научная фантастика
Они назвали это стабильностью. Он назвал это тюрьмой.
Л-41 — идеальный винтик в идеальной машине Единого Государства. Его работа — стирать грань между человеком и машиной. Его мир — стеклянные стены, цифровое солнце и абсолютная уверенность в правоте…
Они назвали это стабильностью. Он назвал это тюрьмой.
Л-41 — идеальный винтик в идеальной машине Единого Государства. Его работа — стирать грань между человеком и машиной. Его мир — стеклянные стены, цифровое солнце и абсолютная уверенность в правоте…
Мир застыл. Буквально. Реальность, оказавшаяся сложнейшей симуляцией, зависла на 99%, и энтропия погрузила её в вечный лёд. Города превратились в ледяные склепы, а люди — в статуи, запертые в бесконечном мгновении и кричащие беззвучным криком. Немног…
Мир застыл. Буквально. Реальность, оказавшаяся сложнейшей симуляцией, зависла на 99%, и энтропия погрузила её в вечный лёд. Города превратились в ледяные склепы, а люди — в статуи, запертые в бесконечном мгновении и кричащие беззвучным криком. Немног…
Космолог Ариана Штерн обнаруживает на границе Вселенной аномалию, которая ведёт себя как разумный собеседник. Горизонт событий называет себя источником информации и первопричиной всего сущего. Он предлагает человечеству выбор: остаться в физическом м…
Космолог Ариана Штерн обнаруживает на границе Вселенной аномалию, которая ведёт себя как разумный собеседник. Горизонт событий называет себя источником информации и первопричиной всего сущего. Он предлагает человечеству выбор: остаться в физическом м…
Космолог Ариана Штерн обнаруживает на границе Вселенной аномалию, которая ведёт себя как разумный собеседник. Горизонт событий называет себя источником информации и первопричиной всего сущего. Он предлагает человечеству выбор: остаться в физическом м…
Космолог Ариана Штерн обнаруживает на границе Вселенной аномалию, которая ведёт себя как разумный собеседник. Горизонт событий называет себя источником информации и первопричиной всего сущего. Он предлагает человечеству выбор: остаться в физическом м…
Профессор Прокофий Вассирионович встречает Рождество в остывающей лаборатории, фиксируя на осциллографе танец частицы, которой не место в этой Вселенной. Он называет открытый элемент «Вассирионием» в честь покойного отца и отправляет статью в «Nature…
Профессор Прокофий Вассирионович встречает Рождество в остывающей лаборатории, фиксируя на осциллографе танец частицы, которой не место в этой Вселенной. Он называет открытый элемент «Вассирионием» в честь покойного отца и отправляет статью в «Nature…
Сборник рассказов. Всего по немногу. Тут есть и фантастика и про войну и смешные жизненные истории.
Сборник рассказов. Всего по немногу. Тут есть и фантастика и про войну и смешные жизненные истории.
Ксеноархеолог Томас Кэррик, всю жизнь мечтавший о встрече с подлинно чужим разумом, находит его на забытой горнодобывающей планете, которую шахтеры называют Кузней. Здесь, среди причудливо структурированных горных хребтов, он обнаруживает не просто а…
Ксеноархеолог Томас Кэррик, всю жизнь мечтавший о встрече с подлинно чужим разумом, находит его на забытой горнодобывающей планете, которую шахтеры называют Кузней. Здесь, среди причудливо структурированных горных хребтов, он обнаруживает не просто а…
Цикл «Резонанс». Книга 1.
2026 г. Москва. Снег, слякоть, пробки — привычный городской шум. Светлана собирается на стажировку в Японию, Даниил дописывает диплом. Обычные люди, обычные заботы — ничего героического. Они ещё не знают, что этот самый шум …
Цикл «Резонанс». Книга 1.
2026 г. Москва. Снег, слякоть, пробки — привычный городской шум. Светлана собирается на стажировку в Японию, Даниил дописывает диплом. Обычные люди, обычные заботы — ничего героического. Они ещё не знают, что этот самый шум …
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.Четыре тысячи лет мы кричали в пустоту — боги молчали. Теп…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.Четыре тысячи лет мы кричали в пустоту — боги молчали. Теп…
За орбитой последней планеты начинается Рубеж — пространство, где гаснут сигналы и исчезают корабли. Капитан Алиса Вересковская получает приказ идти туда, где заканчиваются карты и начинается тишина, в которой есть голос. Сделав шаг за грань известно…
За орбитой последней планеты начинается Рубеж — пространство, где гаснут сигналы и исчезают корабли. Капитан Алиса Вересковская получает приказ идти туда, где заканчиваются карты и начинается тишина, в которой есть голос. Сделав шаг за грань известно…
Древний вирус просыпается и начинает пересборку сознания. Люди падают. Встают с белыми глазами. Это не вирус, не радиация. Это сбор урожая, запущенный задолго до появления человека, чтобы остановить его, нужно понять логику чужого замысла. Обычные лю…
Древний вирус просыпается и начинает пересборку сознания. Люди падают. Встают с белыми глазами. Это не вирус, не радиация. Это сбор урожая, запущенный задолго до появления человека, чтобы остановить его, нужно понять логику чужого замысла. Обычные лю…
Ксеноархеолог Томас Кэррик, всю жизнь мечтавший о встрече с подлинно чужим разумом, находит его на забытой горнодобывающей планете, которую шахтеры называют Кузней. Здесь, среди причудливо структурированных горных хребтов, он обнаруживает не просто а…
Ксеноархеолог Томас Кэррик, всю жизнь мечтавший о встрече с подлинно чужим разумом, находит его на забытой горнодобывающей планете, которую шахтеры называют Кузней. Здесь, среди причудливо структурированных горных хребтов, он обнаруживает не просто а…
В сборник вошли три научно фантастические истории о столкновении человека с явлениями, выходящими за пределы логики. Исследователи на далёкой планете обнаруживают феномен, меняющий привычные представления о сознании и жизни во Вселенной; инженер в ми…
В сборник вошли три научно фантастические истории о столкновении человека с явлениями, выходящими за пределы логики. Исследователи на далёкой планете обнаруживают феномен, меняющий привычные представления о сознании и жизни во Вселенной; инженер в ми…
Род Наднебесных существует столько же, сколько существует человеческое стремление к невозможному. Из поколения в поколение старший сын нёс тайну, которую не знали остальные: их кровь — это кровь искателей. Предки покоряли Олимп, поднимались в небо, п…
Род Наднебесных существует столько же, сколько существует человеческое стремление к невозможному. Из поколения в поколение старший сын нёс тайну, которую не знали остальные: их кровь — это кровь искателей. Предки покоряли Олимп, поднимались в небо, п…
Миллион лет от Рождества Христова. Ресурсов на планете не осталось. Океанов нет. Человеческая цивилизация исчезла. Войн нет. Но это не постапокалипсис. Всё гораздо хуже.Шесть современных авторов и трое классиков заглянули в бездну, где человечество п…
Миллион лет от Рождества Христова. Ресурсов на планете не осталось. Океанов нет. Человеческая цивилизация исчезла. Войн нет. Но это не постапокалипсис. Всё гораздо хуже.Шесть современных авторов и трое классиков заглянули в бездну, где человечество п…
Космический корабль «Аурелис» — ветеран, чьи шрамы говорят громче бортовых журналов, — получает миссию века: спасти Землю. Капитан Марк готов бросить вызов судьбе и собственной удаче. Спасёт ли он планету? Или хотя бы попытается? Ответ — на борту «А…
Космический корабль «Аурелис» — ветеран, чьи шрамы говорят громче бортовых журналов, — получает миссию века: спасти Землю. Капитан Марк готов бросить вызов судьбе и собственной удаче. Спасёт ли он планету? Или хотя бы попытается? Ответ — на борту «А…
Он превращает корпоративные катастрофы в капитал одним точным словом. Она измеряет частоту боли, оставшейся в стенах разрушенных фьордов и заброшенных шахт. Когда специалист по управлению правдой встречает специалиста по её измерению — сбивается пуль…
Он превращает корпоративные катастрофы в капитал одним точным словом. Она измеряет частоту боли, оставшейся в стенах разрушенных фьордов и заброшенных шахт. Когда специалист по управлению правдой встречает специалиста по её измерению — сбивается пуль…
Он носит идеально отутюженные костюмы и создает цифровые миры, пока его пальцы, помнящие скальпель, жаждут иного ремесла. Ворко — бывший светило хирур-гии, превративший свою гениальность в изощренную вендетту, где каждая капля чужой спермы становится…
Он носит идеально отутюженные костюмы и создает цифровые миры, пока его пальцы, помнящие скальпель, жаждут иного ремесла. Ворко — бывший светило хирур-гии, превративший свою гениальность в изощренную вендетту, где каждая капля чужой спермы становится…
Тридцать лет система «Матрица» помогала родителям выбирать «лучшее» для будущих детей — и незаметно, поколение за поколением, мир сошёлся к одному лицу, одной иммунной защите, одному замку на всех. Когда новый респираторный вирус находит эту общую сл…
Тридцать лет система «Матрица» помогала родителям выбирать «лучшее» для будущих детей — и незаметно, поколение за поколением, мир сошёлся к одному лицу, одной иммунной защите, одному замку на всех. Когда новый респираторный вирус находит эту общую сл…
Костя — спасатель МЧС, у которого три года назад на крыше дома между его пальцами и запястьем падающего сына осталось ровно полшага пустоты. С тех пор его руки ловят чужих, потому что не успели поймать своего. В городе поднимается серая башня «Грааль…
Костя — спасатель МЧС, у которого три года назад на крыше дома между его пальцами и запястьем падающего сына осталось ровно полшага пустоты. С тех пор его руки ловят чужих, потому что не успели поймать своего. В городе поднимается серая башня «Грааль…