литература 20 века
«Собираясь войти в гостиную, Дружинин вытирал платком запотевшие стекла пенсне.
За малиновой бархатной портьерой послышалось твердое, уверенное, хорошо знакомое ему постукивание каблуков. Щеголеватой походкой нестареющего сорокапятилетнего мужчины Ба…
«Собираясь войти в гостиную, Дружинин вытирал платком запотевшие стекла пенсне.
За малиновой бархатной портьерой послышалось твердое, уверенное, хорошо знакомое ему постукивание каблуков. Щеголеватой походкой нестареющего сорокапятилетнего мужчины Ба…
«За Зурбаганом, в местности проклятой самим богом, в голой, напоминающей ад степи, стояла каменная статуя, изображающая женщину в сидячем положении, с руками, поднятыми вверх, к небу, и глазами, опущенными к земле. Никто из жителей окрестностей Зурба…
«За Зурбаганом, в местности проклятой самим богом, в голой, напоминающей ад степи, стояла каменная статуя, изображающая женщину в сидячем положении, с руками, поднятыми вверх, к небу, и глазами, опущенными к земле. Никто из жителей окрестностей Зурба…
Мы продолжаем уникальную серию аудиокниг по произведениям Сергея Довлатова!
«Марш одиноких. Рассказы» – новый сборник рассказов легендарного автора в исполнении Анатолия Белого, Максима Виторгана и Максима Суханова.
В 1980 – 1980 гг. Довлатов вел руб…
Мы продолжаем уникальную серию аудиокниг по произведениям Сергея Довлатова!
«Марш одиноких. Рассказы» – новый сборник рассказов легендарного автора в исполнении Анатолия Белого, Максима Виторгана и Максима Суханова.
В 1980 – 1980 гг. Довлатов вел руб…
В наши дни существует такое изобилие различных кафе, баров, и закусочных и они настолько плотно вошли в нашу жизнь, что сложно себе представить, как каких-то тридцать лет назад поход в подобное заведение был целым событием и позволить себе подобную р…
В наши дни существует такое изобилие различных кафе, баров, и закусочных и они настолько плотно вошли в нашу жизнь, что сложно себе представить, как каких-то тридцать лет назад поход в подобное заведение был целым событием и позволить себе подобную р…
«Джемс Лэйт завтракал у большого открытого окна. В саду китаец – садовник поливал из шланга лимонные, апельсинные деревья и кусты роз. Несмотря на ранний час, было уже жарко. Вошел загорелый мальчик в коротенькой курточке с блестящими маленькими пуго…
«Джемс Лэйт завтракал у большого открытого окна. В саду китаец – садовник поливал из шланга лимонные, апельсинные деревья и кусты роз. Несмотря на ранний час, было уже жарко. Вошел загорелый мальчик в коротенькой курточке с блестящими маленькими пуго…
«Бывало, в раннем детстве, вернешься после долгих летних каникул в пансион. Все серо, казарменно, пахнет свежей масляной краской и мастикой, товарищи грубы, начальство недоброжелательно. Пока день – еще крепишься кое-как, хотя сердце нет-нет – и сожм…
«Бывало, в раннем детстве, вернешься после долгих летних каникул в пансион. Все серо, казарменно, пахнет свежей масляной краской и мастикой, товарищи грубы, начальство недоброжелательно. Пока день – еще крепишься кое-как, хотя сердце нет-нет – и сожм…
«Вырваться из жалкого состояния легко, наверно, даже нарочитым усилием…»
«Вырваться из жалкого состояния легко, наверно, даже нарочитым усилием…»
«Давным-давно, с незапамятных времен, жил на одном высоком плоскогорье мирный пастушеский народ, отделенный от всего света крутыми скалами, глубокими пропастями и густыми лесами. История не помнит и не знает, сколько веков назад взобрались на горы и …
«Давным-давно, с незапамятных времен, жил на одном высоком плоскогорье мирный пастушеский народ, отделенный от всего света крутыми скалами, глубокими пропастями и густыми лесами. История не помнит и не знает, сколько веков назад взобрались на горы и …
«Дневная репетиция окончена. Друг мой, клоун Танти Джеретти, зовет меня к себе на завтрак: сегодня у него великолепная маньифика – „минестра“ по-неаполитански. Я испрашиваю позволения прихватить по дороге оплетенную маисовой соломой бутылочку кианти.…
«Дневная репетиция окончена. Друг мой, клоун Танти Джеретти, зовет меня к себе на завтрак: сегодня у него великолепная маньифика – „минестра“ по-неаполитански. Я испрашиваю позволения прихватить по дороге оплетенную маисовой соломой бутылочку кианти.…
«Была весна. Паша Афанасьев, гимназист восьмого класса, освобожденный от экзаменов по болезни, и гимназистка Лиза Чумакова стояли у плетня, который перегораживал два сада.
Лиза, прислонившись одним плечом к плетню, и с тем, еще детски серьезным и уже…
«Была весна. Паша Афанасьев, гимназист восьмого класса, освобожденный от экзаменов по болезни, и гимназистка Лиза Чумакова стояли у плетня, который перегораживал два сада.
Лиза, прислонившись одним плечом к плетню, и с тем, еще детски серьезным и уже…
«Станция Мценск. Чемодан в одну руку, портплед в другую и на платформу. Поезд взвизгнул и укатил, а я остался. Скамейка с веселым соседом-скорняком, свечи на столике, недопитый чай, скептический разговор с наборщиком в коридоре и уютная ночная печаль…
«Станция Мценск. Чемодан в одну руку, портплед в другую и на платформу. Поезд взвизгнул и укатил, а я остался. Скамейка с веселым соседом-скорняком, свечи на столике, недопитый чай, скептический разговор с наборщиком в коридоре и уютная ночная печаль…
«Студент Травин умирал… Как умирает кем-то подстреленная, но никем не подобранная с песчаной отмели чайка…
Море искрится в лучах солнца, отражая в тихих заводях синеву неба, и тихо и нежно шепчет волной прибоя… А бедная одинокая чайка лежит на раскал…
«Студент Травин умирал… Как умирает кем-то подстреленная, но никем не подобранная с песчаной отмели чайка…
Море искрится в лучах солнца, отражая в тихих заводях синеву неба, и тихо и нежно шепчет волной прибоя… А бедная одинокая чайка лежит на раскал…
«Бывают самоотречения и самоотречения. Но в сущности своей они построены одинаково. Вся суть заключается лишь в том, что и мужчины и женщины жертвуют самым дорогим для них всегда в пользу чего-нибудь еще более дорогого. Иначе не бывает. Так было, ког…
«Бывают самоотречения и самоотречения. Но в сущности своей они построены одинаково. Вся суть заключается лишь в том, что и мужчины и женщины жертвуют самым дорогим для них всегда в пользу чего-нибудь еще более дорогого. Иначе не бывает. Так было, ког…
«Всю дорогу от вокзала до Бурунчей Оссовский находился в состоянии крайнего угнетения. Знакомые когда-то места, покинутые несколько лет тому назад и теперь снова развертывавшие перед ним свой грустный пейзаж, сильно изменились за это время, застроили…
«Всю дорогу от вокзала до Бурунчей Оссовский находился в состоянии крайнего угнетения. Знакомые когда-то места, покинутые несколько лет тому назад и теперь снова развертывавшие перед ним свой грустный пейзаж, сильно изменились за это время, застроили…
Русско-японская война. Самая горькая и самая славная страница российской истории начала XX века. Самая горькая – потому что Российская империя никогда не знала войны, ведущейся столь нелепо и неумело.
Самая славная – потому что офицеры и солдаты, ста…
Русско-японская война. Самая горькая и самая славная страница российской истории начала XX века. Самая горькая – потому что Российская империя никогда не знала войны, ведущейся столь нелепо и неумело.
Самая славная – потому что офицеры и солдаты, ста…
Фонограмма содержит ненормативную лексику.
Долгожданная новинка!
Продолжаем уникальную серию аудиокниг по произведениям Сергея Довлатова.
«…жизнь состоит из удовольствий. Все остальное можно считать неприятностями»
«– Почему среди людей гораздо боль…
Фонограмма содержит ненормативную лексику.
Долгожданная новинка!
Продолжаем уникальную серию аудиокниг по произведениям Сергея Довлатова.
«…жизнь состоит из удовольствий. Все остальное можно считать неприятностями»
«– Почему среди людей гораздо боль…
«Макулатура» – последний роман Буковски, его лебединая песня – читателям без чувства юмора просто противопоказана!
Это действительно особый род стеба, посвященный «плохой литературе». Сам сюжет книги лишен динамики, лишен интриги, лишен всего, но име…
«Макулатура» – последний роман Буковски, его лебединая песня – читателям без чувства юмора просто противопоказана!
Это действительно особый род стеба, посвященный «плохой литературе». Сам сюжет книги лишен динамики, лишен интриги, лишен всего, но име…
«Эту печальную и смешную историю – более печальную, чем смешную, – рассказывал мне как-то один приятель, человек, проведший самую пеструю жизнь, бывавший, что называется, и на коне и под конем, но вовсе не утративший под хлыстом судьбы ни сердечной д…
«Эту печальную и смешную историю – более печальную, чем смешную, – рассказывал мне как-то один приятель, человек, проведший самую пеструю жизнь, бывавший, что называется, и на коне и под конем, но вовсе не утративший под хлыстом судьбы ни сердечной д…
Роман Владимира Войновича «Москва 2042» – сатирическая антиутопия о том, как писатель попадает в будущее, в Москву 2042 года, где к тому времени построен коммунизм…
«Сейчас, вспоминая этот свой первый день в Москорепе, я думаю, что, хотя на меня сраз…
Роман Владимира Войновича «Москва 2042» – сатирическая антиутопия о том, как писатель попадает в будущее, в Москву 2042 года, где к тому времени построен коммунизм…
«Сейчас, вспоминая этот свой первый день в Москорепе, я думаю, что, хотя на меня сраз…