![Пересадка органов (Биомедицинские и биофилософские проблемы)](/covers_330/71056753.jpg)
Полная версия
Пересадка органов (Биомедицинские и биофилософские проблемы)
Таким образом, развитие биологической, в особенности биомедицинской науки, необходимо четко связывать с неизбежностью перехода к новой системе мировоззрения, что оправдано, прежде всего, тем, что уже на рубеже XX и XXI веков имело место, прежде всего, четко выраженный нравственный упадок культуры как основы мировоззрения индустриального общества, попирающего элементарные этические нормы сохранения жизни. В этой ситуации, базисом новой культуры, а, следовательно, и мировоззрения, должно стать, по нашему мнению, святость человеческой жизни. Как медик и философ, хочу отметить, что особое место в системе теоретических и методологических предпосылок становления биофилософии занимают не только организменная, эволюционная и коэволюционная концепции биологии, но и современная концепция развития медицины, выполняющая функцию своеобразных моделей культуры оздоровления людей в век новых и сверхновых технологий, в условиях нравственного кризиса общества. Прогресс медицины должна происходит не за счет ущемления человечности. По крайней мере, такова должна быть главная суть современной концепции оздоровления людей.
В настоящее время, когда имеет место значительное многообразие интерпретаций объекта и предмета биофилософии, поскольку в полной мере еще не выкристаллизовалась ее проблематика, не произошло окончательное ее конституирование в системе научного знания, считал бы оправданным включить все многообразие мировоззренческих парадигм не только современной биологии (фундаментальная наука) и биомедицины (фундаментально-прикладная наука), но и медицины (прикладная наука) в ее исследовательскую проблематику в качестве ситуативных проблем. На мой взгляд, концептуальная проработка каждой из ситуативных проблем, безусловно, укрепит позицию не только всего комплекса биомедицинских наук в целом, но и биофилософии, причем, в качественном диапазоне.
Допускаю различное восприятие и оценку данного произведения. Считал бы цель выполненной, если высказанные суждения найдут отклик, стимулируя со-размышления и совместный поиск. Я не призываю к единогласию и единомыслию. Нет. Призываю, во-первых, к со-размышлению по вопросу оптимизации соотношения целей и средств в биоэтике, к совместному поиску все же гуманистического метода их гармонизаций. На мой взгляд, дискуссия помогает отточить, прежде всего, собственное мнение, а затем уже способствует той или иной степени взаимопониманию. Конечно же дискуссия не является самоцелью. Она оправдана в тех случаях, когда у спорящих, с одной стороны есть определенные разногласия и неясности, а с другой – реальная возможность разобраться в них и устранить их [Советский энциклопедический словарь. – М. «Советская энциклопедия», 1985. – С.395]. В этом смысле, дискуссия – вынужденное средство достижения истины.
Глава 1.
Проблема недостаточности концепций и интеграции наук для гармонизации соотношения целей и средств в биоэтике
Исходным постулатом наших исследований и философских обощений является то, что традиционно многие науки призывают к разрежению этического дисурса до уровня нормативной этики. На наш взгляд, не следует абсолютизировать нормативную этику с ее инструкциями, кодексами, уставами, положениями. Их в биомедицине и медицине достаточно много и, к сожалению, они не всегда способствуют образцовой моральности, то есть с сохранением истинной доброты, милосердия и человечности. В этих условиях, на наш взгляд, нужно вписать этику в контекст союза философии и медицины.
Сейчас много дискутируется вопрос о возможностях той или иной науки в достижении истины. Следует отметить изменение характера объекта исследования, когда заметно усилились место и роли комплексных подходов в его изучении. Объектом современной науки становятся – и чем дальше, тем чаще – так называемые «человекоразмерные» системы, в числе которых и в первую очередь, биомедицинские объекты. В настоящее время обсуждается вопрос о построении науки будущего. При этом выдвигается на первый план задача создания такого учреждения. Такими являются Институты человека, Институты природы, Институты жизни и пр.
Мы переживаем время интеграционных, междисциплинарных, транстеоретических, полисинтетических наук. В настоящее время активно развиваются такие синтетичные науки как экобиомедицина, физхимия, химфизики, медхимия, биогеохимия, биогеомеханика, биоматематика и пр. Объектами этих наук являются сложнейшие системы, не «подвластные» одной отрасли науки. Кроме того, надо заметить, что все чаще внимание ученых привлекают такие исторически развивающиеся системы, как мораль, нравственность, этика. Активно развиваются биоэтика, экоэтика, биофилософия, философия науки и техники и пр. При этом идет тотальная оценка динамики этих категорий в зависимости от социально-природного фона. Внимание ученых все больше привлекают такие глобализационные проблемы, как экобиология, эко- и энергомедицина, биотехнология, трансплантология, системы «человек-компьютер», искусственный интеллект, генная инженерия и пр.
В мире идет широкомасштабное изучение последствий технологизации человеческой жизни, когда облик науки определяют системы, требующие новой методологии их познания. В настоящее время постулируется возможность таких манипуляций с человеком, как компьютеризация (нанороботизация), копирование сознания на синтетические носители (сеттлерика), «синтетические радости» (фантоматика и цереброматика) и, наконец, полная переделка конструкции человека и его окружения (пантокреатика). Перечисленные феномены являются новейшими в качестве объектов научных исследований. Насколько наши познания «догоняют» эту проблему и отвечают ли стратегии новой научной рациональности? Готово ли наше общество к восприятию такой перспективы? На рубеже ХХ и ХХI века началось лавинообразное развитие всей совокупности наук о жизни, начался процесс переосмысления на основе новых данных накопленных медициной фактов предрасположенности человека к различным заболеваниям, механизмов его иммунной защиты, а также роли окружающей среды и стрессов в развитии болезней – всего, что определяет здоровье человека, его долголетие и качество жизни.
Нужно отметить, что среди всех биологических наук наибольшее развитие получила биомедицина – симбиоз медицины и биологии, в основе которого лежит использование для решения медицинских проблем идей и технологий, разработанных в ряде теоретических медико-биологических науках. К настоящему времени приводятся следующие определения биомедицины: во-первых, это комплексная, интегративная, медико-биологическая, междисциплинарная отрасль знания, в основе которого лежит использование для решения медицинских проблем идей и технологий, разработанных в клеточной биологии, биохимии, биофизики, патофизиологии, патоморфологии, иммунологии, и других биологических науках; во-вторых, это отрасль науки, изучающая жизнь человека и качество этой жизни, основанном на переосмыслении новых научно-медицинских данных предрасположенности человека к различным заболеваниям, механизмов его функционально-физиологической, иммунной защиты, а также роли окружающей среды и стрессов в развитии болезней; в-третьих, это основа развития ранней диагностики заболеваний, основанной на прогнозировании предрасположенности к человека к болезням; на определении индивидуальных генетически обусловленных особенностей реакций организма; в-четвертых, это основа разработки эффективных методов лечения болезней, основанных на многократном ускорении разработки новых лекарственных средств за счет компьютерного моделирования, автоматизированного скрининга потенциальных препаратов, применения в преклинических испытаниях кандидатных веществ клеточных культур; в-пятых, это основа для создания принципиально новых лекарственных препаратов на основе антител, методов клеточной и тканевая инженерии, а также разработка методов выращивания органов для трансплантации.
На рубеже ХХ-ХХI века одним из основных и авангардных направлений биомедицины стала трансплантология – комплексная, интегративная, медико-биологическая, междисциплинарная (биологическая, медицинская, техническая) отрасль, областью исследований которой являются: во-первых, исследования по разработке способов преодоления тканевой несовместимости путем углубленного изучения вопросов трансплантационной иммунологии и трансплантационной патофизиологии, основной системы гемосовместимости человека и животных и внедрение полученных данных в клиническую практику; во-вторых, экспериментальная и клиническая разработка, а также внедрение в практику методов пересадки органов, тканей, изолированных клеток, а также оценка функции пересаженных органов и тканей; в-третьих, теоретическая и экспериментальная разработка и применение в клинической практике методов консервации органов, тканей, клеток; в-четвертых, теоретическая и экспериментальная разработка и создание аппаратов и систем, заменяющих жизненно важные органы и отдельные их функции, а также исследования в области создания материалов для искусственных органов; в-пятых, разработка методов диспансеризации и реабилитации больных с пересаженными органами, а также с различными искусственными органами.
На рубеже XX-XXI веков одной из важнейших причин того, что биология, как наука о жизни, безусловно, выдвинулась в первый ряд объектов познавательно–преобразовательной и оценочной деятельности философии, связано, прежде всего, с небывалым прогрессом биологических наук, прежде всего, таких отраслей, как биомедицина и ее прорывная отрасль, как трансплантология. Адекватно им зародилась новая научная дисциплина – биофилософия. Приводятся следующие определения биофилософии: во-первых, это комплексная, интегративная, биологически ориентированная междисциплинарная отрасль знания, вскрывающую мировоззренческо–методологические, гносеологические, онтологические и аксиологические проблемы через призму исследования феномена жизнедеятельности; во-вторых, это целостное единство философии биологии; философии жизни; аксиологии, как ценностное отношение к философии биологии и философии жизни, представляющий совокупность интересов философов, методологов, биологов, физиков, психологов, этологов, экологов и специалистов многих других наук, так или иначе исследующих феномен жизни; в-третьих, это раскрытие всего богатства мировоззренческо-методологического содержания философии жизни, выявление ее места и роли в развитии философии науки и духовной культуры в целом, это ответственное отношение исследователей к концептуальной проработке как каждой из проблем биологии, так и всего комплекса биологических дисциплин; в-четвертых, это философия, вносящая ценностный момент в понимание жизни, ее места и роли в мироздании и мировоззрении, это осмысление все возрастающего методологического влияния философии на понимание процессов бытия живой материи, материальной и духовной деятельности людей; в-пятых, это использование философского инструментария познания бытия и насыщения ее философской проблематикой, когда конкретные биологические исследования будут осуществляться в свете новых философских идей, нового философского видения мира.
Если очертить пределы проблем биофилософии, то они простираются: во-первых, от общего видения предмета биофилософии до раскрытия всего богатства его мировоззренческо-методологического содержания; во-вторых, от определения предмета биофилософии до выявления его места и роли в развитии философии науки и духовной культуры в целом. Таким образом, биофилософия является: во-первых, разделом философии, который занимается эпистемологическими, метафизическими и этическими вопросами в области биологических и биомедицинских наук, а также анализом и объяснением закономерностей развития основных направлений комплекса наук о живом; во-вторых, органическим единством интеллектуального и эмоционально-чувственного освоения медико-биологической реальности, определения в ней места и роли научно-рационального и вненаучного методов познания жизни.Хотелось бы отметить такую проектно-методологическую функцию биофилософии, как оценка социально-практических и морально-этических потребностями человека, то есть с решением вопроса о том, как выйти из кризисной (морально-этической, нормативно-правовой) ситуации с помощью биофилософских целевых программ организации развития науки, практики, человеческой культуры и цивилизации.
В целом, сформировался достаточно обширный спектр новых проблем, синтезируемых ныне биофилософией – это анализ и синтез четырех относительно автономных, но, вместе с тем, внутренне взаимосвязанных оснований (онтологического, методологического, аксиологического, праксиологического) любой медико-биологической науки, ее отраслей, конкретной дисциплины или даже специальности. В современном естествознании еще более активно «задействованы» все функции философии – онтологическая, гносеологическая, методологическая, мировоззренческая и др. Предметом активного обсуждения сегодня являются вопросы о самой философии как таковой; ее месте в современной культуре; о специфике философского знания, его функциях и источниках; о ее возможностях и перспективах; о механизме ее воздействия на развитие научного познания и иных форм деятельности людей.
Предметное поле современной философии, безусловно, расширилось, предельно напряжены и деформированы, в результате создалась «проблемная сверхситуация» во многих отраслях науки. Практически все науки оказались методически перегруженными, а методологически недогруженными, что является основной специфической чертой современного научного познания, требующей смещения акцента в сторону повышения общетеоретического уровня и методологическую нагруженности их парадигм. Сейчас много говорится о философском основании каждой науки. Она востребована для многих форс-мажорных ситуаций в науке – это и кризис теорий, это и проблемы концепций, это и вопросы интеграции наук. Темпы научно-технического прогресса таковы, что уже нынешнее поколение увидит, как по улицам будут ходить клонированные двойники, трансгенные люди, претендующие на правосубъектность, появляются киберорганизмы, кочующие по сети интернет с одного сервера на другой, не говоря о том, что появятся биороботы.
В настоящее время активно развивается так называемая НФ-философия – философия, предметом и объектом осмысления которого являются новые технологии, отраженные в многочисленных произведениях научно-фантастического жанра. Ученые предлагают по фантазировать, в том числе на предмет того, что отличия «человек-робот» постепенно стираются из-за насыщения человеческого организма кибернетическими микро- и наноустройствами. В такой ситуации, естественно возникает вопрос: к кому тогда применять, а к кому не применять общечеловеческие представления и духовные ценности? Можно ли говорить о юридической оправданности применения тех или иных гражданских воздействий или решения вопросов их правопользования? Какова судьба этической максимы «относиться к человеку только к цели самой по себе» в случаях, когда врач использует, например, почку от «живого донора»?
Указанные выше вопросы лишь подчеркивают внутренний драматизм и социально-психологическую остроту проблемы соотношения целей и средств в биоэтике, как одного из основных предметов биофилософии. Хотелось бы отметить важность более широкого понимания биоэтики, включающее в себя ряд аксиологических проблем профессиональной деятельности, смежной с врачебной, ряд социальных проблем, связанных с системами здравоохранения и, наконец, проблем, относящихся к отношению человека к животным. В указанном плане, биоэтика включает в себя этические регулятивы отношения к животным и тот круг проблем, который ранее относился к экологической этике. Иными словами, биоэтика ориентируется на достижения современной биологии при обосновании или решении моральных коллизий, возникающих в ходе научных исследований.
Глава 2.
Со-размышления о предмете, истории становления биофилософии
На рубеже XX- XXI веков биология, как наука о жизни, безусловно, выдвинулась в первый ряд объектов познавательно–преобразовательной и оценочной деятельности философии. Это связано, прежде всего, небывалым прогрессом биологических, в особенности, биомедицинских наук [Биофилософия / Под научным руководством Лисеева И.К. – М.: ИФ РАН, 1997. – 264 с.]. Перспективу такой тенденции описывали ряд авторов еще в 80-е годы XX века [Казначеев В.П. Очерки теории и практики экологии человека. – М., 1983. – С.23-30]. Разумеется, философское осмысление современного состояния биологии свидетельствует о закономерном и все возрастающем методологическом влиянии философии на понимание процессов бытия живой материи, материальной и духовной деятельности людей [Фролов И.Т. Жизнь и познание: О диалектике в совр. биологии. – М., 1981.– С.44-49]. Есть основания полагать, что по мере дальнейшего развития биофилософии ее сфера исследований будет все больше расширяться и углубляться на основе использования философского инструментария познания бытия и насыщения ее философской проблематикой. Об этом говорил Ruse M. (1988) еще на заре становления этой науки [Ruse M. Philosophy of Biology Today / Albany, State Un of NewYork. – Press, 1988]. О том, что конкретные биологические исследования будут и должны осуществляться в свете новых философских идей, нового философского видения мира – писала Р.С.Карпинская (1980) [Карпинская Р.С. Биология и мировоззрение. – М., 1980.– С.68-70]. В указанном ракурсе, биофилософия – это раздел философии, который занимается эпистемологическими, метафизическими и этическими вопросами в области биологических и биомедицинских наук, а также анализом и объяснением закономерностей развития основных направлений комплекса наук о живом [Биофилософия / Под научным руководством Лисеева И.К. – М.: ИФ РАН, 1997. – 264 с.].
Нужно отметить, что содержание и проблематика философии биологии существенно изменялись в ходе развития биологии и других наук о живом, в процессе изменения их предмета, трансформации стратегических направлений исследования. На начальных этапах своего становления как науки биология, еще не будучи теоретически оформленной, по существу представляла собой часть философии. Это отчетливо проявилось уже в античности, прежде всего в учении Аристотеля [Аристотель. О частях животных / Пер. В. П. Карпова. (Серия «Классики биологии и медицины»). – М.: Биомедгиз, 1937]. Проблема познания живого представлена у Аристотеля как в рамках умозрительной философии, учения о логических формах и методах познания, так и как особая, относительно самостоятельная сфера исследования природы [Ruse M. Philosophy of Biology Today. – Albany, State Un of NewYork. Press, 1988].
Нужно отметить, что биология в качестве объекта философких исследований известна со времен Аристотеля. В свое время этой проблемой занимался Р.Декарт, а затем И.Кант. Очевидно то, что в XX веке методологическое осознание путей и форм познания жизни значительно продвинулось вперед в поисках научного метода. В частности, у Декарта механистический метод был распространен на сферу живого, что привело к представлениям о живых существах как сложных машинах, подчиненных законам механики и развитию редукционизма. В разработанной форме механистическая концепция познания живого получила воплощение в философии Спинозы, который обосновал ее с рационалистически-математических позиций, исходящих из традиции Галилея, Гоббса, Декарта [Гилье Н., Скирбекк Г. История философии. – М., 2000. – 222 с.]. Между тем, исходя из представления о непрерывности развития и всеорганичности природы Лейбниц попытался выйти за рамки механистического материализма, утверждая, что единство организма составляет такая организация частей в одном теле, которая участвует в общей жизни [Biology and Philosophy / Ed. M. Ruse. – L., 1986. – V.1. – Р.122-132].
Следует подчеркнуть, что разграничение предмета биофилософии появилась относительно недавно. Если обратиться к истории этой науки, то начало формирования биофилософии связано с выходом в свет монографии австрийского ученого-эволюциониста Б.Ренша «Биофилософия», а также с публикацией Р.Саттлера монографии «Биофилософия: аналитическая и холистская перспективы» (цит. – А.Т.Шаталова и соавт., 1997). Указанные выше труды были посвящены гносеологической проработке механизмов познания жизни и определению места биофилософии в структуре научного знания [Hull D. The philosophy of Biological Sciens. – N.Y., 1974].
На мой взгляд, достоверную эвалюцию философии биологии можно проследить по капитальным в свое время монографическим трудам многих исследователей. В частности, в монографии К.Линней «Система природы» (1735) заложен основа классификации растений, животных и минералов. Впервые человек был отнесен к классу млекопитающих и к отряду приматов, что нанесло существенный удар по доминировавшему в те годы антропоцентрическому мышлению [Лисеев И. К., Огурцов А. П., Панов Е. П. Биология в познании человека. – М., 1989. – С.55-65]. К.Линней сформулировал принцип иерархичности систематических категорий, согласно которому соседние таксоны связаны не только сходством, но и родством. Эта идея стала одним из краеугольных камней на пути утверждения эволюционных представлений [Biopolitics. The Bio-Environment. Vol. 1-3 / Ed. By Agni Vlavianos -Arvanitis // B.I.O. Athens. – V.1.– 1987; V.2.– 1988; V.3. – 1991].
В известной монографии «Философии зоологии» Ламарка (1809) впервые сформирована целостная концепция эволюции в ее философском осмыслении. Было обращено внимание, во-первых, на всеобщий характер изменчивости, а, во-вторых, на прогрессивный ход эволюции, зависимая от фактора влияния среды. В качестве основного механизма эволюции Ламарк принимал наследование приобретенных признаков [Лисеев И. К., Огурцов А. П., Панов Е. П. Биология в познании человека. – М., 1989. – С.23-42]. Тенденцию же к усложнению организации живых организмов Ламарк считал результатом внутреннего стремления организмов к прогрессу, к совершенствованию. Принципиальным философским моментом в творчестве Ламарка является замена преформистских представлений, идущих от Г.Лейбница и других, идеями трансформизма – исторического превращения одних видов в другие [Биоэтика: проблемы и перспективы: сб. статей / ИФ РАН; отв. Ред. С.М.Малков, А.П.Огурцов. – М., 1992. – 210 с.].
В монографии «Царство животных» Ж.Кювье (1817) был сформулирован принцип соподчинения признаков. Развивая идеи Линнея, автор разделил все многообразие животных на четыре ветви, каждая из которых характеризуется общностью плана строения. Причем между этими ветвями, по Кювье, нет и не может быть переходных форм. В выдвинутом им принципе условий существования, названном принципом конечных целей, развиваются идеи «конкретной телеологии» Аристотеля: во-первых, организм, как целое, приспособлен к условиям существования; во-вторых, эта приспособленность диктует как соответствие органов выполняемым функциям и соответствие одних органов другим, так и их взаимообусловленность в пределах единого целого [Аристотель. О частях животных. / Пер. В. П. Карпова. Серия «Классики биологии и медицины»). – М.: Биомедгиз, 1937]. Ж.Кювье впервые показав на обширном фактическом материале грандиозную смену форм жизни на Земле и постепенное усложнение этих форм, фактически заложил основы эволюционных взглядов. Однако, в силу своих философских убеждений он свел их к представлениям о неизменяемости природы и настойчиво отстаивал эту позицию [Hull D. The philosophy of Biological Sciens. – N.Y., 1974].
В монографии «Философия анатомии» Сент-Илера (1818-1822) впервые обращено внимание на проблему значения и сущности сходства признаков. Автор целеустремленно искал гомологии у различных видов животных, разрабатывая идею единства плана строения всего живого. Однако дискуссия окончилась победой Кювье, который опроверг механистическую трактовку единства морфологического типа, предлагаемую Сент-Илером [Энгельс Ф. Диалектика природы. – 1873-1882, 1886]. В монографии «История развития животных» Карл Бэра (1833-1834) выведены законы эмбриогенеза. По мнению автора, сущность развития состоит в том, что из гомогенного и общего постепенно возникает гетерогенное и частное («закон Бэра»). Однако при этом эмбриональное развитие не означает повторения серии более низко организованных взрослых животных и не является прямолинейным [Карпинская Р.С., Лисеев И.К., Огурцов А.П. Философия природы: коэволюционная стратегия. – М., 1995. – С.98-102].
Существуют целые серии и циклы изданий, которые были посвящены тем или иным разделам и проблемам философии биологии. В частности. В ряде работ Шеллинга проблема познания живой природы выступает не как проблема эмпирического естествознания, а как одна из основных проблем натурфилософии. Природа предстает в форме всеобщего духовного организма, одухотворяемого единой «мировой душой», проходящего различные этапы своего развития на разных ступенях развития природы. В объяснении жизни Шеллинг не приемлет ни витализма, ни механицизма. Жизнь, в его трактовке, не нечто устойчивое, а постоянное изменение – разрушение и восстановление тех процессов, которые ее образуют [Карпинская Р.С. Природа биологии и философия биологии // Природа биологического познания. – М., 1991. – С.62-64]. В свих трудах И.Кант подчеркивает недостаточность ориентации только на механические причины, ибо организм, с его точки зрения, есть образование активное, заключающее в себе одновременно и причину, и действие. Задача познания живого сводится Кантом к определению трансцендентальных условий его мыслимости, поиску регулятивных понятий для рефлектирующей способности суждения [Эрлик С.Н. Биофилософия и человекознание // Биофилософия. – М., 1997. – С. 127-148].