классическая проза
Тайна почерка.Пропавшее письмо.Ясновидец.Рассказ старого уголовника.Рекорд.Купон.
Тайна почерка-Замысел разоблачения: Столичный репортер Рубнер скептически относится к популярной науке графологии. Чтобы публично высмеять и разоблачить знаменитого экс…
Тайна почерка.Пропавшее письмо.Ясновидец.Рассказ старого уголовника.Рекорд.Купон.
Тайна почерка-Замысел разоблачения: Столичный репортер Рубнер скептически относится к популярной науке графологии. Чтобы публично высмеять и разоблачить знаменитого экс…
В холмах Подмосковья, где реки Лама и Протва целуют древние сосновые боры, стоит город физиков. Их великая мечта — зажечь рукотворное солнце в камере Токамака — зашла в тупик.
Уставшие интегралы на пыльных досках выдают невозможный ответ: для удержа…
В холмах Подмосковья, где реки Лама и Протва целуют древние сосновые боры, стоит город физиков. Их великая мечта — зажечь рукотворное солнце в камере Токамака — зашла в тупик.
Уставшие интегралы на пыльных досках выдают невозможный ответ: для удержа…
**«Возвращение к Колокольне»** — философская притча о внутреннем пути человека от страха, тревоги и зависимости от чужих убеждений к тишине, принятию и свободе.
Путник проходит через горы и туман, вступает в бурный поток собственных мыслей, пытается …
**«Возвращение к Колокольне»** — философская притча о внутреннем пути человека от страха, тревоги и зависимости от чужих убеждений к тишине, принятию и свободе.
Путник проходит через горы и туман, вступает в бурный поток собственных мыслей, пытается …
У гэтым зборніку сабраны творы розных жанраў: байкі, рассказы, гістарычная проза, філасофскія эсэ. Аб'ядноўвае іх адно — жаданне паглядзець на звыклыя рэчы пад іншым вуглом.
Аўтар праводзіць чытача праз свет жывёл і людзей, праз гісторыю і сучаснасць…
У гэтым зборніку сабраны творы розных жанраў: байкі, рассказы, гістарычная проза, філасофскія эсэ. Аб'ядноўвае іх адно — жаданне паглядзець на звыклыя рэчы пад іншым вуглом.
Аўтар праводзіць чытача праз свет жывёл і людзей, праз гісторыю і сучаснасць…
Джон мечтает стать великим джазовым музыкантом и покорить американский Юг. Он талантлив, трудолюбив и готов бороться за свою мечту, но каждое поражение заставляет его всё сильнее сомневаться в себе. Постепенно стремление к признанию превращает любимо…
Джон мечтает стать великим джазовым музыкантом и покорить американский Юг. Он талантлив, трудолюбив и готов бороться за свою мечту, но каждое поражение заставляет его всё сильнее сомневаться в себе. Постепенно стремление к признанию превращает любимо…
Это книга о сложных отношениях отца и сына. О детстве, в котором любовь иногда соседствует со страхом, а самые обычные события — поход на рынок, разговор, поездка на дачу или семейный праздник — могут оставаться в памяти на всю жизнь.
Автор вспомина…
Это книга о сложных отношениях отца и сына. О детстве, в котором любовь иногда соседствует со страхом, а самые обычные события — поход на рынок, разговор, поездка на дачу или семейный праздник — могут оставаться в памяти на всю жизнь.
Автор вспомина…
Молодая учительница из скромной районной школы неожиданно оказывается в центре внимания могущественной семьи: её ученик — избалованный сын влиятельного бизнесмена, а его старший брат, привык решать всё деньгами и связями. После резкого разговора со с…
Молодая учительница из скромной районной школы неожиданно оказывается в центре внимания могущественной семьи: её ученик — избалованный сын влиятельного бизнесмена, а его старший брат, привык решать всё деньгами и связями. После резкого разговора со с…
Убить кого-то метафорически не страшно. Тем более когда этот акт свершается во благо.
Вот он, ждёт тебя с распростёртыми объятиями, улыбнись ему, залезь под кожу. Скажи, что вы похожи, что ты его понимаешь, что тебе можно доверять. Залей его душу сча…
Убить кого-то метафорически не страшно. Тем более когда этот акт свершается во благо.
Вот он, ждёт тебя с распростёртыми объятиями, улыбнись ему, залезь под кожу. Скажи, что вы похожи, что ты его понимаешь, что тебе можно доверять. Залей его душу сча…
Ему скоро семнадцать, и нерешенное уравнение на доске — последнее, что его волнует. Весь мир сузился до загорелых ног, волнующей груди и глаз Леры Соколовой, в которых можно утонуть. Для него она — не просто одноклассница, а Эдемов сад, ходячая теори…
Ему скоро семнадцать, и нерешенное уравнение на доске — последнее, что его волнует. Весь мир сузился до загорелых ног, волнующей груди и глаз Леры Соколовой, в которых можно утонуть. Для него она — не просто одноклассница, а Эдемов сад, ходячая теори…
**«Возвращение к Колокольне»** — философская притча о внутреннем пути человека от страха, тревоги и зависимости от чужих убеждений к тишине, принятию и свободе.
Путник проходит через горы и туман, вступает в бурный поток собственных мыслей, пытается …
**«Возвращение к Колокольне»** — философская притча о внутреннем пути человека от страха, тревоги и зависимости от чужих убеждений к тишине, принятию и свободе.
Путник проходит через горы и туман, вступает в бурный поток собственных мыслей, пытается …
Квадратура круга.Бабье лето Джонсона Сухого лога.Третий ингредиент.Чемпион погоды.Спрос и предложение.Дары волхвов.Сила печатного слова. Дары волхвов-1. Накануне Рождества Делла считает свои сбережения и плачет: у неё есть всего 1 доллар и 87 центов.…
Квадратура круга.Бабье лето Джонсона Сухого лога.Третий ингредиент.Чемпион погоды.Спрос и предложение.Дары волхвов.Сила печатного слова. Дары волхвов-1. Накануне Рождества Делла считает свои сбережения и плачет: у неё есть всего 1 доллар и 87 центов.…
Толкнув дверь, сразу обдало — не запахом, нет. Движением. Сквозняк пробежал по коридору, шевельнул бумажки на посту медсестры, тронул край занавески. Показалось, или он замедлился, проходя мимо? Как будто принюхивался. Жильцы говорили, он здесь живё…
Толкнув дверь, сразу обдало — не запахом, нет. Движением. Сквозняк пробежал по коридору, шевельнул бумажки на посту медсестры, тронул край занавески. Показалось, или он замедлился, проходя мимо? Как будто принюхивался. Жильцы говорили, он здесь живё…
Семнадцать лет. Три класса образования. Воспитательно-трудовая колония для несовершеннолетних — посёлок Дзержинск, Томская область. Сергей Рыжих приехал сюда не впервые и знал: тут не по-людски, тут по правилам. А правила пишут активисты во главе с …
Семнадцать лет. Три класса образования. Воспитательно-трудовая колония для несовершеннолетних — посёлок Дзержинск, Томская область. Сергей Рыжих приехал сюда не впервые и знал: тут не по-людски, тут по правилам. А правила пишут активисты во главе с …
Можно ли научиться милосердию, если однажды тебе самому придётся заплатить за него высокую цену?
Мы часто говорим о прощении, пока оно не касается нас лично.
Легко рассуждать о доброте, пока никто не причинил нам настоящей боли.
Но что происходит с…
Можно ли научиться милосердию, если однажды тебе самому придётся заплатить за него высокую цену?
Мы часто говорим о прощении, пока оно не касается нас лично.
Легко рассуждать о доброте, пока никто не причинил нам настоящей боли.
Но что происходит с…
Что, если реальность состоит из осколков чужих жизней?
В старом доме на окраине живёт Алексей. Мария возвращается к реке, к которой поклялась не возвращаться. Профессор Крылов читает дневник, который не должен был найти. Часовщик, рыбак, незнакомец в…
Что, если реальность состоит из осколков чужих жизней?
В старом доме на окраине живёт Алексей. Мария возвращается к реке, к которой поклялась не возвращаться. Профессор Крылов читает дневник, который не должен был найти. Часовщик, рыбак, незнакомец в…
Это второй цикл экспериментальной прозы, десять миниатюр, с венком миниатюр в конце - о маленьких жизнях, прожитых под Луной, о человеческих чувствах и поступках, о таких, за которые не стыдно, и о таких, которые запомнятся не хорошо. Жизнь состоит и…
Это второй цикл экспериментальной прозы, десять миниатюр, с венком миниатюр в конце - о маленьких жизнях, прожитых под Луной, о человеческих чувствах и поступках, о таких, за которые не стыдно, и о таких, которые запомнятся не хорошо. Жизнь состоит и…
В восемьдесят шесть Валентина Михайловна оказывается в бегах — не от закона, а от чужих решений. Родная квартира превращается в место, где за ней следят, запрещают и решают, как ей жить. Один дом сменяется другим: чужая квартира, дом родственницы, ре…
В восемьдесят шесть Валентина Михайловна оказывается в бегах — не от закона, а от чужих решений. Родная квартира превращается в место, где за ней следят, запрещают и решают, как ей жить. Один дом сменяется другим: чужая квартира, дом родственницы, ре…
Семнадцать лет. Три класса образования. Воспитательно-трудовая колония для несовершеннолетних — посёлок Дзержинск, Томская область. Сергей Рыжих приехал сюда не впервые и знал: тут не по-людски, тут по правилам. А правила пишут активисты во главе с …
Семнадцать лет. Три класса образования. Воспитательно-трудовая колония для несовершеннолетних — посёлок Дзержинск, Томская область. Сергей Рыжих приехал сюда не впервые и знал: тут не по-людски, тут по правилам. А правила пишут активисты во главе с …
Горящий светильник.Волшебный профиль.Родственные души.Особенный Нью Йоркский колорит.Весна порционно.Грошовый поклонник.Один час полной жизни.
Грошовый поклонник-Восемнадцатилетняя Мэйзи работает обычной продавщицей в отделе мужских перчаток огромног…
Горящий светильник.Волшебный профиль.Родственные души.Особенный Нью Йоркский колорит.Весна порционно.Грошовый поклонник.Один час полной жизни.
Грошовый поклонник-Восемнадцатилетняя Мэйзи работает обычной продавщицей в отделе мужских перчаток огромног…
Весна порционно.Квадратура круга.Бабье лето Джонсона Сухого лога.Персики.Спрос и предложение.Дары волхвов.Сила печатного слова.Голос большого города.Волшебный профиль.Горящий светильник.Грошовый поклонник.Из любви к искусству.Особенный Нью Йоркский к…
Весна порционно.Квадратура круга.Бабье лето Джонсона Сухого лога.Персики.Спрос и предложение.Дары волхвов.Сила печатного слова.Голос большого города.Волшебный профиль.Горящий светильник.Грошовый поклонник.Из любви к искусству.Особенный Нью Йоркский к…





















