Полная версия
У Ромы дёргался глаз и куча всего несказанного бушевало внутри, но он понял, что говорить что-то сейчас не нужно, потому лишь произнёс: — Хорошо, Слакс. Прости.
Тот улыбнулся окровавленными зубами.
— Дай мне полчаса… приведу себя в порядок, — несколько хлопков по плечу и оружейник затопал в направлении лестницы.
— Врача…
— Да брось ты… — Слакс махнул рукой и заскрипел ступеньками.
***
Все полчаса, которые, по земным меркам, длились в полтора раза дольше, Рома провёл внизу, наматывая круги по торговому залу и переминаясь с ноги на ногу у стойки Слакса.
Клиентов не было, но, если бы кто-то и был, Рома, скорее всего, сказал бы, что магазин закрыт на обед, и чтобы проваливали подобру-поздорову.
Было зло. Было обидно. За Слакса и за то, как он неправильно понял всё, о чём парень думал, и чем руководствовался. Очень хотелось объяснить, в чём тот был неправ.
Когда наверху послышались шаги, Рома выскочил из-за стойки и, раскрыв рот, уставился на хозяина лавки, спускающегося со второго этажа. Он чуть морщился, но выглядел вполне нормально. Даже синяков не было, несмотря на то, что его лицо было разбито вдребезги.
— Ты…
— Я же говорил, что всё нормально, парень.
— Но как? — отсутствие даже синяков поражало даже больше чем телепорт гравициклов.
Слакс издал крякающий смешок, продолжая спускаться и не смотря в глаза Роме:
— Я же говорил, что ничего страшного… Отвар из яда охотников, парень, и камера чистки. Можно провести пару тройку спаррингов и идти в бордель, блистая физиономией… кстати, от порезов, ломоты и растяжений отвар тоже помогает, потому носи с собой.
Он спустился и направился к стойке, крякнул и сказал: — Что-то до сих пор не вижу очереди желающих.
Рома мотнул головой, сбрасывая напряжение и тучу тяжёлых мыслей, висевшую над ним: — Нужна новая вывеска и рекламные листовки… тут же есть типография?
— Отлично. Тебе есть чем заняться, Сырок. Узнаешь в типографии? Она на уровень ниже…
Слакс хотел побыть один. То, что он закрыл тему избиения насовсем, читалось явно. Придётся к ней не возвращаться. По-крайней мере, пока в голове не появится что-то конструктивнее мести.
— Да, я схожу, — сказал Рома и направился к выходу, отказав себе в «ты точно в порядке?». Слакс дал понять, что так оно и было.
Торговая площадь, прятавшаяся за входной дверью, встретила его абсолютным безразличием к тому, что происходило в оружейной лавке. Будто бы ничего и не произошло.
Заставив себя согласиться с ней, Рома зашагал к лифтам.
***
Объяснив с пятого или шестого раза девушке-менеджеру местного аналога типографии то, что он от неё хотел, Рома, вспоминая грэнчей и даже шраксов, вышел на площадь.
Двадцать минут общения на пальцах с тем, что было их аналогом дизайнера, лишь усиливали раздражение. Он даже попросил показать, как пользоваться их «компьютером», который не имел ни мыши, ни клавиатуры, чтобы самому всё сделать.
Про фотошоп и корел он даже не заикался.
Сказали, чтобы он пришёл через два дня на сверку.
За пару дней он научился ориентироваться на уровнях, а стельки снимали всю усталость, потому он не экономил энергию на скорости шага, ощущая себя самым стремительным ходоком во всём Посёлке Старателей.
Опыт московского метро давал ему феноменальную способность маневрировать, не сбивая с ног неторопливых жителей Моррада, сонно передвигающихся по уровням циклопического краулера.
Рома уже не озирался по сторонам, научившись отличать указатели от информационных табличек. Вдобавок, он пару раз даже обращался к «робокопам», которые, несмотря на грозный внешний вид, охотно показывали дорогу и даже ни разу не проверили у него документы, лежащие в одном из карманов ленты.
Возвращаться пока не хотелось. Слакс, скорее всего, ещё отходил. Зэйн ответил на вызов, но на пару секунд, сказав, что перезвонит позже.
Нужно было с кем-то поговорить.
***
— Скажи, а, если друг попал в беду, что бы ты сделал?
Красс, ковыряющийся во внутренностях какой-то большой «тачки», которая, в отличие от гравицикла, имела кабину и кузов, но так же не имела колёс, гоготнул: — Ничего, Сырок. У меня нет друзей.
Рома, сидящий на корточках, уже успевший передать громиле пару тяжёлых инструментов, не унимался: — Ну, а если гипотетически…
— Гипо… чё? — донеслось из под тачки.
Парень закатил глаза: — Представь, что у тебя был бы друг и…
— Зачем мне друг, который попадает в беду?
«Да твою ж мать…»
Рома не хотел, но ударил кулаком по торчащей из под тачки ноге Красса.
Послышался глухой удар. Из под брюха транспорта.
Головой.
— ДА Я ТЕБЯ ЩАС…!
— Остынь. У меня родители пилигримы, — проигнорировал угрожающий рёв Рома.
Красс схватил его за грудки и притянул к тачке, не вылезая оттуда, так резко, что парень едва успел подставить руку, чтобы избежать удара головой в корпус, из под которого уже доносился яростный рык: — Сырок, если ты и заслужил чем-то одобрение Кри и не наложил в штаны, когда прокатился на тачке, это не значит, что тебе всё можно. Уловил? Я знаю откуда ты и зачем пришёл, как и ты кое-что узнал про меня, но, прошу, давай не будем рушить сложившиеся устои. Понятно тебе?
Более чем.
— Да, я понял, прости, Красс, — выдохнул Рома, пытаясь дышать.
Хватка ослабла.
— У Слакса опять проблемы? — донеслось из под грузовика.
У Ромы чуть похолодело внутри. Красс демонстрировал скрытые качества гораздо быстрее, чем Зэйн.
— Я…
— Сырок, это не секрет. К тому же, мы со Слаксом много чего прошли, — донеслось из под грузовика, — дай угадаю… лысый?
— Откуда…?
Это же произошло менее часа назад…
— Оттуда, буркнул Красс. — У них всё время проблемы друг с другом. Не лезь туда…
Рома плюхнулся на пол и влез под грузовик.
— Как ему помочь, Красс, расскажи?
Громила, подняв правую бровь, с выражением максимального неодобрения и толикой брезгливости взирал на то, как парень лезет в святая-святых, пробасил: — Тебе заняться нечем?
— Красс, ну?
Красс, рыкнув, вытер лицо, и, словно ментор, продолжив ковырять инструментом, во внутренностях грузовика, очень устало и совершенно безэмоционально, начал вещать: — Очередной курьер не довёз доставку. Охотники, или мародёры, или грэнчева Илисс вылезла из под земли и не дала ему довезти груз. Слакс организатор и ответственный. Груз не пришёл — Слаксу бьют морду. Он получает за это неплохие деньги. Если бы мне, Сырок, били морду и платили за это, то я бы попросил больше денег. Вопросы?
— Если привезти груз, от него отстанут?
— Может отстанут, а может и нет, — не глядя на Рому хмыкнул Красс.
— Я знаю, что ты скажешь, но… — Рома ворвался в магазин так стремительно, что Слакс вздрогнул, — что нужно привезти? Дай мне координаты, я сгоняю.
Оружейник даже не удостоил его взгляда.
— Сдурел совсем? И про справку свою мне не говори, парень. Не твоё это дело.
Рома, решительно топая, направился к стойке.
— Слакс. Мать твою, я требую, хватит. Дай мне помочь!
— Да вот ещё! — тот вскочил и обрушил кулак на стойку, с которой взмыло облачко пыли, — за рулём один раз был и что? Герой теперь, что ли?! Хочешь помочь — не лезь!
Его слова сильно ранили, ведь Рома много думал — после разговора с Крассом он долго шастал по уровням, наблюдая за тем, как живут обитатели посёлка. Он даже успокоился. Составил какой-то план.
Он знал, что, если не шуметь, то тунельщики не выползут.
А мародёры… если там были мародёры, то их уже там нет и, хотя бы, можно было сделать какое-то заключение о судьбе груза. Всё лучше, чем сидеть и ничего не делать.
— Нет, это ты послушай! Мне не пять лет и, если я хочу помочь, значит, я трезво оцениваю свои возможности! — рявкнул Рома, — мне нужны друзья, а не няньки!
— Да ты тут вообще ничего не знаешь ещё! — рявкнул в ответ оружейник.
— И не узнаю, если будешь трястись надо мной, как… как… мне тридцатник скоро, в конце концов! Я и так, как дурак, почти каждую вещь спрашиваю, или додумываю, будто бы это адронный коллайдер!
— Сыро…
— Роман! Меня зовут Роман, — гаркнул Рома.
Глаза оружейника расширились: — Ч… чего? Тебя и в правду ТАК назвали?!
Спустя несколько минут, когда Слакс, хватаясь за стойку, отсмеялся, Рома, без комментариев, лишь пожевав верхней губой, выслушал то, что жители Орума припрятали за этим, почти идентичным его имени, созвучием.
Он не стал что-то доказывать оружейнику, как-то спорить. Лишь кивнул.
Стало понятно, почему на него набросился Красс при их первой встрече. Роме тоже было бы обидно, если бы про его маму сказали что-то подобное…
«Сырок так Сырок…» — вздохнул он, скрестил руки на груди и повторил то, что Слаксу придётся принять его помощь, но уже совершенно спокойным тоном, отрицающим спор.
***
Позже, сидя за обеденным столом на кухне, Слакс, Красс и Рома долго обсуждали предстоящие несколько дней. Красс, который не орал и не бычил, ведь посторонних глаз вокруг не было, стоял, облокотившись на тумбу, которая скрипела каждый раз, когда он шевелился. Слакс сидел за столом, а Рома стоял в углу, скрестив руки, периодически переспрашивая и уточняя.
Между теми двоими явно было много совместных дел, которые проходили мимо надзорных инстанций и официальных отчётов.
Контрабанда.
Не лично, но организация каналов, поиск поставщиков и исполнителей.
Ожидания Ромы, что в Посёлке Старателей живут старатели, не оправдались, и, как выяснилось, краулер был наводнён представителями структур, предпочитавших скрывать свои дела от закона.
— О… как у нас прям, — слушая про «синдикаты» и мафию, со смесью разочарования и радости за найденную точку соприкосновения двух миров, выдал он.
— Ты сам-то знаешь, что с грузом? — Красс посмотрел на парня исподлобья, не став комментировать его вставку, обратился к Слаксу.
Оружейник развёл руками: — Он пропал. Обычно, на этом знания заканчиваются, Красс.
Тот кивнул.
— А где?
Слакс, грызя ноготь на большом пальце, будто бы между делом, бросил: — А… там… у одного из мёртвых ульев…
— Не, к грэнчу, даже не проси, — Красс оторвался от стены, — я туда не сунусь.
Мёртвый улей — прозвучало так, что у Ромы пробежал холодок по бокам. Он ведь мёртвый, почему был холодок? Что страшного в мёртвом улье?
— А он действительно мёртвый? — подал голос Рома, чтобы не циклиться на своих мыслях. Параллельно решил проверить ту концепцию насчёт озвучивания страхов.
— Видимо, не совсем, — всё так же грызя теперь уже заусенец, отозвался Слакс.
— А… а что там? — в сознании парня уже формировался образ, который совсем не соответствовал тому, что обещали психологи.
— Какого грэнча они там вообще проезжают? — Красс задал, казалось, абсолютно логичный вопрос.
— Ну… кто же знал, что там ещё что-то осталось? — Слакс разглядывал ногти, будто бы их состояние влекло его больше чем наличие какого-то не совсем «мертвого» улья неподалёку.
Если бы на стене висели часы, то можно было бы услышать их тикание.
— Нет, Слакс, я в это не полезу. У меня нет свободной пиробомбы. Да и, уверен, — Красс обвел кухню указующим жестом, — ни у кого из вас нет. Я туда не сунусь. Если там есть жуки, а они там…
— А криобомба подойдёт? — Рома, сам от себя не ожидая, подал голос.
Он смотрел в стену и старался не думать о том, что могло обитать в том «мёртвом» улье. Тем не менее, сам вызвался помочь Слаксу, который приютил его и дал ощущение нормальной, пусть и с оговорками, жизни.
— Парень, что ты нес… — Слакс встал из-за стола.
— Что он имеет ввиду? — Красс уложил массивную ладонь на плечо оружейника, не давая тому подняться, — откуда у него бомба, да ещё и, грэнч, крио… что за «крио» такое?
— Убери руку, шр…
— Мужики, успокойтесь, — Рома оторвался от стены и поднял руки, — у меня нет бомбы. Я гипотетически спросил, Красс…
Тот убрал руку, а Слакс уселся обратно и яростно глядел на Рому.
— Слакс, я… я могу попробовать. Я… я убил трёх охотников. Я могу, только мне надо немного подготовиться.
— О чём он? — Красс явно был не при делах. Видимо Креа не стала посвящать его во все подробности.
Прервав попытку отмахнуться, которую Слакс начал, Рома сказал:
— Красс, ты кое-чего не знаешь…
— Парень, не говори, — не унимался Слакс.
— Я владею силой Илиссар, — коротко взглянув на оружейника, сказал Рома, — и, да, я убил трёх туннельщиков за раз. Убил бы и пять и десять, если бы они там были. Не веришь — Зэйн подтвердит, или Кри.
— Грэнч! Да речь была о том, что ты подменишь меня в магазине, пока я решаю этот вопрос! — Слакс, всё же, вскочил из-за стола, уронив стул.
Рома посмотрел ему прямо в глаза: — Слакс, я… ты веришь в что-то, во что я сам не до конца верю… дай мне, хотя бы, попробовать в это начать вникать, ладно?
— Но если…
— Значит, я не тот, кто подходит для этой миссии.
Красс не вмешивался. Просто, приподняв бровь, наблюдал за ходом беседы. Рома уловил только осторожный интерес, когда их глаза встретились.
Перебранка длилась ещё около двадцати минут. Сам того не ожидающий, Рома определил себя на роль приманки и главного калибра. Чуть более ожидаемо было то, что Красс встал на его сторону — ему было и правда интересно. Он даже утвердил, что он в деле. Слакс, оказавшийся в меньшинстве, вынужден был принять условия.
— Мне нужны леденцы и денёк на тренировки, — сказал Рома в конце беседы, — у меня уже получилось пару раз. Должно получиться вновь.
16 Не ты, не сейчас и не так…
Было невероятно тяжело поглядывать на маленькую карту, приделанного к приборной панели навигатора. Во-первых, орумцы ни черта не знали о дружественных интерфейсах и интуитивном дизайне, либо сам навигатор был старый и не шёл ни в какое сравнение, по проработке, с голо-проекторами. Во-вторых, Рома не позволял себе отвлечься от дороги, ведь в любую минуту на пути мог возникнуть какой-нибудь чёртов валун. В-третьих, он просто не имел достаточно опыта за рулём, чтобы чувствовать себя уверенно настолько, чтобы отвлекаться.
Каждый скос глаза на экранчик стоил ему учащения пульса, да и вообще. Не всё сразу.
Благодаря книгам, которые он продолжал изучать, бегая к Слаксу каждый раз, когда что-то было непонятно, он узнал и о Сети Предтеч и о Глазах Предтеч, которые летали по орбитам вокруг Орума. Именно они обеспечивали и связь и навигацию, к которой у потомков развитой донельзя цивилизации хватило ума подключиться, но не хватило воли как-то улучшать. Виной тому был и монополизм, и отсутствие чувства прекрасного — в них не было вшито желание чем-то выделяться и кого-то превосходить. Катастрофы прошлого поселили в них простое желание стабильной и, по-своему, комфортной жизни. Потому, наверное, они не стремились что-то делать с жуками и как-то тормошить опустевшие ульи, как и разбираться в устройстве древней сети.
Когда Рома узнал о множестве спутников, то сразу возникли вопросы о космической программе, но Слакс лишь посмотрел на него чуть ошалело, что-то буркнул насчёт того, что парень снова переёл на допредтечный. Пришлось долго ему объяснять откуда возник этот вопрос, учитывая наличие на Оруме системы спутниковой связи и аналога ГЛОНАСС. Когда Слакс, наконец, сообразил, в чём была логика Ромы, он сообщил, что Архонты, перед уходом, укрыли Орум щитом от Великой Пустоты, чтобы исправить ошибку предтеч, закрыв людям путь в космос навсегда. Потому орумцы и не пытались туда лезть.
У Ромы было ещё много вопросов, которые возникали, словно грибы после дождя, но больше-всего выделялся один: Тот ли это щит, о котором говорила Илиссар?
Даже сейчас, двигаясь в направлении плато, на котором он провёл свою первую ночь в этом настолько незнакомом мире, он размышлял об этом.
И о том, что Архонт так и не дала ему ответа о том, какой цвет фигур, которыми она играет.
Он быстро глянул на карту и взял чуть влево, чтобы выровнять курс. До большой скалы оставалось немного, и Рома уже наблюдал её издалека. Красс, обогнавший его очень давно, наверное уже заждался и снова будет бузить, но у Ромы был козырь — громила сам вызвался поехать с ним и «поглядеть что там за фокусы».
На удивление, он даже не ругался по связи, хотя и мог бы отпустить пару-тройку замечаний о том, как Рома тащится.
Ему было интересно. Роме тоже. В прошлый раз, когда он сорвался, он ощутил главное — разрушающую даже огромные камни силу. В тот раз, когда он сдержался вчера, он ощутил контроль. Оставалось свести всё воедино.
Он, всё же, чуть подкрутил тумблер скорости, расположенный возле правого большого пальца.
***
— Я думал, что тебя охотники сожрали, — пробурчал лежащий на каменной поверхности, прогретой солнцем настолько, что он неё исходило дрожащее марево. Он не выглядел сердито, или даже раздражённо. Скорее казался скучающим.
Его тачки видно не было — отправил на паркинг.
Рома достал из кармана «брелок» и нажал на кнопку. Раздался лёгкий, но резкий вздох и гравик будто всосало в невидимую кротовую нору. При обратном вызове, необходимо было всегда отступать на два шага назад, чтобы на ногах вдруг не материализовалось пару сотен килограмм, или сколько там весил железный конь.
— А оружие? — усталый оклик сзади.
Чёрт…
— А на кой оно мне? — Рома уже вызвал тачку, но, всё же, задал вопрос, — мы же не на земле.
Гравицикл появился там, где парень нажал на кнопку. Сбоку был прикреплен его меч, который находился там почти всё время.
— Во-первых, Сырок, кто тебе сказал, что охотники сюда не заберутся? Если будешь громко себя вести, эти кшарки тебя и тут достанут. По скалам они достаточно бодро лазят, — Красс не просто подкинул Роме ещё одну тему для переживаний, но и напомнил, что тунельщиков привлекают высокочасточные шумы и вибрации, — Во-вторых, это пустоши, пацан. Слез с тачки — достал оружие — убрал тачку. Иначе помрёшь.
Рома, как раз этим и занимался, пытаясь попасть острием в ножны, которые Слакс ему выдал. Ещё одно орумское чудо техники, которое ужимает лезвие до размеров кортика, но сохраняет ощущение веса и оставляет рукоять в оригинальном размере. Выглядело нелепо, но функциональность и отсутствие необходимости потеть, обучаясь высвобождать меч, было куда важнее.
— А почему вообще холодное оружие, Красс?
— Чё?
— Ну, у вас же там шагоходы с лазерами. Чего вы с ножами и арбалетами ходите-то?
Красс шумно вздохнул, протёр глаза, закатил их, ещё раз протёр и, наконец, соизволил выдать базу несведущему попаданцу: — Лучом ручного оружия ты прожжёшь в охотнике дырку, никуда не попадёшь, он тебя сожрёт. Мечом тыкаешь ему в морду, и он получает направленный концентрированный заряд, который ему сносит полбашки. Да и энергозатраты минимальные. А на лучемётах ты разоришься. Понял?
Надо было узнать всё об оружии у Слакса за ужином, ведь, после той перебранки, они вечером почти не разговаривали, но Рома тогда об этом, почему-то, не подумал.
— Не совсем, но… ладно, надеюсь, что не пригодится, — почесал затылок он, ведь они с Крассом приехали сюда затем, чтобы Рома освоил то, что позволит ему избежать тыканий своего великолепного меча в морду тем ужасающим тварям.
Красс ухмыльнулся, и что-то в его глазах Роме не понравилось, но он не успел об этом подумать, ведь забыл в тачке и упаковку с леденцами. Под вздохи и бурчание своего сопровождающего, Рома второй раз вызвал тачку с парковки.
Солнце жарило нещадно, и Рома несколько раз успел протереть лоб. Спустя несколько минут, небольшая упаковка отправилась в карман на левой штанине.
Теперь всё готово!
Пора было немного охладиться.
***
Всю ночь, после разговора на кухне, Рома размышлял о том, чем его наделила Илиссар.
Отсутствие внятного объяснения, он пытался компенсировать аналогиями, домыслами и тем, что он успел узнать о местной мифологии.
Он обладал силой Архонта Зимы — это было очевидно. Огненные шары метать не мог, ведь огонь находился в ведении Архонта по имени Кайэнн Тар, а с ним он не виделся, не общался и никаким даром, с его стороны, наделён не был.
С другой стороны, Зэйн говорил о «цветных камушках», которые были подобны Слезе Илисс, которую Рома смог «высвободить». Здоровяк советовал ему попробовать поиграться с другими камушками-безделушками, вдруг что-то получится и с ними. Нужно было найти такие, ведь они были для современных орумцев лишь безделушками, которые годились лишь для декора. Как та тарелочка на столе клерка.
Идти к нему и просить пару камушков Рома не хотел. К тому же, он так и не смог высвободить то, что было в круглом камне Илисс, который был похож на другие шарики в той тарелке.
Решил просто поглядывать вокруг и собирать найденные, чтобы пробовать что-то с ними.
Если убрать из уравнения Камушки Архонтов, то заключение было простое: Стихийный маг, но без маны, ведь никакой голубой полоски над ним не было. Но была гипоглекимия — значит, магия уходила в сторону сверхспособности, ведь сам сахар не мог быть источником магических сил. Ведь на Оруме были сладкоежки, как и на Земле, но за окном никто не бегал и не швырялся фаерболами.
Он лежал в полутьме, глядя на собственную ладонь, и вспоминал что там могло быть в арсенале у стандартного фрост-мага.
Ледяные стрелы — хорошо, но вряд ли подойдёт против огромных жуков.
Ледяное касание — возможно, но для каких-то утилитарных целей, если, например, нужно будет охладить что-то, приложив руку.
А… прикладывать руку вообще обязательно?
Он коснулся пальцами стены, представив, как через них струится… холод, или энергия?
Ничего не происходило.
Он не мог, или не умел?
Из арсенала у него был тот… хладный рывок (он долго думал над названием, чтобы не сильно скатываться в пафос) и зона холода (когда он чуть не убил Крею и Зэйна). Фрост-новой называть ту способность он не стал, хоть и было чем-то похоже. Суть у зоны холода была другая. Она распространялась не кольцом, а сферой вокруг него — он чувствовал весь объём, что та поглощала. Она прорастала даже в землю.
Другого он, казалось, не умел. Но Илисс, когда Рома обрёл свой рывок, сказала «обретай».
Значит, новые возможности будут получены со временем.
Хотя… он так и не смог «изучить новый скилл», пытаясь взломать тот шарик, но из Слезы Илисс навык получил совершенно без усилий.
Так и не найдя тому какого-то объяснения, он уснул и отлично выспался, чтобы назавтра у него всё получилось.
Теперь, стоя почти у края большой скалы, Рома собрался с мыслями: «Всё должно было сработать»
Он сможет удержать зону холода. Красс был более чем в тридцати метрах от него. Он нехотя вызвал свою тачку и нехотя согласился, если что, вдавить газ до упора, чтобы не попасть под выброс. Сказал, что, пока сам не увидит, не поверит.
— Готов?
— Давай уже, грэнч тебя…
Рома чуть усмехнулся и отпустил то, что уже несколько минут как «нащупал» внутри себя.
Оно — сжатая и клубящаяся энергия была внутри. Всё время.
На всякий случай, он повернулся так, чтобы, если вдруг случится скачок, направление не пересекло Красса, сидевшего на тачке.
Но скачка не случилось.
Температура вокруг него мгновенно упала много ниже нуля, а фронт, быстро ползущий во все стороны, нёсся с огромной скоростью.
«Стоять!»
Фронт замер.
— Грэнч тебя… — раздалось из телефона.
Ресницы покрытые инеем, мороз по коже, но сам Рома не превратился в ледышку, как и то, что на нём было.
Значит этому уничтожающему холоду можно было сопротивляться.
Воздух потрескивал, оказавшись в сфере абсолютной мерзлоты. Раздался гул и земля, раскачиваясь во все стороны, стала уходить из под ног.
«КАМНИ!»
Чёртова физика. И гравитация.
Рома падал.
Слишком быстро снизилась температура, слишком резко. Скала просто не выдержала такого перепада. Он же видел уже то, как валун рассыпался тогда. Камень был перегрет, а за мгновение его переохладили.
«Твою ж мать! Ветер. Стать ветром. Сейчас!»
Скачок.
Мир не поплыл, а рванулся вокруг. Не вспышка, а резкий, болезненный толчок во всё тело, будто его выдернули из одной реальности и тут же вшвырнули в другую, на много десятков метров выше. Голова закружилась от диссонанса.
СТАЛО ХУЖЕ!
Сердце, и без того ушедшее в пятки, ухнуло ещё ниже.
Если под ним была хотя бы уходящая из под ног разрушающаяся порода — сейчас не было ничего. Лишь обрушающаяся часть скалы, которую он только что выморозил. Он падал в гремящую на всю округу породу с высоты. С большой высоты! Этажность определять было некогда, ведь каменное крошево, которое перемелет его в мелкий фарш, стремительно приближалась.
Проверять эффективность амортизационных стелек возможной ценой переломанных ног он точно не хотел. Да и падал не на твёрдую поверхность…
