остросюжетные любовные романы
Третья книга цикла "Дом над морем", завершающая историю Майи и Максима.
Майя наконец-то может дышать полной грудью: тайны раскрыты, враги повержены, любимому мужу никто и ничто не угрожает. Путь к счастью свободен? Но море все холоднее, чайки злее — …
Третья книга цикла "Дом над морем", завершающая историю Майи и Максима.
Майя наконец-то может дышать полной грудью: тайны раскрыты, враги повержены, любимому мужу никто и ничто не угрожает. Путь к счастью свободен? Но море все холоднее, чайки злее — …
Меня зовут Александр. Я врач без права на практику, беглец без права на убежище и человек без права на любовь. По крайней мере, так я думал до того вечера, когда в фавеле погас свет и зажглись её глаза.
Он сбежал из Парижа, спасаясь от прошлого, и п…
Меня зовут Александр. Я врач без права на практику, беглец без права на убежище и человек без права на любовь. По крайней мере, так я думал до того вечера, когда в фавеле погас свет и зажглись её глаза.
Он сбежал из Парижа, спасаясь от прошлого, и п…
Она — огонь, который жжёт до мяса.
Он — спичка, которую суют прямо в открытую рану.
Вместе они — режим самоуничтожения.
Где «моё» звучит как приговор, а нежность — как пощёчина по лицу, разбитому в кровь.
Каждый шаг — торговля силой. Каждый …
Она — огонь, который жжёт до мяса.
Он — спичка, которую суют прямо в открытую рану.
Вместе они — режим самоуничтожения.
Где «моё» звучит как приговор, а нежность — как пощёчина по лицу, разбитому в кровь.
Каждый шаг — торговля силой. Каждый …
Нельзя сказать, что моя жизнь напоминала сказку или феерию, но в ней совершенно точно были дружная семья, благополучие и любимая работа. А главное — спокойствие, которое бесследно исчезло, когда я волей случая оказалась втянута в проблемы сильных мир…
Нельзя сказать, что моя жизнь напоминала сказку или феерию, но в ней совершенно точно были дружная семья, благополучие и любимая работа. А главное — спокойствие, которое бесследно исчезло, когда я волей случая оказалась втянута в проблемы сильных мир…
Мир Конни рухнул. Дети выросли и разъехались, журнал, в котором она работала, закрылся, а любимый мужчина ушел к другой. И когда неожиданно звонит крестная с просьбой о помощи, Конни не задумываясь срывается с места и едет в Прованс. Да и кто лучше н…
Мир Конни рухнул. Дети выросли и разъехались, журнал, в котором она работала, закрылся, а любимый мужчина ушел к другой. И когда неожиданно звонит крестная с просьбой о помощи, Конни не задумываясь срывается с места и едет в Прованс. Да и кто лучше н…
...Вера и Макс — профессиональные мошенники, которые решают провернуть совместную аферу: фиктивный брак ради доступа к наследству олигарха.
После ЗАГСа они перебирают с просекко и проводят ночь вместе. Утром в постели, похмельные, открывают новости…
...Вера и Макс — профессиональные мошенники, которые решают провернуть совместную аферу: фиктивный брак ради доступа к наследству олигарха.
После ЗАГСа они перебирают с просекко и проводят ночь вместе. Утром в постели, похмельные, открывают новости…
— Если я скажу, что не убью тебя, ты поверишь?
— Нет.
— А если скажу, что хочу тебя?
— Тем более нет.
— Умница.
Меня втянули в чужую войну. Мой отец двенадцать лет служил палачом у президента азиатской страны, потом исчез, оставив архивы, за которыми…
— Если я скажу, что не убью тебя, ты поверишь?
— Нет.
— А если скажу, что хочу тебя?
— Тем более нет.
— Умница.
Меня втянули в чужую войну. Мой отец двенадцать лет служил палачом у президента азиатской страны, потом исчез, оставив архивы, за которыми…
Я пришла к нему как секретарша.
Стала его любовницей.
Выжила с ним в горящей тайге.
А он всё равно женился не на мне.
Владимир Ковальд должен был стать мужем моей сводной сестры. Я хотела всего лишь проучить её — но судьба распорядилась иначе. Подстр…
Я пришла к нему как секретарша.
Стала его любовницей.
Выжила с ним в горящей тайге.
А он всё равно женился не на мне.
Владимир Ковальд должен был стать мужем моей сводной сестры. Я хотела всего лишь проучить её — но судьба распорядилась иначе. Подстр…
Он следил за ней три года.
Знал, где она работает. С кем смеётся. Что любит. Когда боится.
В день первой годовщины её свадьбы он похищает единственного человека, которого она готова спасать любой ценой.
Теперь у Ляли есть только одна ночь, чтобы прой…
Он следил за ней три года.
Знал, где она работает. С кем смеётся. Что любит. Когда боится.
В день первой годовщины её свадьбы он похищает единственного человека, которого она готова спасать любой ценой.
Теперь у Ляли есть только одна ночь, чтобы прой…
— Что... что это было, Сергей? Что они говорили? Сын? Шесть лет? Это правда?
Он смотрит на меня так, будто я не его жена, а подчиненный, допустивший грубейшую ошибку.
— Твое дело — поддерживать мой авторитет Адмирала. А не подслушивать сплетни за две…
— Что... что это было, Сергей? Что они говорили? Сын? Шесть лет? Это правда?
Он смотрит на меня так, будто я не его жена, а подчиненный, допустивший грубейшую ошибку.
— Твое дело — поддерживать мой авторитет Адмирала. А не подслушивать сплетни за две…
Тимур стоит у стола. Перед ним — она. Молодая, светловолосая, в расстегнутом халате.
Я должна уйти. Должна развернуться и исчезнуть, пока он не увидел меня. Но не ушла
Девица замечает меня, застегивает халат и убегает. Я и муж остаемся одни.
— Ты в…
Тимур стоит у стола. Перед ним — она. Молодая, светловолосая, в расстегнутом халате.
Я должна уйти. Должна развернуться и исчезнуть, пока он не увидел меня. Но не ушла
Девица замечает меня, застегивает халат и убегает. Я и муж остаемся одни.
— Ты в…
– Новый сборник серии «Москва: место встречи». Для поклонников книг «В Питере жить», «Птичий рынок», «16 поездок», «Тело: у каждого своё».
– Двадцать авторов «Редакции Елены Шубиной» — от Леонида Юзефовича до Дарьи Бобылёвой — рассказывают о даче во…
– Новый сборник серии «Москва: место встречи». Для поклонников книг «В Питере жить», «Птичий рынок», «16 поездок», «Тело: у каждого своё».
– Двадцать авторов «Редакции Елены Шубиной» — от Леонида Юзефовича до Дарьи Бобылёвой — рассказывают о даче во…
Бабушка завещала усадьбу им обоим — с одним условием: год в одном доме. Одна жилая спальня. Выехала дольше двух дней — потеряла половину наследства.
Вера, 29, юрист: спасает «Сосновку», пока мать лечится. Роман, 36, девелопер: хочет снести стены и по…
Бабушка завещала усадьбу им обоим — с одним условием: год в одном доме. Одна жилая спальня. Выехала дольше двух дней — потеряла половину наследства.
Вера, 29, юрист: спасает «Сосновку», пока мать лечится. Роман, 36, девелопер: хочет снести стены и по…
Тимур стоит у стола. Перед ним — она. Молодая, светловолосая, в расстегнутом халате.
Я должна уйти. Должна развернуться и исчезнуть, пока он не увидел меня. Но не ушла
Девица замечает меня, застегивает халат и убегает. Я и муж остаемся одни.
— Ты в…
Тимур стоит у стола. Перед ним — она. Молодая, светловолосая, в расстегнутом халате.
Я должна уйти. Должна развернуться и исчезнуть, пока он не увидел меня. Но не ушла
Девица замечает меня, застегивает халат и убегает. Я и муж остаемся одни.
— Ты в…
— Что... что это было, Сергей? Что они говорили? Сын? Шесть лет? Это правда?
Он смотрит на меня так, будто я не его жена, а подчиненный, допустивший грубейшую ошибку.
— Твое дело — поддерживать мой авторитет Адмирала. А не подслушивать сплетни за две…
— Что... что это было, Сергей? Что они говорили? Сын? Шесть лет? Это правда?
Он смотрит на меня так, будто я не его жена, а подчиненный, допустивший грубейшую ошибку.
— Твое дело — поддерживать мой авторитет Адмирала. А не подслушивать сплетни за две…
Бабушка завещала усадьбу им обоим — с одним условием: год в одном доме. Одна жилая спальня. Выехала дольше двух дней — потеряла половину наследства.
Вера, 29, юрист: спасает «Сосновку», пока мать лечится. Роман, 36, девелопер: хочет снести стены и по…
Бабушка завещала усадьбу им обоим — с одним условием: год в одном доме. Одна жилая спальня. Выехала дольше двух дней — потеряла половину наследства.
Вера, 29, юрист: спасает «Сосновку», пока мать лечится. Роман, 36, девелопер: хочет снести стены и по…
- Кто ты, черт возьми, такой? Почему помогаешь мне?
- Я – брат твоего жениха.
- Что, брат?
Я крепко сжала пальцы в кулак, во мне вскипела кровь от злости. Какой, к черту, брат? Нет у меня жениха! Так что пусть катится на все четыре стороны.
- И ты в…
- Кто ты, черт возьми, такой? Почему помогаешь мне?
- Я – брат твоего жениха.
- Что, брат?
Я крепко сжала пальцы в кулак, во мне вскипела кровь от злости. Какой, к черту, брат? Нет у меня жениха! Так что пусть катится на все четыре стороны.
- И ты в…
Я была хорошей женой, хорошей матерью. Но самые близкие люди меня предали.
-Одевайся быстро! Моя жена пришла! – рычит своей любовнице мой горячо любимый муж.
-Милый, твоя клуша все стерпит. Она еще и кофе нам в постель подаст, - заливается ядовитым …
Я была хорошей женой, хорошей матерью. Но самые близкие люди меня предали.
-Одевайся быстро! Моя жена пришла! – рычит своей любовнице мой горячо любимый муж.
-Милый, твоя клуша все стерпит. Она еще и кофе нам в постель подаст, - заливается ядовитым …
После предательства и тяжёлого развода я построила свою новую реальность — жизнь, полностью подчинённую мною же установленным строгим правилам. Счастлива ли я? Безусловно. У меня есть любящие и любимые близкие люди, работа, которой я отдаю всю себя, …
После предательства и тяжёлого развода я построила свою новую реальность — жизнь, полностью подчинённую мною же установленным строгим правилам. Счастлива ли я? Безусловно. У меня есть любящие и любимые близкие люди, работа, которой я отдаю всю себя, …
Анна просыпается после кошмара, который помнит так ясно, будто он случился наяву. В её видениях звучал немецкий "Nein", вспыхивали гнев и угрозы, а затем мир сменил мягкую утреннюю иллюзию на холодную тьму власти. И самое страшное - рядом с ней вновь…
Анна просыпается после кошмара, который помнит так ясно, будто он случился наяву. В её видениях звучал немецкий "Nein", вспыхивали гнев и угрозы, а затем мир сменил мягкую утреннюю иллюзию на холодную тьму власти. И самое страшное - рядом с ней вновь…





















