Александр Абросимов
Книги автора: Александр Абросимов
«Соль на твоей коже, жемчуг в моих венах» — это пронзительная история о праве быть собой в мире, требующем идеальных форм. Женщины полюбят эту книгу за тактильную честность каждой сцены, за холод балтийской воды, от которого сводит пальцы сквозь стра…
«Соль на твоей коже, жемчуг в моих венах» — это пронзительная история о праве быть собой в мире, требующем идеальных форм. Женщины полюбят эту книгу за тактильную честность каждой сцены, за холод балтийской воды, от которого сводит пальцы сквозь стра…
Ноябрь выстудил из них остатки веры в чудо. Он прячется от прошлого среди запаха древесной пыли и лака, отреставрировав свою жизнь до размеров крошечной мастерской. Она бежит от бессонницы по кругу офисных дедлайнов, сжимая в руках остывающий кофе и …
Ноябрь выстудил из них остатки веры в чудо. Он прячется от прошлого среди запаха древесной пыли и лака, отреставрировав свою жизнь до размеров крошечной мастерской. Она бежит от бессонницы по кругу офисных дедлайнов, сжимая в руках остывающий кофе и …
«Между двух огней: когда сердце выбирает» — это история о том, как трудно поверить в любовь, когда прошлое научило осторожности, а настоящее подкидывает испытания. Алёна привыкла держать дистанцию, Леонид — нести всё на себе, а Арина — спасать тех, к…
«Между двух огней: когда сердце выбирает» — это история о том, как трудно поверить в любовь, когда прошлое научило осторожности, а настоящее подкидывает испытания. Алёна привыкла держать дистанцию, Леонид — нести всё на себе, а Арина — спасать тех, к…
У нее остались только пыльные фолианты и глухая тишина старой библиотеки. У него — лишь жар печи и горькое послевкусие рухнувшей карьеры. Когда проливной весенний дождь загоняет Веру в случайную пекарню, она ищет лишь убежища от непогоды, а находит м…
У нее остались только пыльные фолианты и глухая тишина старой библиотеки. У него — лишь жар печи и горькое послевкусие рухнувшей карьеры. Когда проливной весенний дождь загоняет Веру в случайную пекарню, она ищет лишь убежища от непогоды, а находит м…
Она бежит от любого звука, прячась в тишине старого сада и твердой уверенности, что сердце должно спать подо льдом. Он врывается в её мир с запахом свежего дерева и опилок, заявляя, что умеет лечить замерзшие души тяжелым трудом и горячим чаем. Но це…
Она бежит от любого звука, прячась в тишине старого сада и твердой уверенности, что сердце должно спать подо льдом. Он врывается в её мир с запахом свежего дерева и опилок, заявляя, что умеет лечить замерзшие души тяжелым трудом и горячим чаем. Но це…
Говорят, пепел убивает почву. Анна поверила в это, когда любимый муж превратил их десятилетие в горсть остывшего праха. Теперь её мир — это строгие дедлайны, идеальные отчеты и глухая тоска, спрятанная за безупречной улыбкой редактора. Но одна разбит…
Говорят, пепел убивает почву. Анна поверила в это, когда любимый муж превратил их десятилетие в горсть остывшего праха. Теперь её мир — это строгие дедлайны, идеальные отчеты и глухая тоска, спрятанная за безупречной улыбкой редактора. Но одна разбит…
Светлана - женщина из деревни, привыкшая воспринимать близость как долг и источник неловкости. Её брак с Павлом держится на привычке и чувстве ответственности, но страсть давно угасла. Павел, устав от холодности жены и собственных противоречий, чувс…
Светлана - женщина из деревни, привыкшая воспринимать близость как долг и источник неловкости. Её брак с Павлом держится на привычке и чувстве ответственности, но страсть давно угасла. Павел, устав от холодности жены и собственных противоречий, чувс…
Светлана - женщина из деревни, привыкшая воспринимать близость как долг и источник неловкости. Её брак с Павлом держится на привычке и чувстве ответственности, но страсть давно угасла. Павел, устав от холодности жены и собственных противоречий, чувс…
Светлана - женщина из деревни, привыкшая воспринимать близость как долг и источник неловкости. Её брак с Павлом держится на привычке и чувстве ответственности, но страсть давно угасла. Павел, устав от холодности жены и собственных противоречий, чувс…
Она привыкла держать всё под контролем строгий костюм, выверенные решения, непроницаемая маска. Он видит её насквозь и не даёт спрятаться даже от самой себя. Между ними вспыхивает чувство, в котором страсть неотделима от уязвимости, а каждое прикос…
Она привыкла держать всё под контролем строгий костюм, выверенные решения, непроницаемая маска. Он видит её насквозь и не даёт спрятаться даже от самой себя. Между ними вспыхивает чувство, в котором страсть неотделима от уязвимости, а каждое прикос…
Говорят, пепел убивает почву. Анна поверила в это, когда любимый муж превратил их десятилетие в горсть остывшего праха. Теперь её мир — это строгие дедлайны, идеальные отчеты и глухая тоска, спрятанная за безупречной улыбкой редактора. Но одна разбит…
Говорят, пепел убивает почву. Анна поверила в это, когда любимый муж превратил их десятилетие в горсть остывшего праха. Теперь её мир — это строгие дедлайны, идеальные отчеты и глухая тоска, спрятанная за безупречной улыбкой редактора. Но одна разбит…
Она бежит от любого звука, прячась в тишине старого сада и твердой уверенности, что сердце должно спать подо льдом. Он врывается в её мир с запахом свежего дерева и опилок, заявляя, что умеет лечить замерзшие души тяжелым трудом и горячим чаем. Но це…
Она бежит от любого звука, прячась в тишине старого сада и твердой уверенности, что сердце должно спать подо льдом. Он врывается в её мир с запахом свежего дерева и опилок, заявляя, что умеет лечить замерзшие души тяжелым трудом и горячим чаем. Но це…
У нее остались только пыльные фолианты и глухая тишина старой библиотеки. У него — лишь жар печи и горькое послевкусие рухнувшей карьеры. Когда проливной весенний дождь загоняет Веру в случайную пекарню, она ищет лишь убежища от непогоды, а находит м…
У нее остались только пыльные фолианты и глухая тишина старой библиотеки. У него — лишь жар печи и горькое послевкусие рухнувшей карьеры. Когда проливной весенний дождь загоняет Веру в случайную пекарню, она ищет лишь убежища от непогоды, а находит м…
Ноябрь выстудил из них остатки веры в чудо. Он прячется от прошлого среди запаха древесной пыли и лака, отреставрировав свою жизнь до размеров крошечной мастерской. Она бежит от бессонницы по кругу офисных дедлайнов, сжимая в руках остывающий кофе и …
Ноябрь выстудил из них остатки веры в чудо. Он прячется от прошлого среди запаха древесной пыли и лака, отреставрировав свою жизнь до размеров крошечной мастерской. Она бежит от бессонницы по кругу офисных дедлайнов, сжимая в руках остывающий кофе и …
Он приехал на заброшенный Белый мыс, чтобы упаковать вещи покойного отца и навсегда забыть о холодных широтах. Она прячется в прибрежных гротах, потому что любая капля пресной воды на суше причиняет ей физическую боль. Даниил списывает всё на професс…
Он приехал на заброшенный Белый мыс, чтобы упаковать вещи покойного отца и навсегда забыть о холодных широтах. Она прячется в прибрежных гротах, потому что любая капля пресной воды на суше причиняет ей физическую боль. Даниил списывает всё на професс…
«Соль на твоей коже, жемчуг в моих венах» — это пронзительная история о праве быть собой в мире, требующем идеальных форм. Женщины полюбят эту книгу за тактильную честность каждой сцены, за холод балтийской воды, от которого сводит пальцы сквозь стра…
«Соль на твоей коже, жемчуг в моих венах» — это пронзительная история о праве быть собой в мире, требующем идеальных форм. Женщины полюбят эту книгу за тактильную честность каждой сцены, за холод балтийской воды, от которого сводит пальцы сквозь стра…
«Между двух огней: когда сердце выбирает» — это история о том, как трудно поверить в любовь, когда прошлое научило осторожности, а настоящее подкидывает испытания. Алёна привыкла держать дистанцию, Леонид — нести всё на себе, а Арина — спасать тех, к…
«Между двух огней: когда сердце выбирает» — это история о том, как трудно поверить в любовь, когда прошлое научило осторожности, а настоящее подкидывает испытания. Алёна привыкла держать дистанцию, Леонид — нести всё на себе, а Арина — спасать тех, к…
Алина сбежала от разрушенной жизни и ледяного блеска столичного благополучия в старый дачный дом, надеясь найти там лишь забвение. Но в стенах, пропахших сыростью и прошлым, ее уже ждал он человек с глазами цвета штормового моря и руками, привыкшими …
Алина сбежала от разрушенной жизни и ледяного блеска столичного благополучия в старый дачный дом, надеясь найти там лишь забвение. Но в стенах, пропахших сыростью и прошлым, ее уже ждал он человек с глазами цвета штормового моря и руками, привыкшими …
Она привыкла держать всё под контролем строгий костюм, выверенные решения, непроницаемая маска. Он видит её насквозь и не даёт спрятаться даже от самой себя. Между ними вспыхивает чувство, в котором страсть неотделима от уязвимости, а каждое прикос…
Она привыкла держать всё под контролем строгий костюм, выверенные решения, непроницаемая маска. Он видит её насквозь и не даёт спрятаться даже от самой себя. Между ними вспыхивает чувство, в котором страсть неотделима от уязвимости, а каждое прикос…
У каждого сердца есть своя точка замерзания. Для Аглаи, мастера по спасению древних книг, этой точкой стал уход мужа, оставив после себя лишь пепелище надежд и долги за лечение сестры. Теперь её мир состоит из безопасного запаха клея, тишины архивов …
У каждого сердца есть своя точка замерзания. Для Аглаи, мастера по спасению древних книг, этой точкой стал уход мужа, оставив после себя лишь пепелище надежд и долги за лечение сестры. Теперь её мир состоит из безопасного запаха клея, тишины архивов …
Он приехал на заброшенный Белый мыс, чтобы упаковать вещи покойного отца и навсегда забыть о холодных широтах. Она прячется в прибрежных гротах, потому что любая капля пресной воды на суше причиняет ей физическую боль. Даниил списывает всё на професс…
Он приехал на заброшенный Белый мыс, чтобы упаковать вещи покойного отца и навсегда забыть о холодных широтах. Она прячется в прибрежных гротах, потому что любая капля пресной воды на суше причиняет ей физическую боль. Даниил списывает всё на професс…





















