иногда нужно предвидеть. Готовиться.

Желудок провалился куда-то в пятки от таких слов, потому что мой наставник был уверен в своей правоте. Он понимал, о чем говорит. И, к сожалению, его слова били по мне больнее, чем должны были.

– Ты говоришь мне это, как наставник или как обычный человек? Что-то я уже запуталась, – промялила я, не находя, что мне ответить. – Просто не понимаю, почему ты помог мне.

– Я говорю это тебе и как твой наставник, и как обычный человек, которому не все равно на то, что происходит в его крыле. Ни одна девушка не заслуживает такой участи. Даже ты, – мы достигли моей комнаты и остановились у нее, смотря друг на друга.

– Тогда… спасибо?

В его глазах промелькнула искорка чего-то, что могло бы сойти за саркастическую усмешку.

– Отдаю тебе приказ принять душ, а то от тебя разит виски и страхом. Невыносимое сочетание, – он фыркнул, и я цокнула языком, резко разворачиваясь и дергая ручку, чтобы в итоге войти в комнату и захлопнуть перед ним дверь.

В темноте, не зажигая свет, я прижалась спиной к двери, слушая его удаляющиеся шаги. Он точно не был моим спасителем, скорее, обычно этот человек играл другую роль, но сегодня… Если бы сегодня он не пришел, я даже не могу представить, что бы со мной произошло. Мне всегда успешно удавалось избегать развязки в таких ситуациях, и я чувствовала, что следующего раза не должно наступить, иначе это погубит меня.

Глава 8

У всех магов есть вторые имена или, иначе говоря, истинные. Это имя не просто дано при рождении, это звуковая вибрация души, которую он открывает сам себе во время медитаций в старшей школе. Тот, кто узнает твое истинное имя, получит над тобой огромную власть. Его можно использовать для усиления целевых заклинаний на человека или, наоборот, для его защиты. Его хранят в строжайшей тайне, открывая лишь самым доверенным людям или клятвенным партнёрам.

Именно поэтому для меня стало таким важным открытием то, что Констанс назвала своего ребенка, моего племянника, Максвеллом. Это было истинным именем нашего отца, и мне очень хотелось поделиться этим с мамой, хоть и у меня пока не было времени выбраться из академии.

В нашей семье все знали истинные имена друг друга, но никто больше. Будучи наивной девочкой когда-то давно, я надеялась, что смогу открыть свое истинное имя тому человеку, которого искренне полюблю и кому доверю свою жизнь. Иногда, когда была подростком, мечтала о том, что однажды такое произойдет, но с годами и после нескольких несчастных отношений во мне крепло осознание, что я всегда теперь буду одна. Настоящую любовь в мире магии было сложно найти, потому что здесь сплошь и рядом заключались выгодные браки, поэтому надежда во мне гасла с каждой прожитой минутой. Поступки таких, как Райли, лишь сильнее укрепляли в моем мозгу то, что я не желаю доверяться какому-то мужчине.

– Я в шоке, что ты не рассказала мне еще ночью, когда я только пришла.

– Я уже спала.

– Неправда. Хоть мы и мало знакомы, я знаю, когда ты спишь, а когда – нет, – Фло покачала головой и поджала губы.

– Рассказала бы и что? Ты бы пошла надирать ему зад? – Уголки моих губ дернулись вверх от вида непривычно суровой подруги.

– Нет, но я бы хотя бы просто поддержала тебя, – из нее вырвался разочарованный вздох. – Тебе необязательно через такое проходить одной, – проговорила девушка, следя за тем, как я подтягиваю вверх тренировочные штаны.

Сегодня у нас была показательная тренировка с крылом Огня. Не знаю, кто придумал делать это сразу после «праздника», но голову ломило от похмелья и пережитого.

– Прости.

Получилось немного неискренне, даже фальшиво. Но я и так с трудом поделилась тем, что случилось, ведь обычно держала такое в себе или рассказывала только Десмонду. Мне надо было теперь свыкнуться с тем, что в моей жизни теперь присутствует и Фло.

Пиджак в шкафу напоминал о моем наставнике, и я даже не могла представить, что делать с ним дальше. Стоило ли мне вернуть его, или же он теперь навсегда останется среди всех моих платьев, толстовок и трусов. Я решила отложить этот вопрос на неопределенный срок.

Кофту я надела такую, что она прикрывала синяки лишь наполовину, но другую и не могла выбрать, ведь на тренировку обязана была надеть форму Скотади.

Мы наконец вышли с Фло из нашей комнаты и двинулись по направлению к тренировочному огромному полю, где должны были встретиться с другими первокурсниками. Мы аккуратно встали сзади тех, кто уже подошел, и я даже не хотела пытаться смотреть в сторону Арчи. Мне не было стыдно за вчерашнее, но почему-то я испытывала гораздо более жуткое чувство – благодарность. Именно поэтому двумя жирными чертами подчеркнула в своем мозгу слово «избегать». Нужно было сталкиваться с ним, как можно реже.

– Райли пришел, – прошептала Фло, и я краем глаза взглянула на темную фигуру, которая встала от меня на приличном расстоянии. Его, видимо, уже бывшие друзья стояли поодаль от него, с испугом поглядывая на Беллами. Пока на другой стороне поля собиралось крыло Пира, Эдрис пересчитал нас всех и , поняв, что все на месте, кивнул Арчи. Шатен встал перед нами, скрещивая руки на груди.

– В академии, как и в Физисе в целом, есть свод законов, – прогремел он таким тоном, что я неприятно поежилась. – Для тех, кто этот свод законов нарушает, есть особое наказание. Для тех, кто пытается его нарушить, оно тоже есть. Вы трое.

Он окинул Райли и его друзей быстрым взглядом. Вандервуд, очевидно, побывал у целителя, но моральная травма была написана у него на лице. Он сжимал зубы и смотрел вниз, на свои ноги.

– Вандервуд и двое других, чьи фамилии я даже не хочу запоминать, кое-что сделали.

Нет. Нет. Нет. Пожалуйста, не говори всем, что меня зажали у стенки и облапали.

– Поэтому их настиг временный Атризмос, – продолжал Арчи, и люди вокруг меня стали шокированно открывать рты. – Лишение магических сил на неделю. Это не мое самодурство – такое решение принял Кардиас.

Тишина, повисшая после его слов, была оглушительной. Атризмос… лишение силы. На неделю. Это было… немыслимо. Жестоко и невероятно унизительно для мага. Потерять свою силу, даже на время, было хуже, чем любое физическое наказание.

Райли побледнел так, что казалось, вот-вот рухнет. Его друзья стояли, не смея поднять глаз, их плечи сгорбились под тяжестью приговора.

– Что касается остальных, – голос Арчи снова привлек всеобщее внимание. – Вы, наверное, думаете, что это вас не касается. Что это наказание для троих идиотов, которые не смогли себя контролировать. За что-то, что вас якобы тоже не касается.

Он медленно прошелся взглядом по нашему строю, и его глаза, холодные и безжалостные, на мгновение остановились на мне. Я сжала кулаки, а сердце забилось так сильно, что захотелось умереть прямо здесь и сейчас. Если он расскажет все, это в очередной раз лишь сделает меня мишенью.

– Вы ошибаетесь. Их преступление в том, что они позволили себе слабость. Слабость думать, что сила дает им право на все. Слабость не видеть последствий. Слабость быть предсказуемыми.

Он сделал паузу, позволяя словам просочиться в сознание.

– В Скотади нет места слабости. Нет места глупости. И уж тем более нет места тем, кто не может контролировать свои самые низменные инстинкты. Они – позор для этого крыла. И их наказание – напоминание для всех вас.

Он кивнул Эдрису, и тот мрачным жестом указал троим парням следовать за ним. Они ушли, понурив головы, под презрительными и испуганными взглядами однокурсников.

Арчи снова повернулся к нам.

– Для остальных урок прост: ваша сила – не привилегия, а инструмент и оружие. А также ответственность. И если вы не можете обращаться с этим инструментом правильно, вы его лишаетесь. Временно или навсегда. Вопросы?

Вопросов не было. Была лишь гробовая тишина и тяжелое осознание того, что правила здесь действительно другие. Что справедливость здесь вершится быстро, жестоко и бесповоротно.

– Охренеть, – пробормотала Фло, с ужасом глядя в спину парней, что удалялись в сторону здания. – По заслугам, конечно, но… охренеть. Никогда бы не подумала, что Беллами настолько сильно вступится за тебя.

– Думаю, его действиями управляют его личные принципы и социальные нормы, и дело тут совсем не во мне, – проговорила я настолько тихо, что могла слышать только Хейл. Меня тоже удивляло то, что Арчи пошел к Кардиасу, но я бы ни за что не стала это ассоциировать с тем, что он делал это из-за меня. Он сделал это из-за нарушения своих моральных устоев.

Надо запомнить и зарубить себе на носу: никогда не переходить дорогу Арчи Беллами.

***

Огонь, плазма, тени… все это проносилось мимо, пока я сидела на траве, наблюдая за показательной тренировкой, где схлестнулись силы двух крыльев. Я усердно избегала Десмонда, передвигаясь по полю каждый раз, когда замечала, что он идет в мою сторону. Стоит ему увидеть меня, он поймёт, что случилось, и я предполагала, что слухи про Атризмос уже разнеслись по Пиру, ведь многие уже успели подружиться. Мне хотелось спокойствия – не для себя, а для него самого. Зная Деса, он будет винить себя за то, что не проводил меня.

Беллами, хоть и не говорил ничего вслух, но, очевидно, давал мне передышку, потому что не вызывал меня для демонстрации силы. Нас было значительно меньше, чем ребят из крыла Огня, и все же он меня почему-то не трогал. Возможно, за эти сутки я увидела самую его человечную сторону из всех возможных, но не спешила к ней привыкать.

Эдрис вернулся вскоре после того, как проводил куда-то своих подопечных. Мне хватило заметить лишь один его недовольный взгляд в свою сторону, чтобы понять, что он все знает и что он недоволен тем, как все обернулось. Плевать я хотела на мнение его и всех остальных, но и в то же время сама абсолютно не радовалась последствиям.

– Наконец-то я нашел тебя, Эль, – Дес приземлился рядом со мной, тыльной стороной ладони стирая пот со лба. Я вздрогнула от неожиданности и потянулась к горловине своей кофты, надеясь прикрыть то, что так усердно пыталась скрыть от друга. – Ты избегаешь меня?

– Нет, я просто сижу, Дес, – я хмыкнула. Пожалуйста, не смотри на меня. – Ты неплохо показал себя.

– Спасибо.

Он повернулся на меня лицом, и я мысленно выругалась, видя, куда упал его взгляд. Его глаза округлились от шока. Я знала это выражение: он хотел поставить на место всех тех, кто сотворил это со мной, но это уже было ни к чему.

– Что за…

– Эшфорд! – Его наставница выкрикнула его фамилию, подзывая парня к себе для новой демонстрации, но он не сдвинулся с места.

– Поговорим потом, Дес. Иди, – я покачала головой.

– Эшфорд, иди сюда!

– Иди, прошу тебя, – прошептала я, встречая обеспокоенный блеск в его зеленых глазах. Он нехотя поднялся и направился к своей наставнице, с силой сжимая свои кулаки. Я поднялась с травы, отряхивая попу, и пошла за ним, чтобы посмотреть на то, что сейчас будет происходить.

К своему огромному удивлению, я заметила, что в пару ему встал Арчи. Я нервно сглотнула и обняла себя руками, будучи морально не готовой к тому, что Беллами будет демонстрировать свою силу на моем друге. Все стали вставать с травы, чтобы взглянуть на это.

– Сила распада – одна из сильнейших в Скотади, – будничным тоном проговорил Винсент, обращаясь ко всем собравшимся.– Ни одно из крыльев не может противостоять ей.

Все замерли, затаив дыхание. Десмонд стоял напротив Арчи, приняв боевую стойку, на ладонях уже полыхали небольшие, контролируемые языки пламени. Он выглядел сосредоточенным и готовым ко всему, в то время как Арчи казался воплощением спокойствия. Он стоял расслабленно, держал руки в карманах брюк, смотря на Десмонда с легким, почти скучающим любопытством.

Выпендрежник.

– Выпусти в меня поток, – проговорил Беллами, кивая Десу. – Побольше и посильнее.

Мои руки зачесались от волнения, пока я следила за двумя парнями, надеясь, что никто в итоге не пострадает. Дес запустил сильный огневой поток в Арчи, и я задержала дыхание, когда пламя словно замедлилось в воздухе. Он не сделал ни одного жеста и не произнес ни одного заклинания. Он просто посмотрел на пламя в руках Десмонда, и оно начало стремительно быстро угасать.

Не так, как если бы его погасили водой или ветром. Оно не дымилось, не шипело. Оно просто… теряло интенсивность. Ярко-оранжевый цвет поблек, стал блекло-желтым, затем серым. Энергия, что секунду назад клокотала и рвалась наружу, стала вялой, апатичной.

Дес нахмурился, пытаясь вдохнуть в него новую силу, сконцентрироваться. Жилы на его шее надулись от усилия. Но пламя продолжало тускнеть, съеживаться, терять форму. Оно больше не было грозным оружием. Оно было похоже на тлеющий уголек в костре на следующее утро после пикника. Лицо Десмонда вытянулось от изумления и страха. Он чувствовал, как его сила не просто блокируется, а исчезает. Растворяется в ничто. Он был подключен к источнику своей магии, но сам источник словно пересыхал под холодным взглядом Арчи.

Пламя окончательно погасло, и послышались удивленные возгласы. Второй раз я видела прямую демонстрацию силы Беллами, и мягко говоря, была в ужасе. Его сила не могла не восхищать, но для такого требовался невероятный контроль.

Если кто-то еще и не был влюблен в Арчи Беллами, то, вероятно, после такой демонстрации за ним будут ходить толпами, лишь бы получить толику внимания. Теперь было понятно, почему он такого высокого мнения о себе. Для него я и правда была букашкой, которую можно было легко раздавить и даже не заметить.

После этого тренировка была окончена, и я была этому как никогда рада, ведь меня в итоге так и не вызвали. Я собиралась сбежать прежде, чем Дес бы настиг меня, но он настолько хорошо знал меня, что поймал в толпе без особых усилий.

– Кто?

– Они уже наказаны, – поспешила заверить его я еще до того, как он бы начал задавать мне вопросы. Эшфорд недоверчиво взглянул на меня, прекрасно зная, что обычно я о таком предпочитаю врать. – Достаточно наказаны, Дес. Беллами позаботился об этом. Просто поверь мне, ладно? Я не вру тебе.

Друг несколько секунд всматривался в мое лицо, пытаясь обнаружить ложь, но в этот раз я говорила правду. Ему не нужно было произносить вслух, что он чувствует вину за то, что вчера не проводил меня, я это и так видела. В итоге он кивнул, обнял меня на прощание и подтолкнул в сторону ребят из Скотади, что уже направлялись назад в крыло.

Глава 9

Последующие две недели я составляла список всех сил, которые были у нас в крыле. Я делала это на всякий случай, если придется однажды у кого-то заимствовать силу. Особенно при нападении. Арчи был прав: некогда было церемониться и думать об этике, особенно если тебе грозит опасность. Я поставила своей целью изучить каждую силу, если не на практике, то хотя бы теоретически.

Фло с радостью позволяла мне заимствовать свою силу, и мы вместе учились использовать ее после наших физических тренировок в спортивном зале. Обычно потом меня рвало, ведь Хейл, как и я, не могла и не умела контролировать поток энергии так, как это делал Арчи.

Папа в своем дневнике описывал дни, проведенные в Пире, гораздо веселее тех, что были в Скотади. Самое интересное, что происходило у нас, – это показательные тренировки с другими крыльями. И то, Беллами так и не вызывал меня для демонстрации. Если в первый раз я была ему за это благодарна, то в остальные уже чувствовала напряжение и даже недовольство. Возможно, он считал меня настолько слабым звеном, что даже не хотел никому показывать.

Мы с Фло подружились с девушками из крыльев Воды и Земли – одну звали Эви, а вторую Дафни. Не знаю, как и почему так вышло, но девушки сами предложили потренироваться с их силой, когда зашел разговор о моих способностях. Именно поэтому по вечерам мы встречались вчетвером, обменивались новостями, много болтали и тренировались.

Тренировки с ними стали моим тайным убежищем. В спортзале, когда все расходились по своим комнатам, а магические огни тускнели, мы вчетвером собирались в дальнем углу, заставленном матами. Воздух пах потом и пылью, но здесь не было давящего взгляда Арчи, злобного шипения Райли или тягостного ожидания очередного испытания.

Эви из Талассы была высокой и грациозной, с пепельными волосами и спокойными, как омут, синими глазами. Ее сила – управление водой – была плавной и текучей. Когда я касалась ее запястья, я чувствовала прохладный, неукротимый поток, полный скрытой мощи. Она учила меня не просто направлять воду, а чувствовать ее ритм, ее давление. Однажды она заставила меня удержать шар из воды размером с валун, и когда он наконец рухнул, облив меня с ног до головы, мы все смеялись как в последний раз.

Дафни из Геи была ее полной противоположностью – низенькой, коренастой, с вечно растрепанными каштановыми кудрями и веснушками на носу. Ее сила земли была твердой, надежной, как скала. Она показывала мне, как чувствовать и создавать вибрации через землю, как на мгновение сделать рыхлую землю твердой, как гранит. С ней нам обычно приходилось выходить на улицу и искать укромные уголки среди деревьев.

А Фло… С Фло было сложнее всего. Ее телекинез был слабым, неконтролируемым, и когда я заимствовала его, в моей голове взрывался хаос. И все же… эти вечера стали моим лекарством. Они напоминали мне, что магия – это не только боль и борьба. Она могла быть созидательной, приносить удовольствие. Хотя я постоянно повторяла себе, что не стоит к ним привязываться, в этом времяпровождении я находила не только пользу.

Мы начали экспериментировать с комбинацией сил. Эви создала шар из воды, Дафни заключила его в тонкую оболочку из песка, а Фло пыталась заставить его парить в воздухе. У меня была роль «батарейки» – я по очереди подпитывала их своей… ну, своей способностью. Я научилась не заимствовать полностью, а как бы «подкачивать» им их собственную силу, делая ее чуть ярче, устойчивее.

И это сработало. Шар, переливающийся водой и песком, висел в воздухе, медленно вращаясь. Мы смотрели на него, завороженные своей собственной маленькой магией. Но порадоваться мы не успелии, так как дверь в спортзал со скрипом открылась.

В проеме стоял Арчи. Он не выглядел злым. Он выглядел… заинтересованным. Его острый взгляд скользнул по нам, по висящему шару, и остановился на моей руке, все еще лежавшей на запястье Эви. Шар воды и песка с тихим плеском рухнул на маты, разлетевшись на сотни брызг и крупинок. Эви щелкнула пальцами, быстро убирая грязь, что мы натворили, и мы синхронно повернулись в сторону новоприбывшего.

– Хейл в свою комнату, – скомандовал Арчи, и Эви вздрогнула. – Вы двое – по своим крыльям. Живо. Прескотт, ко мне.

Технически нас не за что было наказывать, ведь после первого испытания не было запрещено перемещаться между крыльями и тренироваться вместе. Однако у Беллами были свои личные правила и законы, так что я предполагала, что именно я сегодня получу за все это взбучку.

Я двинулась к Арчи первой, чтобы девочки успели собраться и уйти, пока я отвлекала его внимание на себя. Мы с парнем вышли в коридор, и я долго следовала за ним, пока мы не отошли на достаточное расстояние от спортзала.

– Я сделала что-то… запрещенное? – Я нахмурилась, когда мы остановились. – Мы просто тренировались, и у нас все было под контролем.

– Контроль и первый курс – это что-то из области фантастики, Прескотт, – Беллами хмыкнул. – Я, конечно, могу даже сказать, что доволен такой твоей прыткостью. Сначала ты просто тренировала свою подружку, теперь взялась и за развитие своей силы, но ты же понимаешь, что это все жалкие попытки?

Я даже не удивлялась тому, что он все знал, ведь у самодовольного изящества везде были свои уши.

– И почему это? – Я скрестила руки на груди, не зная, когда мне придется вступить с ним в словесный бой: сейчас или чуть попозже.

– Это не дает тебе никакого толчка. С водой ты умеешь обращаться, потому что у твоей мамы такая сила, девчонка из Геи и вовсе сама еще ничего не умеет, а от телекинеза тебя просто потом рвет. От телекинеза слабой первокурсницы, – его голос понизился, стал опасным и тихим. Я все не могла понять, что он пытается мне донести, а еще больше меня пугало то, что он знал, что меня потом выворачивает наизнанку.

– И в чем будет заключаться ваш совет, наставник? – Приторно милым голосом, полным фальши, поинтересовалась я. – Перестать заниматься и этим?