Претендентка

— Не волнуйся, — я тихо процедила сквозь зубы. – Рано или поздно я найду способ отомстить тебе.

Чтобы остудиться я окунулась в воду с головой. Под водой было тихо. Гул голосов стих, осталось только биение собственного сердца.

Нас посадили в учебный класс, раздали листы и учебники.

— В наказание вы перепишите четвертую и восьмую главы из книги дворцовых правил!

Она сидела за учительским столом и глазами орлицы осматривала девушек.

— Две особо провинившиеся, — она остановила взгляд на нас с Арианой. – перепишут ещё первую и двенадцатую.

Я сглотнула. Девочки всегда жаловались, что первая глава была самой объемной и сложной в написании. Я конечно могла попробовать переписать похожие символы, но большой объем я явно не смогу осилить.

От этого голова стала кружиться. Все начали открывать свои книги, и я машинально открыла свою, стала листать. Переписать четыре главы — двенадцать листов мелкого текста.

Я впервые столкнулась с таким наказанием. Все сливалось перед глазами. Кажется, появились слезы. Что-то капнуло на бумагу.

Меня толкнули в локоть. Это была Ариана. Она растерянно смотрела на меня.

— Ты что? Нужно же просто переписать, ничего страшного. Или ты из-за объема беспокоишься….

Её слова все тише и тише звучали в моей голове.

Нужно взять себя в руки! Я часто заморгала, чтобы остановить слезы и похлопала по щекам, чтобы прийти в себя.

Пристальные глаза смотрели на меня. Ладно, всё равно я тут застряла с остальными, попробую сделать что смогу.

Я старалась выводить похожие символы. Но все получалось коряво. Строки на странице плясали и были не ровными. Подруга испуганно подсматривала в мой лист.

— Ты же знаешь, что тебя за такое накажут?

— Ну и пусть… — на одном дыхании выдохнула я.

Я уже стала уставать выводить эти закорючки. Говорила мне Розалин – учись рисовать, нам это пригодится. Может быть и получилось лучше…

— Что это?!

Громкий возглас матушки раздался в моём ухе. Оказывается, она была рядом и смотрела в мой пергамент. Я испуганно перевела взгляд на неё.

— Как ты посмела так осквернять правила дворца?!

Локтем почувствовала, как подруга отодвигается от меня.

— За такое, следует более суровое наказание! Привести её хезре!

Предо мной убрали все учебные предметы. Я нервно ждала Орфею под звук пишущих перьев. Не решалась смотреть по сторонам.

Не знаю, что думала моя подруга. Мелика наверняка ликовала. Стиснула зубы при этой мысли.

Двери открылись, вошли две девушки. Кажется, это те, которые мыли меня в первый день. Они взяли меня за руки и вывели из комнаты. Я чувствовала взгляды на себе, но оборачиваться не решилась.

Меня отвели в прачечную, где нас уже ждала Орфея. Она растерянно взглянула на меня.

В маленькие окошки под потолком бил дождь. Как и ожидалось, на нижнем этаже все освещали факелы у стен.

— Ваше наказание сегодня, перестирать все эти вещи.

Четыре девушки вышли к нам и высыпали перед нами две большие корзины белья. У Орфеи глаза округлились, она не шевелилась. А меня наконец отпустила тревога. Всего лишь стирка.

За эти дни я уже стала скучать по разным бытовым обязанностям. Очень хотелось поработать руками, но меня не выпускали из комнаты и ничего не давали делать. Даже убираться не давали.

Я выдохнула и закрыла глаза. До меня доносились капли воды и запах мыла.

Мы молча приступили к наказанию. Каждый уткнулся в свой таз.

Я погрузилась в свои мысли. Как же не хватало таких моментов. Произошедшее крутилось в голове, в надежде найти иные выходы из ситуации. Но всё сводилось к одному – я бы сделала все так же.

— Что ты натворила?

Неожиданно спросила служанка. Её голос был ровным и безэмоциональным. Она медленно водила руками по доске.

— Защитила невинного. — я ответила таким же ровным тоном.

Орфея бросила белье в воду, несколько капель долетели до меня.

В комнате снова повисла тишина, которую разбавляли звуки работы и дождя за окном.

За дверью послышались шаги и смех. Дверь скрипнула. Две девушки, несущие небольшие корзины вошли в прачечную. Увидев нас, они остановились и замолчали.

Они переглянулись и поспешили к дальней стене, подальше от нас.

Я взглянула на них. Интересно, что они обо мне думают? Они резко отвернулись от нас. Я устало хмыкнула. Похоже, они наблюдают за мной. А если я покажу, что могу работать руками, я смогу с ними поговорить?

В отличие от нас, они шептались и явно были близки. Иногда они тихо смеялись. Я с грустью посмотрела на хезре. Она даже не смотрела в мою сторону. Как долго она может обижаться?

Комнату озарила яркая вспышка, сопровождаемая оглушительным громом. Девушки вскрикнули, одна даже перевернула свой таз.

А что если попробовать другую тактику?

— Есть легенда об великом покорителе гор, который решил попросить громовержца разрубить гору…

Орфея медленно перевела на меня уставший взгляд. Я на секунду замолчала.

— Ему не нравилось, что гора была препятствием по дороге до его суженной. – продолжила я, смотря ей прямо в глаза.

Орфея закатила глаза и снова занялась работой.

— Он поднялся на вершину и взмолил — О великий! Прошу тебя, сделай так, чтобы самое большое препятствие перед нами стало меньше! Разруби гору, создай путь!

Я рассказывала и стирала одновременно. На моем лице появилась улыбка. Я любила рассказывать такие истории детям на вечерних представлениях.

Заметила, что девушки, которые убирали беспорядок и снова набирали воду в таз притихли и мельком поглядывали на меня.

— На следующую ночь, небосклон застелили черные тучи, что были чернее ночи, скрывая луну, которая сопровождала путников в долгих странствиях.

Я остановилась и взглянула в окно. Там было темно, хотя ночь ещё не наступила. То, что нужно для этой истории.

— Только вспышки, которые были ярче солнца, освещали макушку горы. Голос грозы был настолько громок и раскатист, что земля у подножия дрожала от него.

Девушки присели и смотрели на меня не отводя взгляда. Но я не отрывалась от своей работы.

— Но как бы не старался хозяин гроз, расколоть гору у него не получалось.

Я стала говорить немного тише. Девушки подвинулись ближе к нам.

Орфея, не переводя на меня взгляд хмыкнула себе под нос.

— Молнии поражали и поражали склоны. Они вызвали камнепад и деревни, которые были у подножия стало заваливать.

Они все ближе и ближе стали подвигаться. Не произнося ни слова. Но я замолчала.

Служанки смотрели на меня, ожидая продолжения. Они уже перестали обращать внимания на грохот за окном. Но я продолжала работать молча.

— А что было дальше?

Робко и тихо просила одна из девушек.

Я машинально улыбнулась.

— Деревню избранницы завалило камнями и песком.

Они охнули в унисон.

— Покоритель гор с виной в сердце добрался до неё, ожидая услышать грустную весть. Как только он ступил в деревню, перед ним предстали разрушенные дома, только один стоял среди руин.

— Это был её дом? — с грустью спросила вторая.

Я повернулась к ним, отвлекаясь от работы.

— В этот день, как только тучи скрыли покровительницу путников. Деревенский, который был близким к богу, решил разнести весть о конце. Из-за него все собрались в доме старейшины на окраине деревни. Его дом и выстоял.

— Близкий к богу? – спросила первая.

— Местный дурачок.

За спиной раздался голос Орфеи, она тоже слушала историю, оперившись щекой на руку.

— Природная напасть сплотила общины. Они решили отстроить новые жилища в деревне, где жил покоритель гор. Теперь дом его суженной стоял рядом с его. Так повелитель грома выполнил обещание, не разрушив гору.

Я снова занялась своим делом.

— Но обиженный тем, что у него не получилось расколоть гору, бог, один раз в год, пытается расколоть одну из гор материка.

— У него это пока не вышло?

— Нет, — улыбнувшись, ответила я.

— Значит это он, своими грозами пытается расколоть какую-то гору? – уже не шепотом спросила девушка, занявшись своей работой.

Пока я рассказывала историю, они успели поставить свои тазы рядом с нашими.

Мы с Орфеей продолжили работать в тишине. Хотя на лице хезре появилась легкая улыбка. Наши соседки бурно обсуждали услышанную историю, после чего перешли на дворцовые сплетни.

— А я слышала, что в этот раз император хочет подарить две претендентки своим сыновьям…

Этот кусок донесся до меня и в груди все сжалось.

Глава 9

Следующий день был выматывающим. Язвительные фразы от Мелики, Ариана меня избегала. А матушка не отводила от меня взгляда на её уроках.

Как только добралась до своей комнаты, я рухнула на кровать. Все тело приятно ныло, давало знать о вчерашней работе. Я наслаждалась этим чувством.

Я попросила Орфею прочесть главу, которую нам задали за обедом.

За последнее время мои манеры за столом улучшились или наставницы стали меньше за мной наблюдать. Наказаний и правда стало меньше.

Орфея прибирала на столе разбросанные книги. Она заметила мою открытую тетрадь.

— Ты делаешь конспекты на Сиинском?

Она взяла её в руки, изучая заметки.

— Мне так легче учиться.

Я тихо ответила. На эмоции уже не осталось сил.

— Сегодня что-то читаем?

— Да, девятую главу дворцового этикета.

Предо мной струилась голубая ткань балдахина, которую раскачивал легкий ветер открытого балкона. Жаль, что отобрали выходной. Он был так нужен.

— Первым трапезу должна начинать молодая госпожа, вошедшая в дом…

Начала читать главу хезре. Я немного нахмурилась. На обеде матушка говорила о другом, но я не могла вспомнить, кто должен начинать, но точно это была не женщина.

— Ты уверена в этом?

Спросила поднявшись с кровати.

— Да, если не веришь мне, можешь прочитать сама.

Она протянула мне открытую книгу. Взяла её. При соприкосновении кожи с обложкой по мне прокатился разряд, который пробил до позвоночника.

Перед глазами были символы, которые я не знала. Я даже не знала, какая строка была прочитана.

— Да… Ты права…

Неуверенно произнесла и отдала книгу служанке, не глядя на неё.

— Давай на сегодня закончим?

Орфея схватила меня за руку, её глаза сузились.

— Ты не умеешь читать на языке Ардо?

Медленно на языке Сиин произнесла Орфея. Я хотела высвободиться, но она крепко сжала мою руку.

Я резко дернула и всё же высвободила руку. Хезре пристально смотрела на меня. Её взгляд так давил.

— А если и так?!

Тихо возразила на родном языке. Слова вырвались сами. Я хотела взять их обратно, но было поздно.

Служанка глянула в проем, где стояла охрана. Какой сегодня день? Только бы сегодня был не он…

Ноги подкосились, и я качнулась. Нет! Это не может быть реальностью!

Я кинулась к двери. Там стоял он. Как обычно, прямо, смотря в стену перед собой. По его лицу не прочитать эмоции.

Что делать? Если правда покинет эту комнату, что со мной будет?

Я бросилась к нему и упала на колени.

— Прошу, не говори это никому. Прошу! Я сделаю всё что угодно! Что со мной сделают, если правда вскроется?

Слова сами вырывались, я не могла их контролировать. Я хваталась за его форму. Он просто скосил взгляд в мою сторону не опуская головы.

Почему он такой не пробиваемый? Я ударила кулаком по его ноге.

— Прошу, скажи хоть что-нибудь.

Слёзы застилали мои глаза.

— Что происходит?

Я даже не заметила, как в дверь вошли евнухи, которые осуждающе смотрели на меня. Охранник даже не пошевелился.

Слезы резко остановились. Казалось внутри осталась пустота. Это конец?

Они строго посмотрели в сторону сапфирового.

— Я тебя спросил. Что, здесь, происходит?

Казалось старший евнух прожигал его взглядом. Он отчетливо произносил каждое свое слово.

— Госпожа не понимает, почему не может пройти в сад.

Его голос был ровным. От этого даже перехватило дыхание. Орфея меня подняла за локоть и отвела от него.

— Да, госпожа устала от стен и хотела насладиться вечерней прохладой деревьев.

Хезре поклонившись подтвердила его слова.

Я стояла в растерянности не понимая, что здесь происходит.

Старик цокнул языком, кивнул своим сопровождающим, и они вышли, громко захлопнув дверь.

Меня усадили за стол и принесли стакан воды. Вода дрожала в стакане вместе с моими руками.

— Хезре, если что-то нужно госпоже, пусть скажет тебе.

Раздался тихий голос у двери.

Орфея стояла рядом, скрестив руки на груди. Её взгляд был суров, но она махнула головой в сторону дверного проема.

— Вы сохраните мою тайну? – тихо спросила я, дрожащим голосом.

— Госпожа…

Начала служанка, но её перебил Хэш.

— Какой мне в это резон?

У меня не было ничего, что я могла бы ему предложить.

— Спасение сироты…

Он хмыкнул, до меня донесся тихий удар в стену. От этого машинально вздрогнула.

Наступила гнетущая тишина. Я не отрывала свой взгляд от стола с книгами. Если у меня и получится сохранить свою тайну, согласится ли Орфея мне читать?

Я робко взглянула на неё. Настолько провинившейся тут я ещё себя не чувствовала. Сколько же проблем приносят мои эмоции.

Горько вздохнула.

— Хезре, пусть госпожа не волнуется.

Служанка закатила глаза и направилась к дверному проему.

Они шептались, но я не могла разобрать слов. Я сидела, не решаясь двигаться. Снова накатили слезы. Сделала быстрый глоток, чтобы успокоится.

Хлопнула дверь. Это меня заставило обернуться. Только теперь заметила, что шепот оборвался.

Робко подошла к проему и заглянула за него. Там стоял только охранник.

— Куда ушла Орфея?

Этот оловянный как стоял, так и остался стоять. Даже ни одна мышца не дрогнула. Спряталась от него за углом. Оперлась на стену и опустилась на корточки, спрятав лицо за коленями.

— Я приношу неприятности?

Сапфировый прокашлялся.

— Значит, да?

Комнату стали захватывать сумерки. В сердце щемило, я не могла зажечь лучики. Не знала, как. Сняла один со стены и повертела в руках.

Вздох вырвался из груди. Нет, не знаю.

— Можешь помочь зажечь свет? – робко спросила Хэша. Но в ответ услышала тишину.

Заняться было не чем. Меня раздражало моё бездействие. С таким светом я даже не могла читать заметки.

Решила выйти на балкон. Как только солнце скрывалось за горизонтом, здесь была приятная прохлада. А запах сада под окнами окунал меня в другой мир, отличный от сухих очертаний пустынных городов.

Я стояла и наблюдала за людьми снизу. Кто-то просто прогуливался по саду. Кто-то сновал с поручениями. Все были при деле, кроме меня.

Почему я так волнуюсь из-за этого? Я так хочу остаться претенденткой? Или я боюсь, что могу со мной сделать за это? Шумно выдохнула.

В комнате раздались шаги, вернувшие меня в реальность.

Орфея стала зажигать светильники, даже не взглянув на меня. Я не решалась вернуться в комнату, наблюдая за ней с балкона.

Служанка подошла ко мне и поклонилась.

— Госпожа, нужно пойти к лекарю, чтобы снять повязки.

Я совсем забыла, что их нужно снимать, на столько я привыкла к повязке на руке за свою жизнь.

Хорошо, что я заранее перепрятала брошь. Я не могла знать, когда меня отведут снова к лекарю, а метаться перед его посещением мне не хотелось.

Я взглянула на угол балкона, где за неплотно прилегающим камнем спрятала брошь. Надеюсь никто не найдет её здесь.

В коридоре нас уже ожидали две женщины. Они молча сопроводили нас до знакомого кабинета.

Старик закрыл за мной дверь и быстро сел за стол. Он указал рукой на стул перед его стол, приглашая меня сесть на него.

Уставшая опустилась на стул и протянула ему перевязанную руку.

Он надел очки и приступил к работе.

Как только бинты были сняты увидела свежий шрам на ладони. Лекарь осмотрел его и обработал настоем.

— А теперь перейдем к ноге.

Он обогнул стол и присел передо мной.

— Должен вам сказать. У вас хороший покровитель.

Тихо пробормотал старец, обрабатывая мне пятку. По спине прокатился разряд. Это у меня покровитель?

— Что вы имеете в виду? – так же тихо спросила.

Он выпрямился и взглянул на свою дверь. После чего приложил палец к своим губам.

— Я дам вам несколько наставлений. – произнес он нарочито громко, направляясь к своему шкафу с книгами.

Он вернулся и протянул мне две тонкие книги. Я вопросительно на него смотрела, а он просто сунул мне их в руки.

Они были потертые, без названий.

— Вы должны быть осторожны в дальнейшем. – таким же громким голосом продолжил он, садясь на свое место. – Рана свежа, если вы её потревожите или... – он сурово посмотрел на меня, -вскроете. Последствия могут быть не предсказуемы.

Нужно спрятать книги!

Я отвернулась от него и неловко затолкала себе книги под платье, зафиксировав их поясом.

Старик улыбнулся и одобрительно кивнул.

— Можете идти.

В этот момент дверь открылась и Орфея с девушками вошли в комнату.

Глава 10

Открыла глаза. Солнце только появлялось над дворцовой стеной. Орфея дремала на кушетке рядом. Запустила руку под подушку. Книги были на месте — вечером, пока Орфея готовила процедуры, я тайком положила их туда.

Прикрыла глаза и потянулась. Из окна потянуло сладким запах. Скоро должен начаться сезон цветения. Совсем вылетело из головы. Когда последний раз видела цветы яблони?

Опустила ноги на ковер. С удовольствием почувствовала его мягкое и прохладное покрытие. После того, как моя тайна открылась, на удивление стало легче.

Я гладила рукой подушку, размышляя как можно просмотреть эти книги? Зачем мне их передали? Могла ли я показать их Орфее?

Вчера она вступилась за меня. Взглянула на её спящее лицо. Могу я ей довериться? Без неё мне здесь не выжить.

Тихо прошла к туалетному столику. Кувшин уже был полон.

Орфея проснулась от шума воды.

— Прошу прощения, я проспала. – пытаясь скрыть зевок произнесла хезре.

— Это я рано проснулась.

Она начала застилать постель, но резко остановилась.

— Я хотела поговорить с тобой об этом. – аккуратно начала разговор на родном языке. – охрана уже сменилась?

— Да… — Непонимающее произнесла служанка, поднимая книги. Она раскрыла их и стала листать.

— Откуда это у вас?

Она говорила на моём языке, значит я не ошиблась в ней. Но если она на столько удивлена, значит не она подговорила старика.

Я развернулась и посмотрела на неё.

— Ты поможешь мне с этим?

— Так вы сами можете справиться, — она робко протянула мне книгу.

Я не понимающе взяла книгу и открыла её в глаза остановились на знакомом слове – «знание». Мои глаза распахнулись от удивления – это был учебник языка Ардо, написанный на сиинском.

Я медленно опустилась на стул, быстро переворачивая страницы. Как? Кто? Теперь я могла учиться читать. И писать…

— А ты можешь достать дополнительную бумагу? Кажется, мне не хватит тетради… — я смотрела в учебник не отрывая взгляда.

Я спрятала книги под подушку, одёрнула платье и вышла в коридор, где уже слышались голоса девушек. Учебное утро начиналось с завтрака. Девочки шумно общались, а я тихо смотрела в свою пустую тарелку, есть совсем не хотелось, а живот требовательно урчал. Сжала его, чтобы никто не услышал предательских звуков.

— Почему ты не ешь? – удивленно спросила Ариана.

Из меня вырвался горький смешок. Как она может обычно общаться, после того как отвернулась от меня?

— Не хочется… — я равнодушно ответила подруге, не поворачиваясь к ней.

— Наверное хочется того прогорклого хлеба, что ела за пределами стен? – громко усмехнулась Мелика.

Я просто промолчала, у меня не было настроения пререкаться с ней. Но у неё был совсем другой настрой. Она потянулась сквозь Ариану и взяла меня за руку, стиснув своими холодными пальцами.

— Не волнуйся, здесь же к тебе относятся совсем по-другому.

Я взглянула на неё, на ней была мордашка провинившегося щенка. Мне стало противно, но нужно было подыграть иначе она от меня не отстанет.

— А я пока этого не заметила, — ответила я с наигранной улыбкой, выдернув руку из её хватки.

Её выражение лица тут же сменилось на высокомерное безразличие.

— Что и требовалось ожидать от… — чуть тише произнесла она, — Цирковой живности! – громко закончила она, после чего недобро улыбнулась.

Снова ко мне устремились взгляды всех в этой комнате. Я заметила, как за соседним столом одна из девушек наклонилась к соседке и что-то стала шептать на ухо. Это начинает напрягать.

— Ты так думаешь? – ехидно ответила я, слегка откинувшись назад и опершись на руки.

— Не думала, что здесь будет уличная акробатка, — фыркнула она.

В комнате все ещё висела тишина. Все ждали, что будет дальше. Казалось, девочки жадно хватали каждое слово, чтобы порождать сплетни. Мелика не отрывала от меня глаз, мне хотелось стереть её злорадную улыбку.

— Зато я сама зарабатывала себе на этот кусок, а не вытягивала золото из папочки… — улыбаясь парировала я.

— Ты… — тихо прошипела оппонентка, на лице которой выступили красные пятна.

Она дернулась ко мне, но Ариана остановила её плечом.

Пальцы дрожали. Прозвенел колокольчик – это означало, что пора идти на занятия. Ей повезло.

Уроки шли монотонно, я уже рефлекторно писала все, что попадала на слух в свою тетрадь, не обращая снимание на других. Даже не заметила, как пронеслась половина дня.

— Все могут идти в обеденный зал, Агата останется в классе.

Фраза выдернула меня из моих мыслей. Что я опять сделала?

Я подняла глаза и увидела, как Мелика оборачивается у дверей. Её улыбка была медленной и довольной, как у кошки, которая загнала мышь в угол. Ариана, напротив, отвела взгляд.

Как только девочки вышли из кабинета, я подошла к ей столу и села на стул рядом с ним. Обычно тут отвечали экзаменуемые девочки, после пройденных тем, поэтому мне было не комфортно сидеть на нём.

Я ерзала, пока матушка не села рядом.

— А теперь поговорим про основное наказание.

Она достала толстую тетрадь, надела очки и стала перелистывать её ища что-то.

Я нахмурившись пыталась заглянуть в неё, но я не понимала, что там написано, поэтому просто откинула на спинку стула.

Матушка прокашлялась, я не охотно выпрямилась и грустно стала наблюдать за ней.

— И так. Я смотрю мы закупаем все письменные принадлежности для тебя, хотя это обязанность семей претенденток… — начала она, растягивая предложения. – Так же мы предоставили тебе два платья, которые тоже должна покрывать семья…

По спине пробежал холодок. В смысле должна покрывать семья? Как же хотелось врасти в стул. Даже если собрать оставшиеся деньги со все труппы, этого не хватило покрыть все эти расходы.

— Я так понимаю ты сирота?

Она сняла с себя очки и медленно положила их на стол, я следила за её руками, затем медленно перевела взгляд на её лицо. Она смотрела в тетрадь. У неё была печаль в глазах?

— У нас есть девочки, которые не могут позволить себе это обеспечение из семей. – тихо начала она. – В этом случае мы вычитаем часть из их ежемесячного жалования.

— Ежемесячного жалования? – в полном ступоре я переспросила.

— Да, оно выплачивается на каждую новую луну. Это говорилось на первых занятиях, но ты у нас не с начала курса. Поэтому говорю это отдельно. Но… — она провела сложенными очками по строке в тетради. – У тебя будет так же вычитаться за испорченное платье. Итого… Одна пятая жалования будет возвращаться, в течении шести лун… — Она постучала очками по тетради. – А теперь иди к остальным.

В отличие от первой половины дня, которая проскочила, вторая тянулась мучительно долго.

Нас попросили написать текст, который мог бы отражать наше представление об текущей иерархии власти.

В комнате стояла тишина, которую разбавляло шуршание перьев. Предо мной лежал чистый лист. Я могла написать что-то, но не на нужном языке… Да и мой почерк на сиинском желал лучшего. Я тяжело вздохнула. Интересно кто-то смог бы разобрать мою писанину, кроме Орфеи?

Я закрыла глаза, чтобы успокоить бешенный такт сердца.

— Что это?

Это был вопросительный тон матушки. Я медленно повернула голову в её сторону. Она сурово смотрела на меня. Хоть я и понимала, что получу за этого, но сердце всё равно ушло в пятки.

После урока, я снова сидела на стуле, ожидая свою хезре.

«Раз ты всё равно не выполняешь задания по переписываю, я сразу отправлю тебя в прачечную». Слова матушки продолжали звенеть в моей голове. В груди всё сковало. Чтобы успокоится, я впилась руками в сиденье стула.

Как только я услышала шаги за дверью, на моем лице появилась улыбка, но увидев лицо Орфеи, она мигом испарилась.