социальная фантастика
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Жители Зареченска пережили перенос в новый мир и последующ…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Жители Зареченска пережили перенос в новый мир и последующ…
В результате аварии в одном научно-исследовательском институте происходит взрыв и часть города переносится в иную реальность. Выжившие в катастрофе люди по воле судьбы и вследствие роковой ошибки наших ученых попали во враждебное окружение, лишились …
В результате аварии в одном научно-исследовательском институте происходит взрыв и часть города переносится в иную реальность. Выжившие в катастрофе люди по воле судьбы и вследствие роковой ошибки наших ученых попали во враждебное окружение, лишились …
Психологический триллер о вине, памяти и ЦЕНЕ ПРОШЛОГО, которое не хочет уходить.
Счёт достиг нуля. Часы остановились. Но Мира всё ещё жива — и это страшнее любой смерти. Она узнала правду. Теперь ей предстоит выбрать: забыть всё и начать заново или …
Психологический триллер о вине, памяти и ЦЕНЕ ПРОШЛОГО, которое не хочет уходить.
Счёт достиг нуля. Часы остановились. Но Мира всё ещё жива — и это страшнее любой смерти. Она узнала правду. Теперь ей предстоит выбрать: забыть всё и начать заново или …
Антон с детства жил с ощущением, что внутри него — тишина. Пока сверстники мечтали, влюблялись и строили планы, он лишь наблюдал за миром сквозь невидимый серый фильтр, не умея ни желать, ни чувствовать так, как другие. Мать называла его бесчувственн…
Антон с детства жил с ощущением, что внутри него — тишина. Пока сверстники мечтали, влюблялись и строили планы, он лишь наблюдал за миром сквозь невидимый серый фильтр, не умея ни желать, ни чувствовать так, как другие. Мать называла его бесчувственн…
Он никакой не Бог и даже не прогрессор. Он всего лишь наблюдатель. Но от этого ему ничуть не легче...
Он никакой не Бог и даже не прогрессор. Он всего лишь наблюдатель. Но от этого ему ничуть не легче...
12+ Для тех, кто прячется в фантазиях от жестокости реального мира. КНИГА С ИЛЛЮСТРАЦИЯМИ И ПЛЕЙЛИСТОМ. ПОЛНОЕ ПОГРУЖЕНИЕ
На Земле она была обычной девчонкой из забытого в бескрайней тайге ханты-мансийского поселка. Вайб 90-х, первая и сразу трагиче…
12+ Для тех, кто прячется в фантазиях от жестокости реального мира. КНИГА С ИЛЛЮСТРАЦИЯМИ И ПЛЕЙЛИСТОМ. ПОЛНОЕ ПОГРУЖЕНИЕ
На Земле она была обычной девчонкой из забытого в бескрайней тайге ханты-мансийского поселка. Вайб 90-х, первая и сразу трагиче…
После катастрофы на водородной станции смотритель Андрей с чужой помощью совершает невозможное, чтобы спасти город, и только в конце понимает, кто всё это время был рядом с ним.
После катастрофы на водородной станции смотритель Андрей с чужой помощью совершает невозможное, чтобы спасти город, и только в конце понимает, кто всё это время был рядом с ним.
"Четыре стихии" - так их называли в школе.
Девчонки не были хулиганками, совсем наоборот: они учились на отлично, учеба им была в радость. Да и хулиганов, воров и всего другого, что было сто лет назад, давно не существовало. Не с кого было брать пло…
"Четыре стихии" - так их называли в школе.
Девчонки не были хулиганками, совсем наоборот: они учились на отлично, учеба им была в радость. Да и хулиганов, воров и всего другого, что было сто лет назад, давно не существовало. Не с кого было брать пло…
В деревне Малые Дыры нет связи, дорог и работы. Зато есть трактор, застрявший в грязи, и нежданный гость с неба. Он прилетел не за ресурсами — он сбежал от жены. Удастся ли ему взлететь обратно, когда даже местные не знают, как выбраться?
В деревне Малые Дыры нет связи, дорог и работы. Зато есть трактор, застрявший в грязи, и нежданный гость с неба. Он прилетел не за ресурсами — он сбежал от жены. Удастся ли ему взлететь обратно, когда даже местные не знают, как выбраться?
Антон с детства жил с ощущением, что внутри него — тишина. Пока сверстники мечтали, влюблялись и строили планы, он лишь наблюдал за миром сквозь невидимый серый фильтр, не умея ни желать, ни чувствовать так, как другие. Мать называла его бесчувственн…
Антон с детства жил с ощущением, что внутри него — тишина. Пока сверстники мечтали, влюблялись и строили планы, он лишь наблюдал за миром сквозь невидимый серый фильтр, не умея ни желать, ни чувствовать так, как другие. Мать называла его бесчувственн…
— Слышишь?
— Что именно?
— Насос. Он стал слишком тихим.
Алексей Орлов не открывает диагностическое окно и не смотрит на зелёные индикаторы. Он кладёт ладонь на холодный металл и слушает. Так больше не умеет никто: за триста семьдесят лет сеть «Проме…
— Слышишь?
— Что именно?
— Насос. Он стал слишком тихим.
Алексей Орлов не открывает диагностическое окно и не смотрит на зелёные индикаторы. Он кладёт ладонь на холодный металл и слушает. Так больше не умеет никто: за триста семьдесят лет сеть «Проме…
Утопический рассказ об одном из последних музейных работников на Земле, где не осталось никаких привычных технологий: ради чего он просыпается каждое утро, чего ждёт и во что верит?
Утопический рассказ об одном из последних музейных работников на Земле, где не осталось никаких привычных технологий: ради чего он просыпается каждое утро, чего ждёт и во что верит?
После гибели старого мира человечество держится на тех, кто еще умеет понимать машины. Молодой инженер Максим приходит на полуразрушенный завод и постепенно понимает: его задача — не просто чинить механизмы, а заново строить будущее. Это история о тр…
После гибели старого мира человечество держится на тех, кто еще умеет понимать машины. Молодой инженер Максим приходит на полуразрушенный завод и постепенно понимает: его задача — не просто чинить механизмы, а заново строить будущее. Это история о тр…
Конверт на столе вскрыт. Мира не открывала его.
Пока она собирает двадцать девять имён из чужих часов, зима вычёркивает их синим карандашом, которого она не покупала. Каждое утро на подоконнике появляется новое имя — и в тот же день оно всплывает в г…
Конверт на столе вскрыт. Мира не открывала его.
Пока она собирает двадцать девять имён из чужих часов, зима вычёркивает их синим карандашом, которого она не покупала. Каждое утро на подоконнике появляется новое имя — и в тот же день оно всплывает в г…
Автор идеи – ведущий инженер АО «ЗАСЛОН» Фролова Ольга
Александровна.
Искусственный интеллект начинал как помощник. Он спасал жизни, оптимизировал трафик, предупреждал аварии. Люди радовались: наконец-то кто-то, кто не устаёт, не обижается и всегда п…
Автор идеи – ведущий инженер АО «ЗАСЛОН» Фролова Ольга
Александровна.
Искусственный интеллект начинал как помощник. Он спасал жизни, оптимизировал трафик, предупреждал аварии. Люди радовались: наконец-то кто-то, кто не устаёт, не обижается и всегда п…
Чем дальше в лес — тем толще партизаны. Если эта конференция взорвет научный мир, то виной всему доклад Сереги Епиходова. Пусть теперь плагиаторы Лысоткин и Михайленко кусают локти — все, отпрыгались!
Но главное — удалось задружиться с Марусей и Сашк…
Чем дальше в лес — тем толще партизаны. Если эта конференция взорвет научный мир, то виной всему доклад Сереги Епиходова. Пусть теперь плагиаторы Лысоткин и Михайленко кусают локти — все, отпрыгались!
Но главное — удалось задружиться с Марусей и Сашк…
Государство решило зашить дырявые карманы. Вычистить из реестров мертвые души и серые схемы. Кому поручили ловить крыс? Разумеется, крысам. Стартап берет госзаказ с помощью идеальной цифровой фомки теневого алгоритма, высчитывающего, кому и сколько …
Государство решило зашить дырявые карманы. Вычистить из реестров мертвые души и серые схемы. Кому поручили ловить крыс? Разумеется, крысам. Стартап берет госзаказ с помощью идеальной цифровой фомки теневого алгоритма, высчитывающего, кому и сколько …
Как провинциалка с глазами-плошками покоряет мировой Олимп?
Ей было 19, когда она приехала в Киев из тихой провинции – с огромными глазами-плошками, мрем сомнений и одной, безумной мечтой: встать за дирижерский пульт. Музыкальный мир суров к «гадким …
Как провинциалка с глазами-плошками покоряет мировой Олимп?
Ей было 19, когда она приехала в Киев из тихой провинции – с огромными глазами-плошками, мрем сомнений и одной, безумной мечтой: встать за дирижерский пульт. Музыкальный мир суров к «гадким …
Утопический рассказ об одном из последних музейных работников на Земле, где не осталось никаких привычных технологий: ради чего он просыпается каждое утро, чего ждёт и во что верит?
Утопический рассказ об одном из последних музейных работников на Земле, где не осталось никаких привычных технологий: ради чего он просыпается каждое утро, чего ждёт и во что верит?
Каждый день мегаполис забирает у тебя до 40% жизненной энергии через пятидюймовое зеркало в твоем кармане.
Кира была идеальной частью этой системы: три слоя макияжа ради безупречного кадра, компульсивные свайпы рилсов и маска «вежливой девочки», у ко…
Каждый день мегаполис забирает у тебя до 40% жизненной энергии через пятидюймовое зеркало в твоем кармане.
Кира была идеальной частью этой системы: три слоя макияжа ради безупречного кадра, компульсивные свайпы рилсов и маска «вежливой девочки», у ко…





















