Ведьма Инесс

«Надеюсь, этот ворон Влада», — подумалось мне.

Переступив порог, я окунулась в обитель некроманта. Справа в углу стоял кожаный диван с кучей заплаток, над ним висела красная германская бас-гитара, а рядом примостился небольшой журнальный столик, где дымился свежесваренный кофе в турке.

— Всё как я люблю, — сказала я, обнимая своего друга, пахнущего как всегда дегтярным мылом.

— Присаживайся, нам с тобой надо настроиться на работу, а кофе как раз этому поспособствует, — предложил Влад, разливая кофе в чашки.

— Пока мы не начали, хотела спросить. Не твой ли чёрный ворон меня встретил при входе?

— Где?! — Влад резко нахмурился и выскочил на улицу. Я последовала за ним, но, естественно, никаких летающих тушек там уже не нашлось.

Влад задумался, уставившись на то место, где сидел чёрный ворон. Затем произнёс:

— Слушай, так это же слежка! Правда, такие методы давно не применялись среди некромантов — слишком много мороки. Сначала надо убить, потом поднять в виде зомби, затем сделать привязку…

— А при чём тут некромантия? — спросила я, вновь усаживаясь на диван и беря в руки кофейную чашку. — Мне показалось, что птица была живой, только вот взгляд у неё был какой-то стеклянный.

— Похоже на то, что кто-то взял птицу под контроль! Очень похоже, — задумчиво проговорил Влад. — А это мне всё больше и больше не нравится. Судя по тому, что ты рассказала мне ещё по телефону, преступник следит за тобой!

— Мне срочно нужен амулет от ментального воздействия, как можно более сильный! Природного ведьмовского сопротивления, боюсь, тут может быть недостаточно. Сможешь достать? — начиная нервничать, попросила я.

— Достану, но не быстро. Настоящих мало, а всё потому, что сделать такой амулет способны единицы. Остальное — побрякушки для успокоения совести. Я уже закинул запрос знакомым барыгам, посмотрим, что смогут предложить.

— Спасибо, ты, как всегда, чуть более предусмотрителен, чем я! — поблагодарила я друга, допивая ароматный кофе.

— Я всё хотел тебя спросить… Почему ты так и не вышла замуж? — пытаясь, по всей видимости, меня отвлечь от грустных мыслей, спросил Влад.

— Откуда ты набрался такой пошлости? — с наигранным возмущением спросила я.

— Ну ты же ведь влюблялась. Как там его, гонялся за нами на своём мотоцикле, как его звали-то… Герасим — ведьмак из Польши. Точно! Мне тогда казалось, что у вас сильно взаимно?

— При чём тут брак? Не понимаю. — Я засмеялась. — Чувства к браку никакого отношения не имеют. Да это и было пятьдесят лет назад.

— Как скажешь! — примирительно поднял вверх руки Влад. — Пошли готовиться к ритуалу.

Около дивана висела занавеска, скрывающая пентаграмму, в середине которой лежал ещё не начавший разлагаться труп собаки. Влад достал зажигалку и наклонился к свечам. Начал их зажигать одну за другой, и тут этот гад спросил:

— Ну а где Герасим, всё-таки? Куда он делся?

— Ты лучше не отвлекайся, а то время идёт, а у меня ещё дела… — раздражённо ответила ему я, аккуратно срезая шерсть с загривка трупа.

Делала я это специально. Всякое может быть при проведении обряда. Если что-то пойдёт не так и тушка сгорит внутри пентаграммы, то можно будет по клочку шерсти вызвать слепок ауры животного.

— Вон, Муму, этим займись! А то всё — Герасим, Герасим…

Наш давнишний эксперимент с Владом, успешно в своё время показавший себя, предоставлял возможность увидеть образ убийцы, если смерть была насильственной. Этот метод был несовершенен, но зато не давал осечек и позволял раскрыть преступление. И в отличие от других способов действовал, даже если на живое существо перед смертью было наложено воздействие на разум, включавшее в себя зачистку памяти. Иные ведьмаки, практикующие подобное, теряли от этого разум. Наше открытие не было запатентовано Ковеном, и мы не придавали его огласке, так как на людях его было категорически запрещено применять.

Этот слепок воспоминания задействовал душу, вытаскивая её из тех мест Чистилища, куда нет хода живым. После обряда сосуд нельзя было отправить обратно — он застревал в этом мире, а обрекать душу на вечные скитания было очень жестоко. Но сейчас, как ни негуманно это звучало, нам приходилось рисковать собачьей душой.

— А с Лилией так нельзя? — спросила я. Ответ я знала, но мне надо было услышать его вслух.

— С человеком — нет, — не оборачиваясь, ответил Влад. — Её душа останется здесь навсегда. Ты хочешь объяснить это её отцу?

Я не хотела.

Влад начал читать заклинание. Слова лились потоком, окутывая дымкой нас обоих. Я, в свою очередь, усиливала круг. Ощущение драйва и соприкосновение двух энергий давали редкое чувство полноты. Наши силы идеально подходили друг другу при взаимодействии.

Круг засветился, труп собаки окутала сиреневатая дымка. Дым поднялся над полом, закружился воронкой, преобразовываясь в мужской силуэт. Уже стал проявляться образ убийцы, как в этот самый момент послышался грохот с крыши.

Влад с сосредоточенным выражением лица удерживал сосуд с душой, не давая ему раствориться в окружающем пространстве. Мы переглянулись, понимая, что, если кто-то из нас сейчас прервётся, то восстановить всё потом уже будет невозможно. Лицо убийцы было скрыто кепкой, надвинутой по самые брови.

— Ну давай же! — пробормотала я, силясь увидеть черты лица преступника.

В этот момент трухлявый шифер, который Влад собирался менять последние лет десять, проломился, и что-то тёмное свалилось прямо к нам внутрь! Влад, естественно, тут же прервал ритуал, запустив тёмный сгусток энергии в это огромное чёрное животное. Приглядевшись сквозь дым, мы с изумлением увидели гигантского кота породы мейн-кун. Этот огромный котяра зашипел на Влада в ярости, а затем ринулся с растопыренными когтями, нацелившись в голову некроманта. Влад успел одной рукой удержать сосуд с душой дворняги, другой отправить заклинанием кота в глубокую спячку.

Я неторопливо, чуть опасливо подошла к упавшему на обломки крыши животному, развалившемуся огромной тушей на полу.

— Твою мать, Влад, ты что, защиту давно не обновлял? — спросила его с раздражением.

— Обновлял, но кто же знал, что надо было ещё и от обычных животных ставить, а не только от нечисти? — бросил он мне, продолжая манипуляции по развеиванию нашего незаконченного ритуала.

Я нагнулась над сопящим животным. Принюхалась и задумалась. А ведь действительно, кот был самым обычным, и воздействия на нём не наблюдалось.

— Нет! Я в совпадения не верю! — громко сказала я Владу.

Некромант крепко задумался, затем предположил:

— У меня есть версия, что коту подмешали в еду какую-то дрянь, и необязательно магическую — просто вызывающую агрессию. Ну а после притащили сюда и выпустили.

Я поразмышляла, а затем поддержала мысль Влада:

— А в этом есть резон! Ведь птица ещё была. Кот взобрался за вороном на дерево, а потом спрыгнул на крышу гаража. Животное испугалось — вот и результат. Переполох создан, а мы не смогли до конца закончить ритуал. Кстати, как там дворняга? Тебе удалось спасти душу?

— Нет! — кратко ответил Влад. — Вон, полюбуйся, новоиспечённый призрак собаки собственной персоной.

За некромантом сидел призрачный пёс и скалился на лежащую около моих ног огромную тушу.

— А шерсть? — напомнила я. — Я же не зря её срезала.

Влад поморщился.

— Попробую. Только не жди лица. По шерсти поднимается слепок ауры, а не образ: рост, общие очертания, может быть, походка. Убийцу ты по такому в толпе не узнаешь.

— Хоть что-то.

— Хоть что-то, — согласился он. — Смотри, а у зверя ошейник, и адрес указан.

Влад наклонился к шее животного, потеребил ошейник и прочитал, что на нём написано. Хмыкнул.

— Кстати, это кошка. Элеонора. А мы с тобой её тут котярой честили.

— Не самое страшное, что с ней сегодня случилось.

— Тут недалеко. Пойду, пожалуй, пока она не проснулась, довезу на машине и сдам хозяевам. Они там, наверное, с ума сходят, гадают, куда их любимица подевалась. Айда со мной, вдруг что-то интересное узнаем.

— А с ним что? — я показала на призрака собаки.

— Да ничего. Будет теперь у меня за сторожа в гараже, вот от таких внезапных пришельцев защищать. Я его ещё усилю. Давно хотел такого завести, да всё не было подходящего случая.

Я промолчала. Десять минут назад он говорил, что обрекать душу на вечные скитания жестоко — и вот уже подобрал ей должность. Впрочем, некроманты все такие: живут рядом со смертью так долго, что перестают её замечать.

Я крепко задумалась над всей хитроумной комбинацией злодея.

— Подожди, а выходит, что убийца следил за мной. Затем помешал ритуалу, привезя сюда и натравив на нас животное. Использовал ворона как «глаза» и кошку как «орудие». Тебе не кажется, что всё это слишком сложно?

— Не сложно, а вынужденно. — Влад покачал головой. — С вороном он сработал чисто, а с кошкой пришлось возиться руками: еда, машина, забор. Будто на птицу его сил хватило, а на кошку — уже нет.

— Или дело не в силах, а в том, что можно, а что нельзя.

— Тоже вариант. В любом случае убийца с тобой играет, Инесс. Ему, видимо, нравятся подобные игры. Если бы планировал серьёзное нападение, то организовал бы легко. Тебе надо работать на опережение. Быть на шаг впереди. Ты мне позвонила откуда?

— В смысле?

— Прежде чем прийти ко мне, ты позвонила пару часов назад и предупредила.

— Ну конечно, я же попрощалась с Маратом и начала тебе звонить ещё в ресторане. Теоретически убийца мог сидеть за соседним столиком и подслушать наш разговор.

Тут мне стало слегка не по себе. Придётся оглядываться и смотреть по сторонам.

— Просто будь осторожнее впредь! — беря кошку на руки, чтобы отнести в машину, сказал Влад.

Я вышла следом.

— Лежать, охранять, никого не впускать до моего возвращения! — приказал он «собаке» и закрыл гараж на замок.

— Ты извини за крышу, — сказала я некроманту, уже садясь в машину, — если что, то возмещу издержки.

— Да брось, не чуди! Мы же свои люди. Вознаграждение от заказчика более чем всё покрывает. К тому же есть доля и моей вины — надо было серьёзней защиту ставить.

Тут он задумался и усмехнулся, выруливая на дорогу.

— Ну что же, есть и хорошая вещь. Отличным сторожем я обзавёлся! Он-то получше всяких магических уловок будет. К тому же давно хотел провести один эксперимент… — проговорил Влад с мечтательной улыбкой.

Глава 7

«Люди делятся на мёртвых, живых и тех, кто плывёт по морю»

Анахарсис

16 ноября 1922 года. Петроград

Пароход «Пруссия» собирался совершить рейс Петроград — Штеттин. Это был один из «философских пароходов».

На борту была русская интеллигенция.

В 1922 году было принято решение выслать из страны в Европу наиболее маститых интеллектуалов, выступающих против Советской власти. На борт поднимались ведущие инженеры, юристы, преподаватели, мыслители, экономисты и творческая интеллигенция. Разрешалось взять с собой лишь две пары кальсон, две пары носков, пиджак, брюки, пальто, шляпу и две пары обуви на человека. Все деньги и остальное имущество, а также книги и архивы высылаемых подвергались конфискации.

На пристани не звучала музыка. Скромно одетые пассажиры спешно проходили на борт корабля. Там они подвергались тщательному досмотру и быстро расходились по каютам. Отплыл «Пруссия» так же тихо.

Оставив в каюте вмиг постаревших родителей, парень лет пятнадцати и девушка лет шестнадцати, зябко кутаясь в зимние пальто, вышли на палубу. Держась за перила озябшими пальцами, девушка с заплаканными глазами произнесла:

— Как думаешь, Николя, мы когда-нибудь вернёмся назад?

Брат пристально посмотрел на неё и твёрдо ответил:

— Вернёмся! Мы с тобой будем жить долго. Выждем, когда наша страна из раненого поверженного феникса превратится заново в красивого орла и восстановит былое величие.

— И ты веришь в это? — с надеждой спросила сестра.

— Да! И мы с тобой обязательно вернём то, что было нашим, и ещё приумножим!

— Но как? Мы едем в никуда, как бы у папеньки не случился сердечный приступ со всеми этими переживаниями.

— Прекрати уже называть его папенькой! — эмоционально воскликнул парень. — Они не наши родители!

— Мне кажется, к ним ты несправедлив. Они нас вырастили, заботились о нас.

— Софи, знала бы ты, что у твоего так называемого папеньки в мыслях… — с усмешкой ответил парень.

— Как? Ты опять проникаешь в головы?! — испуганно воскликнула девушка, прикрыв ладошкой рот. — Но ты же знаешь, Николя, что это меняет тебя, твою личность. Скоро ты перестанешь быть собой!

Девушка с тревогой посмотрела на брата. Её брат сильно изменился, словно стал совершенно чужим. Софи увидела насупленные брови, из-под которых смотрели яркие глаза Николя. Некогда голубые, они сейчас приобрели более тёмный оттенок. В его взгляде появились жёсткость, беспощадность и что-то ещё, что она так и не смогла разобрать.

«Глаза оттенка грозового неба, — подумалось Софи. — Как же я это пропустила? Не заметила».

Его вихрастые, чуть удлинённые тёмные волосы под холодным ноябрьским ветром взлохматились, и ей захотелось пригладить их. Она даже занесла руку в привычном жесте, но парень остановил её.

— Оставь, Софи! Лучше послушай, мне нужно серьёзно с тобой поговорить!

— Здесь? — Она окинула взором палубу и матроса, прохаживающегося около них и как бы невзначай посматривающего на неё.

Софи выглядела такой беззащитной и милой в своём сером пальто с белой опушкой и небольшой в тон шляпке, кокетливо сидящей на светлых кудрявых волосах. Она ещё не осознавала свою привлекательность, только в прошлом году превратившись из нескладного подростка в красивую барышню.

Николя чуть повернул голову, будто прислушиваясь к чему-то, чего Софи не слышала. Что именно он сделал в тот момент, она так и не заметила, но матрос как-то нервно дёрнул шеей и, резко развернувшись от парочки, пошёл в сторону рубки.

— Так вот, — продолжил брат, — я хочу предложить тебе по приезде в Германию сесть со мной на поезд и отправиться в Париж.

— А как же родители? Папенька уже договорился с профессором Ивановым, что он нас встретит в Штеттине и временно разместит у себя. Что мы будем делать в Париже одни?

Николя поморщился, повернулся к сестре и, взяв её озябшие ладони в свои, продолжил:

— Послушай. Я еду в Париж, там меня ждёт Франк. Он такой же маг, как и я. Мне нужно учиться, Софи, пойми. А Франк согласился стать моим наставником.

— Понимаю, Николя, но как же мы оставим родителей? — обеспокоенно спросила Софи.

— Я сделаю так, что они о нас даже не вспомнят. Будут жить прекрасно и без нас.

«Когда он успел так резко повзрослеть?» — осматривая щуплую фигуру брата, подумала Софи.

— Я всё равно уеду! Если ты переживаешь по поводу денег, то мне удалось сохранить все драгоценности. Мы их продадим и будем чувствовать себя вполне комфортно.

— Но как? Нас же досматривали? — удивлённо воскликнула Софи, резко переходя на шёпот.

Николя насмешливо посмотрел на сестру и подождал, пока до неё дойдёт. У Софи расширились глаза в догадке:

— Ты обработал тех матросов гипнозом? Но это же опасно. Они могли поднять тревогу…

Николя лишь презрительно фыркнул.

— Хорошо, — согласилась Софи, — я поеду с тобой, но при одном условии: часть драгоценностей мы оставим родителям.

— Это наши фамильные с тобой драгоценности, переданные нам тётей, а эти люди не имеют к ним никакого отношения.

Девушка продолжала смотреть на него с укоризной.

— Ну хорошо, — сдался Николя и примирительно поднял руки вверх, — всё сделаю, как ты хочешь, и прослежу, чтобы они добрались до дома Иванова в целости и сохранности, а после мы с тобой уедем.

— И внуши им, пожалуйста, чтобы они за нас не волновались.

— Договорились! — ответил ей брат и с облегчением повернулся опять к морю, задумчиво смотря на водную гладь.

Софи и не заметила огромную чёрную птицу, сидящую на верхней перекладине мачты и внимательно смотрящую немигающим взглядом на своего хозяина.

*

Ведьма и некромант с неподвижным мейн-куном в багажнике подъехали к хорошо обустроенному коттеджу, стоящему на тихой улочке, заселённой такими же аккуратными домиками. Посёлок вырос на месте бывшего СНТ «Полянка».

Инесс даже заулыбалась, окунувшись в воспоминания. Раньше здесь были деревянные домики, принадлежащие колхозу «Ударница». Она тогда с группой советской молодёжи была направлена сюда на сбор клубники, что, впрочем, не помешало ей провести пару обрядов.

Ведьма стояла и тихо млела, предаваясь ностальгии. Улыбалась, пока Влад звонил в калитку и когда говорил в домофон, но вот когда открылась дверь и вышла хозяйка, то улыбка сползла с лица Инесс.

Перед ней стояла девушка с серьёзным чёрным приворотом. Вокруг неё крутилась тёмная воронка, высасывающая силы и лишающая воли. Инесс с Владом переглянулись. Оба сразу поняли, что имеют дело с запущенным случаем. Девушка была окутана прочными корнями, буквально вросшими в её плоть. Ей оставалось не больше пары лет, если ничего не предпринимать.

Инесс заклинания такого рода видела растениями, прораставшими в людей своими корнями, вгрызавшимися в них и не отпускавшими свою жертву до последнего вздоха, а затем рассеивающимися в эфире. Если только это не родовое проклятие, такое обычно перебрасывало свои ростки на родственников. Тут же было единичное, причём постоянно обновляемое.

— Вы случайно кошку не теряли? — спросил Влад хозяйку.

Девушка, которая представилась гостям как Мила Владимировна, нахмурилась и начала рассеянно осматривать сад, отвернувшись от посетителей. Как будто ей с трудом удавалось что-то вспомнить. Она не сразу ответила, когда в последний раз видела питомца, что, впрочем, было неудивительно с такой-то порчей.

Инесс, воспользовавшись небольшой паузой, дотронулась незаметно до руки девушки и провалилась в видение. Это место было проекцией воспоминания человека в Теневом мире. Комната, залитая лунным светом из приоткрытой бордовой шторы, небрежно разбросанные вещи в спальне.

Мужчина со спины строго отчитывал девушку, нависнув над ней. Бедняжка вся сжалась от страха, всё глубже увязая в пучине отчаяния и боли.

«Кто тут у нас за занавеской?» — подумала Инесс, заметив движение сбоку.

Приглядевшись, ведьма увидела привлекательного беса в белом костюме с наглой самодовольной улыбкой. Он перестал скрываться и сделал шаг вперёд.

«Сексуальные всё-таки эти бесы», — подумала Инесс, с удовольствием рассматривая атлетическую фигуру и смазливые черты лица.

— Всегда хотела спросить, как у вас облик подбирается? Вы что, открываете журнал и в первую попавшуюся модель указываете пальцем? Вуаля, облик принят?

— Ведьма! — чуть шипяще проговорил бес, отчего у Инесс пошли мурашки по телу, и она тут же подумала, что надо бы вечером позвонить кому-нибудь из поклонников и организовать встречу в отеле.

От беса шли импульсы негатива к мужчине, который ещё больше распалялся, крича на свою возлюбленную. Это всё отчётливо было видно Инесс. Вся энергия аккумулировалась вокруг девушки, всё больше окутывая её, не давая выбраться, и светлым ручейком жизненная энергия перетекала к бесу, оставляя после себя выжженные прорехи в ауре.

— Всё не так просто, ведьма! — ответил бес, принимая более вальяжную позу. — Но я могу принять любой облик. Какие тебе нравятся больше? Повыше, покоренастее, с короткой стрижкой, с удлинёнными волосами? Может, у тебя есть какие-то особые предпочтения, мешающие спать по ночам, а ведьма? Ты только скажи!

Продолжая свою лекцию вкрадчивым голосом, искуситель сделал шаг вперёд.

«Прямо вот сейчас разбежалась и всё тебе рассказала!» — подумала Инесс, усилием воли отогнав картинки откровенного содержания, сразу мелькнувшие перед глазами.

Ведьма лихорадочно соображала. Все колдуньи так или иначе связаны с бесами. Некоторые заключают с ними контракты и существуют бок о бок, получая дополнительную силу и поддержку из Теневого мира. Другие, как Инесс в своё время, отказываются от сотрудничества, предпочитая рассчитывать на свои силы и умения. Этот путь сложный, трудный, но и самый свободный. Ведь гораздо проще получить всё и сразу, в том числе и защиту, и поддержку. Наиболее сильные ведьмы вообще имеют сразу несколько ручных бесов, прикармливая энергией и держа тех на привязи.

Но у всего есть цена. У каждого она своя, и «договора» у всех разные. Тут многое зависит и от силы ведьмы, и от её опыта, да и от уровня беса. У них там тоже иерархия существует.

Перед ней был сильный бес, Инесс это ощущала чётко. И что самое противное, он был из тех, кто прикармливается сексуальной энергией и сам являлся сильным искусителем. С такими сложнее. Злиться и противостоять гораздо легче менее привлекательному сопернику.

«Только было непонятно, зачем он тут? Ему же проще соблазнить жертву и получить энергию уже через постель, пользуясь любовными страданиями? — подумала Инесс. — Зачем такой сложный ход с проклятием и посторонним мужиком? Бесы вообще не терпят конкуренции. Потому и остаются одинокими те, у кого с ними контракт».

— Тебе не кажется, что ты тут загостилась? — Бес вытянул вперёд руку и выбросил Инесс в реальность, разозлившись и поняв, что его чары на неё не подействовали.

Вынырнув и моргнув, ведьма прошла вслед за Владом и девушкой в сад.

— Куда моя Элеонора подевалась? — рассеянно бормотала Мила Владимировна, заглядывая под каждый куст и даже не сообразив адресовать вопрос незваным гостям.

Влад стоял с невозмутимым выражением лица, и ведьма видела, что он, воспользовавшись тем, что девушка не смотрит на него, сканировал окружающее пространство.

— Вы знаете, в последнее время Элеонора очень странно себя вела. Не могла находиться дома, всё время убегала куда-то. Но каждый раз вечером возвращалась. Она у меня такая капризная в плане еды! Но вот сейчас я вспомнила, что вчера её не видела, и миска осталась полной, — схватившись за голову, удивлённо продолжила хозяйка.

— Мне кажется, что мы её нашли, не переживайте! — вкрадчиво, взяв девушку за локоть, начал успокаивать её Влад, незаметно вливая ей силы.

— Как странно, но у меня сейчас резко прошла голова! — вдруг воскликнула хозяйка. — И где она, с ней всё в порядке?

— Давайте, я сейчас принесу сюда вашу Элеонору, а вы в благодарность угостите нас чаем? — предложил Влад, улыбаясь.

— Да, конечно. Прошу прощения, что сама не догадалась предложить!

Влад усадил Инесс в беседке за столом и, воспользовавшись тем, что хозяйка забежала в дом, быстро сбегал в машину. Взял кошку, вернулся с ней на руках в беседку. Затем, перед тем как девушка возвратилась с чашками и чайником, разбудил животное.

Элеонора сладко потянулась, мурлыкнула и тут обнаружила рядом чужих. Сначала ощетинилась и зашипела на некроманта, но, осмотревшись и поняв, что дома, лениво ушла вглубь сада, даже не удостоив взглядом хозяйку, уже оказавшуюся поблизости.

— Спасибо вам большое, что вернули Элеонору! Я в последнее время как-то немного расклеена и рассеяна, — причитала Мила, разливая чай по чашкам.

Некромант дождался, пока девушка закончит свою тираду, затем сделал пас рукой и усыпил её.

— Пусть пока поспит, восстановится хоть чуть-чуть.

Инесс кивнула, взяв чашку чая в руки и немного откинувшись в кресле, произнесла:

— Ты почувствовал?

— Да, тут поселился бес, качает из бедняжки энергию и пока всю не выпьет, не уйдёт. Будем ввязываться? — с раздражённой гримасой спросил Влад.

— А у нас есть выбор? Мы же не можем кинуть человека в беде?

— Может, своих привлечёшь? Тебе нельзя сейчас светиться, ты дело ведёшь. А если начнёшь изгонять, то силы потратишь.

— Он меня уже видел! Времени совсем нет! Надо делать сейчас! А иначе… может быть слишком поздно.

— Тебе не кажется, что это всё ловушка? Могу на что угодно поспорить, что бес сильный и придётся несладко!

— Возможно. Ведь это кошка привела нас сюда. Но какие варианты?

— Она пока одна дома, надо поспешить провести обряд. Сейчас съезжу в гараж, привезу кое-что необходимое.

— Мне только непонятен мотив беса. Зачем ему всё это? Он мог её просто соблазнить и качать силы более привычным для него способом?

— Ты не заметила самое главное, подруга!

Инесс подняла вопросительно бровь, с интересом смотря на Влада.

— Она у нас не инициированная слабая тёмная ведьмочка. Странно, что ты это не почувствовала.

— Так как же там было почувствовать! Она окутана чернотой, живого места не осталось. Заклятье исказило ауру.

— Согласен! Я ощутил, когда уже влил в неё немного своих сил. Удивился, что она откликнулась на меня.

Не успев до конца сформулировать следующую фразу, Инесс заметила некоторые странности. Внезапно резко потемнело и похолодало. Ведьма насторожилась и в тот же миг почувствовала, что её затягивает в Теневой мир.