Ведьма Инесс

— Это плохо, что мы играем вслепую.

— Приходится работать с тем, что есть, к тому же он неплохо за это платит. Тебе уже аванс перевели?

— Да, пришёл час назад.

Инесс жестом подозвала официанта и заказала себе чашечку американо. Она достала из сумки сигареты и произнесла:

— Предлагаю навестить родственников тех трёх девушек, которые якобы покончили жизнь самоубийством. Кстати, как сложилась судьба тех высокопоставленных чиновников, их отцов? Мне кажется, в них всё дело. Это единственное, что всех объединяет. Займусь этим сегодня!

— А я тогда обращусь к Ключнику нашего города.

— Марат, но он же никого не принимает?!

— Есть у меня кое-какие лазейки. Один пройдоха мне задолжал крупную сумму. Он может назначить нам встречу.

Инесс с сомнением посмотрела на собеседника.

— К тому же от Ключника невозможно скрыть свой потенциал. А нам необходимо знать, кто обладает способностью подчинять разум. Это ведь редкий дар. И, как правило, о нём никто афишировать не будет. Без Ключника нам не обойтись.

— Только что он потребует взамен? — задумчиво проговорила Инесс, кладя сигарету в пепельницу.

— Вот когда потребует, тогда и будем думать. Мне кажется, завтра ночью надо будет наведаться на место преступления нам вдвоём. Соединить силы и попробовать восстановить события.

— Не думаю, что получится кого-то увидеть! Но попробуем.

Официант принёс кофе, и Инесс углубилась в свои мысли.

Ведьма была рада, что Марат берёт на себя Ключника. Ей от этого персонажа всегда было не по себе. Один раз имела несчастье его видеть, этого хватило с лихвой.

Ключники рождались один раз в двести лет, и не все из них доживали до совершеннолетия. Несмышлёный ребёнок может не только навредить другим, но и себе. Теневой мир старался их вовремя выявлять, как правило, с помощью другого Ключника.

Единственный Ключник на всю Москву предпочитал уединение и прогонял незваных гостей.

Сильнее его был только Жнец Смерти, и то это общепринятое мнение, которое никто даже не проверял. Они всегда предпочитали сотрудничество друг с другом или придерживались нейтралитета. Самые сильные ведьмы, вампиры или колдуны были на порядок ниже Ключника и, чего уж там скрывать, откровенно опасались его.

Ребёнок, рождённый со способностью ключника, имел весь спектр магических талантов. Он видел насквозь любого представителя Теневого мира, от него нельзя было утаить ни знания, ни тайные помыслы, ни даже желания.

Все, как правило, предпочитали обходить стороной его логово. Инесс была сильно удивлена, что Марат собирался попасть к нему на аудиенцию.

Но ведьма не просто так взяла себе в напарники этого детектива. Он обладал уникальной интуицией, к которой Инесс прислушивалась.

Глава 5

Марат

Мой должник был полукровкой: наполовину вампиром, наполовину человеком, не обладавшим никакими талантами, кроме одного. Он виртуозно трепал всем нервы, потому что умел продать и достать всё что угодно. А также разжалобить первого встречного. Именно поэтому он был должен половине жителей Теневого мира, но каждый раз выпутывался из всех передряг вполне себе живым и довольно-таки целым. Своего рода уникум.

Шмель был сиротой и по этой причине выживаемость свою возвёл до небывалых высот. Зачем ему нужны были деньги? Так он никогда не имел постоянной работы. Основное его ремесло — узнать, что кому надо именно в данный момент, и достать эту вещь, разумеется, чуть накрутив свой процент. Но надо отдать ему должное: много он не накручивал, по минимуму. Своей репутацией проныры очень дорожил и не наглел. Обитал в общаге на Арбате.

Я отправился по залитым солнцем улицам Москвы до Арбата. Получив истинное удовольствие от прогулки и подмигнув симпатичной девушке в обтягивающем платье, завернул в подворотню.

Поднявшись по лестнице вонючего подъезда, открыл дверь коммунальной квартиры. Почему она была не заперта? Шмель дверь никогда не запирал из принципа. Обычные люди туда не зайдут — для них это был запертый на большой амбарный замок проём, ведущий на чердак. Представители Теневого мира не рискнут сунуться в логово вампиров, если только у них не было разрешения на вход, как у меня.

Подозреваю даже, что Шмель меня считает чем-то вроде друга, раз дал мне разрешение. Хотя это не мешает ему каждый раз занимать у меня денег и не отдавать. Но я же сам виноват — не могу отказать. Слишком многое нас связывает в прошлом. То был всего лишь один курс Военного университета, но зато какой! Дальше Шмель не прошёл — выгнали с треском за прогулы и нарушения дисциплины. Но в тот год у меня в карманах было пусто, и дружить со Шмелём было единственным путём выживания. Он умудрялся всегда достать еду, причём по-честному, делясь со мной. Ну а я умею быть благодарным и память у меня хорошая. Поэтому ведусь на все его уловки…

Шмель жил с двумя вампирами, у каждого из которых была своя комната. Вечером все жители этой примечательной коммунальной квартиры, как правило, предпочитали заниматься делами — их не было там до утра. А утром они отсыпались.

Но я не собирался ждать, пока Шмель выспится. Так могу весь день потерять. Пройдя через прихожую, окрашенную в чёрные тона, открыл ярко-красную дверь, ведущую в комнату. Шмель спал в классической позе зародыша. Я сразу вспомнил, что означает эта поза: «бухал накануне».

Теперь разбудить его можно было только с помощью воды. Набрал в чайник воды и стал поливать Шмеля из него. Мой приятель вскочил и сразу начал орать:

— Ты что, с ума сошёл, Мурзик?

— Я тебе уже говорил не называть меня этим кошачьим именем! — сказал я, смеясь и одновременно отбиваясь от Шмеля, кидавшего в меня всем, что у него было под рукой.

— Ну вот, ты совсем уже не сонный! — Я запустил в него тапком.

Шмель, ловко уворачиваясь от «снаряда», схватился за голову и проворчал:

— Мог бы и пиво захватить, башка раскалывается!

Он выглядел комично: со взъерошенной бородой, в пижаме с черепами, висящей на его худом теле как мешок, и с отёкшим лицом. Я опять стал ржать.

— Кофе будешь? — пробурчал Шмель, выйдя из комнаты и протопав на кухню.

— Нет! — крикнул я ему вдогонку, решив подождать его в комнате.

У Шмеля все стены были облицованы красным кирпичом. Мне всегда казалось, что я нахожусь в каком-то старом бункере. Если бы не окно, плотно закрытое чёрной занавеской, общее впечатление было бы тягостным. Наливной бетонный пол завершал картину.

Скрашивали это зрелище примечательные артефакты, выставленные на деревянных полках. Они занимали всю стену. Коллекцию свою Шмель периодически пополнял. И что примечательно, даже когда денег у него не было, предпочитал занимать, нежели продавать свои «игрушки». Пока его не было, я стал внимательно рассматривать старинные раритеты, не всегда понимая их свойства.

Увидел между какой-то деревянной маской с искажённым лицом и старым ржавым топором серебряный перстень с большим чёрным камнем. Потянувшись было к нему, сам не заметил, как надел. Он сел на палец как влитой. У меня было такое чувство, как будто бы я носил его всегда. Камень этот слегка замерцал, затем погас, опять став матовым и гладким. Это произошло так быстро, что даже засомневался — показалось мне или нет?

И только потом я сообразил, что натворил. Детектив, всю жизнь твердящий клиентам не хватать чужие артефакты голыми руками, надел неизвестную вещь какое-то колдуна, даже не проверив её. Хуже того: я не мог объяснить, зачем это сделал. Рука сама потянулась.

Вернулся в комнату Шмель изрядно посвежевшим.

— Знаешь, Мурзик, только ты, скотина, можешь позволить себе разбудить меня столь бесцеремонным образом, и почему-то тебе это постоянно сходит с рук?

— Может, потому что ты больше всего именно мне задолжал, а не кому-то другому? — с ехидцей спросил я.

— Не надо всё переводить на деньги! Это низко. Нашу дружбу не может разрушить такая мелочь! — с пафосом воскликнул Шмель.

«Ничего себе мелочь — пятнадцать тысяч долларов», — подумал я.

— Ну вот сейчас и посмотрим, когда планируешь отдавать?

— Вижу, ты кое-что присмотрел из моей коллекции? — сразу же переменил тему мой собеседник.

— Правда? Хм… Не думал о таком. Но если так, то какие свойства у этого кольца?

— Не знаю. Пытался выяснить, но оно себя никак не проявило. Всё, что мне по нему удалось узнать, — будто оно принадлежало какому-то тёмному колдуну из Персии около пятисот лет назад. Потом исчезло и всплыло недавно на закрытом аукционе. У меня был на него заказчик, я его выкупил, но он так и не объявился. По нашему с ним договору, он должен забрать его у меня в течение семи дней, а сегодня они истекли. Так что теперь этот перстень — моя собственность.

Семь дней истекли именно сегодня. И именно сегодня я сюда пришёл. Слишком уж всё удачно складывалось, а я давно отучился верить в такие совпадения.

— А что за заказчик?

— Ты же знаешь, я не разглашаю личности своих клиентов, — увидев мою прищуренную физиономию, поспешно добавил: — он не раскрыл себя, общались через Интернет.

— Тогда я его заберу? — спросил, чувствуя внутри нежелание снимать этот странный камень.

— Так, его цена — пять тысяч долларов, следовательно, мы вычитаем…

— Хватит гнать, — перебил я его, — красная цена неизвестному перстню — тысяча долларов!

— Ты забываешь, что он принадлежал великому колдуну из Персии!

— Ой ли? Это, скорее всего, очередная легенда оценщиков!

Торговлю мы вели со Шмелём скорее из вредности, так как оба понимали, что торг весьма условен. Мой должник ещё ни разу не вернул мне деньги.

— Будь по-твоему! Для лучшего друга ничего не жалко. Отдам за три!

— Две! — кратко воскликнул я. — И общая сумма долга у тебя сократилась до тринадцати тысяч.

— Только ради тебя! — со вздохом сдался Шмель, стукнув себя по груди. — Две пятьсот!

Я рассмеялся и махнул на него рукой.

Через какое-то время, полюбовавшись на перстень, резко перешёл к делу:

— Ты можешь организовать мне встречу с Ключником?

— Нет! — испуганно посмотрел на меня Шмель. — Даже не проси!

— Чего это? Ты же, насколько я помню, длительное время сотрудничал с ним!

— Уже нет! — быстро проговорил Шмель.

— Что ты натворил?

— Почему сразу я? Сделка была без обмана, абсолютно чистая!

— Что за сделка? — с нетерпением спросил я.

Мой собеседник уныло опустил лицо. Затем махнул рукой и пояснил:

— По просьбе Ключника закупил крупную партию алмазов.

— Так вы это проворачивали каждый год. Они ему нужны для изготовления накопителей. Это не новость!

— Да, и в этот раз партию закупил ещё и со скидкой!

— Чем же недоволен Ключник?

— Скажем так, он уже не недоволен, но доверие я у него утратил!

— Поясни!

— Ты в курсе, что стоимость алмазов с начала года упала на тридцать процентов? Пятьдесят лет они являлись основным средством инвестирования. А теперь всё! Эпоха закончилась.

— Это ещё почему?

— Искусственные алмазы, выращенные в лаборатории, на данный момент практически ничем не отличаются от природных. Большой рынок сбыта в США сильно снизился. Теперь все покупают искусственные бриллианты, стоимость которых в несколько раз ниже. Рынок сбыта Китая после пандемии просел. Китайцы предпочитают отдыхать вместо покупки дорогой ювелирки. Это всё привело к тому, что цена на натуральные камни упала на тридцать процентов, и этот показатель будет и дальше падать.

— Так это же не касается Теневого мира! Ни один кристалл, выращенный в лаборатории, не обладает энергетикой и не годится в качестве накопителя. Да это просто красивая пустышка и всё!

— Не скажи. Нашлись кудесницы. Ведьмы из Франции, будь они неладны! Сначала выращивают камни в лаборатории, а потом спускают их глубоко под землю, где с помощью специального заклинания напитывают силой. На выходе получается готовый продукт, ничем не отличающийся по свойствам.

— Какая-то чушь… Не верю!

— Ну это ты, знаешь ли, скептик хренов!

Я продолжал вопросительно смотреть на Шмеля. В конце концов тот не выдержал и сдался:

— Ключник тоже так сказал и проверил, чтоб его бешеные оборотни задрали!

— Я не понял, ты чего, реально продал Ключнику партию синтетических алмазов по стоимости натуральных? Ты совсем больной?

— Во-первых, не целиком синтетических… Ведьмы их ещё бриллиантовой крошкой посыпали для пущей убедительности, — тут, увидев, что я начинаю закипать, Шмель поспешно добавил: — я влип тогда по-крупному, Мурзик, деваться мне некуда было! Задолжал тут одному, и он мне срок выкатил до третьего числа, а иначе…

— А сейчас ты думаешь, что «иначе» не случится от Ключника?

— Да нет, всё разрулилось уже с ним. Когда он меня подвесил за… в общем, неважно за что, я перепродал его партию вампирам по хорошей цене, а те ещё и доплатили Ключнику в качестве морального ущерба небольшой процент. Так что мстить он мне точно не будет! — довольный собой закончил собеседник.

Выдохнул. Ну блин, как я за Шмеля переживал! А он вон как умеет ускользать.

— А вампиры что, ничего не предъявляли? — тут же с сомнением спросил я.

— Ой, эти пройдохи давно толкнули алмазы в Арабские Эмираты, ещё и наварились. Так что все довольны!

— С этим разобрались. Но раз все довольны, почему ты не можешь отвезти меня к Ключнику?

— Мне не понравилось висеть у него вниз головой. Неприятные, скажу тебе, воспоминания! Ни за что к нему больше не поеду!

— А за списание твоего долга перед мной, скажем, на пятьдесят процентов?

— Не-не-не! Даже не проси!

— Ну хорошо, обнуляем весь долг, так поедешь?

Шмель промолчал. Было видно, что его это никак не мотивирует.

— Сможешь договориться о моей встрече с ним?

— Старик, для тебя только хуже будет, если я вмешаюсь!

Задумался. Если Шмель не врёт, то действительно лучше искать выход не через него. Скорее всего, этот брехун и половины не рассказал о своих махинациях.

— Есть идеи, как мне к нему пробиться?

— Ключник раз в месяц зависает в клубе «Ласточки». И сегодня, на твоё счастье, именно такой день. Он точно в час ночи будет там.

— А что он там делает?

— Ты дебил? Он обычный мужик! Бабами интересуется!

— Я так понимаю, не под своей личиной? Заведение пользуется сомнительной репутацией. Как его узнать?

— В последнее время его интересует танцовщица Николь.

— Понял! — воскликнул я, не переставая удивляться осведомлённости Шмеля.

— Может, пойдём в бар, тут неподалёку? Башка трещит!

— Нет, у меня ещё дела, — задумчиво ответил ему. Затем пожал руку Шмелю и направился на выход.

Вышел от этого деятеля и пошёл домой пешком. Непонятно почему, сразу нахлынули воспоминания.

Не могу похвастаться огромными способностями, но кое-чем обладаю. Почему выбрал профессию детектива? Ведь обычно в неё идут бывшие опера, а я юрист, имеющий судебную практику и кое-какие связи в силовых структурах. Ответ прост: мне нужен адреналин погони и шахматные партии с преступником.

В Теневой мир я окунулся совершенно случайно. На моих глазах ведьма уложила преступника одним лёгким касанием руки, связала его, а затем поднялась в воздух вместе с добычей. Ещё и послала мне воздушный поцелуй, сбросив сверху свою карточку с контактами. Её звали Тина.

Я так и остался сидеть в той грязной тёмной подворотне, сжимая её визитку и приходя в себя от шока. Мне было тогда пятнадцать. Как она разглядела мои спящие таланты в ту тёмную ночь, мне неведомо.

Потом уже сама нашла меня и объяснила, что я обладаю способностями, а к ним прилагаются бонусы в виде отличной реакции, скорости, силы и защиты от большинства заклинаний, направленных на меня. Все эти «фишки» проявились после встречи с ведьмой. А вот что касается различных глюков в виде непонятных существ или призраков, так это было у меня с рождения, но мне хватало ума не распространяться никому о таком, даже собственным родителям.

Тина познакомила меня с Инесс, дала хорошую рекомендацию и время от времени подкидывала клиентов. Она же посоветовала идти в детективы. Иногда мне кажется, что эта женщина понимает меня лучше, чем я сам.

Клуб «Ласточки» после полуночи

В приглушённом свете танцовщица извивалась в сверкающей накидке, переливающейся под софитами. Её движения манили, ласкали, завлекали всех сидящих мужчин в зале. Яркая соблазнительница совершала движения по кругу под чарующую музыку саксофона. В такт изгибаясь, она то отдалялась вглубь сцены, то снова появлялась, не давая до конца рассмотреть каждую черту её обольстительного тела.

Несмотря на пугающую репутацию, полностью раздеваться танцовщицам во время выступления не разрешалось. Только топлес, и то лишь в финале. Как и во всех подобных «элитных» борделях, главным был не сам факт обнажения, а скорее подобие искусства. В этом клубе рисунку танца придавалось очень большое значение. Основная задача мастериц состояла не только в том, чтобы заворожить и привлечь внимание, но и в том, чтобы погрузить зрителя в иллюзию беззаботного существования. Попасть туда при этом было весьма непросто. С учётом особого характера посетителей всем танцовщицам выдавались амулеты, защищающие их от любого магического воздействия, равно как и от укуса вампира.

Вход был только для представителей Теневого мира, и «странные» посетители шли всех мастей. Наиболее ретивых выпроваживала охрана, состоящая из двух огромных громил-оборотней, постоянно находившихся в частичной трансформации, то есть в самой своей сильной ипостаси. Подозреваю, это сделано было специально для устрашения наиболее буйных.

К слову сказать, в Москве вольготно жил только клан Бурых Медведей. Остальных выдавили и расселили по другим городам и областям. В Санкт-Петербурге — клан Волков. В Новгороде — клан Лис. Я и сам не до конца знал, кто где обитает. Они всегда жили и живут по своим законам и уставу.

Была у меня одна Лисичка из Новгорода в мои курсантские годы, так она наотрез отказалась переехать ко мне в Москву. Курортный роман так и остался приятным воспоминанием. Танцовщица напомнила мне её: с такими же рыжими длинными волосами, яркими зелёными глазами и родинкой на щеке. Я заворожённо смотрел, не в силах оторвать глаз.

«Неужели это Анжелика? — вдруг осенило меня, всё больше в этом убеждаясь. — Что же она тут делает? Как и зачем в этом заведении?»

Меня подхватило воспоминаниями. Я даже запамятовал, зачем пришёл, стало не до этого. Она тоже заметила меня. Невероятным образом изогнулась и оказалась напротив того места, где я стоял. Затем незаметно сделала мне знак рукой, который я истолковал как «дождись меня». У нас с ней были «тайные знаки», изобретённые ещё во время наших свиданий.

«Не забыла ведь!» — подумалось мне с умилением.

После этого номера она спустилась со сцены. Её волосы светились золотом. Я зажмурился, когда она наклонилась ко мне и коснулась моего лба прохладной рукой. Почувствовал сильное головокружение и… потерял сознание!

Очнулся я в кожаном кресле, в небольшом прокуренном помещении. Напротив меня расположился высокий, явно выше меня, худощавый мужчина лет сорока, с пронзительными чёрными глазами, буквально прожигающими насквозь.

— Где Анжелика? — спросил я, радуясь, что ещё пока не связан и явно не избит.

— Вы что-то ещё не поняли? — с усмешкой спросил меня собеседник.

Я недоверчиво посмотрел на него, а затем в голову заползла жестокая догадка:

— Ключник?

Тот только царственно кивнул и еле заметно улыбнулся. Скажу честно, от этой улыбки душа у меня ушла сразу в пятки. А он, как будто и не заметил этого, немедленно пояснил:

— Знаете, молодой человек, обычно те, кто так самодовольно ищет со мной встречу, оказываются потом за пределами данного заведения не по своей воле. При этом бывает так, что они могут и не досчитаться некоторых конечностей.

Я сглотнул, и тут до меня стало доходить. Неужели Анжелики тут и не было, а это мне всё внушили, вытащив воспоминания из моей башки и заставив поверить в нашу встречу? Задумался, а Ключник словно прочёл мои мысли и снова удовлетворённо кивнул:

— Вижу, что до вас дошло наконец. Знаете, а вы меня заинтересовали, поэтому я решил преподать вам небольшой урок.

— И какой? — осторожно спросил я, прекрасно понимая, что, если бы этот товарищ захотел убить, то давно уже убил, а после забыл и с концами, будто меня и не было. Ключник же только качнул головой и задумчиво посмотрел на меня. Взгляд такой: прожигающий и в то же время словно жадный. Что же у него за секрет?

— Мне просто стало интересно, чем закончится ваше текущее расследование. Видите ли, у меня в последнее время мало развлечений, а тут прямо целый детектив, причём с очень интересными персонажами. Поэтому для того, чтобы уравновесить ваши шансы при встрече с противником, а он, скажем так, далеко не слабый, я и показал вам, как действует прямое воздействие на разум. Любой разум, в том числе и ваш. Это и есть мой маленький урок.

Тут он сделал паузу и глянул на меня своим «ласковым взглядом», словно проверил, усвоил ли я эту информацию или нет. Затем продолжил всё в той же снисходительной манере:

— Удивительно, однако, как вы неосторожны. Вы ведёте расследование и заметьте, что даже не удосужились взять с собой хотя бы самый примитивный защитный амулет, блокирующий ментальное воздействие.

Я мысленно схватился за голову, обозвав себя последними словами. Это надо же было так опростоволоситься перед Ключником! Но чтобы полностью испортить себе жизнь, взял и спросил, как полный дурак:

— Так вы поможете мне?

— Что?! — изумился Ключник.

Он поднялся, и мне показалось, что в комнате стало меньше воздуха.

— Помогать вам я не стану. Но подскажу, иначе игра кончится на первом же ходу: тот, кого вы ищете, здесь не живёт. Он приезжий.

Ключник помолчал, разглядывая меня, как разглядывают вещь, за которую ещё не заплатили.

— И не думайте, молодой человек, что это подарок. У меня есть свой интерес.

Очнулся я уже на газоне в сквере, недалеко от клуба «Ласточки», в унизительном положении, как щенок, которого за шкирку выкинули за дверь. При этом обнаружил на руке плетёный браслет с рунами и усмехнулся. Бьюсь об заклад, это как раз тот амулет, что препятствует воздействию на разум.

Мало того что он вышвырнул меня как юнца безусого, так ещё и пожурил. Для моего уязвлённого самолюбия это было слишком. Вызвал такси и поехал в бар рядом с домом. Было одно желание — напиться и забыть эту самовлюблённую физиономию Ключника, стоящую перед моими глазами.

Глава 6

Инесс

Сперва я решила отправиться к некроманту Владу. Ему, по моей просьбе, должны были доставить дохлого пса. С Владом мы знакомы были так давно, что я оставалась одной из немногих, кто знал этого старого рокера ещё совсем молодым юнцом. Любимые семидесятые, какие же они были…

Мы тогда организовывали подпольные рок-концерты в подвалах, заброшенных бункерах и в лесах. Влад всегда играл на гитаре, он и сейчас ещё не забросил это занятие. Темноволосый высокий широкоплечий парень с банданой на голове, а рядом я — хрупкая блондинка в чёрной кожаной куртке. Мы были той ещё контрастной парочкой.

Гитарист-некромант — отличное сочетание. Сколько дел провернули под прикрытием концертов — не сосчитать. И не подкопаться. Ведь в песне можно и слова заклинания вставить, никто и не заметит. Особенно в роке, с его характерными рычащими нотками. А на концерте можно и обрядик толкнуть. Ведь энергетика слушателей усиливает действие. Как-то раз не перепроверили и устроили концерт на старом капище. Потом, конечно, влетело обоим за незапланированный подъём нежити. Зато есть что вспомнить.

Влад тогда много экспериментировал, ходил по грани, нарушал некоторые пункты Кодекса, да и я не отставала. Зато развлеклись мы на долгие годы вперёд. Ну а сейчас, если кто и мог здесь какую-то информацию вытянуть из мёртвой собаки, то только он.

Я подошла к старым гаражам, где находился «офис» некроманта. Ну в самом деле, не дома же ему проводить обряды?! Так и гадость какая-то может спрятаться под кроватью, а потом спи и вздрагивай.

Прошла весь ряд по неасфальтированной дороге и остановилась около неприметного обшарпанного гаража, стоявшего самым последним. Только небольшая пентаграмма в крайнем верхнем углу выдавала собственность некроманта.

Приложив ладонь к железным воротам и ощутив небольшое жжение, я улыбнулась. Через пару секунд железная дверь, вырезанная в створке ворот, отворилась со скрипом.

Я уже занесла ногу через порог, как, подняв голову, увидела чёрного ворона, смотрящего на меня немигающим мутным взглядом. Он сидел на крыше гаража и выглядел как чёрная клякса на фоне светлого неба. Я подняла руку, чтобы прощупать странное существо на предмет происхождения, но не успела. Птица, резко взметнув вверх крылья, растворилась в воздухе.