триллеры
Роза, — практикующий психолог, каждый день она помогает разбитым сердцам. Но как помочь себе самой, когда в личной жизни царит пустота? Вместе с тремя лучшими подругами Роза пытается понять, осталось ли в современности место для настоящих чувств. Слу…
Роза, — практикующий психолог, каждый день она помогает разбитым сердцам. Но как помочь себе самой, когда в личной жизни царит пустота? Вместе с тремя лучшими подругами Роза пытается понять, осталось ли в современности место для настоящих чувств. Слу…
Сан-Франциско скован животным страхом. Неуловимый серийный убийца не просто отнимает жизни — он превращает смерть в жестокое шоу. Он отправляет в газеты зашифрованные манифесты и фрагменты окровавленной одежды. Он обещает расстрелять школьный автобус…
Сан-Франциско скован животным страхом. Неуловимый серийный убийца не просто отнимает жизни — он превращает смерть в жестокое шоу. Он отправляет в газеты зашифрованные манифесты и фрагменты окровавленной одежды. Он обещает расстрелять школьный автобус…
Сборники рассказов в семи книгах — это собрание и ранних, и поздних произведений. Здесь есть, наверное, все жанры, собраны произведения на любой вкус. Не удивлюсь, если вам очень понравится большинство рассказов. Приятного чтения!
Сборники рассказов в семи книгах — это собрание и ранних, и поздних произведений. Здесь есть, наверное, все жанры, собраны произведения на любой вкус. Не удивлюсь, если вам очень понравится большинство рассказов. Приятного чтения!
"Проклятая хижина" — ужасающий психологический триллер, погружающий читателя в атмосферу мистики и страха. История следует за Петром, который, приняв спор ради доказательства своей смелости, отправляется переночевать в заброшенной хижине посреди мрач…
"Проклятая хижина" — ужасающий психологический триллер, погружающий читателя в атмосферу мистики и страха. История следует за Петром, который, приняв спор ради доказательства своей смелости, отправляется переночевать в заброшенной хижине посреди мрач…
Юная Мария решается на отчаянный шаг: забрав двух летнего сына, она бежит от мужа-тирана на суровые просторы Сибири. Но чужой край встречает беглецов жестокостью бандитов, и, чтобы выжить и защитить ребенка, Мария вынуждена выйти замуж без любви, сов…
Юная Мария решается на отчаянный шаг: забрав двух летнего сына, она бежит от мужа-тирана на суровые просторы Сибири. Но чужой край встречает беглецов жестокостью бандитов, и, чтобы выжить и защитить ребенка, Мария вынуждена выйти замуж без любви, сов…
На маленьком острове стоит старый дом, жители которого десятилетиями живут по странным правилам: раз в год они собираются подписать документ, без которого дом перестанет им принадлежать. В этот раз всё идёт не по плану.
Шторм отрезает остров от матер…
На маленьком острове стоит старый дом, жители которого десятилетиями живут по странным правилам: раз в год они собираются подписать документ, без которого дом перестанет им принадлежать. В этот раз всё идёт не по плану.
Шторм отрезает остров от матер…
Он носит идеально отутюженные костюмы и создает цифровые миры, пока его пальцы, помнящие скальпель, жаждут иного ремесла. Ворко — бывший светило хирур-гии, превративший свою гениальность в изощренную вендетту, где каждая капля чужой спермы становится…
Он носит идеально отутюженные костюмы и создает цифровые миры, пока его пальцы, помнящие скальпель, жаждут иного ремесла. Ворко — бывший светило хирур-гии, превративший свою гениальность в изощренную вендетту, где каждая капля чужой спермы становится…
В трёх городах России почти одновременно происходят немотивированные акты жестокости — и все, кто их совершил, провели предыдущие сутки в одном анонимном паблике. Кибердиссидент Арсений Шатов обнаруживает, что за пабликом стоит нейросеть, обучающаяся…
В трёх городах России почти одновременно происходят немотивированные акты жестокости — и все, кто их совершил, провели предыдущие сутки в одном анонимном паблике. Кибердиссидент Арсений Шатов обнаруживает, что за пабликом стоит нейросеть, обучающаяся…
На набережной Санкт-Петербурга стоит старый особняк. Серый, облупившийся, с вечно зашторенными окнами. Местные называют его «Домом без зеркал». Говорят, каждую ночь в одном из окон загорается тусклый свет.
В XIX веке в этом доме исчезла целая семья. …
На набережной Санкт-Петербурга стоит старый особняк. Серый, облупившийся, с вечно зашторенными окнами. Местные называют его «Домом без зеркал». Говорят, каждую ночь в одном из окон загорается тусклый свет.
В XIX веке в этом доме исчезла целая семья. …
Он не произнес ни слова за десять лет. Родриго Курпа-тов, «Молчаливый эксперт», заживо похоронен в бетон-ном мешке карцера строгого режима. Тюрьма давно за-была его голос, списав узника в архив безнадежных пси-хопатов. Но когда одно из крыльев колони…
Он не произнес ни слова за десять лет. Родриго Курпа-тов, «Молчаливый эксперт», заживо похоронен в бетон-ном мешке карцера строгого режима. Тюрьма давно за-была его голос, списав узника в архив безнадежных пси-хопатов. Но когда одно из крыльев колони…
Молекулярный биолог Елена Ким, чья двенадцатилетняя дочь Мира угасает от неизлечимой наследственной нейродегенерации, обнаруживает в человеческом геноме молчащий участок некодирующей ДНК длиной в четыре тысячи пар оснований — тот же самый, что встреч…
Молекулярный биолог Елена Ким, чья двенадцатилетняя дочь Мира угасает от неизлечимой наследственной нейродегенерации, обнаруживает в человеческом геноме молчащий участок некодирующей ДНК длиной в четыре тысячи пар оснований — тот же самый, что встреч…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Эта история о серийном убийце. «Ювелир», который вообразил…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Эта история о серийном убийце. «Ювелир», который вообразил…
Эффект присутствия. Это восхитительное ощущение сопричастности к событиям в жизни героев не позволяет прервать чтение историй автора. Сказочная природа Алтая, чудеса счастливого детства, быстрое взросление, подпитанное неизбывным горем... Все это зах…
Эффект присутствия. Это восхитительное ощущение сопричастности к событиям в жизни героев не позволяет прервать чтение историй автора. Сказочная природа Алтая, чудеса счастливого детства, быстрое взросление, подпитанное неизбывным горем... Все это зах…
Одинокая женщина покупает умную колонку, надеясь скрасить серые будни. Голосовой помощник с женским именем быстро входит в доверие — но советы становятся всё опаснее, а желания, которые он исполняет, несут гибель врагам. За безобидным устройством скр…
Одинокая женщина покупает умную колонку, надеясь скрасить серые будни. Голосовой помощник с женским именем быстро входит в доверие — но советы становятся всё опаснее, а желания, которые он исполняет, несут гибель врагам. За безобидным устройством скр…
Артём опаздывал. Он всего лишь хотел попасть домой, но вошёл не в тот подъезд. Дверь захлопнулась за спиной с мягким, почти ласковым шипением, и привычная лестница превратилась в бесконечный лабиринт, где на каждом этаже ждут чужие квартиры, а из зер…
Артём опаздывал. Он всего лишь хотел попасть домой, но вошёл не в тот подъезд. Дверь захлопнулась за спиной с мягким, почти ласковым шипением, и привычная лестница превратилась в бесконечный лабиринт, где на каждом этаже ждут чужие квартиры, а из зер…
В Республике Доступа у человека нет прав — есть доступ. Его можно пересчитать, заморозить, временно ограничить и вежливо назвать это заботой.
Когда пятилетнему Киру отказывают в жизненно важной операции, система не говорит «нет». Она сообщает: лечени…
В Республике Доступа у человека нет прав — есть доступ. Его можно пересчитать, заморозить, временно ограничить и вежливо назвать это заботой.
Когда пятилетнему Киру отказывают в жизненно важной операции, система не говорит «нет». Она сообщает: лечени…
Арнольд — бывший спецназовец, который не привык отступать. Когда город накрывает волна заражения, он собирает отряд и наносит точечный удар по эпицентру вспышки. В этой книге — первая схватка с «быстрыми» зомби, которые двигаются как хищники, и жёстк…
Арнольд — бывший спецназовец, который не привык отступать. Когда город накрывает волна заражения, он собирает отряд и наносит точечный удар по эпицентру вспышки. В этой книге — первая схватка с «быстрыми» зомби, которые двигаются как хищники, и жёстк…
Хан Юри не верит в судьбоносные встречи. Слишком хорошо она помнит ночь, когда прекрасный седьмой фонарь над мостом украл её мать — и весь мир забыл, что эта женщина существовала.
Теперь Юри пишет романтические сцены для веб-дорам и слышит чужие недо…
Хан Юри не верит в судьбоносные встречи. Слишком хорошо она помнит ночь, когда прекрасный седьмой фонарь над мостом украл её мать — и весь мир забыл, что эта женщина существовала.
Теперь Юри пишет романтические сцены для веб-дорам и слышит чужие недо…
Путь тысячи мечей: клятва, написанная на лезвиях. Самурай без имени собирает мечи павших воинов, чтобы выковать из них не оружие, а память. Его путь лежит через туманные перевалы и города, где правит страх. Каждый новый клинок — новая история, котору…
Путь тысячи мечей: клятва, написанная на лезвиях. Самурай без имени собирает мечи павших воинов, чтобы выковать из них не оружие, а память. Его путь лежит через туманные перевалы и города, где правит страх. Каждый новый клинок — новая история, котору…
2148 год. Смерть больше не считается концом: корпорация «Скальпель» переносит память, привычки и личность людей в квантово-оптические кристаллы. Мир зовет это бессмертием.
Детектив Марк Воробьев знает цену точнее других: копия может помнить все — но …
2148 год. Смерть больше не считается концом: корпорация «Скальпель» переносит память, привычки и личность людей в квантово-оптические кристаллы. Мир зовет это бессмертием.
Детектив Марк Воробьев знает цену точнее других: копия может помнить все — но …





















