![Пересадка органов (Биомедицинские и биофилософские проблемы)](/covers_330/71056753.jpg)
Полная версия
Пересадка органов (Биомедицинские и биофилософские проблемы)
Если говорить о предмете биофилософии, то она исследует структуру биологического знания; природу, особенности и специфику научного познания живых объектов и систем; средства и методы подобного познания. Биофилософия представляет собой систему обобщающих суждений философского характера о предмете и методе биологии, месте биологии среди других наук и в системе научного знания в целом, ее познавательной и социальной роли в современном обществе [Биофилософия / Под редакцией Шаталова А.Т. – Москва: ИФ РАН, 1997. – 542 с.].
Глава 3.
О проблемном поле и проблемно-дисциплинарной демаркации биофилософии
Итак, концептуальным ядром биофилософии является понятие жизни. Оно приобретает статус многозначной философской категории и основополагающего принципа понимания сущности мира и человеческого существования в нем [Sattler R. Biophilosophy. Analytic and Holistic Perspectives. – N.Y.; Tokio, 1986]. С современных позиций философское осмысление живого мира представлено в четырех относительно автономных и одновременно внутренне взаимосвязанных направлениях: онтологическом, методологическом, аксиологическом и праксиологическом. Современное естествознание имеет дело с множеством картин природы, онтологических схем и моделей, зачастую альтернативных друг другу и не связанных между собой [Чайковский Ю.В. Познавательные модели, плюрализм и выживание // Путь. – 1992. – №1.– С.12-13]. В биологии это отражалось в разрыве эволюционного, функционального и организационного подходов к исследованию живого, в несовпадении картин мира, предлагаемых эволюционной биологией и экологией и т.д.
Исходным постулатом является то, что в онтологическом плане жизнь можно представить как важнейший компонент нашего бытия, образец совершенства ее структурной и функциональной организации, явление планетарного характера, исходное основание образования многих биогенных и биокосных природных ресурсов, непременный фактор биосферы, которая развивалась и трансформировалась в ноосферу [Биоэтика: проблемы и перспективы: сб. статей / ИФ РАН; отв. Ред. С.М.Малков, А.П.Огурцов. – М., 1992. – 210 с.]. По А.Т.Шаталову и Ю.В.Олейникову «жизнь – это такое явление природы, которому присуще направленное развитие от низшего к высшему, от простого к сложному, и наоборот, от самосохранения до альтруизма, пожертвования собственной жизнью ради жизни других». То есть можно сделать предположение, что если явлениям неживой природы присуще существование, то живой природе свойственно направленное развитие, в процессе которого она осуществляет свое проживание, выживание и возможное саморазвитие.
В указанном аспекте, задачей онтологического направления в биофилософии является: во-первых, выявление онтологических моделей, лежащих в основаниях различных областей современной науки о жизни; во-вторых, критико-рефлексивная работа по осмыслению их сути, взаимоотношений друг с другом и с онтологическими моделями, представленными в других науках, их рационализации и упорядочению [Философия: Энциклопедический словарь. – М.: Гардарики / Под редакцией А. А. Ивина, 2004. – 1072 с.]. Если понимание процесса существования неживой природы укладывается в узкие рамки физического детерминизма, то развитие живой природы не укладывается в эту концепцию. По пониманию биофилософов, тайна жизни сокрыта не столько в физике, сколько в метафизике, то есть психических и биосоциальных началах [Биофилософия / Под научным руководством Лисеева И. К. – М.: ИФ РАН, 1997. – 264 с.].
По мнению ряда исследователей, проблема жизни, ее цели и ценности для философии не менее важна, чем основной вопрос философии. Осмысление вопросов происхождения человека, его развития, вписанности в природный мир, особенностей отношений с этим миром во многом открывают занавес перед вечными проблемами – о цели жизни и ее ценности; о сохранении и гармонизации жизни. И если первая проблема является проблемой философии, то вторая – проблема биологии, а точнее медицины [Реймерс Н.Ф. Надежды на выживание человечества. Концептуальная экология. – М., 1992. – С.44-46].
Нужно также отметить то, что философия, внося в биологическое познание оценочный момент о смысле и роли человека в природе, во многом определяет побудительные мотивы индивидуального поведения человека. Преломляясь именно в биофилософии, она обусловливает творческое, созидательное поведение человека, стимулирует гуманизацию человеческой деятельности, распространяя это отношение на мир живой и неживой природы [Касавин И. Т. Энциклопедия эпистемологии и философии науки. – М: «Канон +» РООИ «Реабилитация», 2009. – 1248 с.]. Гармонизация человеческих отношений опосредованно проявляется в изменении не только отношения людей к окружающему миру, но и к качеству своей жизни.
По мнению многих исследователей, интеграция биологического и социального мира живой природы и природы общественной жизни помогает преодолеть крайности в толковании роли биологических и социальных факторов в жизнедеятельности биологических и социальных типов жизни, породив биосоциологию [Карсаевская Т.В. Прогресс общества и проблемы целостного биосоциального развития современного человека. – М., 1978.– С.67-69]. Биосоциальный подход выполняет своего рода функцию интегративного основания в исследованиях различных типов жизни. Биосоциология ориентирована, во-первых, на познание процесса взаимодействия биологического и социального в ходе становления личности человека; во-вторых, на разрешение противоречия между материальными потребностями телесной организации человека и духовной сферой бытия [Гречко П.К. К вопросу о предмете социальной философии // Вестн. Моск. гос. ун-та им. М.В.Ломоносова. – Сер. Философия. – 1995. – № 1. – С.23-24].
По мере развития философии биологии, у философов возникает все большее количество вопросов. Помимо извечных вопросов (таких как «Что такое жизнь?» или «Что такое бытие?»), биофилософы пытаются ответить на, например, такие вопросы: «Что является биологической разновидностью?», «Как возможна рациональность, учитывая наше биологическое происхождение?», «Как организмы координируют их общее поведение?», «Что является естественным отбором, и как это работает в природе?», «Как врачи объясняют болезнь?», «Как экология связана с медициной?», «Есть ли средства изменения генома?», «Как наши биологическое понимание расы, сексуальности, и гендерности отражает социальные ценности?», и другие [Ша¬талов А. Т. Пред¬мет био¬фи¬ло¬со¬фии // Фило¬со¬фия на¬у¬ки / Отв. Ред. В. А. Смир¬нов. – М.: Институт философии РАН, 1996. – В. 2. – С. 122-131]. Кроме того, развитие биологии убеждает современное общество заново продумать традиционные ценности, которые касаются всех аспектов человеческой жизни. Возможность генетической модификации стволовых клеток человека, например, привела к продолжающемуся противоречию как среди ученых, так и среди обычных людей о том, как некоторые биологические методы могут посягать на этические нормы. С развитием биоэтики, стали популярны вопросы, скорее относящиеся к философии. К ним можно отнести вопросы трансплантологии, эвтаназии, клонирования человека и другие [Биоэтика: проблемы и перспективы. – М., 1992. – С.33-38].
Многие исследователи, принимая во внимание тот факт, что содержание биофилософии представлено двумя уровнями постижения: фундаментальными и прикладными, правомерно выделяют и эти уровни в качестве самостоятельных [Суворова О.С. Человек: душа и тело, смерть и бессмертие .– М., 1994. –С.32-33]. Фундаментальный уровень есть философская рефлексия над жизнью, ее возникновением, местом и ролью в универсуме. Здесь подчеркивается теоретическая связь биофилософии с естествознанием, философией науки и науковедением в целом. Прикладной уровень указывает на материально практическое и эстетическое отношение к живой природе, на выход биофилософии за пределы фундаментального знания в сферу конкретного распредмечивания и объективирования содержания ее концепций и идей в этологии, бионике, биотехнологии, биоэстетике и т.п., проникновение теоретической фундаментальной биофилософии до уровня эмпирического и обыденного знания, ее реализации в общественной практике [Олейников Ю.В., Шаталов А.Т. Экологические перспективы человечества // Энергия: экономика, техника, экология. – 1995. – № 10. – С.11-15]. Возможно, в перспективе обозначатся и такие аспекты биофилософии как биогеографическая философия, предметом исследования которой станет пространственное распределение форм жизни, историческая биофилософия, учение об истории формирования и становления биофилософии и другие [Карпинская Р. С., Лисеев И. К., Огурцов А. П. Философия природы: коэволюционная стратегия – М., 1995].
Нужно отметить, что биофилософия объективно призвана быть реперной точкой дальнейшего расширения масштабов и углубления комплексных междудисциплинарных исследований процессов биологизации философии и философизации биологии, углубления интереса к биологической компоненте мировоззрения и мироощущения, творческой переоценки прежних и обоснование новых концепций жизни, определения места биологии в становлении новой мировоззренческой парадигмы [Философские проблемы глобальной экологии. – М., 1989.– С.85-87]. Так, например, по мнению Р.С.Карпинской, создание целостного образа биологии составляет главную заботу философии биологии. Философия биологии при этом не может быть до и вне методологических средств исследования. Она формируется в качестве лабильного исторического образования, зависимого от токов «сверху» и «снизу» – от определенного уровня современной методологической культуры и от уровня и характера теоретического исследования в биологии [Карпинская Р.С., Лисеев И.К., Огурцов А.П. Философия природы: коэволюционная стратегия. – М., 1995. – С.32-37]. Однако создание нового целостного образа современной философии биологии – это необходимый, но лишь первый шаг в осмыслении вклада наук о жизни в качественно новый этап взаимодействия философии и естествознания. В одной из ее работ высказывается мысль, что идея коэволюции может стать новой парадигмальной установкой культуры XXI века, мощным источником новых исследовательских программ будущего – новой философии природы, новой философии науки [Философия биологии: вчера, сегодня, завтра. – М.: ИФ РАН, 1996. – 306 с.].
Значительная интенсификация и расширение поля исследований феномена жизни во второй половине ХХ века проявляется в росте числа и разнообразия наук, опирающихся на биологию, что свидетельствует о повышении ее мировоззренческого, методологического, эвристического и ценностного потенциала в целостной системе материальной и духовной культуры общества [Биология в познании человека. – М., 1989. – С.66-68]. Новый статус биологии выдвигает целый ряд приоритетных проблем, требующих философского осмысления [Философские проблемы биологии. – М., 1973]. Среди них по праву первостепенной становится проблема выявления мировоззренческой роли биологии, ее вклада в философское осознание представлений о месте и роли жизни на Земле и в околоземном пространстве, в методологическое осмысление целенаправленного процесса коэволюции природы и общества [Фесенкова Л.В. Отношение субъекта и объекта и проблема внеземной жизни // Методологические аспекты исследований биосферы. – М., 1975; Фесенкова Л.В. Методологические аспекты исследований жизни в космосе. – М., 1976].
Таким образом, настоящее время заметно повышается теоретический и методологический статус биологии в формировании интегративных представлений, образующих канву новой универсальной картины мира – онтологического основания мировоззрения (как целостной системы наиболее общих взглядов человека на окружающий и собственный мир через призму знаний о жизни) [Философские проблемы биологии. – М., 1973].
Нужно подчеркнуть, сложившаяся в современной науке и практике ситуация требует от ученых и экспериментаторов более пристального внимания к междисциплинарным, пограничным исследованиям, лежащим в основе зарождения и становления новых нетрадиционных областей знания и научных направлений. Одним из таких направлений, возможно, и станет биофилософия как один из важнейших элементов развития современной культуры, выражающий своеобразный синтез биологии и философии, ориентированный на целостное осмысление феномена жизни, ее места и роли в бытии Универсума [Фролов И.Т. Жизнь и познание: О диалектике в современной биологии. – М., 1981].
В середине XX века в связи с развертыванием НТР достижения естественных наук начали активно внедряться в практику и для многих стали зримы катастрофические последствия использования научных достижений без учета их влияния на бытие живого вещества в целом и человека в частности. Особо наглядно разрушительное влияние на живое вещество, на бытие биосферы в целом продемонстрировали абиогенные источники энергии и химические соединения, широко используемые современным человеком в быту и производстве в качестве боевых средств. В связи с этим заговорили ученые и философы [Манифест Рассела–Эйнштейна (1955) // Мир науки. – 1979. – Том XXIII. – №3] о необходимости формирования новой мировоззренческой парадигмы, максимально учитывающей достижения биологических наук. Затем к ним присоединились и многие политические деятели. В конечном счете на осознании взаимосвязи живого вещества планеты стало базироваться набирающее силу экологическое движение. Процесс трансформации мировоззренческих представлений (на основе осознания места и роли жизни в Универсуме) наглядно продемонстрировали Экологический форум ООН по окружающей среде и развития в Рио-де-Жанейро (1992) и совещание по вопросам военной деятельности и окружающей среды в Линченпите (Швеция, 1995).
Современное социальное развитие, кризис механической индустриальной технологии, нарушение естественных планетарных биогенных констант, и как следствие, нарастание экологической угрозы биосфере и обществу, ухудшение генофонда, снижение биологического разнообразия и ценности человеческой жизни в ряде регионов обострили проблему выживания человечества, сохранения жизни на Земле [Карсаевская Т.В. Прогресс общества и проблемы целостного биосоциального развития современного человека. – М., 1978. – С.45-46]. В этих условиях остро встает вопрос о коренном пересмотре прежней физикалистской (механистической) картины мира, и конструировании с позиции биофилософии новой биологически ориентированной картины мира [Лисеев И.К. Современная биология и формирование новых регулятивов культуры (философский анализ) // Автореф. докт. дис… – М., 1995. – 48 с.].
В настоящее время, проблема антропогенного влияния на мир живой природы вообще и человеческой в частности, одинаково актуальна как для биологии, так и для философии. Ее исследование только средствами биологии или какой-либо другой конкретной науки малопродуктивно. Здесь никак нельзя ограничиться науками биологического профиля: биомеханикой, биофизикой, биохимией, биоэнергетикой, бионикой, экологией и т.п. Теперь как никогда нужна интеграция биологии и философии при максимальном учете достижений других наук [Экологический кодекс России (этика природопользования). Проект разработанный Ю.В.Олейниковым, А.А.Гореловым, Э.С.Кульпиным, И.А.Крыловой, И.К.Лисеевым, А.Т.Шаталовым // К экологической цивилизации. – М., 1993. – С.99-103]. Биофилософия, опираясь на синтез биологии с философией, призвана привлечь весь арсенал науки и культуры, ассимилировать в себе максимум знаний по смежным проблемам.
Анализ теоретических предпосылок формирования биофилософии предполагает всестороннее творческое осмысление – с выявлением всего положительного – бытовавших в прошлом и имеющих хождение в настоящем концепций гилозоизма и пантеизма, преформизма и эпигенеза, механицизма и витализма, креационизма и связанного с ним теологизма, философии жизни и жизненного порыва [Реймерс Н.Ф. Надежды на выживание человечества. Концептуальная экология. – М., 1992. – С.122-128]. Возрастающая роль мировоззренческой парадигмы в биоцентристских концепциях жизни должна послужить стимулирующим мотивом расширения исследовательского поля биофилософии как основы новых фундаментальных мировоззренческих, методологических и аксиологических представлений о месте и роли жизни в Универсуме [Казначеев В.П. Очерки теории и практики экологии человека. – М., 1983. – С.66-67]. В таком контексте концепции биоцентризма, антропоцентризма и космоцентризма переходят из класса антиподов научного познания в класс основополагающих взаимодополнительных принципов познания жизни, определяющих возможности и перспективы ее сохранения и развития.
Разработка проблемы становления биофилософии как нового стратегического направления исследования процесса развития стала возможной прежде всего благодаря выходу биологии на надорганизменный уровень структурной организации живых систем, словом, выходу современных биологических наук на целостный подход к изучению биологического феномена жизни [Кремянский В.И. Структурные уровни живой материи: Теоретические и методологические проблемы. – М., 1973. – С.39-41]. Другим важным компонентом становления биофилософии явились факторы социокультурной детерминации биологической реальности и в целом ценностно-гуманистическая ориентация биологии. Определенный импульс формированию новой мировоззренческой парадигмы, связанной с изменением места и роли общества в Универсуме как специфической формы бытия живого вещества придал весь комплекс экологических наук, в том числе и экология человека, социальная экология, глобальная экология [Глобальные проблемы и международные отношения. – М., 1991. – С.68-71].
Представляется, что в настоящее время некоторые новые мировоззренческие представления, обусловленные планетарным характером человеческой деятельности и вызванным ею изменением глобальной экологической ситуации, наиболее четко и систематизированно сформулированы в проекте “Экологического кодекса России (этике природопользования)” [Экологический кодекс России (этика природопользования). Проект разработанный Ю.В.Олейниковым, А.А.Гореловым, Э.С.Кульпиным, И.А.Крыловой, И.К.Лисеевым, А.Т.Шаталовым // К экологической цивилизации. – М., 1993], разработанным в Институте философии РАН, и в книге Н.Ф.Реймерса “Надежды на выживание человечества. Концептуальная экология” [Реймерс Н.Ф. Надежды на выживание человечества. Концептуальная экология. – М., 1992]. Вместе с тем, несмотря на известные достижения, биофилософия все еще находится в стадии становления, пребывая в поисках своего предмета, метода и места в системе биологического и философского знания.
По мнению исследователей проблемы биофилософии все еще остается актуальным вопрос об адекватности самого термина “биофилософия”, которым институциализируется новое направление исследования. В принципе, сейчас имеет место значительное многообразие интерпретаций объекта и предмета биофилософии, поскольку в полной мере еще не выкристаллизовалась ее проблематика, не произошло окончательное ее конституирование в системе научного знания [Гречко П.К. К вопросу о предмете социальной философии // Вестн. Моск. Гос. Ун-та им. М.В.Ломоносова. – Сер. Философия. – 1995. – №1. – С.44-45]. Исследования в направлении выявить естественнонаучные, теоретико-познавательные и гуманистические основания становления биофилософии, определить ее предмет и место в целостном представлении о мире, выделить и сформулировать основные проблемы исследовательской деятельности продолжаются [Казначеев В.П. Очерки теории и практики экологии человека. – М., 1983. – С.13-16].
Итак, возрастающая роль мировоззренческой компоненты биологического знания очевидно, послужила исходным естественнонаучным основанием биофилософии [Карсаевская Т.В. Прогресс общества и проблемы целостного биосоциального развития современного человека. – М., 1978. – С.33-34]. Важную роль в процессе кристаллизации проблематики биофилософии сыграли интегративная и оценочная компоненты познания, выявление общего и специфического в физикалистской и формирующейся новой биологической картине мира, в большей мере принимающей во внимание роль живого вещества и жизни вообще в существовании микро– и макромира. В целом же становление биофилософии подготовлено всем современным состоянием бытия природы и общества и их отражением в сознании научного сообщества [Взаимодействие общества и природы. Философско-методологические аспекты экологической проблемы. – М., 1986. – С.11-12].
В онтологическом плане жизнь – важнейший компонент нашего бытия, образец совершенства ее структурной и функциональной организации, явление планетарного характера, исходное основание образования многих биогенных, биокосных природных ресурсов, непременный фактор биосферы, ее развития и трансформации посредством своей высшей формы проявления – человека – в ноосферу [Казначеев В.П. Очерки теории и практики экологии человека. – М., 1983]. В философско-методологическом плане жизнь – это такое явление природы, которому присуще направленное развитие от низшего к высшему, от простого к сложному и наоборот, от самосохранения до альтруизма, пожертвования собственной жизнью ради жизни других. Если явлениям неживой природы присуще существование, то живой природе свойственно направленное развитие ее конкретных форм в процессе чего они осуществляют свое жизнепроживание и выживание [Философские проблемы глобальной экологии. – М., 1989. – С.44-45]. Жизнь в наше время становится явлением, которое невозможно объяснить вне философского понимания ее сущности и содержания, источников, механизмов и направленности эволюции [Взаимодействие общества и природы. Философско-методологические аспекты экологической проблемы. – М., 1986. – С.67-68].
Интеллектуальный интерес к проблемам феномена жизни и биологического познания, органично связанный с озабоченностью человека смыслом собственного бытия, создает благоприятный фон для дальнейшего расширения границ и углубления сотрудничества философов, биологов, социологов, представителей многих наук так или иначе выходящих на проблемы жизни и философско-мировоззренческий уровень постижения бытия [Суворова О.С. Человек: душа и тело, смерть и бессмертие. – М., 1994. – С.78-81]. Философия, внося в биологическое познание оценочный момент о смысле и роли человека в природе, во многом определяет побудительные мотивы индивидуального поведения человека [Беляев Д.К. Проблемы биологии человека: генетическая реальность и задача синтеза социального и биологического // Природа. – 1976.– №6. – С.55-65]. Преломляясь в биофилософии она обусловливает творческое, созидательное поведение человека, стимулирует гуманизацию человеческой деятельности, распространяя это отношение на мир живой и неживой природы – выступая как жизненно важное условие существования человека и сохранения жизни на Земле. Гармонизация человеческих отношений опосредованно проявляется в изменении отношения людей к окружающему миру [Карсаевская Т.В. Прогресс общества и проблемы целостного биосоциального развития современного человека. – М., 1978. – С.44-49].
К биофилософской проблематике ближе всего, может быть, находится круг проблем, традиционно составляющий позитивное существо содержания социальной биологии [Моисеев Н.Н. Человек. Среда. Общество. – М., 1982. – С.122-131]. Проблемы социальной биологии, имея отношение и к агрегациям простейших организмов, и к человеческим сообществам, затрагивают не только биологические аспекты, но и аспекты социокультурные, и даже теоретико-познавательные [Олейников Ю.В. Цивилизация и ноосфера [В.И.Вернадский и современность) // Цивилизация: теория, история и современность. – М., 1989. – С.88-92]. Следовательно, социальная биология, сама того не ведая, составляет один из естественнонаучных базисов биофилософии.
Человековедческая часть биофилософии составляет предмет биосоциальной философии, включающей в себя такие дисциплины как биофилософия человека (антропофилософия), социальных групп, коллективов и общества в целом. Главной проблемой этого комплекса наук является исследование специфики взаимоотношения биологического и социального бытия человека и различных организованных биосоциальных общностей [Реймерс Н.Ф. Надежды на выживание человечества. Концептуальная экология. – М., 1992. – С.133-138]. Выход биофилософии на уровень исследования биосоциальных структур (групп и сообществ живых организмов) открывает широкие возможности для анализа специфики онтологических отношений философии жизни и философии деятельности людей и их различных общностей [Олейников Ю.В., Шаталов А.Т. Экологические перспективы человечества // Энергия: экономика, техника, экология. – 1995. – №10. – С.35-38]. Выяснению этих отношений в немалой мере могут способствовать подходы социал-дарвинистов и социобиологов к пониманию и интерпретации взаимосвязи биологических и социальных факторов в жизнедеятельности человека и социальных общностей людей [Марксистско-ленинская теория исторического процесса. – М., 1987. – С.67-69].
Известный научный интерес представляют исследования социальных дарвинистов конца XIX – начало XX века (Г.Спенсер, Ж.Лапуж, У.Самнер и др.) в выявлении места и роли биологических принципов естественного отбора и борьбы за существование и выживание наиболее приспособленных в общественной жизни, в интерпретации естественных предпосылок социальных конфликтов [Биоэтика: проблемы и перспективы. – М., 1992. – С.111-113]. Не менее важная роль в понимании биологических процессов принадлежит социобиологии, изучающей влияние социальных факторов на биологический тип жизни. Преодоление крайностей в толковании роли биологических и социальных факторов в жизнедеятельности биологических и социальных типов жизни лежит на пути интеграции биологического и социального мира живой природы и природы общественной жизни [Лисеев И.К. Современная биология и формирование новых регулятивов культуры (философский анализ) // Автореф. докт. дис… – М., 1995. – 48 с.].