современные любовные романы
– Наш брак фальшивый, – басит Кирилл.
– Понимаю, – лепечу я, едва дыша от страха.
Сама пришла в компанию к Владимирскому с протянутой рукой, до зарезу нужны деньги.
– Но раз я плачу за товар, то буду его использовать.
– Что? К-как?
– В постели. Ты бу…
– Наш брак фальшивый, – басит Кирилл.
– Понимаю, – лепечу я, едва дыша от страха.
Сама пришла в компанию к Владимирскому с протянутой рукой, до зарезу нужны деньги.
– Но раз я плачу за товар, то буду его использовать.
– Что? К-как?
– В постели. Ты бу…
– Притворись моим мужем!
– Кто? Я?
Парень, сидящий на корточках у входа в отель, стреляет в меня синим взглядом. Летняя панамка, глубоко надвинутая на лоб, закрывает половину лица, а ресницы отбрасывают на щёки длинную тень. Рядом стоит гитара.
Этот …
– Притворись моим мужем!
– Кто? Я?
Парень, сидящий на корточках у входа в отель, стреляет в меня синим взглядом. Летняя панамка, глубоко надвинутая на лоб, закрывает половину лица, а ресницы отбрасывают на щёки длинную тень. Рядом стоит гитара.
Этот …
Влад начинает расстегивать пуговицы. Он лев, хозяин прайда, затащивший в свое логово овцу. Наслаждается добычей и не торопится ее съесть. Играет.
Смотрю, как завороженная: одна пуговица, вторая, третья…
– Ч-что ты делаешь? – спрашиваю осипшим голосом…
Влад начинает расстегивать пуговицы. Он лев, хозяин прайда, затащивший в свое логово овцу. Наслаждается добычей и не торопится ее съесть. Играет.
Смотрю, как завороженная: одна пуговица, вторая, третья…
– Ч-что ты делаешь? – спрашиваю осипшим голосом…
Эти люди появились ночью.
Вошли крадучись, как воры, и разделили мою жизнь на «до» и «после» в буквальном смысле. Я хорошо помню, что было до этой трагедии, а сам ужасный момент остался в памяти фрагментами: чёрные мужские туфли из лаковой кожи, масс…
Эти люди появились ночью.
Вошли крадучись, как воры, и разделили мою жизнь на «до» и «после» в буквальном смысле. Я хорошо помню, что было до этой трагедии, а сам ужасный момент остался в памяти фрагментами: чёрные мужские туфли из лаковой кожи, масс…
Уборщик в загородном отеле был дьявольски красив и совершенно невыносим.
– Мисс Катастрофа, – шипел он.
– Мистер Зазнайка, – огрызалась я.
Как мы оказываемся в роскошном авто, разрывая друг на друге одежду, – загадка. Утром я сбегаю в его пальто, …
Уборщик в загородном отеле был дьявольски красив и совершенно невыносим.
– Мисс Катастрофа, – шипел он.
– Мистер Зазнайка, – огрызалась я.
Как мы оказываемся в роскошном авто, разрывая друг на друге одежду, – загадка. Утром я сбегаю в его пальто, …
Он – мажор, который привык получать все, что ему хочется. И теперь в игрушки он решил заполучить меня.
Но я не хочу стать его очередной куклой!
– Матрёшка, не зли меня, – он так близко, что волосы на руках стоят дыбом.
Испуганно оглядываюсь. В рестор…
Он – мажор, который привык получать все, что ему хочется. И теперь в игрушки он решил заполучить меня.
Но я не хочу стать его очередной куклой!
– Матрёшка, не зли меня, – он так близко, что волосы на руках стоят дыбом.
Испуганно оглядываюсь. В рестор…
Мы живем в разных мирах. Он катается в роскошном автомобиле – я езжу в автобусе. Он живет в особняке и учится в престижном университете – я ночую в общежитии и мою посуду в кафе на углу. Он поспорил на меня с друзьями – я влепила ему пощечину. И точн…
Мы живем в разных мирах. Он катается в роскошном автомобиле – я езжу в автобусе. Он живет в особняке и учится в престижном университете – я ночую в общежитии и мою посуду в кафе на углу. Он поспорил на меня с друзьями – я влепила ему пощечину. И точн…
Мы с Антоном жили в разных мирах и познакомились при странных обстоятельствах. Он поспорил на меня с друзьями – я влепила ему пощечину. Военные действия разгорелись не на шутку, но в какой-то момент все изменилось, и ненавистный мажор вдруг стал самы…
Мы с Антоном жили в разных мирах и познакомились при странных обстоятельствах. Он поспорил на меня с друзьями – я влепила ему пощечину. Военные действия разгорелись не на шутку, но в какой-то момент все изменилось, и ненавистный мажор вдруг стал самы…
У каждой семьи есть своя история. Одни бережно передают её своим детям, другие делают всё возможное, чтобы она навсегда осталась забытой. Когда-то я тоже думал, что некоторые воспоминания лучше похоронить вместе с теми, кому они принадлежали. Но годы…
У каждой семьи есть своя история. Одни бережно передают её своим детям, другие делают всё возможное, чтобы она навсегда осталась забытой. Когда-то я тоже думал, что некоторые воспоминания лучше похоронить вместе с теми, кому они принадлежали. Но годы…
Да, это — я, Мария Петровна Подольская, сорок два года, фельдшер скорой помощи. И моя жизнь рухнула. В моей ванной — чужие женские трусы, а в машине — недельный запас продуктов и пять енотов из контактного антикафе, которых я вызвалась спасти. И тепе…
Да, это — я, Мария Петровна Подольская, сорок два года, фельдшер скорой помощи. И моя жизнь рухнула. В моей ванной — чужие женские трусы, а в машине — недельный запас продуктов и пять енотов из контактного антикафе, которых я вызвалась спасти. И тепе…
Самое страшное в любви — не разлюбить. Самое страшное — однажды понять, что вы стали друг другу чужими.
Самое страшное в любви — не разлюбить. Самое страшное — однажды понять, что вы стали друг другу чужими.
– Твоя дура так умеет? – смутно знакомый женский голосок донёсся из нашей спальни.
– Нет… она вообще ничего не умеет. Она и рядом с тобой не стоит, – восторженно шептал… мой муж.
Мои глаза медленно полезли на лоб.
Значит, пока я рвалась с работы домо…
– Твоя дура так умеет? – смутно знакомый женский голосок донёсся из нашей спальни.
– Нет… она вообще ничего не умеет. Она и рядом с тобой не стоит, – восторженно шептал… мой муж.
Мои глаза медленно полезли на лоб.
Значит, пока я рвалась с работы домо…
Я - разведенка-неудачница. Думала, что замужем по любви, а оказалась преданной и брошенной. А еще - муж выкрал у меня пятилетнего сына и увез заграницу, превратив мою жизнь в нескончаемую череду консультаций с адвокатами и бессонных ночей. Но я не от…
Я - разведенка-неудачница. Думала, что замужем по любви, а оказалась преданной и брошенной. А еще - муж выкрал у меня пятилетнего сына и увез заграницу, превратив мою жизнь в нескончаемую череду консультаций с адвокатами и бессонных ночей. Но я не от…
– Мамочка, а дядя Вадя будет мне хорошим папой? – спрашивает дочка прямо во время венчания.
– Конечно, малышка. Самым лучшим, – отвечаю с улыбкой.
– Дядя Вадя, а настоящие папы дарят детям красивые платья, возят на море и никогда не обманывают.
– Дог…
– Мамочка, а дядя Вадя будет мне хорошим папой? – спрашивает дочка прямо во время венчания.
– Конечно, малышка. Самым лучшим, – отвечаю с улыбкой.
– Дядя Вадя, а настоящие папы дарят детям красивые платья, возят на море и никогда не обманывают.
– Дог…
Юля – выпускница юрфака, умная, дерзкая и слишком молодая для той игры, в которую решает вступить. Чтобы найти убийц прокурора Громова, она должна стать идеальной наживкой. Она садится в чёрную «Ауди» к людям, от которых содрогается весь город, и сог…
Юля – выпускница юрфака, умная, дерзкая и слишком молодая для той игры, в которую решает вступить. Чтобы найти убийц прокурора Громова, она должна стать идеальной наживкой. Она садится в чёрную «Ауди» к людям, от которых содрогается весь город, и сог…
— Я устал от этой твоей нервозности. Мы в раю. Я трачу кучу денег и сил, чтобы ты была счастлива. А ты ты ищешь проблемы. То в телефоне копаешься, то об учебе заводишь разговор в таком месте. Я — старше. Я знаю жизнь. Я строю для нас крепость. И мн…
— Я устал от этой твоей нервозности. Мы в раю. Я трачу кучу денег и сил, чтобы ты была счастлива. А ты ты ищешь проблемы. То в телефоне копаешься, то об учебе заводишь разговор в таком месте. Я — старше. Я знаю жизнь. Я строю для нас крепость. И мн…
В тот вечер муж сказал, что мы семья. Из нашей спальни, где рядом с ним были две женщины.
Я ушла прежде, чем Платон успел объяснить мне моё собственное унижение. Забрала документы, сохранила доказательства и решила, что наш развод будет быстрым.
Я ош…
В тот вечер муж сказал, что мы семья. Из нашей спальни, где рядом с ним были две женщины.
Я ушла прежде, чем Платон успел объяснить мне моё собственное унижение. Забрала документы, сохранила доказательства и решила, что наш развод будет быстрым.
Я ош…
Макс с детства мечтал о баскетболе, но тирания отчима превратила любимое занятие в пытку. После жестокого наказания за проигрыш он покидает команду.
Лизе пророчили звёздное будущее в кикбоксинге, хотя она мечтала совсем о другом. Травма позволила уйт…
Макс с детства мечтал о баскетболе, но тирания отчима превратила любимое занятие в пытку. После жестокого наказания за проигрыш он покидает команду.
Лизе пророчили звёздное будущее в кикбоксинге, хотя она мечтала совсем о другом. Травма позволила уйт…
Мне 34 года, и я вешу 100 кг.
Да, это почти приговор, согласна.
После развода я набрала 25 лишних килограммов, которые стали моими комплексами и моей тюрьмой.
Я прятала живот под мешковатыми кофтами, ненавидела, как грудь колышется при ходьбе, как бё…
Мне 34 года, и я вешу 100 кг.
Да, это почти приговор, согласна.
После развода я набрала 25 лишних килограммов, которые стали моими комплексами и моей тюрьмой.
Я прятала живот под мешковатыми кофтами, ненавидела, как грудь колышется при ходьбе, как бё…
Что, если человек, которого ты впервые видишь - твоя кармическая судьба уже несколько веков? Существует любовь, над которой не властна даже смерть. Любовь, что проходит сквозь жизни, время и боль, снова и снова соединяя тех, кто однажды уже выбрал др…
Что, если человек, которого ты впервые видишь - твоя кармическая судьба уже несколько веков? Существует любовь, над которой не властна даже смерть. Любовь, что проходит сквозь жизни, время и боль, снова и снова соединяя тех, кто однажды уже выбрал др…





















