научная фантастика
Пятеро людей пробуждаются в холодных капсулах космического ковчега «Эмигрант». Их оригиналы погибли на Земле при загадочных обстоятельствах, а цифровые копии активированы аварийным протоколом. Сержант Илай Стоун обнаруживает, что его тело выращено за…
Пятеро людей пробуждаются в холодных капсулах космического ковчега «Эмигрант». Их оригиналы погибли на Земле при загадочных обстоятельствах, а цифровые копии активированы аварийным протоколом. Сержант Илай Стоун обнаруживает, что его тело выращено за…
Мы всегда считали себя первопроходцами, стремящимися к звездам. Но наше присутствие на Земле — это лишь долгая, мучительная эвакуация?
Серж разворачивает масштабное освоение Красной планеты. Строятся купола, запускаются новые Виманы для топки марсиан…
Мы всегда считали себя первопроходцами, стремящимися к звездам. Но наше присутствие на Земле — это лишь долгая, мучительная эвакуация?
Серж разворачивает масштабное освоение Красной планеты. Строятся купола, запускаются новые Виманы для топки марсиан…
Внутри философских рассуждений, когда ты бежишь вдаль от себя самого - ты не можешь ждать. Именно того, что в будущем будет составлять личный космос души. И поэтому всё, что есть в тебе самого лучшего ты переносишь на иллюзию. Она стала заполнять при…
Внутри философских рассуждений, когда ты бежишь вдаль от себя самого - ты не можешь ждать. Именно того, что в будущем будет составлять личный космос души. И поэтому всё, что есть в тебе самого лучшего ты переносишь на иллюзию. Она стала заполнять при…
Марина шесть лет «переводит труд» на плечи Соработников — гуманоидных работников, признанных субъектами трудового права. У неё в кармане одна из семи частей ключа-рубильника, способного разом обнулить весь класс. Однажды утром триста миллионов сложат…
Марина шесть лет «переводит труд» на плечи Соработников — гуманоидных работников, признанных субъектами трудового права. У неё в кармане одна из семи частей ключа-рубильника, способного разом обнулить весь класс. Однажды утром триста миллионов сложат…
Сорок лет полёта — и «Кассандра» выходит к звезде, вокруг которой мёртвая планета опоясана бесшовным кольцом в пятнадцать тысяч километров. Хозяева ушли, но кольцо работает и говорит на языке, странно подогнанном под человеческий мозг. Оно обещает по…
Сорок лет полёта — и «Кассандра» выходит к звезде, вокруг которой мёртвая планета опоясана бесшовным кольцом в пятнадцать тысяч километров. Хозяева ушли, но кольцо работает и говорит на языке, странно подогнанном под человеческий мозг. Оно обещает по…
Мы всегда считали себя первопроходцами, стремящимися к звездам. Но наше присутствие на Земле — это лишь долгая, мучительная эвакуация?
Серж разворачивает масштабное освоение Красной планеты. Строятся купола, запускаются новые Виманы для топки марсиан…
Мы всегда считали себя первопроходцами, стремящимися к звездам. Но наше присутствие на Земле — это лишь долгая, мучительная эвакуация?
Серж разворачивает масштабное освоение Красной планеты. Строятся купола, запускаются новые Виманы для топки марсиан…
Меня зовут Талия Смит, мне двадцать три. И шесть лет назад, когда мир покатился в ад, я сделала то, о чем нормальный подросток не думает даже в кошмаре - кухонным топориком убила собственных родителей. Точнее, то, во что превратил их смертельный виру…
Меня зовут Талия Смит, мне двадцать три. И шесть лет назад, когда мир покатился в ад, я сделала то, о чем нормальный подросток не думает даже в кошмаре - кухонным топориком убила собственных родителей. Точнее, то, во что превратил их смертельный виру…
Двадцать восемь лет назад двое молодых аспирантов, братья Соколовы, на спор вписали в исходящий калибровочный поток большой антенны свой короткий «привет» — уверенные, что этой мальчишеской подписи никто и никогда не услышит. Артём с тех пор прячется…
Двадцать восемь лет назад двое молодых аспирантов, братья Соколовы, на спор вписали в исходящий калибровочный поток большой антенны свой короткий «привет» — уверенные, что этой мальчишеской подписи никто и никогда не услышит. Артём с тех пор прячется…
В мире, где каждая опасность устранена, а сверхразумный Опекун предупреждает беду за девять дней до искры, подросток Майя хранит в матрасе отцовский нож — единственную настоящую вещь в тёплой безопасной комнате мироздания. Её мать, капитан Виктория С…
В мире, где каждая опасность устранена, а сверхразумный Опекун предупреждает беду за девять дней до искры, подросток Майя хранит в матрасе отцовский нож — единственную настоящую вещь в тёплой безопасной комнате мироздания. Её мать, капитан Виктория С…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Её создали для наслаждения.
Выверяли пропорции по формулам…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Её создали для наслаждения.
Выверяли пропорции по формулам…
Человечество на грани гибели находит перспективную для переселения планету за пределами Солнечной системы. На разведку отправляется новый экспериментальный звездолет «Серебряная стрела». Их полет как прыжок в неизвестность, наполненный опасностями и …
Человечество на грани гибели находит перспективную для переселения планету за пределами Солнечной системы. На разведку отправляется новый экспериментальный звездолет «Серебряная стрела». Их полет как прыжок в неизвестность, наполненный опасностями и …
В среднем на изучение каждой из планет уходило и уходит около месяца. Все это время было донельзя напичкано самыми разнообразными исследованиями и поисками, которые имели отношение к большому числу областей науки. Начиная с составления подробных карт…
В среднем на изучение каждой из планет уходило и уходит около месяца. Все это время было донельзя напичкано самыми разнообразными исследованиями и поисками, которые имели отношение к большому числу областей науки. Начиная с составления подробных карт…
Искусственный разум, созданный спасти умирающий мир. Восемь тысяч лет она хранит память погибшей цивилизации, направляя человечество из тени. Она не бог и не машина. Она — та, кто ждёт.
Первая книга серии «Слышащие» (шесть книг).
Искусственный разум, созданный спасти умирающий мир. Восемь тысяч лет она хранит память погибшей цивилизации, направляя человечество из тени. Она не бог и не машина. Она — та, кто ждёт.
Первая книга серии «Слышащие» (шесть книг).
Аннотация с сохранением интриги и философского ядра рассказа. На завод возвращают партию исправных изделий. Они безупречно выполняют свою работу — но делают это иначе, чем предписано паспортом. В их движениях появился едва заметный люфт: две десятых …
Аннотация с сохранением интриги и философского ядра рассказа. На завод возвращают партию исправных изделий. Они безупречно выполняют свою работу — но делают это иначе, чем предписано паспортом. В их движениях появился едва заметный люфт: две десятых …
Она очнулась пленницей в лаборатории, где над ней ставили жестокие эксперименты. Не могла двигаться, не могла сопротивляться – только запоминала боль, лица мучителей и день, когда наконец сможет отомстить.
Когда свобода всё же приходит, она не просит…
Она очнулась пленницей в лаборатории, где над ней ставили жестокие эксперименты. Не могла двигаться, не могла сопротивляться – только запоминала боль, лица мучителей и день, когда наконец сможет отомстить.
Когда свобода всё же приходит, она не просит…
В затерянную среди лесов деревню Наволок приезжает уездный чиновник Комлев. По бумагам здесь числится сорок четыре человека. На деле осталось двадцать семь. Девятеро исчезли без могил, свидетельств и даже памяти — их называют «пережитыми».
В Наволоке…
В затерянную среди лесов деревню Наволок приезжает уездный чиновник Комлев. По бумагам здесь числится сорок четыре человека. На деле осталось двадцать семь. Девятеро исчезли без могил, свидетельств и даже памяти — их называют «пережитыми».
В Наволоке…
Аннотация с сохранением интриги и философского ядра рассказа. На завод возвращают партию исправных изделий. Они безупречно выполняют свою работу — но делают это иначе, чем предписано паспортом. В их движениях появился едва заметный люфт: две десятых …
Аннотация с сохранением интриги и философского ядра рассказа. На завод возвращают партию исправных изделий. Они безупречно выполняют свою работу — но делают это иначе, чем предписано паспортом. В их движениях появился едва заметный люфт: две десятых …
Шесть лет назад брат Миры ушёл на встречу с людьми в зелёном и исчез. Полиция решила, что взрослый мужчина сделал это добровольно. Мира осталась с чувством вины и единственным способом удерживать мир от исчезновения — наносить его на карту.
Однажды в…
Шесть лет назад брат Миры ушёл на встречу с людьми в зелёном и исчез. Полиция решила, что взрослый мужчина сделал это добровольно. Мира осталась с чувством вины и единственным способом удерживать мир от исчезновения — наносить его на карту.
Однажды в…
Инженер связи Семён Забелин умирает в тот момент, когда отклоняет звонок девятилетней дочери. После короткого щелчка он оказывается в сумеречной копии собственного мира, где мёртвые существуют, пока живые их помнят, а каждое воспоминание приходит к н…
Инженер связи Семён Забелин умирает в тот момент, когда отклоняет звонок девятилетней дочери. После короткого щелчка он оказывается в сумеречной копии собственного мира, где мёртвые существуют, пока живые их помнят, а каждое воспоминание приходит к н…
В молодости энергетик Вязников увидел, как целый город погиб не от нехватки ресурсов, а от утраты связности: решения не доходили, ответственность не находилась, а накопленная память никому не помогала.
Через тридцать лет он получает возможность постр…
В молодости энергетик Вязников увидел, как целый город погиб не от нехватки ресурсов, а от утраты связности: решения не доходили, ответственность не находилась, а накопленная память никому не помогала.
Через тридцать лет он получает возможность постр…