социальная фантастика
Петербург, 1869 год.
Учёный Сергей Иванов получает письмо, выпавшее из жала механической осы — изобретения, которого в его времени существовать не должно.
Неизвестная организация «О.С.А.» наблюдает за каждым его шагом.
Письма исчезают. Люди на улица…
Петербург, 1869 год.
Учёный Сергей Иванов получает письмо, выпавшее из жала механической осы — изобретения, которого в его времени существовать не должно.
Неизвестная организация «О.С.А.» наблюдает за каждым его шагом.
Письма исчезают. Люди на улица…
Канун Нового года. Заброшенная дача. Писатель, зашедший в тупик, приехал сюда, чтобы сжечь свой непризнанный роман и застрелиться. Его последний ритуал прерывает наглый, неубиваемый незнакомец. Он ворует рукопись, пьёт виски, читает вслух самые пафос…
Канун Нового года. Заброшенная дача. Писатель, зашедший в тупик, приехал сюда, чтобы сжечь свой непризнанный роман и застрелиться. Его последний ритуал прерывает наглый, неубиваемый незнакомец. Он ворует рукопись, пьёт виски, читает вслух самые пафос…
Интернат "Санхилл", расположенный на острове Контремор у восточных берегов Канады, отныне не выполняет своих учебных функций. В нём нет ни учителей, ни администрации, ни обслуги, и вообще - никого из взрослых, а те, кто в нём очнулись в комнатах учен…
Интернат "Санхилл", расположенный на острове Контремор у восточных берегов Канады, отныне не выполняет своих учебных функций. В нём нет ни учителей, ни администрации, ни обслуги, и вообще - никого из взрослых, а те, кто в нём очнулись в комнатах учен…
Герой из будущего – Сергей – попадает в СССР 1977-го и получает шанс использовать свои знания и навыки, чтобы начать новую жизнь.
Смешение реалий позднего СССР и «чужака из будущего» – новые возможности, новые друзья, новая любовь, но и неизбежные ис…
Герой из будущего – Сергей – попадает в СССР 1977-го и получает шанс использовать свои знания и навыки, чтобы начать новую жизнь.
Смешение реалий позднего СССР и «чужака из будущего» – новые возможности, новые друзья, новая любовь, но и неизбежные ис…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Виктор живёт в депрессивном регионе, где общество ожесточе…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Виктор живёт в депрессивном регионе, где общество ожесточе…
На дворе 2085 год. Илья Владимирович Моровицкий — типичный лишний человек. На работе его место занял робот. Жена не обращает на него внимания. Детей нет. Сам он живёт на безусловный базовый доход и проводит всё своё свободное время перед телевизором.…
На дворе 2085 год. Илья Владимирович Моровицкий — типичный лишний человек. На работе его место занял робот. Жена не обращает на него внимания. Детей нет. Сам он живёт на безусловный базовый доход и проводит всё своё свободное время перед телевизором.…
После того, как на мир обрушилась катастрофа и большая часть человечества
оказалась уничтожена, немногочисленные выжившие пытаются построить
новое общество и жить по строгим армейским правилам, борясь с тварями, в
которых превратились те, кто когда-т…
После того, как на мир обрушилась катастрофа и большая часть человечества
оказалась уничтожена, немногочисленные выжившие пытаются построить
новое общество и жить по строгим армейским правилам, борясь с тварями, в
которых превратились те, кто когда-т…
Роман о невозможности принудительного счастья, уже в 1920-е угадавший главные черты тоталитарных идеологий, образец жанра для всех русских и западных антиутопий.
Роман о невозможности принудительного счастья, уже в 1920-е угадавший главные черты тоталитарных идеологий, образец жанра для всех русских и западных антиутопий.
Мир несправедлив. Этот диагноз точен. Всеобщее равенство — прописанное лекарство. Кажется, это единственно верный путь к счастью.
Но что, если стремление к идеалу заведет слишком далеко? Где та граница, на которой справедливость начинает требовать же…
Мир несправедлив. Этот диагноз точен. Всеобщее равенство — прописанное лекарство. Кажется, это единственно верный путь к счастью.
Но что, если стремление к идеалу заведет слишком далеко? Где та граница, на которой справедливость начинает требовать же…
вчера она была успешным менеджером, спешащим к родителям на ужин. Сегодня у неё в запасе 5000 лет, миссия по спасению человечества и «проклятие» вечной жизни.
Элая Фаерстон не просила об этом даре. Но когда тебя вырывают из привычной реальности и соо…
вчера она была успешным менеджером, спешащим к родителям на ужин. Сегодня у неё в запасе 5000 лет, миссия по спасению человечества и «проклятие» вечной жизни.
Элая Фаерстон не просила об этом даре. Но когда тебя вырывают из привычной реальности и соо…
Социально-экономический кризис спровоцировал рост числа лиц без определенного места жительства в одном из российских городов. Мэр города публично посетовал, что у него нет лицензии на их отстрел. Зато его услышали представители местных элит и решили …
Социально-экономический кризис спровоцировал рост числа лиц без определенного места жительства в одном из российских городов. Мэр города публично посетовал, что у него нет лицензии на их отстрел. Зато его услышали представители местных элит и решили …
Середина двадцать второго века. После страшного рукотворного катаклизма, люди живут или на Крайнем Севере, или на островах. Северьян Скориков, офицер Комитета Безопасности России, находит странный совершенно секретный документ полуторавековой давност…
Середина двадцать второго века. После страшного рукотворного катаклизма, люди живут или на Крайнем Севере, или на островах. Северьян Скориков, офицер Комитета Безопасности России, находит странный совершенно секретный документ полуторавековой давност…
Этажи, коридоры, лестницы и лифты – на многие километры вокруг. Размеры Гигахруща неизвестны. Что найдёт отчаянная экспедиция за границей обитаемых килоблоков? Наружность? Разумных отродий Самосбора? Секретные лаборатории отступников? А может, всё ср…
Этажи, коридоры, лестницы и лифты – на многие километры вокруг. Размеры Гигахруща неизвестны. Что найдёт отчаянная экспедиция за границей обитаемых килоблоков? Наружность? Разумных отродий Самосбора? Секретные лаборатории отступников? А может, всё ср…
Одержимый чтением с самого детства, герой устраивается на работу в Управление по делам печати. Теперь он Цензор, и его задача – решать, какие книги достойны издания. Но вскоре Цензор понимает, что не может отказываться от понравившихся ему книг, и на…
Одержимый чтением с самого детства, герой устраивается на работу в Управление по делам печати. Теперь он Цензор, и его задача – решать, какие книги достойны издания. Но вскоре Цензор понимает, что не может отказываться от понравившихся ему книг, и на…
В одном городке жил-был библиотекарь Сидоров. С детства Демьян из-за своей тщедушности был для всех просто демьянкой. Демьянка притихарился в своём мирке, аки мышка. Но
Но однажды судьба подарила ему встречу с незнакомцем с белой тростью, в жёлтом к…
В одном городке жил-был библиотекарь Сидоров. С детства Демьян из-за своей тщедушности был для всех просто демьянкой. Демьянка притихарился в своём мирке, аки мышка. Но
Но однажды судьба подарила ему встречу с незнакомцем с белой тростью, в жёлтом к…
Здесь солнце — платный сервис, а чистый воздух — привилегия избранных. Город расколот надвое: под сверкающим куполом «Сити» живут по подписке на счастье; а бескрайняя «Серая зона» — задыхается в пыли.
Но даже под слоем смога сердце города продолжает …
Здесь солнце — платный сервис, а чистый воздух — привилегия избранных. Город расколот надвое: под сверкающим куполом «Сити» живут по подписке на счастье; а бескрайняя «Серая зона» — задыхается в пыли.
Но даже под слоем смога сердце города продолжает …
В далёком будущем, где человечество, спасаясь от разрушенной Земли, отправляется на корабле-ковчеге к новой планете, писатель Василий Шишкин просыпается из криосна раньше срока. Оказавшись в металлических лабиринтах корабля, он сталкивается с голодом…
В далёком будущем, где человечество, спасаясь от разрушенной Земли, отправляется на корабле-ковчеге к новой планете, писатель Василий Шишкин просыпается из криосна раньше срока. Оказавшись в металлических лабиринтах корабля, он сталкивается с голодом…
Канун Нового года. Заброшенная дача. Писатель, зашедший в тупик, приехал сюда, чтобы сжечь свой непризнанный роман и застрелиться. Его последний ритуал прерывает наглый, неубиваемый незнакомец. Он ворует рукопись, пьёт виски, читает вслух самые пафос…
Канун Нового года. Заброшенная дача. Писатель, зашедший в тупик, приехал сюда, чтобы сжечь свой непризнанный роман и застрелиться. Его последний ритуал прерывает наглый, неубиваемый незнакомец. Он ворует рукопись, пьёт виски, читает вслух самые пафос…
Обычное утро превращается в кошмар, когда Полина получает уведомление о входе в её аккаунт с нового устройства — «рядом». В ленте появляются сторис, которых она не снимала, с карты списываются деньги, а попытки «выйти со всех устройств» упираются в х…
Обычное утро превращается в кошмар, когда Полина получает уведомление о входе в её аккаунт с нового устройства — «рядом». В ленте появляются сторис, которых она не снимала, с карты списываются деньги, а попытки «выйти со всех устройств» упираются в х…
Сборник рассказов о кактусе, живущем в кабинете главного начальника одной московской конторы в его отсутствие. В кактус вселился дух впавшего в кому скромного сотрудника конторы Евгения Васильевича, походившего внешне на главного начальника. Кактус В…
Сборник рассказов о кактусе, живущем в кабинете главного начальника одной московской конторы в его отсутствие. В кактус вселился дух впавшего в кому скромного сотрудника конторы Евгения Васильевича, походившего внешне на главного начальника. Кактус В…





















