ЛитРес: чтец
Мы хорошо усвоили истину о том, что мысли формируют реальность. Небольшое лишь уточнение: мысли формируют картину мира, которая формирует реальность. В идеале наша картина мира должна полностью соответствовать объективно существующему миру (да, объек…
Мы хорошо усвоили истину о том, что мысли формируют реальность. Небольшое лишь уточнение: мысли формируют картину мира, которая формирует реальность. В идеале наша картина мира должна полностью соответствовать объективно существующему миру (да, объек…
В этой книге нет сложных математических вычислений и графиков, которые обычно ассоциируются с финансами. Автор предлагает девятнадцать увлекательных историй, которые помогут вам лучше разобраться в теме денег и понять, как успешные люди принимают важ…
В этой книге нет сложных математических вычислений и графиков, которые обычно ассоциируются с финансами. Автор предлагает девятнадцать увлекательных историй, которые помогут вам лучше разобраться в теме денег и понять, как успешные люди принимают важ…
«Она росла на небольшой поляне, прямая, стройная береза, с белым стволом, с пахучими, лаковыми листочками. А кругом нее шумели старые дубы, цвели белым цветом и сладко благоухали раскидистые большие липы, зеленели зелеными иглами яркие бархатные пихт…
«Она росла на небольшой поляне, прямая, стройная береза, с белым стволом, с пахучими, лаковыми листочками. А кругом нее шумели старые дубы, цвели белым цветом и сладко благоухали раскидистые большие липы, зеленели зелеными иглами яркие бархатные пихт…
«По нескольку раз в день приходил я смотреть на их работу, а часто и ночью, при лунном свете: мои гости работали беспрестанно. Когда все другие животные спали, они не переставали бегать снизу наверх и сверху вниз, – можно было подумать, что отдых для…
«По нескольку раз в день приходил я смотреть на их работу, а часто и ночью, при лунном свете: мои гости работали беспрестанно. Когда все другие животные спали, они не переставали бегать снизу наверх и сверху вниз, – можно было подумать, что отдых для…
Когда-то я мечтала стать богатой леди, но теперь хочу домой. Подальше от лицемерия, чужого презрения и политических интриг. Да вот только, чтобы вернуться в свой мир, мне придётся связаться с подпольным движением магов, помочь принцессе, а может, и в…
Когда-то я мечтала стать богатой леди, но теперь хочу домой. Подальше от лицемерия, чужого презрения и политических интриг. Да вот только, чтобы вернуться в свой мир, мне придётся связаться с подпольным движением магов, помочь принцессе, а может, и в…
Заглавный рассказ сборника переносит читателя в далекое будущее. Машина времени изобретена, но использует ее человечество не для благих целей. Теперь это Машина наказаний, с помощью которой казнят неугодных, перебрасывая их разум в тело человека, пог…
Заглавный рассказ сборника переносит читателя в далекое будущее. Машина времени изобретена, но использует ее человечество не для благих целей. Теперь это Машина наказаний, с помощью которой казнят неугодных, перебрасывая их разум в тело человека, пог…
– Аслан жив? Где он сейчас?!
Брат покачал головой.
– Боюсь, тебе это не понравится.
– Где он сейчас, Олег?! – Руки дрожали, и я срывалась на крик.
– Случилось то, чего наш отец боялся больше всего: Аслан Тураев занял его место. Теперь он управляет би…
– Аслан жив? Где он сейчас?!
Брат покачал головой.
– Боюсь, тебе это не понравится.
– Где он сейчас, Олег?! – Руки дрожали, и я срывалась на крик.
– Случилось то, чего наш отец боялся больше всего: Аслан Тураев занял его место. Теперь он управляет би…
Когда я встретил Эли, все мои принципы полетели к чертям. Конечно, невинная девушка не пара одному из самых опытных доминантов клуба «V». Но разве можно добровольно отпустить, когда ее запах так опьяняет, а вкус заставляет забыть обо всем? Только мое…
Когда я встретил Эли, все мои принципы полетели к чертям. Конечно, невинная девушка не пара одному из самых опытных доминантов клуба «V». Но разве можно добровольно отпустить, когда ее запах так опьяняет, а вкус заставляет забыть обо всем? Только мое…
– Что, Настя? Боишься меня?
– Нет…
– Тогда я не понимаю. Неужели тебе так дорог этот грязный политик, по которому нары плачут?
– Не надо так говорить о нем. Он мой муж!
– Я знаю, и что? Для меня это не аргумент.
– А то, что я беременна от него, для т…
– Что, Настя? Боишься меня?
– Нет…
– Тогда я не понимаю. Неужели тебе так дорог этот грязный политик, по которому нары плачут?
– Не надо так говорить о нем. Он мой муж!
– Я знаю, и что? Для меня это не аргумент.
– А то, что я беременна от него, для т…
Книгу известного писателя и исследователя столицы нашей родины, председателя комиссии «Старая Москва» Владимира Муравьева с полным правом можно назвать образцом «народного москвоведения», увлекательным путеводителем по истории и культуре нашего город…
Книгу известного писателя и исследователя столицы нашей родины, председателя комиссии «Старая Москва» Владимира Муравьева с полным правом можно назвать образцом «народного москвоведения», увлекательным путеводителем по истории и культуре нашего город…
«Когда воссияло солнце красное
На тое ли на небушко на ясное,
Тогда зарождался мо́лодой Вольга,
Молодой Вольга Святославович.
Как стал тут Вольга растеть-матереть;
Похотелося Вольги много мудрости:
Щукой-рыбою ходить ему в глубоких морях,
Птицей-соко…
«Когда воссияло солнце красное
На тое ли на небушко на ясное,
Тогда зарождался мо́лодой Вольга,
Молодой Вольга Святославович.
Как стал тут Вольга растеть-матереть;
Похотелося Вольги много мудрости:
Щукой-рыбою ходить ему в глубоких морях,
Птицей-соко…
Впервые напечатано в газете «Нижегородский листок», 1896, номер 220, 11 августа, в разделе «Фельетон», под заглавием «Сны. 1. Катастрофа».
В начале 900-х годов М. Горький заново отредактировал текст рассказа для предполагавшегося его издания на немец…
Впервые напечатано в газете «Нижегородский листок», 1896, номер 220, 11 августа, в разделе «Фельетон», под заглавием «Сны. 1. Катастрофа».
В начале 900-х годов М. Горький заново отредактировал текст рассказа для предполагавшегося его издания на немец…
«Иван Дмитрич, человек средний, проживающий с семьей тысячу двести рублей в год и очень довольный своей судьбой, как-то после ужина сел на диван и стал читать газету.
– Забыла я сегодня в газету поглядеть, – сказала его жена, убирая со стола. – Посмо…
«Иван Дмитрич, человек средний, проживающий с семьей тысячу двести рублей в год и очень довольный своей судьбой, как-то после ужина сел на диван и стал читать газету.
– Забыла я сегодня в газету поглядеть, – сказала его жена, убирая со стола. – Посмо…
«В Верхней Швабии еще до сего дня стоят стены замка Гогенцоллернов, который некогда был самым величественным в стране. Он поднимается на круглой крутой горе, и с его отвесной высоты широко и далеко видна страна. Но так же далеко и даже еще много даль…
«В Верхней Швабии еще до сего дня стоят стены замка Гогенцоллернов, который некогда был самым величественным в стране. Он поднимается на круглой крутой горе, и с его отвесной высоты широко и далеко видна страна. Но так же далеко и даже еще много даль…
«Она росла на небольшой поляне, прямая, стройная береза, с белым стволом, с пахучими, лаковыми листочками. А кругом нее шумели старые дубы, цвели белым цветом и сладко благоухали раскидистые большие липы, зеленели зелеными иглами яркие бархатные пихт…
«Она росла на небольшой поляне, прямая, стройная береза, с белым стволом, с пахучими, лаковыми листочками. А кругом нее шумели старые дубы, цвели белым цветом и сладко благоухали раскидистые большие липы, зеленели зелеными иглами яркие бархатные пихт…
Два абсолютно незнакомых друг другу человека встречаются в предновогоднюю ночь. Кто стоит за этой встречей? А может быть, это всё проделки судьбы? Обаятельный парень решает испытать удачу и всё же познакомиться с девушкой, сидящей на заснеженной лаво…
Два абсолютно незнакомых друг другу человека встречаются в предновогоднюю ночь. Кто стоит за этой встречей? А может быть, это всё проделки судьбы? Обаятельный парень решает испытать удачу и всё же познакомиться с девушкой, сидящей на заснеженной лаво…