Всего одно желание

– Вы пошли за мной, потому что поверили в меня! В мою защиту! – лицо герцога ещё более ожесточилось, в глазах блеснула сталь, – В то, что я знаю как лучше для нас всех! Раз так, тот кто сомневается в моём решении, может покинуть караван.

Молчание. Все переглядывались, не решаясь двинуться. Покинуть то можно, вот только куда?

Я закусила губу пытаясь справиться с дурным предчувствием. Идти в конце страшно, но как бы мне пришлось поступить на месте Кира? Быть первым ещё сложнее. Герцог явно хочет как лучше для нас всех. Надо поддержать его.

– Ваша Светлость, – мой голос прозвучал неожиданно звонко в тишине, – мы с Грушкой пойдём замыкающими.

Этого оказалось достаточно, чтобы развеять общее сомнение. Плечи авантюристов расслабились, кто-то лихо улыбнулся. Видимо никто не хотел быть последним.

– Вот вечно тебе надо меньше всех, – хвост тифлинга в раздражении хлестнул по моим щиколоткам, – Солярис, убавь ей святости!

– Ты можешь пойти среди первых, – на всякий случай напомнила я.

– Ага, щас!

Я встала сбоку, ожидая пока остальные искатели приключений пройдут вперёд. Флокс и Левкой заняли места по обе стороны от меня.

Первым конечно же пошёл герцог. Поймав мой взгляд, Кир сдержанно кивнул и тут же устремил взгляд на тропу. За его рыцарем последовала девчонка на единороге. Поравнявшись со мной она лишь фыркнула и поглубже натянула капюшон. Я мысленно пожелала ей… здоровья. Назовём это так.

Остальные прошли торопливо не задерживаясь в памяти. Кроме одного. Дроу, верхом на огромной ящерице, заставил нас троих замереть с широко открытыми глазами.

Эта тварь была явно больше Грушки! Тяжёлое, зелёное тело с бугристыми наростами заторможено окинуло нас взглядом. Холод не шёл ящерице на пользу: словно во сне она поводила головой из стороны в сторону, шумно втягивая ноздрями холодный воздух. Сидящий на её спине тёмный эльф довольно щурился глядя на нас сверху вниз. На его проборе поблескивало необычное украшение: подвеска из тонких серебряных звеньев, что спускалась на лоб.

– Значит… последним пойдёте вы? – пробормотала я, пытаясь осознать всю странность этой парочки.

– Последним пойду ли? Едва ли, – голос дроу прозвучал неожиданно звонко, точно где-то упала монета. Короткий звонкий щелчок сменялся металлическим гулом, – Путь уготован иной.

Ящерица тяжело вздохнула и медленно, медленнее Грушки потащилась к обрыву. Эльф слегка покачивался в такт её движениям.

– Ах… – он замер и оглянулся через плечо, – К птицам внимательны будьте. Птицы поведают многое.

С этими странными словами он отвернулся.

Я не сразу поняла, что вижу. Ящерица тяжело сделала шаг в пустоту, перегнулась через край… И прежде чем мы все успели испугаться и закричать “СТОЙ!” она поползла по отвесной скале! Её длинный хвост махнул в воздухе прежде чем исчез за границей обрыва.

– Что он имел в виду? – ошалело пробормотала я, покрепче сжимая поводья Грушки и осторожно заглядывая вниз. Пара камней сорвалась в обрыв, пролетая мимо странного всадника на отвесной стене.

– Тёмный! – Протянул Флокс так, словно это всё объясняло. Тифлинг поднял палец ко лбу и постучал по нему, – Они на Востоке все такие. Бр-р-р, пойдём скорее! Рыжий, чего ты там застрял? Мы уже всех пропустили!

Ответ последовал не сразу.

– Нет, – Левкой даже не повернулся к тифлингу, глядя куда-то назад, на пройденный путь, – не всех.

Внутри кольнуло. Я обернулась уже догадываясь что увижу. Темная фигура в плаще стояла среди скал шагах в двухсот от нас. Ветер трепал плащ, но капюшон так и не сдёрнул. Заметив внимание к себе, фигура подняла руку, обтянутую перчаткой, и пренебрежительно махнула пальцами, поторапливая нас убраться.

– Чего?! Он всё это время шёл за нами?! – Флокс схватился за болас и я едва успела его остановить, – чего ты меня держишь?! Этот хмырь преследует нас от самого Подгорья!

– И что? Его нужно побить за это?

Как я ни старалась, голос всё равно прозвучал напряжённо. У меня ещё не было возможности рассказать друзьям ни о спасении в колодце, ни о таинственном исчезновении в темноте. Балорово пекло, да я понятия не имела что или кто перед нами! Хотя бы поэтому мне не хотелось, чтобы Флокс от него пострадал.

Фигура тем временем развела руками и демонстративно сложила их на груди. Зелёный сапог с острым каблуком начал постукивать по земле. Глядя на это Флокс набычился и мне стало труднее держать его руку подальше от оружия.

– Ты прав, он… странный, – я торопливо подбирала слова, – но разве сейчас у на нет дел поважнее? Идите с Левкоем вперёд, в случае чего подтяните Грушку.

Услышав своё имя, водосвинка ткнулась мне в щёку мокрым носом. Флокс что-то прошипел сквозь зубы всё ещё колеблясь.

– Он будет у тебя прямо за спиной.

– И ты меня всё равно спасёшь, – шепнула я и мягко погладила его напряжённую ладонь.

Этого оказалось достаточно: тифлинг вздрогнул всем телом, закатил глаза и развернулся к тропе. Вот и славно.

Грушка потащилась с ещё медленнее – ей не нравилась близость с завывающей пустотой. Я шла почёсывая её за ушком, чтобы отвлечь от высоты. Кто бы меня так за ушком почесал! Как дитя ангела я, конечно, могу призвать крылья, но увы – моих сил хватит разве что махнуть ими пару раз. Ни взлететь, ни кого-то перенести, да и многолетний обман раскроется сразу же! Иными словами – просто бесполезная способность которой я никогда не пользовалась. Правда сейчас стала думать о ней всё настойчивее.

Я сглотнула, окидывая взором обрыв. Чем уже становилась дорога, тем более открывался суровый и величественный вид на противоположную сторону. Тёмные скалы внизу влажно поблёскивали точно зубы неизвестного чудища и река изгибалась между ними жадным языком. Вверх от берегов тянулись отвесные стены камня. На их фоне особенно выделялся белый осколок Ребра, чья вершина терялась среди облаков. Какое счастье, что нам не надо лезть так высоко!

Стоило подумать об этом и дорога начала отчётливо забирать вверх. Ну, почему, чтобы спуститься, нужно предварительно куда-то забраться?!

– О, светлые силы, – прошептала я под нос и притормозила, – Флокс, возьми поводья!

Мне с трудом удалось обогнуть Грушку под её неодобрительный щебет. Откуда-то снизу из ущелья подул лёгкий бриз разметавший чёлку и подхвативший с земли мелкие камешки. Ничего особенного, но водосвинке что-то не понравилось и она вновь упёрлась всеми лапами, как бы Флокс ни дёргал за уздечку.

– Пошла, ну! – услышала я его окрик.

– Будь с ней нежнее!

– Да куда уж нежнее?! И так уже-

Нас ударило о скалу одновременно. Ветер налетел тараном, вбивая в гору.  Рот открылся в безгласном крике и тут же набился пылью до самой глотки. Как бы я ни старалась, но не могла сдвинуться с места, будто какая-то злая сила превратила меня в букашку на листе пергамента. Неужели мы так и останемся в ловушке?!

Но ветер стих так же неожиданно как начался. В голове зазвенело и тело наполнила шаткая лёгкость. Едва разбирая что творю, я перегнулась через край тропы и уставилась вниз на двоящуюся реку. Тёмные скалы кровожадно блеснули на дне, приглашая упасть.

– Что ты там делаешь?! – Флокс пришёл в себя раньше и тут же потянул Грушку наверх. Удивительно, но та охотно пошла, оставляя меня позади, – Поспеши пока снова не дунуло!

И правда, у меня не было времени медлить. Это всего лишь начало пути, я не могу просто сдаться и побежать назад. Но что-то потянуло обернуться.

Знакомая тёмная фигура шла за нами не догоняя, но и не отставая – всё так же, примерно в ста шагах, поцокивая каблучками. Никаких животных у него с собой не было, да и вещей я не видела – как он выживал всё это время? Чем питался?

Действительно ли растаял ночью или?..

Я покачала головой, пытаясь откинуть эти мысли. Это не моё дело. Моё дело прямо сейчас – это не дать Грушке застрять или упасть от внезапных ударов ветра.

Мы карабкались по тропе шаг за шагом в течение не менее одной свечи. Точнее мне сказать трудно – солнца не было видно из-за туч. Могу сказать только одно, за это время ветер налетал ещё пять раз, всё сильнее и злее. Первым его чувствовала Грушка и тогда замирала, отказываясь сдвигаться с места. Следующим знаком было лёгкое дуновение, что приятно ласкало красное от натуги лицо. А потом приходил удар сбивающий с ног и оставалось только молиться, чтобы тебя не сдуло с тропы.

Хотя и тропой это назвать уже было сложно. Скорее нагромождение камней, кривая лестница, где следующая ступенька могла оказаться на твой рост выше предыдущей. Несмотря на собачий холод, пот катил по спине и животу, а руки и ноги дрожали от натуги.

Но страшным было даже не это. В какой-то момент когда я подталкивала Грушку наверх, водосвинка соскользнула и всем весом опёрлась мне на плечи. Я не сразу поняла, что это не мои ноги так сильно трясутся от натуги, а осыпается не выдержавшая скала. Лишь какое-то чудо позволило нам с водосвинкой успеть вскарабкаться выше, прежде чем каменная пластина с грохотом осыпалась вниз, увлекая за собой несколько соседок.

Я осела на грубый камень не в силах сдвинуться с места. Зубы никак не могли сомкнуться, со стуком отскакивая друг от друга. Задержись я на той скале на мгновение дольше…

– Арника, – Левкой каким-то образом обогнул Грушку и опустился рядом со мной, – я пойду позади. Это становится опасным.

Я взглянула на его ничего не выражающее лицо. Умертвие не боялось, его дыхание, если оно вообще было, не сбилось.

– Ты не сможешь подтолкнуть нашу свинку, – я утёрла лицо и сделала глубокий вдох от которого заболела грудь, – и что, нам потом вас по частям собирать?

– Меня, по крайней мере, и правда можно собрать.

Я подавила дрожь в теле. А ведь и правда Левкой пострадает меньше всех, если сорвётся. Но ведь всё равно пострадает! Ну уж нет, мне хватило одного раза допустить его гибель. К тому же у меня, как-никак, есть мои крылья.

Я выставила палец и ткнула рыжего под ребро, но он не отреагировал.

– Тогда соберись для следующего рывка, – на моих губах привычно появилась улыбка, ну или что-то на неё похожее, – вершина уже близко. Да и посмотри на меня, я полна сил! Вообще не запыхалась.

В подтверждение своих слов я ударила кулаком по груди и задержала дыхание. Увы, Левкой на улыбку не купился. Вместо этого умертвие провело взглядом по моим красным от напряжения щекам и подняло бровь не говоря ни слова. Пуф! Меня словно кольнули иглой в живот, выпуская весь воздух.

– О. Вижу…

От стыда захотелось провалиться под гору, но Левкой не стал больше спорить, а полез назад. Вот и хорошо. Вершина уже действительно близко, но чтобы её преодолеть кто-то должен идти замыкающим. Сейчас этот кто-то я. Хотя…

Мой взгляд вновь обратился вниз, к фигуре, что шла за нами. Обломившаяся скала оставила провал на тропе, дыру в десяток локтей. Сердце ёкнуло от дурного предчувствия, при виде одинокой фигуры застывшей у пролома. Незнакомец присел на корточки и провёл рукой по краю скалы. Его капюшон повернулся в сторону, изучая слоистый рисунок породы. Взглянул в другую сторону, на небо затянутое облаками, что-то обдумывая.

Не знаю что было в его голове, но он медленно стянул перчатки, словно оголять кожу было неприятно, а после поставил ногу на какой-то незаметный для глаза выступ. Я затаила дыхание не понимая что этот тип собирается делать.

Неужели он сможет пойти по отвесной стене? Да нет же, тут целых двадцать локтей, кто на такое способен? Будь у него крюк с верёвкой и то было бы опасно!

Грушка замерла камнем, в тот момент когда незнакомец пригнулся. Нет, не пригнулся. Сгруппировался! Моя кровь похолодела, когда я поняла что он собирается прыгнуть. Скоро налетит удар ветра и снесёт этого идиота! Пекло Балора, он что, самоубийца?!

– Арника! – вопль Флокса раздался где-то позади, – Ты куда?!

К пролому я опоздала – незнакомец прыгнул. Бледные пальцы ухватились за выступ. Тело зависло над бездной.

Ноги его беспомощно дергались в пустоте не находя опоры. Ветер поднялся снова. Я бахнулась на колени протягивая руку.

– Хватай! Быстрее!

Кем бы он ни был, но незнакомец спас меня от големов. Мгновение колебания и вот бледные пальцы сжимаются вокруг моего запястья мёртвой хваткой. Нет, не пальцы! Когти! Холодные, острые… Ах, плевать!

Я потянула что было сил, пытаясь опередить ветер. Успею! Должна успеть!

Он ударил, как только мы повалились на тропу. Ветер смял нас жёсткой рукой, пытаясь содрать со скалы. Незнакомец вцепился когтями в скальные трещины нависая надо мной. Всего на пару мгновений его лицо оказалось слишком близко к моему. По щеке скользнуло влажное дыхание, а после все закрыла багровая пелена. Что это? Кровь?! Оно лезло в рот и внос, совсем не давая дышать!

Да нет, погодите… Это не кровь. Это волосы! Пекло Балора, их было так много что я начала отплёвываться как от пыли.

– Лапочка, я не думаю, что плевок священницы считается святой водой, – раздался елейный голос у меня над ухом.

– Арника! – это явно был голос Флокса, – Эй ты, что ты с ней делаешь?! А ну встань с неё!

Просьба немного запоздала: как только ветер стих, незнакомец тут же поднялся и стал отряхиваться медленными, даже какими-то картинными движениями. Острые же у него коготки! Как у благородной девицы которой ничего не престало делать руками. Стоило выглянуть солнцу, как они вновь оказались закутаны в перчатки, а я даже не успела заметить как это произошло.

Флокс пытался как-то обогнуть Грушку, чтобы добраться до меня, но ловкости Левкоя ему не хватало. Я махнула тифлингу рукой, чтобы он не беспокоился, но кажется его это больше разозлило. Возмущённого пыхтения стало больше.

– Ты в порядке? – я вновь обернулась к незнакомцу.

– Хм… Нет, пожалуй нет. Ты не самая удобная подушка. Хотя твои изгибы… – он очертил какой-то силуэт рукой и понизил голос, – …предполагают иное.

Всё, осмысление закончилось. Слова незнакомца были столь странными и неуместными, что мой разум просто отказывался воспринимать их всерьёз.

– А?

– Что за наказание… – он сделал мне ручкой, как артист покидающий сцену, и развернулся к подъёму, – моя милая девочка, подойди когда найдёшь ответ поинтереснее.

Подол плаща мазнул меня по лицу оставив сидеть в недоумении. Ни спасибо за спасение, ни просто доброго слова. Незнакомец шёл, поцокивая каблучками, словно никогда не был на грани жизни и смерти. Да кто он такой?! Ведёт себя точно тут не опасные горы, а бордель, где он дорогая куртизанка, а я незадачливый поклонник! Глупость невероятная!

Сама не знаю почему, но это страшно меня развеселило. Изумлённая улыбка расплылась на лице, пока я провожала незнакомца взглядом. Тот с видимой лёгкостью подскочил на одном из выступов и перепрыгнул Грушку. Судя по нецензурным воплям, Флокс немало удивился, когда перед ним приземлились.

Хихикая под нос, я встала и отряхнула руки, правая из которых тут же защипала. Опустив взгляд стало понятно, что это из-за тонких, острых царапин, оставленных когтями. Я привычно накрыла ранки ладонью, призывая исцеление. За одно восстановлю силы для спуска, они мне точно понадобятся.

Солнечное тепло снизошло на измученное тело в ответ на молитву. Дышать стало легче, в голове прояснилось и боль покинула мышцы, как туман покидает землю на рассвете. Или не покинула? Закончив, я озадаченно посмотрела на руку. От солнечного восстановления зудело и чесалось всё тело, кроме царапин с выступившими на них росинками крови.

Глава 7

– Арника, он тебе что-то сделал?! – Флокс наконец-то протиснулся под ногами Грушки и пополз вниз.

– Нет, вовсе нет, – я поспешно прикрыла царапины рукавом ещё не до конца осознавая что только что произошло. Магия исцеления не сработала. Сила Соляриса не сработала! – Всё в порядке… Я… просто отдыхала.

Всего мгновение назад мне было легко и светло, но прямо сейчас холод налетел на тело хуже ветра, так что захотелось пригнуться к земле. Во имя всех святых и отверженных, кто этот человек в плаще? Кто спас меня и кто был мною спасён?

Стоит ли поговорить об этом с ребятами? Конечно, вот только что им сказать? И как? Не знаю, но точно не здесь и сейчас, на вершине тропы, под ветром который может повалить нас в любой момент.

Спуск вниз занял куда больше времени чем подъём. В тёмных сумерках искатели приключений едва видели дорогу несмотря на светящуюся магию. Наверное поэтому Кир решил остановиться на большом скальном выступе примерно на середине спуска. Даже обычный ветер здесь завывал ужасно – как можно спать когда тебя продувает со всех сторон?

Увидев что мы благополучно спустились за всеми остальными, Кир что-то сказал Мацису. Тот довольно кивнул и провёл рукой по краю шляпы. Выйдя в центр каменной площадки, маг поднял ладонь над головой. Мгновение он, щурясь, смотрел на собственные пальцы и вдруг щёлкнул ими. Над лагерем вспыхнул переливчатый пузырь. Он рос, расползаясь, пока не накрыл нас куполом. Воздух гулко дрогнул – Пум!

На мгновение уши заложило так, что в голове зазвенело. Прозрачные стенки пузыря упруго покачивались, встречая порывы ветра, но не пропуская его внутрь. Я дико потрясла головой, подражая Грушке вылезшей из воды.

– Та-дам! – Мацис расплылся в довольной улыбке, снял шляпу и поклонился, – маг щитов и барьеров к вашим услугам!

– Выпендрёжник, – буркнул гном, рассёдлывая барана.

Остальные члены каравана были чуть более благодарными, кто-то даже поаплодировал Мацису. Меня на это уже не хватило, тело само привалилось к тёплому боку водосвинки. Сейчас немного отдохну, сниму с Грушки вещи и лягу спать. Или сначала поем? Наверное, поем, но потом точно спать, ног уже не чувствую от усталости…

Дребезг. Я вздрогнула. Котелок валялся на земле, Кир растерянно держал руку. Похлёбка текла по камню.

– Вы в порядке? – ноги сами понесли меня к пострадавшему, будто не отказывались идти мгновенье назад.

Взгляд у Кира был растерянный.

– Хотел снять с огня, – пробормотал он и я наконец-то увидела красную полоску ожёга перечеркнувшую благородную ладонь.

– Так тряпицей бы обернули! – В моём голосе невольно послышался упрёк. Чтобы загладить впечатление я тут же обернула руку полой туники и подняла котелок. Похлёбки в нём теперь было совсем на донышке, – Делов то…

Он неловко улыбнулся.

Наверное, если за тебя всё делают слуги, то сноровке взяться неоткуда… Говорить я это, понятно, не стала, а только переставила котелок чтобы тот больше не проливался.

– Да ты спаситель, просто Арника, – Кир усмехнулся наблюдая за мной и вдруг, совершенно без перехода, серьёзно заявил, – У вас были проблемы на высоте.

Тон герцога не позволял понять вопрос это или утверждение. Я только неловко пожала плечами и попыталась придать голосу беспечности.

– Скала обвалилась под ногами.

– Вот как, – он замолчал, – Я не зря хотел отправить вам помощь.

Неужели Кир за нас переживал? От этой мысли что-то сладко встрепенулось в груди.

– Так чего ж не отправил? – желчно поинтересовался Флокс, неожиданно вклиниваясь в разговор. – Пегасы крылья прищемили?

На лице Кира не дрогнул ни один мускул но во взгляде что-то неуловимо изменилось. Заметив это, Флокс резко втянул голову в плечи и что-то буркнул, но тут же поспешил к нашей стоянке.

– Простите его, – устало пробормотала я, – он не со зла, просто устал. Сам понимает, что на всех не разорвёшься…

Кир помедлил с ответом, словно о чём-то задумавшись, однако вскоре его губы снова тронула улыбка. Усталая, неприметная как последний луч солнца на закате.

– Мне начинает казаться, что понимает это только наша священница, – он покачал головой, словно сбрасывая с себя невольную слабость и тут же расправил плечи. – Сегодня она очень помогла мне и я ей благодарен. Рассчитываю на неё и сегодня ночью.

И посмотрел мне в глаза так пристально, что я невольно приросла к земле там где стояла. Это он на меня рассчитывает? Ночью? Я надеюсь, что это от костра так повеяло жаром, потому что мне совсем не хочется ещё больше потеть.

– Мгм, – я оттянула воротник поддёвы мучительно вспоминая разговор прошлым вечером, – ночная охрана лагеря, точно! Я помню.

Конечно, я забыла обо всём напрочь и не предупредила ни Флокса, ни Левкоя. Но Киру об этом знать необязательно.

– Да будет так. Тихой ночи…

Кивнув на прощание, герцог отвернулся и пошёл по своим делам оставив меня один на один с чувством собственного идиотизма. Надо же было вести себя так глупо! Ладно, он благородный человек, может не сразу решит что я дурочка.

Я глубоко вздохнула, будто сотню лет этого не делала и поплелась к костру, чтобы обрадовать друзей ночным бдением. Стоило ли удивляться, что Флокс доволен не был?  Сидел и ворчал без остановки, но, по крайней мере, он не отстранился когда я положила руки ему на плечи и зашептала молитву. Магия света потекла по венам переходя от меня к вздорному тифлингу. Жаль, что на самого себя эту силу можно применить только один раз за день – в храме говорили, что это защита от эгоизма. По-моему, просто недоверие Соляриса к своим.

Флокс отнял у меня столько тепла, что по окончанию захотелось закопаться в костёр. Я невольно обхватила себя руками, чтобы справиться с морозной дрожью и ломотой. Неожиданно кто-то накрыл мои плечи одеялом и, подняв голову, я увидела Левкоя. Рыжий, ничего не говоря, тихо присел рядом.

Правое предплечье отозвалось лёгкой болью от незаживших царапин. Точно. Нам есть из-за чего беспокоиться, помимо выяснения отношений на пустом месте.

– Ребят, – я слегка нахмурилась, вспоминая о дневном происшествии, – слушайте, сегодня…

Но закончить мне не дали.

– Ах, так значит к силам света ты всё же способна? – раздался из-за спины неприятный голосок, – а я то думала, что Солярис не даёт недостойным настоящие силы.

Мы медленно обернулись. Авантюристка стояла в капюшоне, будто и не замечала темноты. Вот только этой девчонки сейчас не хватало! Для того чьи глаза закрыты тряпкой, у неё слишком хорошее зрение.

Пухлые губки поджались в недовольной гримасе, снова кого-то мне напоминая.

– Тебе чем-то помочь? – я выдавила из себя остатки вежливости.

– Например найти дорогу прочь, – Флокс тут же развернулся, – что-то я не вижу у тебя солнечного сияния над башкой! Так какого пекла ты тут рассуждаешь о том кто чего достоин?

– Сияния, значит, не видишь? – она снисходительно улыбнулась, – ну-ну. Просто интересно, как именно Солярис награждает своих преданных служителей… Особых, видимо, служителей, которые пренебрегают обязанностями, указанными в священных текстах.

Я едва открыла рот, когда ладонь Флокса легла мне на плечо. Тифлинг медленно встал, загораживая нас от неприятной особы.

– Если ты её в чём-то обвиняешь, – процедил он сквозь зубы, – то говори прямо, а не юли!

– Обвиняю? Ни в коем случае, – она повернулась ко мне, – ведь это величайшее благочестие, когда священница Соляриса проводит время в компании… ну, вот этих вот.

Её тонкий пальчик указал на тифлинга и умертвие. В следующее мгновение мне пришлось схватить Флокса за хвост, иначе на одну авантюристку в мире стало бы меньше.

– Каких “вот этих”?! – рявкнул друг извиваясь всем телом лишь бы добраться до девчонки, – Ну?! Отвечай!

– Флокс! – Я потянула тифлинга на себя, – не пачкайся о неё!

– Да Арника в сотню раз лучше тебя! Тебе до неё как червю до солнца!

– Не сомневаюсь, – она вздохнула, словно повстречала язычников закостеневших в ереси. Тех с кем проще согласиться, чем переубеждать, – Что ж, раз так, конечно же она смогла бы объяснить свои связи с нежитью и нечистью? Как они вообще попали в её окружение?

Теперь я поняла кого она мне напоминает – отца. Те же снисходительные, печальные ноты, будто говорить с собеседником – это высшая жертва ради общего блага. В такой же манере общалось и всё высшее духовенство, которого я старательно избегала.

– И кому же мне надо это объяснять? – мой голос угрожающе притих, – тебе?

Девушка осеклась, как будто не ожидала, что разговор зайдёт так далеко. Мгновение она покусывала уголок губ, словно хотела сказать что-то очень важное, но в итоге гордо повела плечом.

– А перед кем держат ответ все священники? Солярис милостив, но лучше бы кое-кому помнить про Высший совет. Так, на всякий случай!

Её слова ударили меня в живот так, что желудок подпрыгнул к горлу. Пальцы разжались. Девчонка уже уходила.

– Свой совет себе посоветуй! – тифлинг обернулся ко мне указывая на авантюристку руками, – чем она тебе пригрозила?!

Я медленно погладила рукой живот, пытаясь унять судорогу сжавшую нутро.

– Высший церковный совет… – голос послушался не сразу, лишь со второй попытки, – это суд над священниками. Над теми кто нарушает свои обязанности или… превышает полномочия.

– И как это к тебе относится? Ты же святее многих! – Флокс взглянул на уходящую авантюристку и скривил пальцы так, будто выжимал тряпку. – Святее её уж точно! Не смей из-за неё расстраиваться, слышишь?