Зоя Зной

Лера, 22, рисует чужие сны на заказ и тонет в долгах за обучение. Её останавливают на тракте — не грабители. Слуги чёрного поместья. Хозяин не требует выкупа. Он требует портрет: его лицо, которое она не дочертила тридцать дней назад. Каин Воронцов н…

Кира, 26, должна миллион за три года — или отец сядет. Матвей Сокольский, девелопер с ледяной вежливостью, покупает долг и предлагает контракт: год брака на бумаге, гала-ужины, отдельные спальни. Пункт семь — она его жена. В зале. В лифте. Везде, где…

Бабушка завещала усадьбу им обоим — с одним условием: год в одном доме. Одна жилая спальня. Выехала дольше двух дней — потеряла половину наследства. Вера, 29, юрист: спасает «Сосновку», пока мать лечится. Роман, 36, девелопер: хочет снести стены и по…

Лера, 22, рисует чужие сны на заказ и тонет в долгах за обучение. Её останавливают на тракте — не грабители. Слуги чёрного поместья. Хозяин не требует выкупа. Он требует портрет: его лицо, которое она не дочертила тридцать дней назад. Каин Воронцов н…

Кира, 26, должна миллион за три года — или отец сядет. Матвей Сокольский, девелопер с ледяной вежливостью, покупает долг и предлагает контракт: год брака на бумаге, гала-ужины, отдельные спальни. Пункт семь — она его жена. В зале. В лифте. Везде, где…

Бабушка завещала усадьбу им обоим — с одним условием: год в одном доме. Одна жилая спальня. Выехала дольше двух дней — потеряла половину наследства. Вера, 29, юрист: спасает «Сосновку», пока мать лечится. Роман, 36, девелопер: хочет снести стены и по…

Милена Орлова проигрывает за столом четырнадцать. Лев Воробьёв: «Ваш долг куплен.» Девяносто ночей. Полночь. Сорок седьмой. «Скажите нет — остановлюсь.» Она приходит ради отца. Остаётся, потому что тело отвечает раньше гордости. Когда контракт кончит…