современные любовные романы
Райли
Кто сказал, будто девушки не умеют играть в футбол? Бред! Я докажу это, заняв свое место в сборной университета. Попасть в команду не так-то просто, поэтому мне придется постараться. И я уж точно не стану рисковать своим шансом ради Паркера – з…
Райли
Кто сказал, будто девушки не умеют играть в футбол? Бред! Я докажу это, заняв свое место в сборной университета. Попасть в команду не так-то просто, поэтому мне придется постараться. И я уж точно не стану рисковать своим шансом ради Паркера – з…
— Я устал от этой твоей нервозности. Мы в раю. Я трачу кучу денег и сил, чтобы ты была счастлива. А ты ты ищешь проблемы. То в телефоне копаешься, то об учебе заводишь разговор в таком месте. Я — старше. Я знаю жизнь. Я строю для нас крепость. И мн…
— Я устал от этой твоей нервозности. Мы в раю. Я трачу кучу денег и сил, чтобы ты была счастлива. А ты ты ищешь проблемы. То в телефоне копаешься, то об учебе заводишь разговор в таком месте. Я — старше. Я знаю жизнь. Я строю для нас крепость. И мн…
Мария привыкла держаться ровно: работа, бытовые дела, чужие ожидания - и внутри тишина, где живёт страх снова оказаться "не нужной". Артём умеет чинить моторы, но не умеет просить о поддержке: усталость копится молча, и однажды он снова закрывается, …
Мария привыкла держаться ровно: работа, бытовые дела, чужие ожидания - и внутри тишина, где живёт страх снова оказаться "не нужной". Артём умеет чинить моторы, но не умеет просить о поддержке: усталость копится молча, и однажды он снова закрывается, …
Самое страшное в любви — не разлюбить. Самое страшное — однажды понять, что вы стали друг другу чужими.
Самое страшное в любви — не разлюбить. Самое страшное — однажды понять, что вы стали друг другу чужими.
– Твоя дура так умеет? – смутно знакомый женский голосок донёсся из нашей спальни.
– Нет… она вообще ничего не умеет. Она и рядом с тобой не стоит, – восторженно шептал… мой муж.
Мои глаза медленно полезли на лоб.
Значит, пока я рвалась с работы домо…
– Твоя дура так умеет? – смутно знакомый женский голосок донёсся из нашей спальни.
– Нет… она вообще ничего не умеет. Она и рядом с тобой не стоит, – восторженно шептал… мой муж.
Мои глаза медленно полезли на лоб.
Значит, пока я рвалась с работы домо…
Я - разведенка-неудачница. Думала, что замужем по любви, а оказалась преданной и брошенной. А еще - муж выкрал у меня пятилетнего сына и увез заграницу, превратив мою жизнь в нескончаемую череду консультаций с адвокатами и бессонных ночей. Но я не от…
Я - разведенка-неудачница. Думала, что замужем по любви, а оказалась преданной и брошенной. А еще - муж выкрал у меня пятилетнего сына и увез заграницу, превратив мою жизнь в нескончаемую череду консультаций с адвокатами и бессонных ночей. Но я не от…
– Мамочка, а дядя Вадя будет мне хорошим папой? – спрашивает дочка прямо во время венчания.
– Конечно, малышка. Самым лучшим, – отвечаю с улыбкой.
– Дядя Вадя, а настоящие папы дарят детям красивые платья, возят на море и никогда не обманывают.
– Дог…
– Мамочка, а дядя Вадя будет мне хорошим папой? – спрашивает дочка прямо во время венчания.
– Конечно, малышка. Самым лучшим, – отвечаю с улыбкой.
– Дядя Вадя, а настоящие папы дарят детям красивые платья, возят на море и никогда не обманывают.
– Дог…
Юля – выпускница юрфака, умная, дерзкая и слишком молодая для той игры, в которую решает вступить. Чтобы найти убийц прокурора Громова, она должна стать идеальной наживкой. Она садится в чёрную «Ауди» к людям, от которых содрогается весь город, и сог…
Юля – выпускница юрфака, умная, дерзкая и слишком молодая для той игры, в которую решает вступить. Чтобы найти убийц прокурора Громова, она должна стать идеальной наживкой. Она садится в чёрную «Ауди» к людям, от которых содрогается весь город, и сог…
— Алло? — говорю осторожно, торопливо вытирая руки о бумажное полотенце.
— Это клиника репродуктивной медицины Надежда. Вы могли бы подъехать? Это очень важно.
Я напрягаюсь. Клиника та самая, где мне делали ЭКО шесть лет назад.
С девочками все хорош…
— Алло? — говорю осторожно, торопливо вытирая руки о бумажное полотенце.
— Это клиника репродуктивной медицины Надежда. Вы могли бы подъехать? Это очень важно.
Я напрягаюсь. Клиника та самая, где мне делали ЭКО шесть лет назад.
С девочками все хорош…
Роман повествует историю любви Ольги Игнатовой, ученицы выпускного класса, которая мечтает отправиться в настоящую деревню, словно в сказочную страну, чтобы обрести новые впечатления и понять, что такое настоящая жизнь. Ее мечтам удается осуществитьс…
Роман повествует историю любви Ольги Игнатовой, ученицы выпускного класса, которая мечтает отправиться в настоящую деревню, словно в сказочную страну, чтобы обрести новые впечатления и понять, что такое настоящая жизнь. Ее мечтам удается осуществитьс…
Мария привыкла держаться ровно: работа, бытовые дела, чужие ожидания - и внутри тишина, где живёт страх снова оказаться "не нужной". Артём умеет чинить моторы, но не умеет просить о поддержке: усталость копится молча, и однажды он снова закрывается, …
Мария привыкла держаться ровно: работа, бытовые дела, чужие ожидания - и внутри тишина, где живёт страх снова оказаться "не нужной". Артём умеет чинить моторы, но не умеет просить о поддержке: усталость копится молча, и однажды он снова закрывается, …
Марина привыкла тащить всё сама. Швейный цех, дом, муж, которого постоянно нужно было поддерживать, невзирая на его неудачи. Она справлялась всегда — с поставщиками, с накладными, с семейными долгами. Не справлялась только с одним: уже несколько лет …
Марина привыкла тащить всё сама. Швейный цех, дом, муж, которого постоянно нужно было поддерживать, невзирая на его неудачи. Она справлялась всегда — с поставщиками, с накладными, с семейными долгами. Не справлялась только с одним: уже несколько лет …
Мне 38, и меня бросили все. Муж ушел к фитнес-тренеру «попа-орех» Валерии, дочь и сын остались с папой, потому что им так удобней. Сын сказал, что нет никакой трагедии в разводе родителей, ведь у всех его друзей родители давно разведены. А дочь богот…
Мне 38, и меня бросили все. Муж ушел к фитнес-тренеру «попа-орех» Валерии, дочь и сын остались с папой, потому что им так удобней. Сын сказал, что нет никакой трагедии в разводе родителей, ведь у всех его друзей родители давно разведены. А дочь богот…
ПРОДОЛЖЕНИЕ БЕСТСЕЛЛЕРА «НИНО И ЕЁ ПРИЗРАКИ»
Нино разрушила семью и уехала по маршруту Петербург – Тбилиси в надежде наконец найти себя. В Грузии она встречает Сандро – мужчину, рядом с которым легко забыть, кем она была раньше.
Остаться – или вернут…
ПРОДОЛЖЕНИЕ БЕСТСЕЛЛЕРА «НИНО И ЕЁ ПРИЗРАКИ»
Нино разрушила семью и уехала по маршруту Петербург – Тбилиси в надежде наконец найти себя. В Грузии она встречает Сандро – мужчину, рядом с которым легко забыть, кем она была раньше.
Остаться – или вернут…
— Кстати, Анфиса, — Лев отпил воды. — В нашей семье радость, у меня будет еще ребенок.
Сначала я не поняла. Словно он сказал это на неизвестном языке.
— Что?
— Я сказал, у меня будет ребенок. И не один. Близнецы.
— У у тебя? — мой голос, хриплый и др…
— Кстати, Анфиса, — Лев отпил воды. — В нашей семье радость, у меня будет еще ребенок.
Сначала я не поняла. Словно он сказал это на неизвестном языке.
— Что?
— Я сказал, у меня будет ребенок. И не один. Близнецы.
— У у тебя? — мой голос, хриплый и др…
Ася — новенькая в школе и идеальная мишень для травли. За спиной — больница, развод родителей и привычка быть невидимкой. Дан — капитан команды, парень главной стервы, заложник образа, который придумал его жестокий отец. Ночью он снимает маску и стан…
Ася — новенькая в школе и идеальная мишень для травли. За спиной — больница, развод родителей и привычка быть невидимкой. Дан — капитан команды, парень главной стервы, заложник образа, который придумал его жестокий отец. Ночью он снимает маску и стан…
– Как же ты мог?! – горло сдавливает спазм.
Я смотрю на смятую постель, на спину мужа и на кружевные трусики на полу.
Чужие трусики.
– Дина? – Глеб вскакивает.
– Я-я подаю на развод, – говорю первое, что приходит в голову от шока.
– Не неси чушь! – р…
– Как же ты мог?! – горло сдавливает спазм.
Я смотрю на смятую постель, на спину мужа и на кружевные трусики на полу.
Чужие трусики.
– Дина? – Глеб вскакивает.
– Я-я подаю на развод, – говорю первое, что приходит в голову от шока.
– Не неси чушь! – р…
– Наш брак фальшивый, – басит Кирилл.
– Понимаю, – лепечу я, едва дыша от страха.
Сама пришла в компанию к Владимирскому с протянутой рукой, до зарезу нужны деньги.
– Но раз я плачу за товар, то буду его использовать.
– Что? К-как?
– В постели. Ты бу…
– Наш брак фальшивый, – басит Кирилл.
– Понимаю, – лепечу я, едва дыша от страха.
Сама пришла в компанию к Владимирскому с протянутой рукой, до зарезу нужны деньги.
– Но раз я плачу за товар, то буду его использовать.
– Что? К-как?
– В постели. Ты бу…
– Притворись моим мужем!
– Кто? Я?
Парень, сидящий на корточках у входа в отель, стреляет в меня синим взглядом. Летняя панамка, глубоко надвинутая на лоб, закрывает половину лица, а ресницы отбрасывают на щёки длинную тень. Рядом стоит гитара.
Этот …
– Притворись моим мужем!
– Кто? Я?
Парень, сидящий на корточках у входа в отель, стреляет в меня синим взглядом. Летняя панамка, глубоко надвинутая на лоб, закрывает половину лица, а ресницы отбрасывают на щёки длинную тень. Рядом стоит гитара.
Этот …
Влад начинает расстегивать пуговицы. Он лев, хозяин прайда, затащивший в свое логово овцу. Наслаждается добычей и не торопится ее съесть. Играет.
Смотрю, как завороженная: одна пуговица, вторая, третья…
– Ч-что ты делаешь? – спрашиваю осипшим голосом…
Влад начинает расстегивать пуговицы. Он лев, хозяин прайда, затащивший в свое логово овцу. Наслаждается добычей и не торопится ее съесть. Играет.
Смотрю, как завороженная: одна пуговица, вторая, третья…
– Ч-что ты делаешь? – спрашиваю осипшим голосом…





















